Ломка

      Добравшись до дома, я облегченно вздохнула и чуть ли не интуитивно нашла бутылку вина, сделала большой глоток. Поняла, что приближаюсь к той стадии опьянения, когда… — Я вас люблю! А хули толку? Ебаться хочется как волку! — Лара, ты в своем уме? — кто-то вырвал у меня бутылку из рук. Я удивленно подняла глаза, увидела перед собой Эскеля. Еще его не хватало. — Твои дрожащие подруги ушли, и у меня к тебе разговор. Ты вообще что творишь? Пьешь залпом махаканское пиво после чего вколачиваешь в голову Иорвета неизвестно какой длины и толщины гвозди так, что он смотрит на тебя как голодный волк на свежую тушку мяса. Потом… тащишь своих подруг чуть ли не в нашу постель, бухаешь как краснолюд на свадьбе, светишь сиськами. Какие еще сюрпризы от тебя ждать?       Я тупо пялилась на ведьмака, одетого лишь в длинную льняную рубашку и бриджи на голое влажное тело едва сдерживаясь, чтобы не пустить слюни. Какой же у меня офигенный муж. Надеюсь, Дика не соврала про размеры ведьмачьих клинков.       Кое-как оторвавшись от лицезрения накачанного тела, я перевела взгляд на его лицо, пытаясь как можно наивнее состроить глазки, произнесла: — Милый, я просто собрала всех баб, до которых ты добрался и до которых могла дотянуться я. Решила устроить дружеские посиделки, отметить нашу встречу. — Что-то я не припоминаю за тобой пристрастия к пьяным оргиям. Ты что ль эликсиры попутала, травок нанюхалась или еще чего?! Что я про тебя не знаю?       Лучшая защита в данном случае — нападение. Уж тактика с кодовым название «влюбленная дура» на законного супруга явно не подействует. Набрав в грудь побольше воздуха, я подготавливала себя к гневной тираде. — Ну ты же тут не скучаешь! — выпалила я на вы дохе. — А что мне-то делать?! Сидеть дома как Манька-целочка и глядеть в окно? Я же должна знать, с кем ты тут развлекалась, мой дражайший супруг, пока я оставалась в Боклере! Ну вот и собрала я круг по интересам, считай твоих же любовниц, сунула их тебе же под бок. Бери тепленькими! Но нет! Ты кидаешь мне за это предъявы. — Лара, ты тыкаешь мне носом во все, при этом ведя себя как заправская блядь! Что с тобой случилось, а? Можно было и менее грубо напомнить, что ты меня не любишь, — в голосе мужчины слышалась боль.       Я закрыла глаза, молча шагнув к ведьмаку, сосредотачиваясь на нем. Жесткая игра по его чувствам не была выгодна мне. Стоило бы понять его глубже. И к слову, Эскель сделал так, как я и предполагала: обнял, уткнувшись носом в макушку. Я резко вдохнула, прикасаясь к его душе, а после окунаясь в нее с головой. Жарко. Внутри ведьмака горело неистовое пламя. Так много света, мудрости, доброты и смирения. Он никогда-никогда не причинит мне зла. Эскель стерпит все мои слова только за позволение остаться рядом. Кто же ты, лекарка Лара, раз смогла разжечь такую любовь в бесчувственном мутанте? Однако как же он устал от этой боли, пытаясь избавиться от проклятого чувства, которое вновь и вновь тянуло его к хладнокровной полуэльфке. — Я скучал, — тихо проговорил ведьмак, нарушая затянувшуюся тишину.       Пришлось резко выдохнуть, отключить эмпатию. Я не могла вынести столько света, он как будто выжигал меня, плавил. Ненавижу чувствовать что-то вне своего спектра восприятия. Меня кольнула совесть, ведь я слишком хорошо понимала, что ни я, ни та, на чье место я пришла, не отвечали ведьмаку взаимностью.       Зато я прекрасно понимала, почему моя предшественница выбрала его. Эльфка в человеческом городе, когда вокруг столько охотников за нелюдями. Не найти же лучшего для любительницы ковыряться в трупах защитника, чем ведьмак. На его фоне Лара представала пред всеми ангелочком, попавшим под меч Предназначения. Все ножи, летевшие в нее, торчали ныне из спины Эскеля, что едва успевал вытаскивать их и зализывать раны. Домой тащат трупы? Ответ прост — ведьмак. Допрашивают преступников, выбивая признания? Пытки, горы трав, внутренности чудовищ и странные ножи? Опять же ответ очевиден. То происки мутанта, ведьмака. А Лара — бедная девочка, которую убийца чудовищ заставил быть рядом, околдовав.       А что сам Эскель, то он добрый и рассудительный, справедливый, не чающий надежд на женскую ласку, с его-то изуродованным лицом слишком легко проглотил наживку.       Я посмотрела на мужа: от природы не красавец, да еще и с расчерченным шрамами лицом, такими глубокими, что из-за поражения мышц и затянувшегося рубца казалось, будто он всегда ухмыляется. А что, если бы у всех были лица, отражающие суть? Я бы тогда точно лишилась своей миловидности, если сказать точнее, стала редкостной уродиной. А Эскель стал был бы небесно-светлым Аполлоном.       По спине прошелся слабый электрический разряд легкой вибрацией от ладони ведьмака. Чертовски приятно и расслабляюще. Кажется, у них есть свое название — эманации. — Лара, пойдем спать. Это был очень сложный день. Я легонько кивнула и начала стягивать платье, но услышав его голос, замерла: — Лучше оставь, мы сейчас не в Боклере: к утру может похолодать. Мне-то холод нипочем, я люблю свободу, — произнес он и начал стаскивать с себя одежду.       Поборов соблазн, я пытаясь не смотреть в его сторону, залезла в кровать лицом к стене. Эскель же забрался под одеяло и тут же чуть приобнял меня одной рукой. Ситуация, однако, сказочная. И к слову, я дико хочу его.       Рядом лежит голый мужик, и непростой, а мой супруг, что явно обиделся на меня. Но прямо на него залезть как-то не комильфо. Однако во мне взыграло женское самолюбие. Как это меня не хотят? Тем более… разве ведьмаки не славятся своей похотливостью?! Да и распирало меня проверить слова Дики о выдающихся талантах конкретного этого мутанта. — Эскель, а на какую тварь вы с Дикой сегодня охотились? — На накеров, — чуть помедлив, ответил он. — Было несколько гнезд неподалеку от города в месте старых заваленных шахт. Дика помогла найти их королеву, что-то типа пчелиной матки, огромная такая мерзкая тварь, пряталась глубоко под землей. Пришлось кинуть несколько бомб, чтобы ее вытравить, кое-как вылезла с кучей зародышей на себе, даже меч пачкать не пришлось, спалил все игнием.       Я как бы невзначай повернулась в нему, положив голову на плечо, поинтересовалась, поглаживая торс ведьмака: — Много чудовищ в окрестностях? — Расплодились прилично. Я уже как две недели вырезаю трупоедов, и ни конца ни края не видно. — Завтра снова пойдешь? — Да, — коротко кивает. — Завтрашний день полон планов. Нужно как-то пробраться в шахты. Я почти что уверен: там есть, кого порубить.       Я ненавязчиво закинула ногу на ведьмака, практически лежа на нем, но стратегически важного объекта пока не касалась. — Ты должно быть так устал… Может массаж? — промурчала я. И от моих слов ведьмак напрягся. — Извини, было бы приятно, но у меня сейчас вряд ли получится лечь на живот.       Я усмехнулась, убрала ногу с мужа, смотря на выделяющийся под одеялом бугорок. Да он что, издевается? — Я могу решить эту проблему, — моя рука быстро скользнула вниз по его груди, однако, мужчина перехватил мое запястье, остановил. — Не надо делать мне услуг, если сама того не хочешь. — Эскель, возьми меня, — проговорила я. — Мне тоже, блин, хочется вообще-то, — я скинула одеяло, любуясь на поистине выдающиеся размеры. Дика нисколечко не преувеличила, кажется, даже преуменьшила, жаль нет линейки и фотоаппарата.       Ведьмак осторожно поцеловал меня, проникая руками тонкое под платье. Очень скоро ненужная деталь оказалась на полу. А он, кажется, действительно знал, что делать. Долго ласкал меня, постепенно готовя. Я тихо наслаждалась слабым электричеством его прикосновений, хотелось все больше и больше. И если он доведет меня, не вставив, я, как минимум, обижусь. — Да чтоб тебя, Эскель! — промычала я. — Действуй.       Он развернул меня к стенке боком, отвел одну ногу себе на бедро и начал очень медленно входить. Я понимала, что сейчас просто не могу ничего сделать, ведь парализующее чувство слабого тока волнами охватывало все тело. Мужчина начал слабо двигаться, нежно целуя мое плечо, зарываясь носом в распущенные волосы. Его дыхание было сбивчивым: чересчур частым, но глубоким. И именно в этот момент, мне захотелось увидеть его глаза. Интересно, что происходит с ними во время секса? Но как только я повернула голову, он уткнул лицом в подушку. Оу… кажется, у нас проблемка. — Посмотри на меня, Эскель. — Закрой глаза, Лара. Чего ты тут не видела? — Я хочу видеть твое лицо именно сейчас! Я хочу, чтобы тебе тоже было приятно, и ты не сдерживался.       Пришлось круто развернуться освобождаясь от его объятий, прерывая контакт. Осторожно взяв его лицо в ладони, я заглянула в глаза. Они светились, прямо как у кошки, на фоне шрамов и грубых черт лица это смотрелось весьма устрашающе. Но как же обманчива внешность… — Мне нравятся твои глаза. Мне нравятся и твои шрамы. И вообще… я люблю смотреть на твое лицо, и я хочу, чтобы в постели со мной, ты думал не только обо мне, а о нас, — с этими словами я нежно поцеловала мужа в рассеченные губы, залезая на него сверху.       Пришлось быстро привыкать к его размерам и светящимся в полумраке глазам. Признаться, ощущения были таковыми, словно я трахаю самого дьявола. Парализующее наслаждение вкупе с болью. — Лара, ты прямо как суккуб, — простонал ведьмак, вцепившись в мои бедра. Он заставил меня прибавить темп. Вот это я понимаю секс: кровать скрипит и, кажется, готова вот-вот проломить пол. Грудь ведьмака вся в царапинах от моих ногтей, простынь и одеяло смяты в ком и отброшены, губы опухли от страстных поцелуев. Я не слезла с ведьмака, даже когда он с тихим рычанием кончил в меня. Все мышцы уже сводило от непрекращающегося оргазма. Но я хотела еще и еще, выжимая под завязку то, на что было способно мое тело.       А что если я сейчас засну и проснусь уже дома? Ни эльфов, ни ведьмаков… Нужно брать сейчас все и сразу.       Когда мы наконец остановились, пришлось снова лезть в бадью смывать с себя следы страсти. Я старалась не думать, что меня пометили сразу двое. Однако повеселилась я на славу в первый же день в новом мире. Хм. а что интересно будет дальше? Неужели убью дракона?