Правда или Действие?

Ханджи была права - на Микасу косились, начиная со вчерашнего дня, из-за поцелуя. Однако теперь ненависть к девчонке возросла вдвойне. Когда Микаса шла по коридору проходящие мимо девушки, совершенно ей незнакомые, наверное новобранцы, шептались и искоса смотрели на неё, что порядком надоело ей. Тут ещё и Эрен. Ну с Эреном все в порядке, просто ко всей компашке умных сватов присоединился и он. Он обожал капитана Леви с детства, и, несмотря на то избиение в зале суда, продолжал уважать. Также к этому уважению прибавлялись страх и боязнь получить тумаков, но Эрен искренне им восхищался. Подобное почтение редко встречалось в ряду солдат. За это и Леви уважал Йегера. Конечно, обоих что-то бесило в друг друге: Эрена - чистоплотность, из-за которой чуть ли не каждый день получал кучу новых нарядов, Леви - безбашенность, которая, казалось, была врождённой у мальчишки. Но они работали, не пересекались и жили своей жизнью. Конечно, до того момента, когда их «интересы» не сошлись на Микасе Аккерман. Кхм, как так вышло? Дело в том, что Леви после разговора с Эрвином и вправду задумался: нравится ли ему это? Нравится ли ему… Микаса? От собственных мыслей капитан поежился и вернулся к работе, откинув мысли на день грядущий. Всего бы ничего, да только работать наш любимый командор, зная, что творится буквально за его спиной, не может. Он откинул очередную бумажку и посмотрел за окно: Ханджи безрезультатно пытала Микасу. Девушка что-то буркнула, после чего майор, победоносно ухмыльнувшись, сказала ей что-то, развернулась и ушла, оставив Микасу стоять посреди улицы и смотреть в одну точку. Резко она начинает вертеть головой и кричать: «Ну почему всё так сложно?!». И это Смита заинтересовало конкретно. Не имея больше сил терпеть, он чуть ли не выбежал из кабинета и довольно быстро оказался в кабинете ученой. Вопросительный хитрый взгляд голубых глаз был переведён в сторону окошка, из которого можно было увидеть Микасу, и так же быстро был переведен на хозяйку кабинета. Та ухмыльнулась, загадочно сверкнула очками, дверь за командором закрылась. Говорить, что там собрание шипперов — ничего не сказать. А вот что задумали! Это рассказать стоит. (У аВтОрА иСтЕрИкА) хЕх СнОвА пОтОмУ чТо СеЙчАс БуДеТ) Вымотанные солдаты Разведки направлялись в столовую под конец дня. Вот только Микасы все не было и план наших свах мог сорваться. Но нет, она пришла и, с краснеющим в геометрической прогрессии лицом, направилась уже к такому родному столу начальства. Как только она пришла многие стали уходить. Микаса уже подумала, что скоро комендантский час и надо поторопиться, но тут в игру вступила Ханджи. Как только Микаса хотела отправить очередную ложку супа капитану в рот, ученая спрашивала его о чём то, донимала, в общем делала всё, чтобы он нормально не поел. (а то есть с подчинённой на коленках это нормально… Ну ладно) Когда мужчине это в конец надоело он грозно рявкнул на неё отчего Микаса вздрогнула и прикусила губу. Ханджи от рыка злого Леви «в панике» (на самом деле всё по плану) убежала из столовой. Микаса грустно смотрела ей в след. «Надо поскорее закончить, а то и мне не жить», - с этой мыслью она продолжила кормить капитана. (Как всё по-русски прям вообще. Да простят меня все, я на одну семнадцатую казашка). Но только она протянула ему ложку, заговорил Эрвин. — Надо было с ней помягче. Она же наша подруга, — надо было видеть, как же трудно командору было сдерживать ехидную улыбку до ушей. Он принял максимально обиженное и страдальческое выражение лица, как бы взывая к совести капитана. Пхпх… (Продолжим…) — Вы что, сговорились? (Да ладно!) Харе издеваться! Я есть хочу! — грозный взгляд в момент сменился на безразличный когда он посмотрел на Микасу. Ханджи, наблюдавшая за этим из-за угла, тонула в слюнях. Но ещё рано, дорогуша. Как так произошло само не известно, но в столовой никого не осталось, кроме Аккерманов. (Ага-ага. Ну да, конечно) Эрвин быстро ретировался и через минуту, когда Микаса уже встала, ибо не перед кем исполнять действие, и принялась за свою порцию, которую капитан любезно распорядился поставить на своём столе, свет в столовой потух и дверь с шумом захлопнулась. (читатели уже поняли чьих рук это дело?) — Ветер? — немного беспокойно заключила Микаса. Ветер и правда был, только немножечко искусственный. Они решили, что все из столовой уйдут и останутся там только голубки. (они их так обозначили). После Эрен в обличии титана хорошенько дунет, чтобы свечки и лампадки потухли. Дверь закроют. Потом Имир и Конни соединят руки Микасы и Леви наручниками, которые обычно использовали для заточения в подвальной темнице. Потом эти же двое захотят вырваться. (Ааа! Автор забыл сказать! Как же Имир и Конни там окажутся: они просто под столом посидят, все равно темно и ничего не видно. Вообще гении!) Когда захотят вырваться им через окошко сообщат условие, по выполнению которого их отпустят. Самим участникам этого шоу никто конца света не отменял, ибо что страшнее, чем злые Аккерманы? Вернёмся к реальности ведь там всё не так то просто. Имир и Конни конечно надели наручники, но вот удачно скрыться в темноте не получилось. Эрен вылез из титана и побежал к ребятам, чтобы видеть всё самому: — Ну, что там? — шёпотом. — Ну… Как тебе сказать.? — отходя от окошка, нервно бормотал Армин, который тоже участвовал в этом кошмаре. — Материться можно? — спросил Эрвин. — Нет! — сказали Зое и Армин в один голос. — Тогда… Всё плохо… В помещении послышались крики и звуки битой посуды. — Всё очень плохо. — заключил Эрен. — Ладно, ещё не всё потеряно… Давайте будем придерживаться плана? — трясущимися руками Зое пыталась подбодрить ребят. — Давайте… Все отправились на свои позиции. — Значит так. Я сейчас услышу ответ на свой вопрос и подумаю как вас убить: медленно и больно или быстро и безболезненно. — Леви казался самим демоном в такой темноте. — Мы ничего не знаем, - дрожащими голосами одновременно ответили Конни и Имир, оказавшись пойманными на месте. — Может они и правда ничего не знают? — держа парня за воротник, Микаса пристально на смотрела на двоих по очереди. — А кто, по-твоему, всё это устроил? — Они слишком глупы, по крайней мере Конни. Чтобы провернуть такое нужно больше людей. — Согласен. Они исполнители, а значит знают, что будет дальше. Нужно как-то выпытать это из них. — Запугать не получится. Надо по другому, — они отошли и разговаривали почти шепотом, но из-за громкого дыхания Фриц и Спрингера ничего не было слышно. — Может быть спросить, где остальные? Они явно не почувствуют в этом подвоха, — предложила Микаса. — Нет. Я думаю, организовали всё Эрвин и Ханджи, что ушли последними. Такого масштаба затею точно придумать могли только они. Да только им это и надо. — Тогда что делать? — Не знаю. Дверь заперта, а эти идиоты здесь, внутри. — Может отпустить Имир, а Конни оставить? Он больше поддается уговорам. — Нет. Он мужчина, а значит все равно не скажет. Думаю стоит отпустить их обоих, а затем вырваться самим. Ключ наверняка у Зое или Эрвина, значит нам нужно на волю. — Согласна, но у меня есть идея получше. Прошло достаточно времени и тишина. — Может быть проверим? — Затишье перед бурей. Нельзя их выпускать. — Может тогда уже приступим к следующей фазе? — Нет. Ждём. — отрезал Смит и смирил этим беспокойную учёную. — Вы что задумали? Идиоты. Эрвин, я не посмотрю, что ты мой начальник и придушу тебя! — Эрен, Армин, выпустите нас сейчас же! — У нас условие! — Какое нахрен условие? Считаю до трёх и вы открываете дверь. Иначе всем косточки переломаю! — Это не смешно! Выпустите нас! — Ты слышал? Она сказала «нас»! Как это мило!!! — Ханджи пищала как сумасшедшая. — Идиотка, давай быстрее говори условие, пока они не сбежали. — Сейчас. — Вы там уснули? — Вы сыграете с нами в "Правду или Действие" всего раз. — Чё? — Леви уже был готов разнести дверь в клочья, но казённое имущество портить не особо хотелось, хотя сейчас это было не так важно. — Постойте, капитан! — Микаса остановила его. — Отойди Аккерман, сейчас будем на свободе. — Пожалуйста, капитан! Давайте послушаем. Я вас прошу! Микасе и самой не нравится все это. Как выйдет - Эрену и Армину косточки все в порошок сотрёт, ну или не сотрёт… Однако умереть от руки капитана не лучшая идея. Они как-никак связаны, потому драться в одиночку глупо и нерационально. Капитан разжал больно стиснутые кулаки и напрягшиеся желваки медленно вернулись на своё место. Судорожные вздохи эхом разносились в пустом помещении. — Чего вы хотите?! — инициативу переговоров Леви продолжал держать в своих руках. — Всего один вопрос! — Аккерманы словно фибрами души чувствовали эту самодовольную улыбку Зое, — Правда или действие? На секунду остановился весь мир. В мгновение эмоции фейерверком сменялись на лице обоих заложников. Микаса смотрела с каким-то паническим ужасом на капитана, будто вопрошая решения от него. Сама то уже наигралась. (Пхпх. Автор захлебнулся слюнями) Леви, напротив, напряжённо сдвигал брови ближе к переносице и выглядел довольно устрашающе. Он будто взвешивал все «за» и «против». Спустя полминуты тяжелого молчания, Микаса еле ощутимо коснулась рукава рубашки капитана. Тот вздрогнул то ли от неожиданности, то ли от того, что она в принципе его коснулась. Холодные дрожащие пальцы девушки нервно держались за край рукава и его взгляд серых глаз скользнул по ним. Микаса с трудом сглотнула застрявший в глотке вопрос и выжидающе смотрела на него. — Правда, — на выдохе, но всё же твёрдо сказал Леви. — Хи-хи, что ж! Внимание: правда ли, что вы влюблены друг в друга?! — дрожащий от смеха голос Ханджи порядком стал раздражать невольных заложников чужих фантазий. Микаса от этого вопроса, мягко говоря, опешила. Леви ещё больше нахмурился и, словно сдавшись, закрыл глаза. Девушка поджала искусанные от нервов губы, её взгляд в панике забегал по темноте комнаты, словно искал за что зацепиться. Леви сделал глубокий вдох и открыл рот, видимо хотел что-то сказать, но резко остановился, словно слова застряли в горле. Заметив это, Микаса сжала в руке край рукава и испуганно взглянула на него. Он не смотрел на неё в ответ. Мерил взглядом пустоту и вновь судорожно выдохнув заговорил: — Каждый должен ответить сам. — Ну нет! Ты ответил за двоих в начале. Пути назад нет! Так что мы ждём ответа! Словно этот ответ был только для людей снаружи. Казалось, Леви боялся чего-то. Внешне он оставался таким же чуть пугающим, серьёзным и раздражённым. — А что будет… — неожиданно подала голос Микаса, — Что будет, если мы не выполним? — Что будет? Ключи от наручников вы не получите! Вот что будет! — Ханджи, казалось, совсем забыла чувство страха, а инстинкт самосохранения будто и вовсе отсутствовал в её геноме. Леви смотрел перед собой и почти не моргал. Если бы ответ давал только за себя, то без колебаний сказал бы «Да», но он не имел права говорить за неё. А спросить саму девушку, узнать это — было просто непосильно. — Что думаете, капитан? — прошептала девушка. Леви будто окатили холодной водой и он всё понял. — А что если — действие?! — Действие? Женись на ней! — Зое походу крышу конкретно снесло. От Эрвина прилетел поджопник. — Что?! — возмутилась уже по большей части Микаса. — Она хотела сказать, что вы должны поцеловаться. — Эрвин! Ты совсем с дуба рухнул?! Быстро выпусти нас! — Нет. Тишина. В чувство привело подрагивание холодных пальчиков на его руке. — Капитан… Что будем делать? — только губами и говорила брюнетка. — Не знаю — Может вернёмся к первоначальному плану с Имир и Конни? — Нет. Я не смогу разбить дверь в связке с тобой. — Я вам помогу… — И сама убьёшься. Нет. — Тогда что делать? Непонятно, почему Леви просто не сказал «Нет», ведь Микаса не стала бы возражать. — Капитан. Может "Правда"? Леви не сразу понял смысл её слов, после чего дёрнул рукой и лязг железа прозвучал в кромешной тишине. — И какой твой ответ? — в горле пересохло. Стало страшно от одного слова «нет». Он был уже на сто процентов уверен в том, что она ответит. — Да. — прервав бурю мыслей и эмоций, отрезала Микаса. Теперь вопрос стоял за Леви. — А вы, капитан? — Микаса, — девушка пропустила в сердце удар, то ли от звучания своего имени, то ли от ожидания ответа, — Если бы тебя спросили: признаться или поцеловать, что бы ты выбрала? — Наверное… — она резко остановилась и задумалась. — Скорее всего… Я бы выбрала… Второе… — Почему? — Потому что иногда слова просто не хотят звучать. Леви хмыкнул себе и через минуту ответил. — Ясно. Тишина резала слух и казалось из ушей вот-вот потечёт кровь, но её нарушил громкий и чёткий ответ. — Да! — Леви и сам не знал зачем сказал это. Только вот дрожащие холодные пальчики, как парализованные, отпустили рубашку и маятником повисли вдоль тела девушки. Ханджи и Смит чуть не завизжали от счастья. — «Да» что? — у Смита зачесался язык. — Да — влюбленны. — Как мило!!! — Ханджи не сдерживалась и запрыгала как ребенок. Армин и Эрен облегченно вздохнули. Но тут блондин обеспокоено взглянул на командора и схватил его за руку, будто возвращая в реальность из мира эйфории и влюбленных. — Командор, а что дальше? До этого момента мы продумали всё… Кроме… — Что делать? — задумался бровастый, — Давайте просто кинем им ключи в окошко и убежим подальше? — А сработает? — испуганно спросил Йегер. — Тогда погибнем от руки самой любви, — смеясь, похлопав солдата по плечу, ответил командор. В столовой громко скрипнула форточка и через нее кинули ключи. Аккерманы одновременно бросились рыскать по полу спасительную железяку. Ключ был всего один - от двери. — А… Наручники? — с недоумением девушка искала ещё ключ на полу, но ничего не нашла. — Эй, идиоты! — выйдя из столовой, крикнул Ривай, — Где ключи от наручников? — но злой Капитан видел лишь их драпающие спины, — Пойдем в кабинет, у меня там плоскогубцы есть. Попробуем сами так. — Хорошо. Никаких уставных «капитан». Просто да или нет, хорошо или ладно. — Ай! Капитан! Больно. — зашипела девушка. Несмотря на аккуратные манипуляции капитана с инструментом, тот соскочил и задел нежную кожу. И не просто царапнул, рана была не маленькой. — Чёрт! — мужчина потянулся к верхнему ящику комода, где лежала аптечка и приложил вату, пропитанную спиртом, к порезу, чтобы предотвратить попадание инфекции. Тесно стиснутые зубы грозились развалиться в крошку. От обрабатывающего средства стало только больнее. — Тише, — сказав будто себе, Леви наклонился и осторожно подул на ранку. — Капитан… Может оставим эту затею с самоосвобождением? Они рано или поздно вернуться… — Да. Извини. Нужно было быть аккуратнее. Он наклеил пластырь на вату и ещё раз подул на неё. — Ничего… Просто таким темпом мы себе руки отрежем. — Хорошо. — просто спокойное тихое «хорошо». — Спасибо, капитан. — За что? — складывая всё обратно в аптечку, мимоходом спросил Леви. — Что послушали меня… Конечно, для мужчины… Для капитана это не подвиг… Но спасибо, что приняли правильное решение, — мягкая полуулыбка застыла на пухлых девичьих губах. — Даже не думай. Я должен был это сделать. — Всё равно, спасибо. — Кхм… — спустя минуту тяжелого молчания начал капитан, — Надо найти Эрвина. И Ханджи, чтоб обработала рану нормально. Иначе может быть заражение. Этим плоскогубцам сто лет, хоть и чищу их, но всё равно, — в голосе была привычная сталь, но с какими-то странными нотками заботы и неуклюжей нежности. — Да, хорошо. — Сначала найдем Ханджи. Думаю, ключи также у неё. Поиски они продолжили в молчании. Ни Зое ни Эрвина в замке не было, что они приняли со скромным молчанием и внутренними матерками всех и вся. Леви выглядел особо раздосадованно. — Давайте пойдем в лазарет и я поменяю повязку, а потом продолжим искать, — предложила Микаса, уже минуты три держащая отвалившуюся ватку от руки. — Не думаю, что они вернутся. Давай ко мне в кабинет. Я обработаю рану, а дальше решим. По возвращении в кабинет, они решили что лучше лечь спать, а завтра с чистой совестью отправиться убивать идиотов. Под "идиотами" конечно подразумевали участников сие происшествия. (У аВтОрА кОнЕчНоСтИ сЕйЧаС оТвАлЯтЬсЯ! Спать вдвоем… В наручниках… Автор доволен собой) Леви передвинул к дивану кресло. Они условились спать так: Микаса на диване, Леви на кресле. (автор сам не в восторге, но у нас чАсТиЧнЫй ОоС, поэтому так быстро всё идти не может). На утро злое настроение Аккерманов было основано на пренеприятном пробуждении от боли в шее, спине и железных наручников на руках, что неприятно постепенно раздирали кожу. Затем было не самое лучшее хождение в ванну. Так как они намеревались сегодня найти виновников трагедии, то решили повременить с душем. В туалет ходили по переменкам. Ожидающему на голову одевали мешок и он отворачивался. Умываться было труднее туалета. Чужая рука то и дело мешала. Но покончив с водными процедурами и чуть не утопив друг друга, они всё же вышли на завтрак. Есть левой рукой у Микасы мягко сказать не получалось. Но методом проб и ошибок она всё же запихнула в рот одну неполную ложку. Леви сжалился над несчастной и дал ей возможность покормить себя самой. Рука как ненужный балласт висела на другом конце наручников и то задевала, то вовсе мешала манипуляциям девушки. — Так больше продолжаться не может! — сквозь зубы шипел капитан, когда рука чуть ли не угодила в тарелку, — Дай сюда. Быстро перехватив руку Микасы, он забрал ложку и стал перемешивать содержимое тарелки. Остатки еды он по быстрому, но аккуратно запихнул ей в рот и, убедившись, что она не подавилась, встал: — Пошли искать этих чёртов. Долго они без еды не протянут. Но ни на тренировке, ни в кабинетах их не было. Как сквозь землю провалились. Так как ни у Микасы, ни у Леви не было возможности отделиться друг от друга, в спаррингах они участвовали вдвоем. Как только очередной противник, в панике и без сопротивлений, падал на землю, надеясь на скорейшее освобождение, девушка остановилась: — Капитан. Я не могу так. Это нечестно. — И что ты предлагаешь? — Давайте поборемся вдвоём? — И как ты себя это представляешь? — Попробуем и узнаем! Девушка выдохнула и встала в стойку. Леви потянуло за ней. (в смысле наручники, дорогие читатели, кто не понял). — Уложить вас так гораздо проще, чем кажется! — Микаса почти искренне улыбалась, но это больше походило на довольную кошачью ухмылку, которая растянулась на лице тонкой ниточкой губ. — Уверена? — одним движением поменявшись местами с соперницей, победоносно заключил капитан. Локоть свободной руки удобно расположился в блокирующей позе на ключице, другая рука держала запястье девушки за спиной. Ноги девушки оказались плотно зажаты коленками капитана. Грудь девушки высоко вздымалась, соприкасаясь с капитаном. Сами соперники не устали, просто положение рук, скованных железными кольцами наручников, создавало собой некоторые неудобства, отчего нервы обоих сдавали со скоростью нарастающей в геометрической прогрессии. — Чего развалилась, вставай, — мужчина неожиданно отпустил девушку и, схватив её за руку, потянул на себя, помогая встать. Микаса изрядно выдохлась и пыль, налипшая на потное тело и некоторые участки одежды, дополняла её потрёпанный вид. — Капитан. Давайте найдем уже ключ, мне нужно в душ, — чувство недомогания в животе и ниже напоминало о том, что она всё-таки девушка. Мысленно чертыхнувшись и обматеря весь мир, она старалась не выдавать своего беспокойства. — Ты чего, Микаса? — заметив как девушка жмётся, он окинул её оценивающим взглядом. — Всё в порядке. Просто мне нужно срочно сменить одежду. — Что-то случилось? — уже беспокойно и с капелькой заботы смотрел капитан. — Давайте не будем усложнять друг другу жизнь, и отправимся искать ключ. — Если ты нехорошо себя чувствуешь, не геройствуй. Я сам попробую что-нибудь сделать. — Как? — она подняла вверх правую руку, — Мы связаны. Так что давайте скорее. Капитан лишь хмыкнул на это после чего крикнул одному неуклюжему шатену: — Эй! Йегера не видели? — парнишка вытянулся по струнке смирно и приложил руку к вздымающейся от быстрого дыхания груди. — Нет, капитан. Он был утром на дежурстве в конюшне, а на тренировке не появлялся, капитан. — Ясно. Свободен, — солдат снова стукнул кулаком по месту, что называют сердцем, и казалось ударил так будто ребра хотел сломать. Поморщившись от боли он отвернулся и продолжил тренировку. — Пошли искать твоего благоверного. — Он не мой благоверный, а брат. — Значит, он тебе не нравится? — А вы вчера не слышали? — она сказала это так спокойно, что Леви подавился воздухом и закашлялся. — Слышал что? Вопрос она благополучно проигнорировала. Ей было не очень важно мнение капитана об их отношениях. Для неё Эрен является долгом, обязанностью, если не смыслом жизни. Больше всего её волновало чистое состояние белых брюк, которые не очень хотелось отстирывать от крови. И даже не сам факт стирки пугал её, а то, что в таком виде её могут увидеть. Она же мисс безупречность, а значит никто не должен видеть её слабостей. Её не волновало чужое мнение - скрывать свои чувства и женственность для неё теперь чуть ли не повседневность. К их счастью их общий знакомый Титан с усердием намывал поилки для лошадей, что весело вздрагивали, фыркали и ржали, стоило ему наклониться ниже положенного тем самым натянув штаны на филейной части. Именно в такой позе его и застали Аккерманы. Получив славный пинок от Леви, парень окунулся лицом в мутную водичку в поилках и, резко поднявшись, громко закашлялся. В любой другой ситуации Микаса бы не оставила это так безнаказанно и обязательно прибила бы капитана. Сейчас ей было не до спасения бедовой задницы брата. Как чувствовала девушка, каждая минута была на счету. Путём пыток и жёстких переговоров из парня удалось выбить ровно ничего. Разочарование накрыло брюнетку с головой, темный комок из мыслей и ругательств завязался в плотный узелок над её головой. Леви чувствовал всеми клеточками тела черную ауру, исходящую от девушки. — Капитан. Извините, но мне придется принять душ, — нарушив тишину на пути из конюшни в кабинет капитана, сказала Микаса. — Я тоже пахну не очень, но ничего, потерпи немного и найдем Ханджи, а с ней и ключ. — Звучит оптимистично, но я не думаю, что продержусь и пяти минут. — Что-то случилось? — Говорю же всё в порядке. Капитан, мне нужно зайти в комнату. Я быстро. Леви ничего толком и сообразить не успел как они очутились на втором этаже и уже стучали в дубовую дверь. — Кого нелёгкая несёт?! — кто-то упорно громко стучал в дверь, — Сейчас! Через минуту дверь открылась и обитательница с ужасом застыла на месте. — Микаса? Капитан? А что вы?.. — Саша, нет времени объяснять. Постойте здесь, капитан, — Микаса буквально затолкнула соседку обратно в комнату, отчего Леви чуть ли в стенку не впечатался. — Что случилось? — Дай мне скорее сменную одежду! — Ты в порядке? — Нет. Код красный, Блауз. Код красный! Шевелись, я уже полчаса терплю. — Ты ненормальная. А если бы кто-то увидел?! — громко и яростно шептала Саша, пока доставала её вещи из шкафа. — Знаю. Думаешь, я капитана не просила быть быстрее?! Просто я же не могу ему сказать, что не так. — Ясный пень. На вот. И не волнуйся, если что я прикрою. — Ага, ширмочкой в душевой кабинке. — не упустила возможность съязвить Аккерман. — Иди уже, мисс Магнит для бед. Аккерман не стала размениваться на сантименты и просто потянула Леви за собой в душевые. Конечно, не забыв попутно прихватить мешок для головы. Как только они очутились в душевых она натянула капитану мешок на голову и буркнула: «Отвернитесь!». Леви был мягко говоря в шоке и не ожидал такого поворота событий. Однако послушно выполнил пусть и не вежливую просьбу Микасы. Сквозь мешок видно было только пол. Микаса старалась как могла, но одной рукой справляться категорически неудобно. Когда на полу заиграли мыльные разводы воды Леви стоял спокойно, но как только вода окрасилась в красный, он будто забыл где находится и, подняв мешок с глаз, крикнул: — Ты ранена?! Микаса гневно натянула мешок обратно и буркнула себе под нос что-то на подобии: «Болван». — Микаса, ты издеваешься? Ты ранена? — Да, ранена. Чёртовыми наручниками! Капитан, если вы не знали, то у женщин иногда идёт кровь. Так что заткнитесь и ждите. На удивление на такой грубый и совершенно неуставной крик Леви не ответил ни слова, лишь стоял спокойно и почесывал под мешком нос. Когда дама освободилась стало труднее просто стоять. Она то и дело куда-то заводила руку, что он уже жутко разозлился на то, как она себя ведёт. — Аккерман! Харе издеваться! — Я одеваюсь, капитан. Извините уж.