Сцена XXXV.
Поместье Монтекки. Бьянка сидит в кресле, задумчиво подперев голову рукой, у конца сцены стоит мрачная Катарина, периодически выглядывая в окно.
Бьянка (себе; склоняет голову влево) Он станет герцогом, богатым, знаменитым!..(Склоняет голову вправо)
А с ним могу я быть сама собой.(Влево.)
Но всё же герцог он!.. пока что — граф лишь. А впрочем, если герцогом не станет, Он всё равно останется богат, Хорош собою, знатен, элегантен...(Вправо.)
Но и Бенволио не так уж беден,(Всё более мечтательно.)
Да и определённо он красив... Умён... так обходителен... и вежлив... Что?.. Бьянка, нет! А ну приди в себя! Любовь — обман! Коль искренен сейчас он, То всё же передумает потом!Хватает со стола вышивание и занимается им.
Катарина (мрачно) Смотри, твой шут вернулся снова к нам. Бьянка (закрывает глаза) О Господи, за что?(Подходит к окну; мило.)
. . . . . . . . . . . . . . . . Ах, граф Парис! Голос Париса О, синьорина Бьянка! Спеть хочу вам Ту серенаду, что едва ли отразит Всю вашу прелесть, красоту и нежность.Парис поёт нежную и возвышенную песню о любви. Бьянка ласково улыбается и восторженно закатывает глаза. Наступает проигрыш (звучит музыка без слов).
Бьянка (сквозь зубы, всё так же улыбаясь) Попробуй только чем-то в него бросить! Катарина (всё так же мрачно) Договорились, пробую!.. Шучу.Парис продолжает петь. Новый проигрыш.
Катарина (мрачно) Ну, что сказать? Зато поёт неплохо, Пусть даже песня эта — полный бред.Парис поёт последний куплет. Бьянка кидает ему платочек, продолжает улыбаться.
Катарина Я всё не перестану удивляться: Как скалиться так долго можешь ты? У всех бы губы уж давно устали... Бьянка (сквозь зубы, улыбаясь) Я много тренируюсь... Всё! Ушёл!Улыбка мгновенно спадает, Бьянка возвращается за стол к вышиванию. Молчание.
Бьянка (себе) Не только герцог — и поёт отлично! Катарина (себе, угрюмо) Поёт неплохо — но ведь чушь несёт. Любовь — обман. Бывает, ты решаешь, Что вот она... И тут объект любви Столь увлекается интригами своими (Тем, чтобы герцог был их человек), Что у него свободной нет минутки, Чтоб заглянуть к тебе. Сестра, напрасно Боишься, что ломать я мебель буду Иль чем-то кинусь я в Париса из окна. Нет у меня желания кричать, Иль драться, оскорблять кого-то, спорить: Всё, что хочу я, — перестать дышать.Катарина прислоняется к стене, скрещивает руки на груди. Входит Бенволио. Бьянка поглощена шитьём. Бенволио проходит к Катарине и протягивает ей конверт.
Катарина (без интереса) Письмо? Зачем? О чём?.. Коль вы хотите Сказать, что нет желания жениться У вас на мне, — то я, поверьте, знаю. И полностью согласна я, синьор. Бенволио Но ведь вы тоже не хотите замуж? Я говорил о том Тибальту — он в ответ Настаивал лишь, чтоб письмо отнёс я…Катарина взмахивает руками, выхватывает у Бенволио письмо, отходит к краю сцены, спиной к Бенволио и Бьянке; читает. Снова взмахивает руками, прижимает письмо к груди, убегает. Бенволио хмыкает, хочет подойти к Бьянке, но она смотрит на него столь ледяным взглядом, что он лишь кланяется и уходит со сцены. Бьянка вышивает.
Бьянка (себе) Мне нужно выйти замуж! Повезёт коль — Любовь потом найдёт меня сама...(Устало трёт глаза.) На сцену выходит Мужчина в Белом. Он кладёт Бьянке на колени цветок и уходит.
Бьянка Ах! Что это? Откуда здесь цветок? Его я помню: он точь-в-точь такой же, Как мне синьор Бенвольо подарил, Когда пытался убедить он папу, Что много пьёт и зять он недостойный. Да, да! Клянусь я, в точности такой! А я ведь помню каждый лепесток: Его хранила я, пока он не засох И вовсе не рассыпался. Не знаю... Быть могут столь похожие цветы? И если да — откуда он здесь взялся? Боюсь, синьор Бенвольо всё же прав: Неладно что-то в этой их Вероне… Любой бы тут уверовал в Судьбу!Уходит со сцены, нервно оглядываясь и прижимая к себе цветок.
