Четыре извилины у Руслана в жопе.
30 марта 2021 г., 18:23
Человеческий мозг способен понять многое. Но не свои интересы и влечения. Руслан вот тоже не понимает, почему именно сейчас ему хочется расслабиться. И не просто, а с порнухой на компьютере в придачу. Именно поэтому, дождавшись, пока все не уснут (а в его понятии — пока не наступит тишина) он принялся печатать на компьютере «Гей порно». Найдя среди всего говна то, что нужно, он приступил к просмотру, предварительно надев наушники. «Рыжий красавец тарабанит хрупкую омежку». Название больше отвлекало от сути, поэтому его он предпочёл читать меньше, чем два раза, вдумываясь.
Только с первых кадров английской озвучки и стонов низ живота приятно потянуло и несколько защипало. А под середину 15-ти минутного ролика он и вовсе перестал осознавать действия своих рук. Стягивает шорты вместе с боксерами, он проводит ладошкой по вставшему члену и откидывает голову, чувствуя скорую разрядку, но не выпуская из поля зрения экран компьютера. Спустя минуту он с шумным вздохом кончает, на мгновение забывая обо всем, не замечая, что ролик уже закончился, а к двери раздаются аккуратные шаги. Владелец которых вскоре оказываются в комнате Руслана и стоит с ошарашенным видом.
— Дань, это все не то, что ты подумал, только маме не рассказывай, — пролепетал он, надевая боксеры с шортами.
— Что ж, забей, с кем не бывает. Что это ты тут смотришь? — он подходит к компьютеру и читает название в слух, от чего Руслан ещё больше краснеет, а ладошки потеют, сжимаясь в кулаки от неловкости ситуации.
— Ложись спать, дрочун, — он посмеялся и выключил свет, закрыв за собой дверь.
— Чёрт, — он ложится на кровать и хватает подушку.
— Придурок, идиот, — мягкая ткань бьёт по лицу совсем не больно, но прокручивая этот момент в голове, ему становится все стыднее. И в конце концов он засыпает, сгорев от стыда.
***
На следующий день, придя со школы, Руслан заметил, что Данил слишком рано возвращается с работы или же это график? Ответа на вопрос он так и не получил, да даже, честно говоря, не пытался, так как лишь только уловив Данилу взглядом, он сбежал в свою комнату, не в силах выкинуть вчерашнее событие из головы. — Руслан? Зов был успешно проигнорирован, да и это особо не было замечено, поэтому Тушенцов расслабленно сидел за компьютером, дожидаясь прихода матери, сделав все уроки. — Что вы шумели вчера в твоей комнате? Я даже проснулась, — сидя за столом, спросила мать Тушенцова. — Я… Я решил кое-что спросить у Данила, поэтому позвал его в свою комнату, — опешил Руслан, но после ответил, побыстрее доедая ужин, чтобы уйти. — Данила? А вчера ты меня называл «Даня», — ухмыляется тот, наблюдая за мгновенной реакцией парня. Он быстро доел, и не проронив ни слова, снова заперся в своей комнате, а после неожиданно вырубился.***
На утро следующего дня мать Тушенцова оповестила Руслана, что теперь Онешко учится вместе с Русланом в одной школе на класс младше. Эта новость не сказать что огорчила, но и не развеселила. В его представлении Юлик от недостатка внимания от сверстников будет донимать Руслана и везде за ним ходить, как преданная псина, докучать и навязываться. — Окей, — со вздохом произнёс он, заходя в школу с младшим. Коротко рассказав, что здесь да как, он подвёл его к кабинету, а сам слинял по-тихому, чтобы вопросов не задавал, прикрывшись скорым звонком, который должен быть по правилам через 15 минут, но у Руслана свои правила. На удивление, за весь день Юлик не подошёл к Руслану ни разу, и это даже огорчило Руслана, поэтому, не дожидаясь Юлика, он выходит со двора школы и направляется далеко не в сторону дома. — Алло, Руслан, вы с Юликом идёте домой? Выслушав от мамы целую кучу негодования, он развернулся и пошёл обратно в школу. — Вот дом, заходи, а я пойду прогуляюсь. Он беспрекословно выполнил просьбу, а Руслан зашёл в магазин. — Гречка, молоко, хлеб, яйца. Это все? Пакетик не надо? — Нет, спасибо. Расплатившись, он переходит через дорогу и подходит к пятиэтажке, после чего забегает в подъезд и открывает своим ключом дверь. — Бабуль, это я. Руслана встречает влажный воздух старой хрущевки и прохлада, но все же было теплее, чем на улице. Разувается и вешает на крючок снятую ещё в подъезде куртку. Пол все же холодный, поэтому он надевает первые попавшиеся оранжевые потасканные тапочки и проходит в комнату, где на кресле сидела, немного сгорбившись, в очках худая старушка. Костлявые пальцы рук небрежно держали газету, а карие глаза бегали по строчкам. — Бабуль, это я, — повторяет он фразу и садится на диван рядом с креслом. — О, Ванюша пришёл, — он не замечает эту небрежную ошибку и вступает в диалог о её здоровье и прочем. Ваня — это тот взрослый мужчина, лет на десять младше бабушки Руслана, что помогал ей несколько месяцев, а после пропал из жизни Нины Петровны навсегда. Остались только излишние переглядки в подъезде. — Я тебе, вот, купил все, что ты просила. Гречка там, молоко. — Спасибо, внучок, только один о бабушке заботишься. А то ведь соседка, Лилия Степановна то, перестала ко мне захаживать, говорит, что я ненормальная, но это разве так? — неожиданно из её глаз полились слезы, и Руслан даже растерялся. — Нет, бабуль, ты что, — после этой фразы слезы прекратились, словно и не начинались. — О, смотри, снова явился не запылился, — она указывает на маленькую деревянную коробочку. — Весь день найти её не могла. Странности преследовали Нину Петровну с исполнения семидесяти лет. В этот момент от неё отказались все. И подружки, которым она заливала про инопланетян и драконов. И сестра гостя, у которой она начинала резко плясать или падать замертво. Всё это не на шутку пугало родственников, но услышав диагноз, шепнутый на ушко одной из сестёр, все сразу настроились негативно: Старческий маразм. И уже восемь лет посетителем её дома становится единственный внук — Руслан. — Понимаешь, ну не может меня твоя мама простить за ту глупость. Я же ведь молодая была, не соображала ничего… Эту историю он слышит раз двадцать третий так точно, однако с каждым разом эмоции почему-то совершенно разные. И среди них нет скуки или отвращения. В возрасте восемнадцати лет Нина родила своего первенца. Мужественный сын Николай, как именовал его при рождении отец. Но не прошло и года, как она узнает: Беременность. Три месяца. Аборт делать уже поздно, и это стало ударом для юных родителей. А Сергей все давил, давил: «Оставь ты этого ребёнка, втроем прокормить не можем, так еще и одна обуза появится». Слушала она это все, слушала, да и послушала. «Дом малютки номер 45» — теперь новый дом для маленькой Лены. Позже, в возрасте 12-ти лет, её забрали, удочерила хорошая семья. Но даже в таком возрасте она понимала, как сильно ненавидит мать. Увидеться им представилось возможным, только когда Лене исполнилось 27. Узнав, что её брат уже давно уехал и бросил мать в старой однушке, это повергло её в шок и к душе даже подкатила жалость. Но когда та заговорила о помощи, то получила «кукиш с маслом» и плевок в дверь. — Эх, ладно, я помчал домой, ещё дел много, — одевшись, он вышел из подъезда и направился домой. Только зайдя в квартиру, он сразу же столкнулся с Данилой. — Руслан, хочешь съездить с Даней? Он в магазин, нам на вечер ужин сварганит, а то я так устала. — Ладно, мам, — в приличной манере сказал он и тотчас за ними закрылась дверь. На улице зима такая, что в обычных школьных джинсах в первые минуты коленки сворачивает, словно пластилин. Выходя из подъезда, они идут к машине, но уверенно идти не получается. Очень скользко. Только вот Кашину почему-то так не казалось, и он уверенной походкой шёл вперёд. Заметив состояние Руслана, он взял его за руку. — Держись давай, не упади, — его рука была тёплая, почти горячая, и на повороте он схватился за его руку сильнее, будто ища в ней помощи, которую и получает. — Спасибо, — прошептал он. Перед ними стоял чёрный Ford, в который они и сели на передние сидения. Руслан внимательно наблюдает за действиями Дани, он всю жизнь мечтал водить машину, поэтому по достижению совершеннолетия пойдёт сдавать на права, это он решил для себя точно.
