«Спортанец»

— Ну что, дважды победители сегодняшнего дня. Давайте, начищайте клыки до блеска — и чтоб до утра я никого не слышал. Парни разошлись по крыльям и тут же снова собрались вместе — у умывальников, с полотенцами и зубными щетками наперевес. Огребо и Беляк, якобы не успевшие в первую волну умывающихся, тут же расположились на подоконнике, оглядывая других, чтобы не упустить «избранного». — Не передумал? — тихо уточнил Беляк. Тут же оглянулся, проверил, что вода заглушила вопрос, и никто, кроме Огребо, его не услышал, продолжил: — Вроде же затихло. После сон-часа все и правда нормализовалось — Волков явно не был обижен на тренера, тренер явно не сердился на Волкова, а остальным и вовсе оставалось только радоваться этому миру и тоже делать вид, будто ничего и не было, деликатно не замечая, как Волков морщится, опускаясь на жесткие столовские стулья. И вечером, на «объясни мелодию», они тоже выиграли, причем не в последнюю очередь благодаря Волкову, который, хоть песен знал и не много, текст их жестами объяснял прекрасно, чем принес немало очков. А «Динамит» и вовсе остались без призов, чем немало порадовали и «Драконов», и, к удивлению многих, «Кед». — Может, фиг с ним? — предложил Беляк, так и не дождавшись ответа и надеясь вложить эту мысль в голову Огребо. — Затихло, — кивнул Огребо, давая ему ложную надежду. И тут же разрушил ее, продолжив: — Но все равно надо идти. Или, может, это ты струсил? — Не дождешься! — вспылил Беляк — слишком громко. — Че у вас? — тут же обернулся к ним Борисов. — Да вот, требует у меня ему завтра яблоко с полдника отдать, — ничуть не краснея пожал плечами Беляк, многозначительно глядя на Огребо. — Вот я и говорю — не дождется. Борисов безразлично махнул рукой и отвернулся обратно к раковине, и Огребо тут же воспользовался этим — пихнул Беляка в бок. — Че ты начинаешь? — недовольно проворчал тот. — Надо же было че-то ляпнуть. — Ага. Вот завтра мне яблоко и отдашь, раз ляпнул. — Да забирай, забирай. Че, все-таки идем? — Идем. Сейчас, только окончательно уладим все. Они так и сидели на подоконнике, не обращая внимания на освободившуюся раковину, продолжая всматриваться во всех входящих и выходящих. Наконец Шилов, всегда появляющийся у умывальников последним, появился на пороге, застыл на секунду, наткнувшись на пару пристальных взглядов, и все же протопал к раковине, попутно забрасывая полотенце на плечо и выдавливая пасту на щетку. Беляк с Огребо переглянулись, чувствуя себя самыми настоящими спецагентами, синхронно спрыгнули с подоконника и подошли к Шилову — встали по двум разным сторонам от него. — Лёх, у нас к тебе дело, — начал Огребо, чуть повысив голос, но все же недостаточно, чтобы его было слышно из комнат. — Мы с Беляком задумали кое-что, и ты нам в этом поможешь. Он коротко изложил план — без деталей и подробностей, только самую суть, дал вставить свое слово Беляку, а потом уставился на Шилова, ожидая реакции. — Чудесно, — констатировал тот. — Только это грозит таким числом призов, что задницами улицы можно будет освещать. С чего вы взяли, что я с вами? — Ну, кое-кто мне все еще должен желание, забыл? Шилов не забыл. Те желания, которые он проиграл каждому из команды в день отъезда, ему периодически кто-нибудь припоминал. Правда, в основном безобидно — либо какая-нибудь дурацкая роль на вечернем концерте, которую никто не хотел, отходила ему, либо кто-нибудь его пачку сока клянчил на полднике, но вот так — еще ни разу. — Ты говорил, что твое желание я могу не выполнять, — припомнил он Огребо. — А я не говорил, — тут же встрял Беляк, сводя спор к минимуму. — Я свое желание тоже еще не использовал. Шилов сокрушенно цыкнул, понимая — Беляк прав. А долг — дело святое, дедушка так всегда говорил. — И что вам нужно? — Смотри, — начал Беляк, решив, что раз желание его, то и объяснять ему. — Дожидаешься, чтобы тренер уснул — в тренерской должно стать темно и тихо, — и скидываешь мне первое сообщение. Только не в групповой чат, не тупани. Именно мне. А если вдруг после первого сообщения тренер проснется и выйдет из тренерской — кидаешь второе, тоже мне. Как только получишь сообщение от меня, что все готово, можешь спать. Как видишь, риск невелик. Беляк потер лоб, размышляя. Вообще-то, он и правда ничем не рисковал, лежи себе тихо с телефоном да слушай, что там в тренерской. — Ладно, убедили. Но только в счет желания! — Да в счет, в счет, — успокоил его Огребо. — А еще нам нужна твоя зубная паста.