Pourquoi pas / Почему бы нет

Гермиона прыснула… Ее дочь крайне целеустремленно закапывала в снег крестного и Грега, причем одновременно. Носилась рыжим огоньком в синей шапочке и синей же курточке, в белых сапожках и варежках, очень счастливая. Не зря Гарри полдня колдовал в саду с климатическими чарами, чтобы обеспечить любимой крестнице снежное Рождество. В доме пахло хвоей и корицей. Особняк был украшен, ели во многих комнатах наряжены. Летали крошечные золотые огоньки, которые, если поймать, рассыпались скопом снежинок. Звучали рождественские гимны и мелодии из Щелкунчика. Грегори подарил ей старинную музыкальную шкатулку и, смотря на тоненькую балерину, под музыку Щелкунчика Роза засыпала. — Ты такая умиротворённая. Гермиона в джинсах и мягком свитере цвета шоколада повернулась к Джинни Уизли, которая смотрела на нее с улыбкой. — Все-таки я рада, что мой придурок-брат, — глоток шампанского, — сделал только лучше. С ним ты такой не была. Джинни зашла передать подарки Розе, поиграть с ней перед тем, как исчезнуть — снова надолго. То ли Индия, то ли Китай. Рыжая ничего конкретно не сказала. Джин о своей работе привычки болтать не имела. Поэтому сказать что-то наверняка было нельзя. Гермиона и не собиралась лезть в карьеру подруги. Даже если та скакала из одного опасного приключения в другое. Это ее выбор и, право слово, если Молли смирилась с выбором дочери, то с чего Гермионе мамочку из себя строить? — Вы так и не помирились? — задала Гермиона в общем-то риторический вопрос, опускаясь на диван и глядя на ревущий камин. — Неужели нельзя простить его и самой попросить прощения? Джин, вы же взрослые люди. Джинни поправила выбившийся из элегантной прически локон. На указательном пальце блеснул драгоценный камень, вставленный в оправу из золота. Артефакт. И весьма не светлый. Вопрос от Гермионы был сложным. Она считала, что ей не за что извиняться. Братец разрушил семью, сделал больно Розе и бросил женщину, которая его, кретина, полюбила только чудом Мерлина, не иначе. И да, это была пресловутая сестринская нежность во всей красе. У Джинни были слова и похуже, на самом деле, однако она уже не так злилась. — Я взрослая, а он… — Джинни поставила бокал на столик, встала и подошла к камину, где висели носки. Большие, красные, с белой окантовкой и именами. — Идиот. Роза, Грегори и Гермиона — семья. Лучше той крысиной норы, где обитал Рон, и куда мама аппарировала через день. Заботясь о нем. — На Рождество ты не останешься? Не то чтобы Гермиона питала сильную надежду на это, но спросить была обязана. Если Джинни не захочет праздновать в Норе, то за их с Грегори столом ей всегда найдется место. Язвительность Джин точно оживит вечер. Сделает его не приторно сладким — потому что Гарри, с тех пор, как Габи сказала ему «да», возлюбил весь мир. Министерство в ужасе — от подвалов до верхних уровней. У нее в кабинете уже побывала слезливая делегация с просьбой унять Главного Аврора. Настолько все не привыкли к Герою, не рычащему матом, а излучающему доброту к ближним. — Нет, не хочу мешать, — Джинни улыбнулась. — Гермиона, это твое первое Рождество с мужем. Думаю, к вам присоединятся Поттер и его Габриэль. Будет не скучно. А у меня портал, чтобы избежать неловкости в Норе и не портить семье праздник. Потому что Рон собирается представить свою новую девушку всем. Джинни поморщилась. — Не хочу этого видеть, — проворчала она, поправляя ворот своего зелёного кашемирового платья под горло. — Не сейчас, когда у меня намечается важная миссия, а злиться на брата будет глупо. Тем более у меня предчувствие, что эта незнакомка мне не понравится. Скажу Гарри, чтобы, когда Рон притащит девицу к дочери, он лично процесс знакомства контролировал. — Джинни, — достаточно веско уронила Гермиона. — Рон, может, и не совершенство, но нашу дочь любит. Действительно любит — как может и умеет. Не утрируй, будь добра. Твой гнев на него — это твой гнев… И мой тебе совет: отпусти, ведь я уже не злюсь. Хотя мне было приятно, не скрою, что вы все были на моей стороне. Джинни вернулась в кресло, потирая висок и раздумывая. Гермиона ей не мешала, встала и снова отошла к окну. Соланж пыталась напоить Розу и двоих взрослых магов шоколадом. Но те были заняты, в шесть рук лепили снежного монстра. Гермиона была уверена, что Гарри эту страхолюдину укрепит чарами и оживит, чтобы победить и получить поцелуй принцессы. Это было предсказуемо. Габриэль сегодня встречалась с сестрой и настоятельно убеждала Поттера не портить им посиделки. Гарри же, стоило любимой невесте упорхнуть, явился к ним. — Тебе нужна была поддержка, — более мирным голосом отозвалась Джинни. — Прости, я забываю, что меня заносит. То, что ты смогла Рона простить, еще раз доказывает, насколько повезло теперь Гойлу. Гермиона, как ты его отхватила? Красавец же: эти мускулы, рост и глаза, ммм… — застонала Джинни. — Кто бы мог подумать, что из прихвостня Хорька выйдет мужчина мечты? Гермиона прикусила губу. Отхватила — это не то слово… Скорее Грегори решился от отчаянья на шаг, который в конечном итоге принес им любовь и сделал очень счастливыми. Однако рассказывать Джинни правду она не станет, конечно. Ее знают только четыре человека, пусть так и останется. Джин не растреплет, несмотря на всю свою любовь к сплетням, но момент, когда Грегори попросил ее стать его женой, был для Гермионы настолько личным, что говорить она о нем не хотела. — Он мой муж, — шутливо напомнила она, совсем не ревнуя. — Как у тебя с личным? — Не скучно, — Джинни фыркнула. — Я свободная женщина и люблю секс, красивых мужиков и романтику. Только если это к браку не сводится, упаси Годрик. Джин долила Гермионе шампанского и принялась живописать свое последнее любовное приключение в Стамбуле. Попутно сетуя, что ту брошь у нее увели, зато у него была такая задница… Гермиона хохотала почти до слез. У Джинни был дар смешно рассказывать. Сказки редко появляющейся тети Роза обожала, правда, для нее Джинни выбирала истории рейтингом не двадцать один плюс. — Говорил же, что они пьют, и Джинни травит байки, — Гарри размотал шарф, — Роза с Соланж пошли переодеваться. Я сегодня герой — победил кракозябру. Гермиона встала и поцеловала Грегори в губы, прежде чем закатить глаза на похвальбу лучшего друга. — Если хочешь, чтобы тебе налили, не обязательно хвастаться, Гарри. Устал? — она приподнялась на цыпочки и забросила тонкие руки Грегори на плечи. — Роза вас должна была загонять. — Не очень. Поттер стенал, что «счаз помрет», — Грегори потерся носом о ее щеку. — Мы отлично провели время. Джинни, как тебе дом? О чем говорить с рыжей бестией, как ее называли Поттер, Гермиона и все Уизли, с которыми Грег уже был знаком, он пока не понимал. Но постарался быть радушным. Она точно подруга его Гермионы, и стоит постараться поладить. И, кроме того, Роза тетю любила, и к тому же у Джинни Уизли была репутация среди охотников за сокровищами. Грегори иногда покупал антиквариат и был в курсе слухов, да кое о чем по дружбе просветил Гарри. Который иногда жалел, что всего лишь скучно руководит силовым блоком Магической Британии вместо приключений, о которых мечтал в юности. — Прекрасен, у тебя отлично получилось создать гнездышко для Гермионы и Розы. Гойл, расслабься: раз она так счастлива, — кивок на Гермиону, — у тебя давно есть мое благословение. И ты — раз даже склочный Поттер тебя принял — свой. Гермиона отпустила мужа — сейчас грянет взрыв. — Где я склочный, Джин? — Поттер надул губы, что смотрелось забавно. — Я самый милый. — Шерстистый носорог, — невинным голоском добавила Гермиона в такт и оглянулась на Грегори. — Ты распорядился насчет обеда? У Джин аллергия на арахис и рыбу. Я совсем забыла. — Еще с утра, когда нас почтили визитом, — успокоил ее Грегори, притягивая любимую к себе. Перебранка Уизли и Поттера шла фоном. — Пойдем заглянем к Розе? Эти двое как раз закончат спорить. Гермиона качнула головой: она не была в этом так уж уверена. Потому что знала Джинни и Гарри несколько лучше и дольше, им нравилось переругиваться, пусть они и сохранили дружбу, даже расставшись. Иногда Джин работала как информатор Аврората, периодически Гарри срывался с места и вытаскивал Рыжую из задницы. Но после всего пережитого их дружба и узы были крепки, как и прежде. Все они давно не дети, но дурачиться было очень приятно. Тем более, что Джинни они не увидят до конца зимы — это точно. Пусть Гарри выяснит о ее планах все что можно, и убедится, что Джин понимает, что ей есть к кому обратиться за помощью. — Грегори, нам придется появиться на Рождественском балу в министерстве, — она задержала его у лестницы на второй этаж. — Бал в этом году будет маскарадом. В полночь все маски исчезнут. И я приготовила нам костюмы. По мотивам моей любимой сказки, — Гермиона погладила линию жизни у него на ладони. — Белль и ее расколдованный прекрасный принц, что был Чудовищем. Мгновение повисло между ними, как тот самый танец, та классическая песня о любви. Когда Чудовище встретил свою Белль у подножия лестницы. Уже понимая, что любит всем сердцем, только не смеет признаться. Правда, между ними все слова сказаны. Но и в Магическом мире найдется место мигу настоящего волшебства, главное — любить.