Кофе только вместе с энергосом

Когда Басманов был маленький, мама часто говорила: «Ты, Федя, далеко пойдешь». Ну вот он и пошел. Прямиком в пизду. А теперь поподробнее. Федя сидит на лавочке в парке и пьет энергос, в надежде поднять себе настроение. Хотя чтобы что-то по-настоящему изменилось, ему нужно выпить банок 5 и сдохнуть от остановки сердца. Вообще то оно само скоро встанет. Ибо не выдержит такого ранения по хрупкому эго. А все сука Варя. Вот только она могла, написав парню о том, что бросает его, поставить в конце смайлик поцелуйчика. И теперь Федя, как идиот, сидит и такой: «Ах, мне практически стало грустно, но вот этот поцелуй поднял мне настроение до небес и теперь я готов петь о счастье прямо как в ЛаЛаЛенде. " Вот что бывает с людьми, что нарушают три простых правила о том, как строить отношения. Первое, не начинай их по пьяни. Второе, не начинай их, если из общего у вас только желание переспать друг с другом и пару знакомых собутыльников. И третье, не начинай отношения только потому, что твоя мать хочет увидеть внуков и, чтобы она отстала, нужно показаться с особой противоположного пола. Федя знал эти правила так же хорошо, как Алиса Кэррола знала свои. И также как и она нихрена им не следовал. Теперь он пожинает плоды своей несерьёзности. «Федя соберись! Ну что ты тут разнылся аки юная прелестница». Внутренний голос помогал собраться с духом. В целом он прав. Негоже пиздострадать в одиночестве. Нужно идти к Грязному. *** Какой же все-таки неудобный у Васи диван. Такое чувство, будто после следующего скрипа, пружина влетит тебе в зад. -Вась, ты это, диван то замени. А то будешь с девкой кувыркаться и тут оп. -Федь, заткнись а? Ты что пришел то? — Грязной смотрел на обнаглевшее создание, что нагло развалилось у него дома. Вася являлся хорошим человеком. Он был понимающий, добрый и весёлый. Но бог не любит хороших людей, а потому Грязной по совместительству, был лучшим другом Басманова. Они познакомились ещё в школе, и как то так сложилось, что судьба не разводила их кривые дороги далеко друг от друга вот уже 10 лет. — Понимаешь Вась, — лицо Федора могло значить лишь одно, он приготовил речь — в моей жизни все идет по одному месту и потому я задумался, что во все времена именно дружба была великой спасительницей души. Вспомни хоть мушкетёров, что являются столь прекрасным примером истинности этого вида человеческих взаимоотношений. Дружба честна и невинна, она не запятнана такой грязью, как похоть или выгода. Только другу ты сможешь поплакать о своей несчастной доле, только с ним ты сможешь познать радость человеческой поддержки и общения. Все это основано лишь на возвышенных желаниях людей прожить жизнь с родственными душами бок о бок, рука к руке, ноздря к ноздре… Вообще, в плане вешать лапшу и пиздеть часами Феде не было равных. Он мог раскрутить любую тему на несколько часов, особенно если ему что-то было надо. Это было талантом от Бога. Но кроме этого, Федя больше ничего не умел. Он бы так и скатился по социальной лестнице на самое дно, но врождённая удачливость с умением пробивать стены своей настойчивостью, уверенно держали Федю на плаву. — Жопа к жопе, это я понял. Дальше то что? Тебе денег дать? — Вася устало потёр переносицу. Дальше слушать эпопею о людских взаимоотношениях, он не собирался. — Какого ужасного ты обо мне мнения! Я с ним горестями делюсь, а он деньги. Кстати сколько дашь? -Федь, иди нахер. Какие у тебя могут быть горести! Ты раздолбай, которому по великой удаче благоволит сам дьявол. -Спасибо и без тебя знаю. Вот ты меня перебил, а я хотел сказать, что моя удача кончилась — Федя театрально закатил глаза. По своей натуре он идеально бы вписался в актерскую профессию. Но по странному для всего миру обстоятельству являлся штатным экономистом. -Да что такое-то, не томи! Пришел нежданно-негаданно, развел демагогию, а по сути, так ничего и не сказал. -Меня Варя бросила. Теперь, я свободный орел в небе возможностей и интересных знакомств… -Ну так радуйся! Ты ведь сам хотел еë бросить, а теперь проблема решена — Грязной откровенно не понимал, к чему Федя развёл весь этот цирк. -В том то и дело. Я хотел бросить сам, а не чтобы меня кинули, как паршивую овцу. Ах, поматросили и бросили. Чувствую, будто моя честь похищена. -Боже, какие мы ранимые — рассмеялся Вася. -Ну-ну, смейся. Я бы может тоже посмеялся, да эта коза не просто бросила, но и ушла к какому-то мажору. И все это под лозунгом: «Ты прекрасен, но я хочу красивой жизни, а ты разъебай». Что-то подсказывало Грязному, что факт богатого Вариного хахаля беспокоил Федю больше, чем сама Варя за все время их отношений. Вася немного помолчал и выдал: -Западло конечно. -Не то слово, солнце, не то слово — Басманов демонстративно закрыл глаза и упал на диван. По комнате раздался скрип, а в спину опять уперлась пружина. -Федь, ну в целом то она права. Ты ведь нихера не делаешь, и я просто поражаюсь, как тебя до сих пор не уволили. Как-то так сложилось, что Вася в их союзе был голосом разума. И хотя, подавшись очарованию Басманова, он влипал в авантюры, что придумывал голубоглазый, все же именно Вася давал по тормозам в различных ситуациях. -И что ты предлагаешь? — Федя удивленно посмотрел на друга. -Начни нормально работать, прекращай бухать и гулять по клубам. Постепенно нормальным человеком станешь. -Не, это не вариант. Махнув на друга рукой, Грязной пошел заваривать чай. Заходя обратно в комнату, он чуть не выронил кружки из-за испуга. Басманов резко вскочил с дивана и подбежал к нему. Глаза его горели озарением. -Эврика на! Я короче все придумал. -И какой же гениальной мыслью одарил тебя Господь? — Вася поставил кружки, предполагая, что после новых слов кудрявой особы, он точно их выронит. -В общем, я найду себе мужика, богаче того хера к которому ушла Варя и когда она меня увидит, то лопнет от зависти — речь была прервана фейспалмом Грязного. -Федь, ты идиот? Это самый тупой план, что ты мог придумать. И вообще, давно ты решил в открытую заявить о себе? -Да я и не скрывал особо. Так, молча кивал головой, когда родители обсуждали новости и орали про гейство с Запада. К тому же ты сам сказал, что мне надо что-то менять. Я прислушался и последовал твоему совету. И чем тебе мой план не нравится? Как по мне, то все четко. Василий помассировал переносицу и включил режим мудрого старшего брата, что так часто нужно использовать в общении с Басмановым. — Ладно, допустим я воспринял тебя серьезно. Ну и кого ты планируешь окучивать, а главное как? Федя почесал затылок. Об этом он и не подумал. Он вообще по своей сути был теоретиком и придерживался мысли, что практика это для других. А Басманов рожден думать о высоком. Правда, пока получалось думать лишь о высоких ценах в пятерочке. Эти его раздумья прервались SMS. «Басманов, завтра должен быть готов проект. У царя презентация и если что-то пойдет не так, то полетишь ты». Ох, уж этот сучок-Вяземский со своими проектами. По уровню занудства его мог одолеть только совесть всея Руси — Никита Серебряный. Но шальная мысль все же закралась Феде в голову. — Кого, кого. Да хотя бы нашего шефа — Грозного. -Но Грозный же не гей… — Грязной вытаращил глаза. -Это исправимо.