«Спортанец»

«Счастливая шестерка», доказывавшая всему лагерю, кто тут лучшие спортсмены, хоть и ворчали на свою усталость и необходимость показывать результаты раз за разом, все же были довольны сегодняшним днем. Подумаешь, после обеда каждый по нормативу сдали. Зато на этом все — живи себе спокойно, отдыхай. А вот остальным, кого тренер равномерно распределил по «творчеству», пришлось и правда попотеть. Тарасов и Черневич были избраны представлять «Драконов» на конкурсе песен, и весь сон-час провели, разучивая: один аккорды и переборы, второй — слова. Андреев, Борисов, Витченко и Игенбеков обосновались в коридоре, упорно решая какой танец им ставить, и как, на свою часть конкурса. — Открываем любой клип с танцем, учим его и показываем, — предложил Игенбеков, понимая — сами они все равно ничего не придумают. — Желательно из известных, пусть другие танцуют с нами, хоть не такой позор будет. Парни спорить не стали, и почти два часа прогоняли выбранный клип по кругу, чем немало мешали Тарасову, не устававшему жаловаться, что он гитару не слышит, да и всем остальным тоже. Беляк и Огребо попали на конкурс «прочих талантов», и должны были придумать любой номер, не включающий в себя песни и танцы. Задача, по меркам тренера, почти невыполнимая, а значит достойная только этих двоих. — Не материться, ничего не жечь, ни с кем не драться, — наставлял он их, понимая — большим не поможет. — И не убейтесь в процессе. Остальное можно. И парни, пошарив немного по сети в поисках вдохновения, объявили, что им нужно два ватмана, штук шесть-семь обычных листов бумаги и пару пачек фломастеров — и все будет. Сложнее всего оказалось Волкову. Его выбрали — якобы командой, но он понимал — решением тренера, — на интеллектуальный конкурс, а это значило только одно — готовиться не получится, никто не знает — к чему. — А если я облажаюсь? — спросил он у тренера, чувствуя, что просто так сидеть не может. — Будешь выражаться — точно облажаешься, — кивнул тренер, отвешивая ему легкий подзатыльник. Волков хотел было возмутиться. Вместо этого, почему-то, усмехнулся. — Саш, нормально все будет. В спортивной части парни очко взяли — три станции из шести выиграли, уже преимущество. — Могли бы и четыре станции взять, если бы «Динамит» Сутулову подножку не поставил, — проворчал Волков. — Судья нарушений не заметил, — устало, кажется, раз в тридцатый за сегодня, повторил тренер. — Но ведь было… — Не важно уже, Саш. Сутулов цел, очко вы взяли, вот и забудьте. Вообще все неважно. Подумаешь, конкурс, от него же ничего не зависит. Все эти вечерние мероприятия нужны только для одного — вас развлекать. Развлекать, а не мучить. — Но хочется же победить… — И победишь, если переживать перестанешь. Это же шутки все. Поверь, никто не будет спрашивать у тебя доказательство теоремы Ферма. — Это что за теорема? — тут же уточнил Волков, думая, что на всякий случай решение все-таки надо будет посмотреть. — Это ты потом сам почитаешь, если захочешь. В школе ее не дают. Расслабься, Саш. Как пятилитровым и трехлитровым ведром четыре литра отмерить знаешь? Волков задумался. — Ну, допустим. — Ну и вот. И остальные задачи и вопросы будут подобными — на посмеяться и поразмышлять. Никто у тебя реальных знаний не спросит. — И что мне тогда — ничего не делать до вечера? Тренер задумался. — Проверь, че там Огребо с Беляком придумали. А то я давить не хочу, но че-то переживаю. — Да они, вроде, безобидное обещали. — Вот и глянь, будь добр. Они же если при всех напортачат, я прикрыть не смогу, сам понимаешь. А разбираться не хочется. Недавно же призов получали, пусть отдохнут. После сон-часа стало спокойнее. То ли сказывалось разрешение шуметь, недоступное раньше, то ли наличие у всех четкого плана, но споры прекратились, да и волнение большей частью сошло на нет. Танцующие сразу после полдника ушли репетировать на площадку, аргументировав это тем, что в условиях вечных стен и криков танец не поставишь. Тренер, впрочем, и не возражал, надеясь, что с площадки до корпуса музыка не долетит. Музыкально-поющие, радуясь вместе с тренером наконец-то наступившей тишине, спокойно повторяли особенно запутанные моменты, решая, не поменять ли текст песни с оригинального на тот, который запомнил Черневич. Подумаешь, пара строк не те — никто и не заметит, а Косте так спокойнее. Волков, Огребо и Беляк, убедившие тренера, что номер абсолютно безопасен и для выступающих, и для зрителей, присоединились к скучающим спортсменам, тихо игравшим в карты. Ну и что, что на территории лагеря нельзя? Тренер же не отбирает, значит можно. К ужину, после которого и должно было все решиться, в карты играли уже почти все. Парни то ли и правда доделали все, что собирались, то ли смирились с недостижимостью идеала, и бросили репетировать, решив, что тренер прав — победа не так важна. Побеждать в полуфинале надо будет. — Ну что, все готовы? — уточнил тренер, глядя на выстроившуюся шеренгу. — Да! — Нет, не все. Саш, к рубашке кое-чего не хватает. Волков смутился, оглядывая себя и проверяя — что именно забыл. Шорты на месте, кроссовки тоже. Может, часы снять забыл? Нет, они же всегда на нем, тренер знает. — Ладно, подскажу, — кивнул тренер, протягивая ему пакет. Волков вспыхнул. — Из комнаты вытащили? — Один — один, — ничуть не смущаясь ответил тренер. — Так и быть, завтра зарядку я провожу. Надевай давай. Парни с любопытством смотрели, как Волков осторожно достает из пакета — того самого, неожиданно появившегося в его день рождения, и который он так никому и не показал — небольшую коробочку, а затем вытаскивает из нее аккуратную деревянную бабочку. — Ну ничего себе, — присвистнул Даня. — Еще и с мячом, смотрите! Парни, стараясь не нарушать строй, вытянулись, высматривая Волковскую обновку. — Вот и я говорю, — подхватил тренер. — Давай, надевай и пойдем, произведешь на всех фурор. — Угу. — Не «угу», а точно тебе говорю. Все получится. В бабочке ли было дело, или в ответственности Волкова, но интеллектуальный конкурс выиграть у него действительно получилось, причем без особой серьезности, успевая и улыбаться, и смеяться вместе с другими, чему немало порадовался тренер. В танцах победу одержали «Кеды», хотя драконовской пародии на «Skibidi» зал аплодировал явно громче. И парней это ничуть не расстроило — зато кто-то и правда танцевал вместе с ними, как они и хотели. И Тарасов с Сутуловым, хоть и не запутались в итоге ни в музыке, ни в словах, все же не смогли вырвать победу у «Пиратов», устроивших на сцене целый концерт с гитарами, стульями вместо барабанов и свистками — видимо, для большего шума. Но и это никого не расстроило. Во-первых, «Пиратам» проигрывать было не обидно, уж слишком они радуются победам. Во-вторых, все уже было понятно: у «Драконов» два очка, у остальных — по одному, а впереди только один конкурс. — Ну и наконец, — объявил тренер «Обжор», которому выпало вести сегодняшний вечер, — конкурс прочих талантов! Начинают его лидеры сегодняшнего дня — «Драконы»! Огребо с Беляком поднялись и потопали к сцене, попутно раздавая сидящим неподалеку чистые листы и фломастеры. — Вы знаете, что рисовать способен каждый? — объявил Огребо, пока Беляк растягивал в руках ватман, заменяя собой мольберт. — Да при том не просто рисовать, а рисовать людей! Не верите? Сейчас мы вам это докажем! Тренер выдохнул с облегчением.