Наставник?

      С возвращением Вэй Усяня суета на Пристани Лотоса немного улеглась. Первый ученик, хоть и хмуро, но слушал и выполнял задания своего нового наставника. А для самого Вэй Ина эти занятия были как нельзя кстати. На них он решил опробовать интересные методики, которые придумал ещё в Облачных Глубинах, когда перебирал тематическое планирование клана Лань. Теперь помимо талисманов ребята начали разбирать с ним методы борьбы с нечистью и рассматривать реальные случаи с ночных охот, благо примеров у их наставника было навалом.       В один из дней Вэй Ин, проходя после занятия мимо кабинета главы клана, заметил через окно спину склонившейся над своим рабочим столом генерала Чжан. Он не видел её уже больше суток, что наводило на мысль, что обычно вездесущая помощница ни разу за это время не выходила за пределы кабинета. Недолго думая, Вэй Усянь постучал в дверь, но ответа не услышал, поэтому, скрепя сердце, зашёл в кабинет без приглашения.       Чжан Юймин не просто склонилась над бумагами, а свалилась от усталости прямо за своим рабочим столом с кистью в руках, приземлившись щекой на исписанную убористым почерком страницу. Тёмные мешки под глазами заклинательницы усугубляли её образ, поэтому Вэй Ин решил ей не мешать, рассудив, что короткий сон даже в таком положении всяко лучше, чем отсутствие сна вовсе.       И всё же ведомый любопытством, он тихо прикрыл дверь и сел за стол напротив уснувшей помощницы, раскрывая первую тетрадь, которая попалась ему под руку. В целом, он ожидал от подобной отчётности чего-то более страшного. В тетради просто были подробно описаны расходы последнего месяца на ночные охоты. Кроме закупок сетей божественного плетения, талисманов и покрытия расходов на ночлег и пропитание адептов, записи включали в себя описание поддержки поселениям, которые пострадали от нечисти, и отчисления семьям пострадавших или погибших заклинателей. А под щекой генерала Чжан виднелась таблица, в которую она скорее всего вносила сухие числа, не обременённые пространными описаниями.       Вэй Усянь был на середине тетради, когда со стороны Чжан Юймин послышался тяжёлый вздох. По всей видимости она не в первый раз за это время находила себя в подобном положении, что явно её очень расстаривало. Без энтузиазма она подняла свою голову со стола. Лист тетради, на котором она лежала, прилип к её щеке, а отстав, оставил узорчатый зеркальный отпечаток текста. — Вэй Усянь? — удивилась она хриплым спросонья голосом, — Что ты здесь делаешь? — Нагло изучаю вашу отчётность, — без обиняков ответил он ей, — Если ты мне объяснишь, как это делать, то я думаю, что смогу разобраться, как заполнять эту таблицу. Это не кажется слишком сложным, а помощь тебе явно не помешает. — О, — Юймин посмотрела на него осоловевшими глазами. Ей вообще не приходило в голову, что Вэй Усянь способен помочь с отчётом, — Ты уверен? — она дала ему последний шанс убежать от этой нудной работы. — Я вижу, что это необходимо, и думаю, что я смогу помочь, — пожал плечами Вэй Ин. — Так. Ладно, — она провела ладонями по лицу, смахивая сонливость и заодно стирая с щеки тушь, — Смотри, та тетрадь, которую ты сейчас держишь, заполнялась с отчётов о последних ночных охотах…       На удивление генерала Чжан, Вэй Усянь проявил поразительное усердие при обучении и был крайне внимателен при заполнении таблицы. Он с лёгкостью доставал из отчётов нужные значения и оперировал ими, подсчитывая сумму, затраченную на гуманитарную помощь поселениям. Юймин сначала даже не могла поверить своему счастью. Она несколько раз, отвлекалась от своей части работы, чтобы посмотреть, не набедокурил ли её новоиспеченный помощник с расчётами, но всё шло поразительно гладко.       Вэй Усянь же вспоминал времена, когда они вместе с Вэнь Цин пытались поделить один несчастный мешок риса на всех жителей Могильных курганов. Для хотя бы какого-то планирования их мизерного бюджета им необходимо было знать, кому сколько требовалось по минимальной норме, просто чтобы пережить зиму. И только отталкиваясь от этих цифр, они могли прикинуть, сколько денег необходимо было заработать, чтобы закрыть базовые потребности, и соответственно искать подходящие способы заработка. Безусловно, работа с сухими числами и отчётами здесь и размышление над их неутешительным бюджетом тогда ощущались по-разному. Когда ты лишь отдалённо представляешь, как и откуда эти деньги берутся и на что расходуются, с числами работать приятнее. Нет этого тяжёлого чувства обречённости.       Так за работой минула середина дня. Солнце начало прокладывать свой путь к горизонту, заглядывая в западные окна кабинета. Вместе с солнцем кабинет заглянул встревоженный отсутствием супруга Ханьгуан Цзюнь. Он искал его по всей Пристани Лотоса и уже в отчаянии пришёл к помощнице главы клана, чтобы спросить, не видела ли она его. Лань Ванцзи никак не ожидал обнаружить его здесь сидящим перед огромной таблицей, распростертой прямо на полу и наполовину заполненной убористым почерком. Переживая о том, что тот пропустил обед, Ванцзи предложил им обоим прерваться. Чжан Юймин отпираться не стала, у неё прибавилась пара хороших рук, а с ними неглупая голова в придачу, так что работа пошла быстрее и легче.       За припозднившимся обедом Юймин решила поинтересоваться у Вэй Усяня, как продвигается учёба у старших. Тот весело фыркнул и рассказал о том, как первый ученик теперь усердно пытается достать про него информацию из разных источников. Неясно было, зачем ему это, но Вэй Ин посчитал это занятие полезным. Пускай учится выуживать правду из предрассудков и сплетен. — Почему он просто не спросит у тебя напрямую? — задалась вопросом Юймин — Ха! Да он более упёртый, чем Цзян Чэн! Ваш первый ученик скорее в лепёшку расшибётся, но найдёт всё сам. Чтож, поиск информации — полезный навык. — Он выбрал далеко не самый эффективный путь. Особенно с твоей историей. Ладно, его дело, но присматривай, как бы он не заблудился сильно. — Дальше, чем он есть сейчас, ему уйти не грозит, — печально вздохнул Вэй Усянь. — Ну, знаешь, он хотя бы не вспорол тебе живот при первой встрече, — намекнула на давнишний инцидент Юймин. — Ха-ха! Цзинь Лина никто не переплюнет, это правда, — несмотря на довольно печальные события, Вэй Ин вспоминал их как что-то забавное. Ну пырнул его племянник мечом разок. С кем не бывает. Лань Ванцзи, конечно, его веселья не разделял, лишь нахмурился, глядя в свою пиалу с чаем. — Вэй Ину следует быть осторожнее. Никогда не знаешь, куда может завести человека заблуждение. Лучше сразу предотвратить ложные размышления и дать возможность обрести истину, — серьёзно сказал Ванцзи. — Эх, Лань Чжань, — мягко пожурил его Вэй Ин, — это же так скучно, когда ответы приходят к тебе сами. Намного интереснее, когда путь к истине лежит через трудности. Тогда и понимание приходит лучше. Когда информация лежит прямо перед тобой, её ценность снижается. И тебе кажется, что она не так тебе нужна, потому что она доступна. Я не хочу ему выдавать всё на золотом блюде. Пускай поищет. Но если он обратится ко мне с вопросом, я обещаю ответить на любой. — Исходя из твоего нынешнего положения, он вряд-ли рискнёт что-то сделать с тобой, — поспешила успокоить их Юймин, — Даже если найдёт какую-нибудь откровенно плохую сплетню. Ян Чжунли не глуп, он видит отношение к тебе старших. Не понимает пока причин, но пытается их понять. Он не будет действовать опрометчиво, иначе его бы не назначили на пост первого ученика.       И словно по велению судьбы, не успел разговор о нём утихнуть, в комнату постучался сам Ян Чжунли. К удивлению всех присутствующих, разыскивал он Вэй Усяня, чтобы передать ему письмо, пришедшее от главы клана Цзинь. Вэй Ин томить не стал и распечатал его сразу на месте.       Цзинь Лин писал, что дядя (Вэй Ин до сих пор впадал в ступор всякий раз, как племянник обращался к нему именно так) в очередной раз оказался прав. На ночной охоте, возглавляемой старейшиной Ван, его люди столкнулись с нечистью довольно высокого уровня, который совершенно не соответствовал заявленной в прошении информации. Благо, что они перестраховались и на всякий случай взяли людей больше, чем требовалось.       Когда Вэй Усянь закончил зачитывать вслух письмо от племянника, над столом повисла тишина. Картина складывалась неутешительная. Клан Цзян был ослаблен на время отсутствия главы, который чуть не сгинул на ночной охоте. На землях клана Цзинь тоже происходило невесть что. Если бы не предупреждение Вэй Усяня, Цзинь Лин так же мог бы пострадать на той охоте. Если бы с Цзинь Лином что-то произошло, то клан Цзян не смог бы оказать ему должную помощь. А если бы Цзян Чэн и вовсе умер тогда, лишь небеса знают, что бы произошло.       Вэй Ин довольно быстро сочинил ответ. В обратном письме он призывал племянника сидеть на своей юношеской заднице ровно и пока разбираться с внутренними делами клана. На ночные охоты отправлять людей с запасом и по количеству, и по силам. Здесь лучше перебдеть, чем недобдеть. Всякий раз, когда информация из заявки будет расходиться с действительностью, докапываться о причинах и источнике. И задал главный вопрос, который его интересовал: А была ли в уничтоженной нечисти печать? Потому что, если была, то у их бед один источник. А если нет, то всё становится ещё запутаннее.       Приняв лист с наскоро высушенными знаками, Юймин на всякий случай запечатала письмо сургучом и заклинанием и передала его обратно первому ученику, который тут же удалился на поиски посыльного. Вэй Усянь, Лань Ванцзи и Чжан Юймин остались в тишине, погружённые в печальные думы. — Ну и что это было? — спросил Вэй Ин, не прийдя к какому-либо умозаключению. — У меня голова скоро вскипит, — пробормотала генерал Чжан, — Целью является либо глава Цзян, либо глава Цзинь, либо они оба. Осталось только понять, кто и на кой хрен пытается их убрать. — С Цзинь Лином всё ясно. На его голову в последнее время много кто охотится, — размышлял вслух Вэй Усянь, — И я не удивлюсь, если они, пытаясь ослабить поддержку со стороны клана Цзян, перестарались и чуть не прикончили его главу. — А если наоборот? — Юймин нахмурилась, — Что если они хотели избавиться от главы клана Цзян, но, не увидев его смерти, захотели добить его запросом о помощи от племянника? — Да брось, — махнул рукой Вэй Ин, — Цзян Чэн чуть не помер там по своей же глупости. То что он ломанётся спасать своего адепта, запечатанного в контуре с огромным змеем, предсказать было невозможно. — Ладно, — Юймин устала продумывать возможные сценарии, — Следим внимательно за охотами. Усиленную охрану я пока снимать не буду. Лекарь Ецзи сказал, что глава должен очнуться через несколько дней, а там уже посмотрим.       Однако, к сожалению, меры предосторожности, принятые генералом Чжан, окупились уже этим вечером. Когда Вэй Усянь возвращался из кабинета главы клана после очередного арифметического марафона, на всю резиденцию протрубила тревога. В тот же момент в крытую террасу, по которой он шёл, спрыгнул чёрный силуэт. Имея при себе лишь Чэньцин, которую он зарёкся использовать и носил лишь для вида, и несколько жалких талисманов в рукаве, Вэй Ин замер, обдумывая свои дальнейшие действия. Человек, замотанный по самые глаза в чёрную ткань, его ждать не стал и ринулся в сторону личных покоев главы клана, разбивая дверь при помощи какого-то талисмана.       Вэй Усянь оскорбился тому, с какой лёгкостью противник пренебрёг его присутствием, и решил действовать проверенным способом. Рывком он сорвал с себя вернее одеяние и швырнул его в сторону тени. Нападавший, уловив краем глаза какое-то движение, рефлекторно схватил летевшую в него одежду, но прямо за ней в его голову с разбега влетел с двух ног сам Вэй Усянь. Впечатав ошалевшего противника в косяк двери, Вэй Ин первее него оказался внутри покоев Цзян Чэна и сразу начал искать глазами хотя бы что-нибудь, что может ему помочь в схватке.       Неизвестный с поразительной лёгкостью расправился с его несчастным верхним одеянием, раскромсав то на лоскуты с помощью непонятно откуда взявшегося кинжала. «Отлично, теперь мне точно крышка» — подумал Вэй Усянь, уворачиваясь от выпада противника и впечатываясь руками прямо в тумбу, на которой находилась стойка с…       Суйбянь!       Не думая, он схватил меч со стойки, крутанулся и сразу же встретил обнажённым лезвием атаку противника. Где-то на границе сознания возникло чувство дежавю, но на него не осталось внимания. В крови плескался адреналин, в духовных каналах вскипела сила от радости единения с мечом. Суйбянь отвечал взаимным гулом, но Вэй Ин чувствовал, что сейчас меч сильнее него. Хорошо, что тот был рад служить ему, каким бы слабым придурком он ни был.       Благодаря своего сентиментального шиди, за то, что тот хранит подобные вещи в своих покоях, Вэй Усянь воспользовался неожиданным преимуществом и, пока его противник не понял, что он грёбаный слабак, серией непрерывных ударов вытеснил того во двор. Что ж, теперь была вероятность, что ему хотя бы кто-нибудь поможет. Несмотря на то, что кинжал был короче меча, его владелец орудовал им крайне быстро и точно. Промедление могло стоить Вэй Ину жизни. Увы, отсутствие практики с увесистым мечом в этом теле не добавляло ему скорости. Они сталкивались и расходились. Вэй Ин тянул время, чтобы сохранить свою жизнь, но его противник был нетерпелив.       В какой-то момент лезвия их оружия вновь столкнулись. Вэй Усянь налёг на меч всем весом, вынуждая противника ответить тем же. Внезапно он резко ушёл вниз, подныривая под руку неизвестного, и, проходя за спину, мощно рассёк ему плечо снизу. Лезвие кинжала прошло критически близко от его щеки. Оказавшись за спиной, Вэй Ин на остаточной энергии крутанулся и полоснул мечом из-за спины по боку.       Рана в нижней части плеча рассекла его противнику мышцы правой руки, и теперь тот не мог поднять рабочую руку. Рана на боку не была глубокой, но причиняла боль всякий раз, когда он пытался повернуться. На какую-то долю секунды неизвестный замер, справляясь с болью, и тут на него налетел непойми откуда взявшийся Ян Чжунли, пытаясь окончательно выбить кинжал из рук. Но вряд-ли слабого воина отправили бы в сердце Пристани Лотоса прямиком в покои главы клана. Он довольно быстро сориентировался и сумел отразить атаку первого ученика.       Наконец дождавшись хоть какую-то помощь, Вэй Усянь начал следить за движениями Ян Чжунли и подстраиваться под них. В целом, первый ученик сражался в классическом стиле клана Цзян, который был знаком Вэй Ину с детства, и поэтому был довольно предсказуем. Каждую атаку первого ученика он поддерживал защитой, чтобы его напарник не тратил на неё время и готовился к новому удару.       Так они оттеснили противника к противоположной стене двора. Один удар, и меч Ян Чжунли прошил запястье правой руки противника, пригвоздив того к старой вишне, которая росла в дальнем углу двора покоев главы Цзян. Отчаявшийся человек, прошипев от боли, занёс для удара кулак левой руки, на котором оказался кастет. Чжунли не успевал поставить блок или уклониться от этого удара, поэтому лишь зажмурился и ждал боли, но она не наступила. Он услышал только тихий звон Суйбяня и глухой стук, словно что-то тяжёлое упало на землю.       Ян Чжунли аккуратно приоткрыл один глаз, и осознав, что боли не будет, скосил глаза вправо. А справа стоял Вэй Усянь в идеальной стойке, которая позволяла мечу идти так, что с одного удара можно было не то что руку отсечь, даже десять толстых бамбуковых стеблей получилось бы срубить без заминки. «Да такому и за десятилетия практики не так легко научиться» — подумал первый ученик, и осознание накрыло его с головой. Рядом с ним сейчас стоял не Старейшина Илина. Рядом с ним был его предшественник. Тот, кто действительно заслуженно занимал место первого ученика ещё при прошлом главе клана. Да, судя по одышке, в этом теле выносливости ему не хватало, но движения, стойки, технику он принёс из своей прошлой жизни, в которой он, гуи его дери, действительно был мастером! Наверняка даже лучше, чем сам Чжунли, но он никогда никому в этом не признается.       Совместными усилиями они быстро связали бедолагу, перевязав наскоро крупные раны, чтобы тот не сдох от кровопотери. По-хорошему его бы допросить, но Вэй Ин чувствовал, что это ещё далеко не конец. Швырнув пленника паре пробегавших мимо стражников Пристани, они поспешили в сторону лекарского корпуса. Что-то подсказывало Вэй Усяню, что их помощь там не помешает.