Вскрываем карты

— Ты что больной?! — Шастун негодующе возмущался, но уже шёпотом: всё-таки, он дал слово. — Только если театром, — ответил мужчина, мило улыбаясь собеседнику, — И тобой, — как бы ненароком вбросил фразу Арсений, лукаво смотря в изумрудные глаза напротив. С этими словами брюнет, сидя на корточках, пополз гуськом к чёрному лексусу, стоящему в семи метрах от парней. Сзади слышалось кряхтение Шастуна, строго ползущему за Поповым. Не смотря на предельное количество адреналина в крови, они добрались до цели практически без шума. Парни сели прямиком на асфальт, прислонясь спинами к холодному металлу дверей, дабы унять бешенные удары сердец. Антон, кажется, не дышал около минуты, когда Арсений, достав из кармана ключ, принялся открывать дверь водительского сидения. — Арс, — Позвал парня Шастун, оставаясь сидеть на земле, в то время, как Попов уже сидел за рулём автомобиля, вставляя ключ в замок зажигания, — Я, конечно, могу быть невнимательным, но по-моему ты кого-то забыл, — Слегка сердито проворчал шатен, сложа руки в замок на груди, всем видом показывая обиду. — Антош, не переживай, о тебе я помню, — Мужчину забавляло это зрелище, хмурящегося Шастуна, — Дверь пассажирского я открыл изнутри, можешь залазить, — Объяснил Попов, — Только, прошу, Тош, сильно не шуми. "Какой в жопу «Антоша»?" — Пронеслось в голове парня, когда он сел на кожаное сиденье, — "Попов, ты становишься всё более загадочным. Что же удумал чёрт, живущий внутри тебя?" Видя задумчивое лицо шатена, Арсений завёл машину, а следом включил фары, дабы освещать дорогу. Он молча вёл автомобиль, ведь понимал негодование Шастуна. Не каждую ночь Попов его вытаскивает из дома, не предупредив, а после угоняет дорогущий лексус. Антон вышел из своих раздумий, когда его спутник, припарковав машину, покинул салон авто, хлопнув дверью. — Доброй ночи, — Поздоровался Арсений с молодым пареньком, заходя в небольшое заведение Старбакса, — Будьте добры два очень горячих капучино и один круассан, — Достав бумажник из кармана своего пальто, мужчина расплатился, продолжая стоять в ожидании заказа. На удивление, сонный студент-бариста довольно-таки быстро сделал два, обжигающих руки, кофейных напитка, не забыв упаковать, только что подогретый круассан. Поблагодарив бариста, Попов лёгкой походкой направился в сторону автомобиля, где из окна пассажирского сиденья его высматривал один до боли симпатичный шатен. — То есть, ты хочешь сказать, что твоя идея вытащить меня из дома заключалась в чаепитии?! — Первое что донеслось до ушей Арсения, как только он открыл дверь машины, — ПОПОВ, БЛЯТЬ, ТЫ СЕРЬЕЗНО?! — Уже на более повышенных тонах, недоумевал парень, раскидывая длинные руки в стороны. — Я этого не говорю, Антош, я это делаю, — Как можно спокойнее ответил мужчина, прекрасно зная, что Шастуна можно легко угомонить, использовав уменьшительно-ласкательную форму его имени, — К тому же, ты мог не выходить из дома, отвергнув моё предложение, хоть я и не оставил выбора, — Начал приводить аргументы брюнет, отдавая собеседнику кофе и пакет с выпечкой, — Тош, — Арсений взглянул в чистые изумруды, — Просто доверься мне, хорошо? — Кажется, мужчина был готов утонуть в омуте зелёных глаз, что так невинно смотрят в его, давая понять, что Попов смог завоевать доверие парня, хотя бы на эту ночь. Сразу после этого диалога, мужчина завёл мотор авто и повёз своего спутника в неизвестное ему направление. Ехать в тишине было довольно комфортно, но всё равно хотелось завести разговор, но никто из импровизаторов не решался, да и о чём говорить никто тоже не знал. Немного поразмыслив, Антон впервые за вечер решает проявить инициативу, всё-таки Арсений из кожи вон лезет, дабы угодить ему. «Антоша, тебе скучно дома? — Пойдём, угоним машину! Тош, тебе, наверное, холодно? — Держи, маленький, твой любимый кофе. Не переживай, Тошенька, я знаю, что ты любишь сладкое, поэтому взял тебе круассан.» — Именно так Шастун представляет реплику Арсения после ещё одной мелкой вспышки гнева. Поэтому, не спрашивая, шатен ставит напитки в подстаканники и подключает свой телефон к динамикам автомобиля, включая песню, которая идеально подходит под атмосферу этого вечера. — У ночного огня под огромной луной, — Плавная мелодия сама заставляет шатена подпевать этой знаменитой песне, — Тёмный лес укрывал нас зелёной листвой, — Антон повернул голову на всё ещё серьёзного Попова, ловя его мимолётные взгляды, заставляя брюнета улыбнуться. — Я тебя целовал у ночного огня, — На этих строках Попов все-таки подпел парню, показывая одной рукой в его сторону, не отрывая взгляда от дороги. — Я тебе подарил, — Арсений повернулся лицом к попутчику, заглядывая в его, по-детски чистые глаза, с такой нежностью, с которой Арсений смотрит только на Кьяру. — Половинку себя! — В один голос пропели мужчины, не разрывая зрительного контакта. Мелодия продолжала играть на весь салон авто, но для этих двоих время словно остановилось. В этот миг каждый подумал, что эти слова звучали как признание в своих чувствах, но сразу же разогнали мысли, ведь это просто строка из песни. К тому же, никто не говорил, что Арсений или Антон воспримет слова всерьёз. Во время поездки импровизаторы всё-таки смогли избавиться от угнетающей тишины. Благодарю этому Шастун уже создал новый плейлист, отныне посвящённый только поповской машине. — Антош, мы приехали, — Прерывая важное занятие шатена, плавно останавливая автомобиль. Арсений галантно подал руку попутчику, помогая вылезть из салона. Встав на ноги, Антон, поднял взгляд на Попова, говоря «Не стоило, я бы сам встал», а затем осмотрелся, дабы понять, куда же его привёз питерский граф. — Красиво, — Протянул Шастун, расплываясь в улыбке. Было действительно приятно получить такой огромный жест внимания, ведь человек прилетел из Питера и вместо того, чтобы отдыхать решил устроить такую взбучку в его жизни. Здания «Москва Сити» продолжали освещаться в столь позднее время, но уже не так ярко, как вечером. — А знаете ли вы, Антон, как называется река, которая отражает эти прекрасные небоскрёбы? — Попов достал из багажника два, заранее подготовленных, пледа, а затем поставил машину на сигнализацию. —Это что продлёнка у Арсения? — С усмешкой спросил шатен, замечая то, как изумительно падает свет зданий на лицо брюнета, подчёркивая его мешки под глазами, одновременно делая их неким произведение искусства. Сильные порывы ветра взъерошили тёмные волосы, а челка и вовсе спала на лоб. Цвет радужек его восхитительных глаз сложно рассмотреть, но появилось ощущение, что они светятся. Видимо, поезд Шастун прибыл на конечную станцию «Шизофрения». Тут-то Антон и поймал себя на мысли, что несколько минут просто стоит, держа в руках кофе, и открыто, не скрываясь, разглядывает Попова, который, наблюдая за этим, всё шире улыбается. — Ну, что? — Разбавляя тишину, спросил Арсений, — Идём? — Мужчина приобнял парня за талию, дабы тот повернул корпус лицом к зданиям. Антону пришлось проследить за взглядом Попова, чтобы понять, куда нужно идти. Самый высокий небоскрёб заставлял приподнять голову, дабы увидеть последний этаж, который, кажется, путается в облаках. Не дожидаясь очевидного ответа, Арсений повёл парня к центральному входу, ни на минуту не выпуская Шастуна из своих объятий. Зеленоглазый юноша не успел опомниться, как вдруг, перед его взором как на ладони расстелилась вся Москва. Парень замер и не смел пошевелиться, даже кончиками пальцев. Настолько завораживают эти виды, что боишься сделать вдох. Сильный ветер без устали, не жалея сил, трепет его немного кудрявую чёлку, что парень даже не будет тратить время на бесконечные попытки как-то уладить вихрь на голове. Это определённо один из лучших подарков в его жизни. Если, конечно, это можно считать подарком. — А… — Шастун не мог произнести и слога, уж сильно зачаровал его этот пейзаж, — Арс, — Тише обычного позвал юноша, да так тихо, что Попову пришлось встать на носочки, дабы что-то услышать, но Антон сразу же нагнулся к нему. Мужчина ожидающе смотрит на собеседника, не проронив ни слова, дабы дать Шастуну самому сформировать мысль. — Кажется, моё сердце забывает биться, — Антон делает очень большие паузы, говоря тихо и мягко, боясь нарушить хрупкую атмосферу чарующей ночи, — а в лёгкие перестаёт поступать воздух, — Этот взгляд полный восхищения, счастья, спокойствия и благодарности, застал Арсений врасплох, впервые мужчина, настолько вглядывается в глаза, что забывает что-то ответить. — Арсений, я так благодарен тебе! — Ещё немного и Шастун начнёт прыгать на месте или расплачется от преизбытка эмоций. — Никто не делал такие жесты внимания для меня! Я даже не знаю, что сказать! У меня… — Парень замялся, — У меня нет слов. — Всё для тебя, Шаст, — Попов улыбнулся так, что сложно описать, но эту картину Антон уже никогда не запомнит, — Не замёрз? — В эту же секунду, Арсений укутал парня напротив тёплым пледом в большую клетку. Господи! За эти минуты смущения Шастуна Попов готов платить очень большие деньги, даже все отдаст. — Да, всё в порядке, не беспокойся, — Щёки вспыхнули совсем лёгким, еле заметным румянцем, — Я бы укрыл тебя вторым пледом, но руки заняты, — Давно шатен так не смущался, кажется, такое было в классе девятом, когда он предложил встречаться одной красивой девушке, за которой ухлёстывало пол школы. Дождавшись, когда брюнет укроется, Антон протянул ему стаканчик с остывшим, но слегка тёплым кофе, сопровождая этот жест улыбкой. У Арсения холодные руки, которые захотелось согреть, но Шасун вовремя одёрнул себя, вспоминая, что он не состоит в отношениях с этим мужчиной. — Это ещё не всё! — Лукаво сказал Попов, интригуя собеседника одним лишь взглядом, — Пойдём, — Мужчина взял за руку Антона и повёл его к другому концу крыши. — Здесь самый лучший вид! — Воскликнул Арсений. — Да, здесь, правда, замечательно, — Антон всегда смотрел на мир свысока из-за своего роста, да и на самолётах он летать не боялся, но в этом месте в его крови разыгрывается адреналин, отчего парень подсознательно сжимает руку Попова сильнее. Но тут Шастуна тянут вниз на себя, и он оказывает на мягком бархатном диване, чудом не разлив кофе. — ЧТО?! — Антон по-настоящему испугался и не мог сдержать свой испуганный возглас, — ДИВАН?! ОТКУДА ЗДЕСЬ, РОТ ЕГО ТОПТАТЬ, ДИВАН?! — Парень схватился за сердце, пытаясь унять быстрое сердцебиение. — Я же сказал: «Это не всё», — Момент неожиданности удался и неудачное приземление Шастуна, который буквально навалился сверху на мужчину, играет на руку Попову. Антон принимает более-менее сидящее положение, и Попов тут же обнимает его рукой за плечи, прижимая к себе. — Арсений, я, конечно, всё понимаю, но мне как-то неловко, — На этот раз румянец был хорошо виден, но голос всё так же остался ровным, — Не мог бы ты?.. — Убрать руку? — Подхватил Арсений, — Успокойся, Шастун, я же не в трусы к тебе лезу, — Успокоил, блять, — Это для согревания и воссоздания нужной атмосферы, — Браво, Попов! Снимаю шляпу! Только этот мужчина может так отмазываться и переводить тему. Поразмыслив, Антон думает, что в принципе в этом нет ничего сверхъестественного. Ведь с когда они с Димкой изрядно выпивают в баре, парни сидят почти точно так же, да и с Серёжей он тоже мог на публике для фанатов всячески ппообниматься. Поэтому шатен решает просто расслабиться и не думать о работе, фанатах и прочих делах. Шастун утопает в тепле, что исходит от тела Попова, в его руках, обвивающих плечи Антона и в размеренных вздохов Арсения в макушку шатена. — Фвубеш? — Ели выговорил Шастун, жуя за обе щеки выпечку, купленную специально для него. — Что, прости? — усмехнулся Попов, смотря на поедающего юношу, — С набитым ртом не говорят, это некультурно! — Сейчас мужчина похож на какого-нибудь аристократа, смотрящего на Антона сверху вниз, показывая своё превосходство в правилах этикета. — Уф изфинифте, граф Афрений, — Шастун передразнил мужчину, изображая депутата, — Так, ты будешь булочку? Она вкусная, с шоколадом! — Прожевав, внятно сказал парень, протягивая половину лакомства собеседнику. — Нет, конечно же! — Сразу же воскликнул Попов с такими глазами, будто ему предложили продать человека, — Я слежу за фигурой! — ПХАХАХАХАХА! — Слишком резко и громко начал смеяться Антон, стуча ногами по полу, — Арс, ты действительно ёбаный граф из восемнадцатого века! — Успокоившись, парень уже сам прильнул к Попову, дабы тот обнял его. — Ну, какой есть, — По-доброму улыбнулся брюнет, сильнее прижимая к себе юношу, ощущая внутри полное спокойствие, словно так и должно быть всегда. — Арсений, — Тихо и слишком серьёзно начал Шастун, прерывая весёлую обстановку, всё больше нагоняя напряжение, — Это прозвучит не в тему, но я должен это сказать, ибо мои остатки совести меня съедят заживо, — Вот теперь парень по-настоящему заставил Попова переживать, что случилось нечто ужасное. — Помнишь мои слова, что были произнесены мной в аэропорте, после тура? — Произнеся, шатен опустил взгляд вниз, давая понять, что ему трудно подбирать слова, — Я… — Замялся он, терзая руками уже пустой стаканчик кофе, — Я не должен был говорить эти слова! Я понимаю, что ты хотел как лучше, чтобы поднять наши рейтинги, вернуть веру фанатам в такой бред, как Артон, вроде так это называется. Эти дети… — Пауза, казалось очень длинной, но Арсений не стал давить или перебивать парня, понимая, что ему важно высказаться, — У них же куча проблем с учёбой, родителями, социумом и прочей хуйнёй! Они пытаются заглушить свою боль в юморе, и так вышло, что это наше шоу, а не какой-нибудь «Камиди Клаб». Даже те шипперы — это обычные ребята, которым хочется верить в сказку, мол, даже в России можно жить геям, скрывая свои отношения. Они создали свой мирок, в котором имеет место быть и Артонам, и Дирёжам. Это всего лишь попытки самореализации через их рассказы или глупым нарезкам из ТикТока. Мне не хочется, чтобы их розовые очки разбились из-за наших страхов о нападении шипперов. Вот, скажи, тебе есть дело до того, что они там пишут, рисуют, вырезают? — Под конец своей тирады Попов даже не ожидал вопроса. — Нет, пусть занимаются, чем хотят — их право, но лучше это делать, не отмечая нас под каждым постом или фанфиком, — Честно ответил мужчина, понимая, что Шастун раскрылся перед ним, как никогда раньше. Брюнет даже не мог подумать то, что у этого юного парня такие глубокие мысли. — Тош, — Мягко позвал Арсений парня, который, кажется, слишком затревожился за детей, что начал перебирать свои кольца и браслеты. — У тебя очень хорошая позиция ко всему этому, я это очень уважаю. — Попов мягко дотронулся до подбородка собеседника, заставляя посмотреть себе в глаза, — И, поверь, я отпустил эту ситуацию, что и тебе советую, — Мужчина огладил большим пальцем щеку Шастуна. — То есть, ты не злишься на меня? — Боясь, спросил юноша. Но взгляд не отвёл, доказывая, что он не пальцем деланный. — Конечно, нет! — Арсений улыбнулся и взъерошил рукой волосы Антона, успокаивая его. — Правда? Я рад. — Шастун вздохнул с облегчением, чувствуя, как с души падает большой камень. Наконец-то. Наконец-то в их отношениях с Поповым нет недосказанностей, каких-то обид и косых взглядов. Теперь всё будет как прежде: дружеские посиделки, разговоры по душам за баночкой пива, непринуждённая обстановка тет-а-тет. Мысли в голове Антона мчались одна, за одной, быстро сменяя друг друга без остановок. Из-за чего парень сразу же утомился и моментами начал проваливаться в дрёму под тихий голос Арсения, который что-то увлечённо рассказывал, кажется, это по поводу завтрашних съёмок «Громкого вопроса». — О-о-о, — Шёпотом протянул Попов, слыша тихое сопение в районе собственной груди, — Пора закругляться и ехать по домам. Мужчина аккуратно приподнял Антона, дабы встать с дивана. После Арсений взял на руки уснувшего парня и двинулся в сторону лифта, который быстро домчит его до первого этажа.

***

Шастун проснулся уже в машине, лежа на задних сиденьях. — По классике я должен спросить «Кто я?» и «Где я?», но, увы, амнезия меня не застала. — Начал Антон, потягиваясь и принимая сидячие положение, — Задам более интересующий вопрос: куда мы едем? — Спросил парень, просунув голову между передними сиденьями, дабы его услышал водитель. — Ко мне в отель, — Спокойно ответил Арсений, не отвлекаясь от пустой дороги, — Отвечу на твой, ещё не поставленный вопрос. Едем именно ко мне, потому что была вероятность, что ты не проснёшься и мне бы пришлось тебя тащить до номера. Как я бы отвёз тебя домой и уложил в кровать, если у меня нет ключей? А рыться по карманам — не в моём стиле. — Ясно, — Вздохнул Шастун, широко зевая, — Сколько ещё ехать? — Парень начал быстро и часто моргать, дабы убрать сонливость. — Да мы в принципе приехали, — Ответил Попов, заворачивая на парковку возле отеля. Импровизаторы, захлопнув двери автомобиля, зашли в здание. Антону ничего не оставалась, как следовать за Арсением в его номер. — Прошу, Антон Андреевич, — Вымолвил Попов, открывая дверь перед шатеном, пропуская его вперёд. — Ну, что вы, граф? — Шастун принял правила этого спектакля, — К чему такие любезности? — Спросил он, строя насмешливою гримасу, — Только после вас, господин, — Антон отошёл от порога, пропуская брюнета, показывая руками, мол, «Прошу вперёд». — Ты назовёшь меня господином в другой ситуации, — Ответил Арсений, переступая порог номера и волоча за собой обомлевшего Антона. — Если хочешь, то душ по прямой справа, одежду я тебе одолжу, — Улыбнулся брюнет, снимая обувь и тёплое пальто. — О, это было бы неплохо, — Антон снял верхнюю одежду, отдавая её в руки хозяину, который понёс вещи в шкаф в другую комнату. Следуя указаниям Попова, он отправился на поиски ванной комнаты. Первое, что бросилось в глаза — большое джакузи, а следом — душевая кабина в углу. Шастун не настраивался долго лежать в ванне, поэтому наличие душа очень его порадовало. Парень снял любимую фиолетовую толстовку и сложил её на полку. Следом за худи отправились чёрные спортивные штаны и нижнее бельё. Антон повернул кран, и на его лицо струями обрушился горячий дождь, стекая к ключицам, после по животу и к ногам. Сегодня был очень выматывающий день, а точнее ночь с Арсением, который всё это устроил. Эта приятная усталость окутала тело и разум Шастуна. Шатен подставил под тёплые струи лицо, дабы те смыли тяжесть прошлых дней. Удивительно, но за этот вечер Антон действительно расслабился и отдохнул, ему давно нужно было развеяться. За это он безмерно благодарен Попову, кстати, нужно будет поблагодарить, а то некрасиво получается. Гель с ароматом шоколада превратился в пену на теле Шастуна, которая сразу же смывается потоками воды. Выключив воду, Антон ступил на холодный кафель. Он потянулся за полотенцам, подскользнувшись на равном месте. На радость, парень не упал, но сердце успело упасть в пятки в ожидании травм и вернуться на место в грудную клетку. Шастун обмотал вокруг бёдер белоснежное полотенце, понимая, что он забыл взять вещи у Арсения. Ничего не остаётся, как снова облачиться в прежний наряд. Но тут перед его взором оказалась аккуратная стопка чистой одежды. — Получается, Арс принёс её, пока я мылся? — С немым удивлением в глазах Шастун встал посреди комнаты, — Ебать, а как я не заметил? — Негодование охватило его с головой. — Но ведь с другой стороны — Арсений интеллигентный человек, он уж точно подсматривать не будет. — Смирившись, Антон надел чёрную футболку с перечёркнутой надписью «Сеня». Затем Шастун увидел помимо чёрных штанов серые боксеры. Чем-чем, а трусами импровизаторы ещё ни разу не обменивались. Ещё три минуты шатен гипнотизировал нижнее бельё, но переборов себя надел их, понимая, что выйти в одних штанах будет более неловко. Быстро натянув спортивки, Антон взглянул на себя в зеркало: вся одежда была ему достаточно велика и висела на нём как мешок, но это было по-домашнему красиво и уютно. Выйдя из ванны, парень направился в спальню, двигаясь по номеру наугад. Он достаточно быстро её нашёл. — Спасибо за одежду, — Неловко начал Шастун, видя то, что Попов переоделся в белую футболку «Батон Шастун» и серые шорты, что изящно обтягивали его бёдра. — Да не за что, — Улыбнулся Арсений, складывая свою и антонову одежду в шкаф, — Может тебе дать шорты, вдруг в штанах некомфортно? — Поинтересовался тот, действительно заботясь о его удобствах. — Нет, не нужно, всё в порядке, — Успокоил его Шастун. — Отлично, тогда я пошёл, — Сказал мужчина, направляясь к выходу из комнаты. — Далеко? — Удивился Антон, стоя в проходе спальни. — На диван. — Невозмутимо ответил тот, — Не положу же я гостя в гостиную. — Господи, Попов, угомони свою порядочность, — Начал Шастун, закатывая глаза, — Трусами мы уже махнулись. — И что? — Не понял мужчина, к чему клонит юноша. — И то, Арсений, мы же не в пионерском лагере, можем лечь и в одной постели, — Объяснял Шастун, подходя ближе к кровати и забираясь на неё с ногами. — Успокойся, Тош, мне не трудно и там лечь. — Попов, блять, хватит комедию ломать, ложись уже, — Шастун укутался в одеяло по самые уши, оставляя только лицо, — Я же тебя не трахаться зову, так что чё стоим? Руки в ноги и спать, а то завтра и так на съёмки мчать. Ничего не сказав Арсений залез на кровать, отнимая у Антона часть одеяла, ибо в номере на двоих с двухместной кроватью предусмотрено одно покрывало. — Спокойной ночи, Арсений, — Зевая, сказал Шастун, выключая ночную лампу. — Сладких снов, Антош, — Улыбаясь, ответил Попов, зевая следом за парнем и сразу же засыпая. Чары Морфея окутали эту комнату, охраняя крепкий сон двух мужчин. Один из которых, тот, что с кольцами, обнял брюнета, кладя голову ему на грудь. А Арсению ничего не оставалось, как крепче прижать к себе мило спящего Антона.