Маленькие барочные истории: 1678-1681

Август, 1678 Шевалье де Лоррен вернулся с охоты довольный и потный. Королевский лес близ Сен-Жермена славился обилием дичи и птиц. С пустыми руками никто не оставался, а уж тем более шевалье – меткий стрелок и выносливый наездник. Фазанов и зайцев, которых он подстрелил, понесли на кухню, а сам шевалье, спешившись у входа в Новый дворец, поднялся по ступеням так легко, будто не ведал усталости. У лакея он сразу спросил, где Месье. Гостевание у короля имело свои плюсы и минусы. К последним относилось то, что шевалье приходилось делить Месье с королём. Повинуясь этикету, Месье присутствовал на всех церемониях. Пропадал в Старом дворце с утра до позднего вечера.* Хорошо, что ночи доставались шевалье, иначе он бы возмутился. - Его высочество у себя, - важно ответил лакей. – Готовится к прогулке. Едва дослушав, шевалье отправился на половину Месье. Новый дворец, с его многочисленными лестницами и галереями, казался лабиринтом в ренессансном стиле. Шевалье знал его как свои пять пальцев, но не любил. Одиннадцать лет назад шевалье здесь арестовали. Давнее событие навсегда затмило красоту парка и сногсшибательный вид на Сену. Влетев в спальню, он сграбастал Месье в охапку. Осыпал поцелуями, не обращая внимания на присутствие других кавалеров. Вид нежного, чистенького принца его распалял. Месье был лакомством, с которого хотелось снять обёртку. - Фу, милый, от вас воняет, - Месье отворачивался от поцелуев. - Настоящий мужской запах! – шутливо возмутился шевалье. - Фу, - повторил Месье. Впрочем, судя по выражению лица, брезгливость он изображал. Шевалье отпустил его и взял с серебряного блюда персик. - Очередная скучная прогулка, - проговорил он с набитым ртом. - Очередная скучная охота, - не остался в долгу Месье. Шевалье фыркнул. Месье закатил глаза. Но их пикировка была своего рода флиртом. Они, не разговаривая, то и дело поглядывали друг на друга. В спальне присутствовали все кавалеры, а казалось, никого нет, кроме Месье и шевалье. - Вы опять просидите у себя до самого вечера? – Месье приподнял руки, чтобы граф де Марсан опоясал его голубым шарфом. - Не знаю, - шевалье пожал плечами. – Ещё не решил. Но когда меня выгуливают как собачонку, этого я не люблю. Месье подавил вздох. Ну вот, начались дерзкие речи. Лучше бы шевалье попридержал язык. Возмущаться порядками, которые завёл король, можно во дворцах Месье, а в королевских - неразумно так делать. У стен есть глаза и уши. Неужели шевалье не усвоил? Пока Месье выбирал кольца, шевалье нарезал круги вокруг. У него руки чесались помять ленты и кружева, растрепать кудри. К аромату духов Месье добавить запах пота. Но всё-таки шевалье знал, когда стоит сдержаться. - Мне доставили одну любопытную книгу, - Месье взял из шкатулки кольцо с рубином и надел на палец. – Возможно, она и вам покажется любопытной. - Что за книга? – шевалье замер на месте. - Мемуары мадам де Колонна, - бесстрастно ответил Месье. Шевалье горестно застонал и возвёл очи к потолку. После недолгого заточения в тюрьме король принудил его жить в Италии.* Мадам де Колонна оказалась единственной знатной особой, открывшей перед ним двери своих палаццо. Остальная знать чуралась мучителя и отравителя Генриетты Английской. Но шевалье всё равно желал забыть мадам де Колонна, а вместе с ней Италию, как страшный сон. Да вот только дама неустанно о себе напоминала. - Вы уверены, что это её мемуары? – шевалье иронически выгнул бровь. Несколько лет назад уже вышли какие-то. Борзое перо неизвестного автора подарило читающей публике занимательный текст. Двор с удовольствием смаковал пикантные подробности, а шевалье пришлось убеждать Месье, что все эти подробности – ложь. - Вне всякого сомнения, - Месье слишком уж сосредоточился на шкатулке. – Мадам де Колонна написала их собственноручно. Ничего другого ей не оставалось, ведь как иначе доказать, что та сказка не имеет к ней отношения? Шевалье нахмурился. Что-то в словах Месье ему не нравилось. Что-то смущало. - Погодите! – воскликнул он. – Вы что же, по-прежнему с ней переписываетесь? Месье повернулся к шевалье, изобразил удивление. - Конечно, милый. "Конечно, милый", - мысленно передразнил шевалье. Месье вообще способен на настоящую ревность? Он вернул мадам Колонна своё расположение, немного подувшись. Давняя дружба для него важнее того факта, что прекрасная итальянка спала с шевалье? Ха! Есть о чём задуматься! Вот в такие моменты шевалье начинал сомневаться в любви Месье. Потому что сам полагал ревность признаком сильного чувства, а её отсутствие – признаком того, что под маской любви скрывается привычка. - Знать не хочу, что она там пишет, - буркнул шевалье. – Не пересказывайте мне. - Как скажете, милый, - Месье не стал спорить. Шевалье шагнул к нему и обнял сзади. Зашептал на ушко, скрытое под париком. Кавалеры не смогли разобрать произнесённых слов. Они только заметили, что Месье зарделся. Но уже в следующее мгновение он высвободился из объятий шевалье, быстро коснулся его щеки и направился к дверям. Кавалеры - за ним. Шевалье, когда спальня опустела, рухнул в кресло и вытянул гудящие ноги. Вскоре нарисовался его лакей, желающий узнать, не угодно ли чего господину. - Угодно, - хмуро обронил шевалье. – Сними с меня сапоги. Пока лакей тянул за сапоги, шевалье держался за подлокотники. Когда была потревожена больная мозоль, шевалье разразился ругательствами, лакей – извинениями. Но зря последний дрожал как осиновый лист. Оставшись в чулках, шевалье не отвесил ему подзатыльник, а просто жестом приказал удалиться. Ему требовалось подумать в тишине и покое. Как всегда, он задавался вопросом, что у Месье на уме. Но усталость прервала ход мыслей. Шевалье задремал. Когда проснулся, обнаружил, что перед ним стоит тот же лакей. - Ах, сударь! – лакей пританцовывал на месте, словно его мочевой пузырь переполнился. – Случилась беда! - Какая? – с шевалье мигом слетела сонливость. Он вообразил, что это с Месье беда. – Да говори же! - Ваши собаки, сударь, - лакей перевёл дыхание. – Их отравил королевский егерь! Потому что вы охотились без разрешения. Так он утверждает. Шевалье испытал облегчение, но почти сразу на смену ему пришло возмущение. Он ударил кулаком по подлокотнику. Лакей вздрогнул и вжал голову в плечи. - Какое к чёрту разрешение?! – рявкнул шевалье, вскакивая на ноги. – Сучий сын пьян в стельку! Или попросту спятил! Кто в здравом уме посмеет сотворить такое с моими собаками?! Шевалье рванул в сторону лестницы, но, услышав позади стук каблуков, резко обернулся. - Что ещё?! – он разъярялся сильнее. - Вы не обуты, сударь, - робко напомнил лакей. Шевалье опустил взгляд на свои синие чулки. Заскрежетал зубами. Праведный гнев, который должен был обрушиться на королевского егеря, мог вот-вот раздавить неповинного бедолагу. Но лакей не стал ждать, когда это произойдёт. Подмышкой он держал сапоги. Не успел шевалье и рта открыть, как лакей опустился на колени, готовый его обуть. Через пять минут шевалье спускался по главной лестнице. Он производил впечатление спокойного человека. Только его серо-зелёные глаза приобрели цвет стали, а зрачки сузились. Орать во всю глотку - не в его стиле. Надрывался шевалье в первые минуты, а когда унимался, начинал думать о мщении. Псарня от дворца находилась на некотором расстоянии, поэтому время для мрачных фантазий нашлось. Шевалье представлял, как егерь претерпевает мучения разного рода. Под конец пути его кровожадность поумерилась, уступая место рациональности. Шевалье вынужден был признать, что надеяться можно лишь на строгое внушение егерю. Но он сочтёт себя удовлетворённым, если этот вариант претворится в жизнь. Так, шаг за шагом, он обретал спокойствие подлинное. Правда, оно было холодным как лёд. Когда шевалье переступил порог псарни, слугам показалось, что дрогнул не только королевский егерь, но и августовский зной. Тем не менее егерь не сослался на неотложные дела. Он вышел к шевалье и полюбопытствовал, чему обязан радости его видеть. - Сударь, - процедил шевалье. – Мне сообщили, что вы отравили моих собак. - Я действовал согласно закону, сударь, - егерь держался столь же высокомерно. Уголок рта шевалье дёрнулся. Во льду образовалась трещина. Но шевалье пришлось прикусить язык. Ведь егерь тоже был дворянином. К тому же дворянином на королевской службе. - Это вам с рук не сойдёт, - пообещал шевалье, прежде чем уйти. Егерь пожал плечами. Пусть вздорный шевалье де Лоррен сколько угодно сверкает глазами и кривит губы, закон не изменится. Пока его могли видеть из окон, шевалье шёл степенно. Подбородок гордо вскинут, спина прямая как доска. Но стоило свернуть за угол, как он побежал. Ему приспичило найти короля, чтобы рассказать обо всём. Со знатнейшим кавалером Франции нельзя обходиться столь бесцеремонным образом! Род, к которому принадлежал шевалье, сменит на троне Бурбонов – разумеется, если все Бурбоны вымрут. Это тоже закон, и он поглавнее того нелепого закона, который запрещает охоту в королевских угодьях без специального разрешения. В скором времени шевалье энергично шагал по дорожкам из гравия. Разыскать короля в огромном парке труда не составляло. Где музыка и смех, там и король. Скрипачи, изнывая от жары, извлекали из своих инструментов чарующие звуки. Но, увы, их мало кто слушал. Для придворных музыка являлась привычным фоном, таким же как пение птиц и журчание фонтанов. Вот и шевалье не обратил на музыкантов внимания. Он высматривал высокого мужчину, который единственный из всех был в шляпе. Когда до короля оставалось всего ничего, шевалье кто-то взял под локоть. Шевалье зыркнул на наглеца, но грубые слова застряли в горле. - Милый, куда вы? – спросил Месье обеспокоенно. - Егерь отравил моих собак! - сообщил шевалье, раздувая ноздри. – Бывают же негодяи на свете! Подумаешь, нет у меня разрешения на охоту! Я же не второсортный дворянчик, который чихнуть без королевской грамоты боится! Вы поддержите меня, когда я обращусь к королю? Договорив, шевалье выжидающе уставился на Месье. Тот закусил губу. - Как?! – воскликнул шевалье, заставляя на себя оборачиваться. – Мои интересы – пустой звук для вас? Если так… Он стал вырываться, но Месье держал его крепко. - Милый, - Месье улыбнулся придворным, навострившим уши. - Уймитесь. Ваши интересы для меня на первом месте. Но сейчас королю не до вас. Подайте ему жалобу и уверяю, всё разрешится в вашу пользу. - Ну хорошо, - буркнул шевалье после паузы. Ему было всё равно каким именно образом обратиться к королю. Главное, чтобы егерь получил строгий выговор. Если Месье обещает, значит, так и случится. Настроение шевалье улучшилось. Он игриво приобнял Месье за талию. Хотелось зайти ещё дальше. Взять Месье за подбородок, впиться поцелуем в пухлые губы. Месье, однако, игнорировал его флирт. Шевалье тотчас рассердился. Убрал руку с талии, отстал на шаг. Но Месье и этого не заметил. Маленький паршивец! Забывшись, шевалье грубо схватил его. - Вы как дитя, Филипп! – прошептал Месье, не слишком возмущённый. – Неужели не знаете, что происходит? - А что происходит? – шевалье напрягся. Что он пропустил, пока бегал на псарню? Месье колебался. На лице его отражались сомнения. Как будто он не знал, кому доверять, а кому нет. - Ну же, - поторопил шевалье. - Когда к моему брату приблизился радостный маркиз де Лувуа, я был рядом… - начал Месье. "Радостный маркиз де Лувуа?" – подумал шевалье и хмыкнул. Увидеть бы такое. Обычно военный министр напоминал огромную тучу, которая вот-вот разродится молниями и громом. - И? – шевалье чуть сильнее сжал предплечье Месье. - Голландцы согласились заключить мир на наших условиях! - выпалил Месье, которому новость жгла язык. Франция одержала верх над врагом! Наконец-то! - Ааа... – разочарованно протянул шевалье. Он нисколько не сомневался в том, что война завершится именно таким образом. Кампания 1678 года с самого начала приносила плоды. Настал черёд Месье обижаться. Он высвободился и пошёл вперёд, желая догнать короля. Оставить Месье в опасном настроении? Немыслимо! Шевалье бросился следом. Месье внезапно сменил направление и скрылся за кустами высотой в человеческий рост. Шевалье свернул туда же. Месье ждал его, скрестив на груди руки. Шевалье приблизился к нему вплотную. Месье отвернулся в другую сторону. Шевалье взял его за подбородок. Месье плотно сомкнул губы. - Нам больше не придётся разлучаться из-за войны, - промурлыкал шевалье. – Это первое о чём я подумал. Месье коротко кивнул. Из-за близости шевалье, из-за его тихого голоса всё тело покрылось мурашками. Шевалье, раз уж Месье отказывается целоваться, склонился, чтобы припасть к ухоженной руке. Дамы не могли похвастаться тем, что шевалье был с ними столь же галантен. Да и сердце его в обществе дам не стучало как барабанщик в истерике. - Отпразднуем? – шевалье продолжал держать принца за руку, поглаживая пальцем нежную кожу. - Ночью, милый, - пообещал Месье, смягчившись. Шевалье распрямился и встретился с ним взглядом. В животе заметались дурные бабочки. Потому что в чёрных глазах Месье сияла любовь. Шевалье до сих пор ею не пресытился. Каждый раз он испытывал ликование, убеждаясь, что любим до сих пор. Месье обладал на него необычайным воздействием. Рядом с ним умножались на десять ум шевалье, его красота и прочие достоинства. Но когда Месье исчезал из поля зрения, исчезала и магия. Шевалье становился самим собой - человеком с кучей недостатков. - Ночью, - повторил он, глядя в спину удаляющегося Месье. До ночи ещё много часов. Но, по крайней мере, не целая вечность.