Бездарность

      Я поднял свои глаза на Чеса. Тот стоял, как громом поражённый. Я почему-то мысленно усмехнулся.       — Но как? Ты же сам говорил мне, что...       — Я врал, — я поднял голову и больше не скрывал своей улыбки. Не знаю почему, но мне хотелось улыбаться. Мне нравилось наблюдать за его реакцией. Удивительно, как он не наорал на меня ещё. Хотя представить орущего Чеса довольно сложно.       Он опять посмотрел на меня тем странным взглядом, каким когда-то посмотрел на занятии.       — А ты и вправду изменился. Уж не знаю, когда ты стал скрывать это, — Чес махнул рукой, обведя меня в воздухе. — Но в начале наших занятий ты точно таким не был, — он разочарованно вздохнул. — Но что тобой движет? Если тебя не интересует музыка, то зачем тебе это было нужно?       — Я просто хотел сыграть своей подруге, но это неважно для тебя, я думаю...       — А ведь несмотря на то, что я уже тогда что-то заподозрил, я всё-равно верил тебе, — грустно произнёс Чес, — Я думал, тебе нравится музыка, пусть и не металл, нравится проводить время со мной... А ведь ты мог бы сразу правду сказать, я бы понял тебя, помог бы.       — Да ладно, подумаешь, обманул немного.       — По тебе видно, что врать мне тебе было только в кайф, — вздохнул он и развернувшись, медленно пошёл к двери.       И вдруг я внезапно сказал: — И кстати, насчёт того, что я считал себя бездарностью... Так вот, это папа меня так назвал.       — Глэм? — резко обернулся он, но потом повернувшись обратно продолжил, — нет, он не мог такого сказать.       — Ну и не верь! Но твой друг, на самом деле, не такой уж и хороший человек.       Чес повернул ручку, распахнул дверь и, внезапно Хэви по ту сторону двери отлетел назад.       "Он подслушивал нас, вот так стоя у двери?" — подумал я. — "Вот идиот".       Чес сразу бросился к нему и убедившись, что всё с ним впорядке, ушёл. Когда Чеса уже не было, ко мне подошёл Хэви с непривычно злым для него лицом и выдал:"Я всё слышал".       — Да я уже понял, — усмехнулся я, рассматривая на нём потёртости и небольшие ушибы от падения.       — Ты... Ты... Ты обидел дядю Чеса! Как тебе не стыдно!? — зло проговорил он.       — Не устраивай трагедию! Я всего лишь обманул его. Это не так страшно. И кстати, подслушивать это тоже плохо. Ты знал?       Хэви удивлённо посмотрел на меня и спросил:       — То есть ты серьёзно не осознаёшь, как плохо ты поступил!?       Плохо!? Что в этом плохого? Да, я врал. Но лишь ради достижения своей цели. Жаль, Хэви этого не понимает.

***

      На следующий день я показал папе своё умение играть на гитаре. И пусть это был не металл, и даже не рок, я должен сказать, папа был удивлён. Он сказал, что для меня это довольно неплохо. Хах, для меня? Что он имеет в виду?       — А ты говорил, что я бездарность! Говорил, что я не на что не способен, — усмехнулся я.       Папа дрогнул, но всё ещё улыбаясь, ответил:       — Прости, Ди. Я же тогда извинился. Я правда очень сожалею, я был не прав. Я совсем случайно сорвался тогда. Просто у меня было довольно тяжёлое детство... — Не успел я ничего сказать, как он добавил, — Но ладно, забудь, это всё в прошлом.       Что? Тяжёлое детство? У моего папы!? Интересно, какое? На него его папа что-ли также кричал и обзывал бездарностью? Что-то не верится... Сегодня ночью я собирался уйти к Марго. Мы с ней договорились встретиться на крыше её дома. Я ей обещал, что покажу свои умения игры на гитаре.       Вообще, буду честен, я довольно часто уходил из дома ночью, чтобы встретиться с ней. Если бы я так не делал, я бы уже, наверное, сошёл с ума! С этими ненормальными (моей семейкой) просто невозможно жить! Только папа один разумный. Хотя... Я уже очень в этом сомневаюсь. Его поведение во время обучения меня игры на гитаре я никогда не забуду. Сложно мне жить в такой семье. Моя мама — глупая женщина, которая постоянно матерится, ругается и в любой момент может сильно ударить (благо, я уже привык отклоняться от её кулаков). Хэви — тоже глупый, весь в маму. Ничего не хочет делать, не учится, не думает о будущем. При этом этот идиот без всяких трудов научился играть на гитаре! А папа... Так, про папу я больше не хочу говорить. Детство у него, видете ли, трудное было! Пфф...       Так я размышлял о своей семье... И задумался, а давно ли я о своих родителях и брате такого мнения? С каких это пор, я считаю маму глупой, например? А имею ли я право вообще их оскорблять? Или... Я встряхнул головой, взял гитару в руки и стал играть. Я играл, закрыв глаза, и представлял, что напротив меня сидит Марго и слушает меня. Она улыбается, ей нравится. Я тоже улыбнулся. Неважно, решил я. Всё это неважно. Я прав. К тому же, Марго всегда была того же мнения о моей семье.

***

      Час ночи. Я тихо подошёл к своей двери и открыл её. Сейчас мне придётся пройти через комнату Хэви. Только в такие моменты я жалел, что его комната была проходной. Я уже почти дошёл до конца комнаты, как вдруг меня позвал Хэви, который, оказывается, не спал.       — Ди! — сердито сказал Хэви. Видимо, до сих пор злился на меня из-за Чеса. — Ты куда?       — В туалет, — спокойно ответил я.       — Врёшь! Ты опять сбежать пытаешься?       Откуда... Откуда он узнал?       — Я просто пошёл в туалет. Что ты пристал на ровном месте? — раздражённо произнёс я.       — Я знал, что иногда ты уходишь ночью куда-то. Мне даже один раз удалось сфоткать тебя во время твоего очередного побега. А потом я эту фотку ещё в свою инсту выложил.* Странно, что ты не заметил, — к концу своей речи его сердитый тон переменился на спокойной. Не умел он долго злиться.       — Но раз ты знал, почему ты дальше позволял мне уходить? Почему всегда относился к этому спокойно, а сейчас вдруг так бесишься?       — Я увидел твоё отношение к Чесу, и моё отношение к тебе поменялось. Раньше я думал, ну уходишь, ну ночью. Наверное, просто гуляешь. Но сейчас у меня есть причины подозревать тебя в чём-то... нехорошем.       — В чём "нехорошем"? — закатил глаза я, а потом добавил, — И да, я и вправду ухожу только гулять. И я ушёл, не обращая внимания на вопрос Хэви:"А зачем тебе гитара?"

***

      На улице было холодно, дул ветер. Погода — самое то, сидеть на крыше. "Почему на крыше?" — спросите вы. Мы с ней часто устраивались именно на крыше и разговаривали вдвоём наедине, отдыхали ото всех.       Дом Марго мне очень нравился. Он был двухэтажным, большим, красивым. Родители Марго были довольно богаты. Я дошёл до двери и позвонил в дверь. На пороге меня встретила девочка с длинными тёмными волосами. Марго без особого интереса оглянула меня, но когда заметила гитару, её глаза сразу засияли.       — Привет, я теперь умею играть Цоя. Ну или могу батарейку сыграть, — гордо выдал я.       Марго улыбнулась и вышла на улицу. Вместе мы поднялись по лестнице наверх и удобно устроились на крыше. Марго взяла с собой плед и для себя и для меня. "Могу ещё чай принести и печенье," — предложила она.       — Это необязательно, — ответил я, а потом добавил, ухмыльнувшись и посмотрев на гитару, — Марго... А я ведь не бездарность.       Я поудобнее взял гитару и начал играть и петь "Группу крови". Мне игралось удивительно легко. И мне было так хорошо! Моя девушка... Подруга слушает моё исполнение! Ура, я достиг этого! Я настолько воодушевился, что не сразу заметил, как Марго пытается остановить меня. Я перестал играть и, поджав губы, посмотрел на недовольное лицо Марго. В чём дело?       — Ты... Неправильно попадаешь в ноты.       Внутри меня будто что-то рухнало. Я так старался, так старался ей угодить, понравиться ей ещё больше! Сколько усилий я приложил, чтобы играть хотя бы так! А в итоге я слышу... Это?       — Я знаю, что играю неидеально. Но ведь это не так страшно?       — Ди, тут музыка наипростейшая. И ты даже её не можешь нормально сыграть?       — Но ведь... Но... — от негодования мне было тяжело говорить. В первый раз за всё это долгое время я ощутил волнение, — мой папа был в восторге от моей игры!       — Твой папа? — девушка неприятно высокомерно взглянула на меня. — Твой папа... Тот самый человек, что назвал тебя бездарностью?       Вместо ответа я только поджал губы.       — А не пахнет ли тут лицемерием?       — Он не лицемер! — неожиданно для самого себя воскликнул я. Хотя мне кажется, я боюсь это признавать, но если бы Марго осталась довольна моей игрой, и мы стали бы обсуждать моего папу, я бы с ней был согласен... Да что, чёрт возьми, со мной происходит? — Ему правда понравилось! Я видел!       — Ха, даже если это и так, — она тряхнула головой. — Это не отменяет того факта, что мне не понравилось!       Пусть она замолчит! Я не мог это слушать! Мне было больно... Я всё это время пытался добиться этой девушки. А сейчас я вижу, что это всё напрасно. Зачем мне такая девушка? Зачем мне такой друг? Неужели я раньше не замечал в ней этого высокомерия и наглости? Почему? Потому что я сам был... Нет-нет-нет!       — А представь, Ди! — спокойно продолжила она, в то время как я убивался внутри. — Ты научился бы играть на электро-гитаре, мы с тобой создали бы свою рок-группу! А так... Что мы имеем в итоге? Корявая музыка Цоя! Пфф, достижение!       — Для меня это достижение, — не выдержал я.       Атмосфера очень давила. Я почувствовал себя плохо. И Марго это заметила...       — Хм, не знала, что тебя так легко сломать, — противно улыбнулась Марго.       У меня не было сил злиться. Я только опустил голову.       — Я думала ты классный, а ты оказался слабым и некчёмным. Ко всему прочему, бездарностью, — последнее слово Марго выделила. Видимо, пыталась привлечь моё внимание. Но реакции не последовало, и она разочарованно покинула крышу.       Я остался один. Совсем-совсем один... Только сейчас, после её предательства, я понял, что у меня нет больше никого. И я сам виноват в этом! Когда я был с Марго, я не замечал ничего вокруг себя, думал лишь о себе. А Чес со своей хвальбой только помог мне стать ещё более самоуверенным! Как я мог опуститься до такого?       Один... Я сейчас никому не нужен. Я грубо обошёлся с Глэмом. А ещё с Хэви... Бедный Хэви... А ещё Чес! Я его обманул, ради собственной выгоды! А мама? Да, я ничего плохого не делал ей. Но я называл её глупой про себя. Кем нужно быть, чтобы называть свою маму глупой? Я ещё тогда задался этим вопросом! Но эта Марго и желание стать её парнем затмили мне все глаза! Хотя нет, скорее в этом виновато моё ЧСВ.       Я находился в безысходным положении. Я оскорбил всю свою семью и Чеса! Меня предал друг. А Хэви! Главное, Хэви! Он никогда меня простит... Я был слишком жесток с ним.       Я сам не заметил, как стал ронять слёзы. Прижав ладони к лицу, я зарыдал, сидя, сгорбившись, на черепице крыши. Я один. Одинокий... Бездарный... Никому ненужный...       Внезапно я почувствовал чью-то тёплую руку на своём плече. Я разомкнул глаза и увидел Хэви, который смотрел на меня и... Улыбался? Я не стал спрашивать, что он тут делает. И так ясно.       — Ты всё видел, да?       — "Всё" это в каком смысле? "Всё" это прямо всё-всё? Или "всё" это всё-таки не всё, а лишь...       — Пожалуйста, Хэви, не надо, — устало вздохнул я.       Хэви сел рядом и произнёс:       — Я лишь хотел развеселить тебя. Не надо вешать нос из-за какой-то тупой бабы.       — Спасибо, — слабо улыбнулся я. — Но... Я не из-за этого. Я вёл себя как конченный. Прости меня, пожалуйста. Хэви, я... Я так плохо с тобой обращался.       Хэви явно удивился моим словам.       — Да ничего страшного. Я и сам над тобой издевался. Принцесса ДИсней? Помнишь? — засмеялсяХэви, но как только увидел моё каменное лицо, перестал, — Вымысле, я тоже виноват. Получается, мы квиты.       — Да о чём ты, Хэви? Ты издевался по-доброму, нет, просто шутил. А я? Я и вправду очень плохо поступил с Чесом, а заодно и с тобой. А ещё с папой, и с мамой. И со всеми! — на последнем предложении я вскочил на ноги, сжав кулаки от злости на самого себя.       Хэви аккуратно взял меня за руку и стал успокаивать меня:       — Что-ты... Всё не так страшно. Ты всё обезательно исправишь. Ты же чувствуешь вину, верно? Это уже очень хорошо. Значит, ты не без души.       Я дрогнул. Никогда я ещё и не от кого не слышал подобные слова. Это было удивительно. Я задел чувства брата, но несмотря на это он не сломился и не держал долго на меня обиду, а наоборот, готов поддерживать меня. Мне было приятно, но и сразу очень стыдно.       — С.. спасибо, — тихо произнёс я.       — И помни, ты не бездарность. Не слушай ту глупую девочку. Ты играл замечательно, хоть и не совсем чисто. К тому же, у тебя, наверняка, есть способности ко многим другим вещам, — добавил Хэви.       — Но Марго... У меня создалось впечатление, что я вёл себя не лучше её.       Хэви помолчал немного, будто не делал соглашаться, и потом сказал:       — Я же говорю, ты всё исправишь. Ты сам сможешь измениться. И я тебе помогу в этом, я ведь твой брат.       И на этих словах Хэви меня обнял и, с моей души будто камень упал.