Шторм дня вчерашнего

      15 ноября 1981       Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс       У Гермионы задрожала нижняя губа при виде бывшей наставницы и декана.       — Доброе утро… мэм, — нервно сказала она, мысленно надеясь, что понравится этой Минерве Макгонагалл. Странная потребность в ее одобрении не исчезла даже после переноса во времени. Минерва с любопытством изогнула бровь.       — Вы — Гермиона Грейнджер? — спросила она. Гермиона улыбнулась, услышав, как она произносит ее имя.       — Да. Вы… Вы меня знаете?       Ведьма вздохнула.       — Какая досада. Альбус убеждал меня, что вы не обделены интеллектом. Конечно же, я не знаю вас, девочка моя, но профессор Дамблдор хорошо о вас отзывался. Я в курсе, что вы должны встретиться. Он просил меня присутствовать на этой встрече. Так ответьте, зачем вы говорите горгулье названия конфет?       Гермиона нахмурилась, попав впросак.       — Потому что… Эм… Это пароль?       Минерва фыркнула.       — Какой дурак будет использовать такие пароли? — пробормотала она, качая головой. — Но… Это в духе Альбуса. Обсыпной лишай, — сказала она, и горгулья сдвинулась. Гермиона поморщилась.       — Обсыпной лишай?       Минерва закатила глаза.       — Я не задаю вопросы, на которые уж точно не хочу узнать ответы, мисс Грейнджер. Идёмте за мной.       Когда они зашли в кабинет, Дамблдор встал из-за стола и улыбнулся, но, взглянув на Минерву, тут же отступил, как провинившийся ученик.       — Простите, мисс Грейнджер. Мне постоянно говорят, что иногда я не могу должным образом передать серьезность некоторых ситуаций.       — Всё нормально, профессор, — сказала она и, признательно улыбнувшись Макгонагалл, села на стул. — Я принесла несколько списков, — сказала она и залезла в расшитую бисером сумку. — Список известных Пожирателей Смерти и того, как они в первый раз выбрались из Азкабана, их возможные убежища и местонахождения… О, еще есть один дом в Литтл-Хэнглтон… Точно не знаю, где, я там сама не была, но…       — У вас поразительные организаторские способности, мисс Грейнджер, — одобрительно заметил Дамблдор. Она улыбнулась.       — Спасибо, сэр. Я хотела спросить — мне теперь называться Хауэлл? Гермионой Хауэлл? Это имя придумал мне Ремус, и, ну, мне, наверное, будет сложно освоиться в этом десятилетии, не говоря уже о том, как будет неловко, когда вторая… Я… Когда другой Гермионе исполнится одиннадцать, и она поступит в Хогвартс.       Альбус задумчиво кивнул, посмотрел на разложенные перед ним бумаги и поднял взгляд, только когда Минерва намеренно громко кашлянула.       — О… Да… Это, ну… Мисс Грейнджер или Хауэлл, как вам самой удобнее, юная Гермиона Грейнджер, ныне проживающая в Лондоне вместе с родителями, не поступит в Хогвартс.       — Что? — ахнула Гермиона. — Почему? Я…       — Вы ничего не сделали, — сказала Минерва. — Но, как вы сами заметили, возникнут сложности, если две версии вас окажется в такой близости. Мы связались с нашими друзьями в магическом и магловском мирах и договорились о переезде семейства Грейнджер.       Гермиона моргнула, когда на ее глазах выступили слезы.       — В Австралию? — прошептала она. Минерва моргнула и нахмурилась.       — В Авст… Нет, во Францию, — задумчиво сказала она, наблюдая за реакцией Гермионы. — Им предложили возможность карьерного роста. Как мы выяснили, Грейнджеры искали, где бы обосноваться и открыть стоматологическую практику. Наш друг связался с ними и предложил им перебраться в место неподалеку от Тулузы. Их дочь, как только ей исполнится одиннадцать, будет принята в Академию магии Шармбатон.       Гермиона нахмурилась и медленно кивнула.       — Понимаю… Я просто… Я ужасно себя чувствую. У нее не будет тех друзей, что были у меня, и всех… приключений…       — Включая войну, — заметила Минерва. — Такого приключения никому не пожелаешь.       Гермиона грустно улыбнулась.       — Знаю, вы не совсем поймете, профессор, но я очень скучала по вам в последние месяцы.       Минерва нахмурилась, но потом неловко пожала Гермионе руку.       — Вы… Вы очень смелая девушка. Альбус объяснил, что вы попали в это время случайно, но ваши поступки продиктованы вашей волей. Вы — благо для факультета… — она замолчала, изогнув бровь, и Гермиона радостно улыбнулась и кивнула. — Годрика Гриффиндора.       Дамблдор улыбнулся — куда искреннее, чем в начале встречи.       — Как поживает юный мистер Поттер? — спросил он. Гермиона подняла взгляд.       — Гарри в порядке, — сказала она. — Наверное. С возрастом у него появились головные боли и кошмары, и я не знаю, связано ли это с… Я подумывала поговорить с мадам Помфри, раз мы не знаем, каким колдомедикам можно доверить определенную информацию.       Дамблдор не прекращал улыбаться, делая заметки на пергаменте огромным пером феникса.       — Я поговорю днем с Поппи. Однако я спрашивал про Джеймса Поттера.       — О, — Гермиона моргнула. — Эм… Не знаю, сэр. Он… Он потерял жену.       Минерва промокнула платком уголки глаз.       — А мир потерял чудесную молодую ведьму, — сказала она. — Рано или поздно он придет в себя, — пробормотала она и посмотрела на тонкое золотое кольцо на пальце, которое Гермиона никогда прежде не замечала. — Друзья ему помогут. Как и работа. К слову, — она повернулась к Дамблдору, — как нам предотвратить возрождение этого никчемного…       — Крестражи, — выпалила Гермиона, и Дамблдор и Макгонагалл умолкли, посмотрев на нее распахнутыми, опешившими глазами. Минерва прикрыла дрожащей ладонью рот и часто-часто задышала.       — Мать Мерлина…       — Вы уверены? — прошептал Дамблдор. Гермиона кивнула.       — Я составила их список.

________________

      Министерство магии       Обсудив всё — от потенциальных крестражей и того, как их можно уничтожить, до необходимости запретить кому-либо посещать Барти Крауча-младшего в Азкабане, чтобы он не смог сбежать, — Гермиона попила чай с Минервой в ее комнате, где никогда раньше не была. Затем ей вручили летучий порох, велели перенестись в Министерство и ждать юного члена Ордена, который поможет ей стать гражданкой Магической Британии.       Прибыв на нужное место, Гермиона заметила, что уже знакомый ей дежурный волшебник даже не смотрит в ее сторону, и это вызвало у нее улыбку.       — Ремус был прав, — сказала она. — Кругом сплошные предрасс…       — Гермиона Грейнджер? — раздался голос, и Гермиона перевела взгляд на высокую худощавую ведьму, стоящую перед ней. Ее длинные темные волосы были аккуратно собраны в пучок, а одета она была в тщательно отглаженную мантию, цвет которой указывал, что она работала в отделе магического правопорядка.       — Да? — неуверенно сказала Гермиона. Ведьма улыбнулась и протянула руку.       — Эммелина Вэнс. Профессор Дамблдор сообщил, что ты вот-вот появишься. Если готова, мы отправимся в архив и уладим вопрос с документами. Тебе нужно будет оставить свою магическую подпись, чтобы все чары и заклинания работали, как надо. Палочка при тебе? — спросила она. Гермиону обидело, что ведьма даже предположила обратное.       — Конечно, — ответила она. Эммелина хмыкнула.       — Расслабься, — сказала она. — Иногда дежурные их забирают. Они пытаются ввести какую-то идиотскую систему сканирования. Будто по палочке можно определить чью-то личность. Таким макаром я могу с легкостью выкрасть палочку у зазевавшегося волшебника и выдать себя за министра магии.       Гермиона хихикнула.       — Согласна. Здесь нужен более сложный подход. Даже внешность можно подделать чарами трансфигурации и оборотным зельем.       — Его рецепт что, уже в буклетах печатают? — тихо спросила Эммелина, заходя в лифт. Она смерила пассажиров таким мрачным взглядом, что они поспешили выйти, даже не проверив, на нужном они этаже или нет. — Ну, в твоем времени?       — О моем секрете знает весь Орден? — нахмурилась Гермиона. Эммелина хмыкнула.       — Только те, кто умеют держать язык за зубами. И, полагаю, могут тебе помочь.       — Система сканирования палочек, — Гермиона закатила глаза. — А потом проверить, не пил ли ты оборотное зелье, и спросить контрольную информацию.       Эммелина недоверчиво уставилась на нее.       — Ты сейчас серьезно? — Гермиона покачала головой. — Дурость какая. Тот, кто захочет украсть палочку или оборотное зелье, может с тем же успехом оказаться легилиментом или иметь при себе сыворотку правды. Две капли, пара вопросов — и внезапно можно попасть куда угодно. Тогда лучшая защита — быть тем, чей облик бессмысленно принимать, — уверенно заявила Эммелина. — Никто не обратит внимания на мелкую сошку, которая работает с бумажками и постоянно сидит, уткнувшись в книжку.       Гермиона улыбнулась.       — Хочешь пообедать со мной?       Эммелина хмыкнула.       — У меня обычно нет перерывов на обед. Но вот поужинать — возможно. Полагаю, ты тут еще не освоилась — во всяком случае, к тому, как всё расположено в наше время.       Гермиона покачала головой, не прекращая улыбаться.       — Да, и я была бы рада, если бы ты мне всё показала. Может, мне даже удастся позвать моих новых друзей.       Улыбка Эммелины померкла.       — Лонгботтомы — хорошие люди. Мы с Алисой редко пересекались в школе. Я училась на Когтевране, но она и Лили Эванс всегда были добры ко мне. Как и Люпин. Мы оба были старостами, — она тепло улыбнулась. — О Поттере… знаю мало, но… я понимаю, что ему сейчас кошмарно, — она опустила взгляд и тяжко вздохнула. — Ужасная трагедия.       Гермиона кивнула и откашлялась.       — Думаю, еще будет проблема в виде высокого, темноволосого и очень вальяжного волшебника.       Эммелина закатила глаза.       — Сириус Блэк — тот еще подлец, — сказала она, краснея от раздражения. — Он сквернословит, ни черта не знает о приличиях, оскорбительно себя ведет и… — добавила она, повысив голос. — У него крошечный член!       Гермиона громко прыснула и тут же закрыла рот, виновато глядя на Эммелину. Та на миг смутилась, но потом и сама рассмеялась.       — Я… Прости… Не стоило мне так расходиться.       Гермиона прекратила хохотать и посмотрела на новую знакомую.       — Не можешь забыть старую любовь?       Эммелина фыркнула.       — Это было на шестом курсе, — ответила она. — Он бросил меня ради Марлин МакКиннон. Она хотя бы могла его контролировать, — добавила она. — Жаль, что ее тоже нет. Кто теперь…       — Будет держать пса на поводке? — подсказала Гермиона, и Эммелина хмыкнула. — Он ужасно флиртует, а список его недостатков с милю длиной, но… он — верный друг и… часть семьи.       Эммелина фыркнула, но потом кивнула.       — И тоже состоит в Ордене, что что-то о нем говорит. Возможно, у меня получится оставить прошлое в прошлом. Не так уж сильно он сквернословит, забывает о приличиях и оскорбляет своим поведением.       — А что насчет… — Гермиона кашлянула… — Эм?.. — спросила она, и ее щеки покраснели. Эммелина усмехнулась и пожала плечами.       — Ужасный середнячок, — сказала она, и Гермиона опять рассмеялась.