У времени нет любви

Голые деревья вяло колыхались от зимнего ветра. Снежинки больно били по замерзшим, красным щекам. Он вновь стоял перед одинокой могилой вглядываясь в точёные буквы, что гласили: «Гарри Джеймс Поттер». Он думал, что когда нибудь перестанет сюда приходить. Когда нибудь, удастся собрать волю в кулак и решится на обливиэйт для этих колючих воспоминаний. Когда нибудь… Но не сегодня, вновь прокручивая в голове его лицо, он цеплялся за эти глаза, они горели ярким, зеленым огнем под этими глупыми очками и погибли от него же. А Драко не спит уже больше трех суток, каждый раз закрывая глаза он видит его, мягкие, приятные черты лица, бархатный голос и эти зеленые леса, он бы отдал все лишь бы в них потеряться, еще хоть раз. И каждую Мерлинову ночь, он видит его холодный труп, что прижимает к себе и тихо плачет, потому что не в состоянии помочь или хоть что-то исправить, чувствуя себя до зуда немощным и бесполезным. Эти глаза навсегда погасли и голоса этого больше не существует. Сложнее всего было понять, понять, что его нет. На это ушло два долгих месяца, и ещё один лишь бы перестать кричать и убиваться на промерзшей земле, но продолжать приходить. Слез больше не было, лишь пустота и сердце, что все сильнее скреблось в груди. Неизвестно чего он хотел получить от куска камня, верно ждал, что это окажется шуткой, что Гарри появится, посмотрит, вновь станет чертовым героем, они же не умирают, верно? Так почему он мёртв? Малфой плотнее завернулся в зеленый, вязаный шарф, это было похоже на пытку и она была хуже круциатуса, потому что он делал это добровольно. Панси сказала как то раз, что скоро станет легче, но Драко знал, для этого время должно затуманить все эти воспоминания, сделать их потускневшими фотографиями, а некоторые и вовсе уничтожить. Но он так боятся забыть цвет его глаз, тембр голоса, его лохматые, черные волосы, что не желал, чтобы стало лучше. Он достоин чтобы за него умирали, он достоин, чтобы его любили до конца, через всю эту невыносимую боль. Достоин, быть тем, ради кого даже обмануть время не сложно. И он сделает это, хотя бы ради того чтобы сказать о своих чувствах живому Поттеру, а не куску холодного мрамора. Драко сделал успокаивающий вдох закрыв глаза, в горле неприятно засвербело от холодного, декабрьского воздуха, после чего, парень трансгрессировал. Оказавшись в полуразрушенном коридоре Хогвартса, он почувствовал полное опустошение. Окна выбиты и на пол уже давно намело небольшие сугробы пушистого снега. Сквозной ветер вновь пробрал до костей, заставив Малфоя хрипло кашлять. Пора было сварить перцового зелья, но сил на это совершенно не было и монотонно стуча каблуками по полу, он отправился в один из единственных уцелевших классов, оставалось надеяться, что письмо дошло.

***

— Грейнджер. — кивнул в знак приветствия Драко, пройдя по пыльному полу и становясь рядом в классе трансфигурации, окна здесь уцелели лишь чудом, многие парты были сломаны, а шкафы опустошены. На девушке была черная мантия, капюшон которой спускался почти что до кончика носа, скрывая лицо и пышные, каштановые волосы. Она смотрела на кровавое месиво на небе, что звалось рассветом. Солнце вставало где-то в горах, снег большими хлопьями падал на белую землю и играл в лучах этого зимнего светила, а тонкий лёд озера отражал красные разводы на небе, природа оставалась все такой же спокойной и тихой, только спокойствие это было больше напускным. Малфой тихо выдохнул на замерзшие и покрасневшие руки. — Что именно ты хочешь сделать? — спросила Гермиона вместо приветствия. — Всё исправить. — отрезал Малфой. — Мне всего лишь нужен ваш маховик, ничего более. — Драко по привычке зачесал волосы назад, на них уже давно не было никаких укладочных средств и они мягкими волнами лежали как им хотелось. Если бы отец был жив, назвал бы это безобразием и неподобающим видом для наследника. Рука сама метнулась с длинному, ещё чуть розовому шраму на лице, от когтя Сивого, он проходил от лба, по брови вниз до самой щеки, если бы он тогда не увернулся, остался бы без глаза. — Ты же знаешь, мы пытались. — она зажмурилась опустив голову. — Вас было двое, конечно он не смог дать вам прыжок так далеко в прошлое. — Драко не был глупцом. Когда он просчитывал их прошлые неудачи, это стало ясно, маховик не справлялся с нагрузкой. Девушка повернулась к нему лицом и мягко стянула с головы капюшон. От былых пышных волос ниже плеч остались только короткие, мягкие волны чуть ниже мочек, из карих глаз пропал озорной блеск, из-за чего девушка казалась старше своих лет. Она внимательно оглядела парня и вновь повернулась к окну, на её лице теперь играло солнце, но она была такой-же хмурой и сосредоточенной. — Рон не хотел меня пускать на эту встречу, он думает все можно избежать. — начала она, мирным и тихим голосом, словно убаюкивала. — Он потерял лучшего друга и брата, это понятно. — пожал плечами парень. — Мы все кого-то потеряли. — просто ответила девушка. — На войне иначе не бывает, особенно, когда проигрываешь. — Но ты пришла, почему? — спросил парень. — Ты любил его. — просто ответила Гермиона, словно это было ответом на все вопросы мира, девушка вновь посмотрела на пустого Малфоя, эмоции которого давно отключились и он лишь слабо хмыкнул. — Ты знала. — утвердительно проговорил Драко. — Да. — её сухие губы тронула лёгкая улыбка, словно она вспоминала что-то хорошее, что казалось произошло слишком давно и совсем не с ними. Но через секунду она мгновенно помрачнела. — Ты попытаешься спасти его, верно? — спросила она, тёплые, карие глаза оглядывали его лицо, верно замечая и темные синяки и сетку красных, лопнувших капилляров. — Я постараюсь исправить то, что натворил, в этом мире меня уже ничего не держит. — обреченно бросил он оглядывая мелких птиц, что весело прыгали за окном, для них войны не существовало. — А как же мисс Нарцисса? — пустым голосом уточнила Гермиона. — Она никого не узнает. — парень опустил голову. Отец умер через месяц после окончательной победы Тёмного Лорда, а мама, не сумев оправиться от шока попала в больницу святого Мунго. Жизнь не имеет ровно никакого смысла, он хотел хотя-бы попытаться их всех спасти. Если бы он только сделал правильный выбор в свое время. — Прости. — тихо проговорила девушка. Где-то в коридоре послышались шаги и они вместе резко обернулись на дверь. В ней стоял Рон. Рыжие волосы отрасли и были собраны в хвост, на лице была целая смесь чувств злость, обеспокоенность и радость, когда он взглянул на свою девушку. — Герм, я же говорил тебе не ходить! — крикнул он резко оказавшись рядом и с беспокойством оглядывая Грейнджер. — Со мной все хорошо. — тихо ответила она и тепло улыбнулась, когда рыжий взял её за руку, словно боялся, что она может исчезнуть. Смотря на это Малфой невольно думал, как бы Поттер держал его за руку, наверно руки у него тёплые, как и он весь, они бы согревали Драко холодными вечерами, а он бы в ответ переплетал их пальцы, соединяя их в замок, чтобы крепко, чтобы навсегда. Заметив блондина, Уизли прочистил горло. — Малфой. — кивнул он. — Уизли. — ответил Драко. Между ними уже не было столь яркой вражды, но напряжение в воздухе все еще оставалось, вряд-ли оно пройдёт хоть когда нибудь. Слишком большое количество времени они друг друга ненавидели, это не смогло исправить даже то, что Малфой отрекся от Волдеморта, хоть и как думал, слишком поздно. — Началось. — сказала Гермиона посмотрев в окно, там, на Хогвартс надвигалась стая дементоров, Рон сжал руку Грейнджер еще сильнее. Они как завороженные смотрели, как десять-двадцать существ в своих развевающихся плащах, чем напоминали черное облако, надвигались прямо на них, кажется даже солнце стало светить более тускло, а в воздухе уже чувствовалась смерть и страх. — Это патруль по отлову грязнокровок и предателей Великого Темного Лорда, если вы не садитесь сами, мы впустим в школу дементоров, повторяю, сдавайтесь или будьте убиты. — послышался громкий голос, призванный донести весть до всех, кто был в здании. Такие патрули были частыми и вот, добрались и до Хогвартса. — Пошли, мы успеем трансгрессировать. — проговорил Рон начиная тащить девушку из класса. — Рон. — попыталась остановить его Гермиона. — Рон Уизли. — повысила она голос и вырвалась из его хватки, сделав шаг назад. — Герм. — голос рыжего дрогнул и он смотрел на неё со смесью болью и надеждой.-Прошу, пойдём.-умоляюще проговорил он. — Сколько можно прятаться Рон? — хрипло спросила Гермиона. — Я устала, я так чертовски устала. — она закрыла лицо руками, незаметно стирая слезы и вновь взглянула на парня. Уизли оглядывал ее со слезами, что наполняли его голубых глаза, только сейчас Малфой заметил несвойственные его возрасту морщины и пару седых прядей, вся эта война не может пройти мимо. — Я с тобой. — Рон подошёл к ней и порывисто прижал к груди, вдыхая запах её волос и целуя макушку, узкие плечи девушки задрожали. — До конца. — прошептал он и взглянул на Драко, словно только заметив, что тот все еще стоит рядом. Малфой знал, в его глазах рыжий увидел ту же боль, потому что взгляд его потеплел и он засунул одну руку в карман. Выуживая оттуда что-то блестящее. — Возьми. — Он протянул ему золотистую и местами потертую цепочку с маленькими, песочными часами посередине круга. И Драко взял, сжимая ещё тёплый металл и с благодарностью смотря на парня, что одной рукой все еще прижимал Гермиону к себе. Все таки Поттер умел выбирать друзей. — Спасибо. — собственный голос был хриплым, словно он не говорил больше недели. — Это усовершенствованный образец. — сказал Рон. — Ты можешь встретиться с самим собой из прошлого и перемещаться больше чем на пару недель назад, чтобы переместиться на шестой курс, заряда должно хватить. — объяснил парень. — Мы выкрали их из министерства. — Рыжий ухмыльнулся воспоминаниям. В это время девушка отстранилась от своего парня и посмотрела на Малфоя заплаканными глазами. — И еще. — она залезла в карман мантии и вытащила из нее блестящий и переливающийся на свету кусок ткани, протянув его Драко. — Мантия невидимка Гарри. — пояснила она в ответ на озадаченный взгляд. Он ни разу за это время не рискнул назвать его имя вслух, словно это было синонимом к слову ≪был≫. Поэтому услышав его Малфой вздрогнул, в голубых глазах промелькнула боль и с силой успокоив тремор в руках, он прижал ткань к себе. — Она нам все равно не нужна, а в прошлом пригодится.-осторожно продолжила девушка, словно боялась, что парень мог не выдержать. — Время вышло. — громко прозвучал замогильный голос. Гермиона быстро обняла Драко, прижав его к себе, от неё пахло какими-то сухими травами и морозом, её кудрявые волосы щекотали нос. — Обними его за меня. — шепнула она и также быстро отстранилась. Малфой растерянно смотрел на её лёгкую, но искреннюю улыбку. Она бы подружилась с Панси, подумал он. — Малфой, двадцать поворотов, а их мы задержим. — усмехнулся Рон подходя к двери и встрепенувшись, достал палочку. Драко твердо кивнул. — До самого конца? — спросил Уизли уже у Грейнджер, взяв её ладонь в свою. — До самого конца. — ответила она обнажая свою палочку и улыбнувшись Рону, бросив прощальный взгляд на Малфоя они быстро вышли из класса. Гарри бы лег костьми за них и до этого момента блондин не был уверен, что они бы сделали также, но они сделали, все-таки дружба для святого трио это не просто звук. Драко осторожно надел на шею маховик и застегнул на себе мантию невидимку, она явно лежала без дела все это время, но лёгкий запах граната и морского бриза все еще можно было уловить. Вдохнув его парень стал окончательно уверен в своей идее. Он все исправит. Замерзшие руки совсем не желали выполнять вращения механизма, но он был бы не Малфоем, если бы не превозмогал себя, докручивая последний раз, он слышал в коридоре громкие заклинания патронуса. Вспоминая своего оленя, что появился после смерти Гарри, Драко прерывисто вздохнул и закончил последний поворот. Отчего мир вокруг быстро завертелся, заставляя зажмуриться.