У нас тут не трагедия

После репетиции Арсений уломал друзей сходить поесть. Поначалу никто не соглашался из-за усталости, но фраза: «Всё за мой счёт», — смогла всё исправить, и ребята радостно потащили Арса в кафе. Заведение ещё и праздновало свой день рождения, предлагая по этому случаю всем посетителям скидки, так что парню, можно сказать, повезло не обанкротиться. Они сели за большой столик в отдельной зоне и, сделав заказы, принялись обсуждать события, произошедшие на постановке. — Кто знает, кто этот Лёша Кате? — несколько возмущённо спросил Дима, особое внимание которого к другу девушки сегодня невозможно было не заметить. — Ревнуешь? — со сдерживаемым смешком проговорил Серёжа, сразу же нарываясь на недовольный взгляд Позова. — Хер знает, друг детства какой-нибудь или не только детства, — более серьёзно, но неопределенно дополнил он. — Они довольно близки... — продолжил Дима, ведя к тому, что эти двое могут и быть парой. — Я страницу его нашёл вот, — подал голос до этого молчавший Шастун и показал сидящим вместе с ним экран телефона, к которому сразу прилип Позов. — Здесь много фотографий с Катей, точно встречаются, — сделал печальный вывод парень и отодвинулся, показывая, что не желает больше смотреть на страницу Алексея. Его неравнодушие выдавало постукивание пальцами по столу. — Да ладно, тут много постов с его друзьями, да и Катю как свою девушку он нигде не упоминает, — включился Арс, заметив, что у Димы окончательно пропало настроение. — И что? Необязательно об этом каждые пять минут писать, когда всё и так понятно. — Поз, не еби себе и другим мозг. Сам подойди и спроси её, — Серёже это в конец надоело. Высказавшись о ситуации, он пошёл поближе к кухне, чтобы вовремя забрать еду, тем самым давая понять, что больше ничего говорить не будет. Оставшиеся за столом ребята переглянулись, не зная, что говорить. — Он прав, — наконец заговорил Арс. — Если хочешь, чтобы Катя правда не нашла себе кого-то, стоит поторопиться и поговорить с ней, — Антон кивнул, соглашаясь с этими словами. — Не важно, встречается она с Лёшей или нет, ты всё равно должен признаться ей и не мучить себя. — И правда, чего это я, один раз живём, — решительно согласился с друзьями Дима. Арс с Антоном переглянулись, улыбаясь друг другу, как бы говоря: "Получилось". Вскоре и Серёжа вернулся с бургерами и колой. Его настроение быстро поднялось, когда он узнал о том, что Дима наконец-то решился на разговор с Катей. Они попробовали еду, которая оказалась достаточно вкусной и стали разговаривать обо всём понемножку. — Я вообще сначала участвовать в этом не хотел, — сделав глоток колы, проговорил Матвиенко. — Тем не менее, ты с нами, — ответил ему Арс. — Как вы, обалдуи, без меня справились бы? — важно проговорил он, выдерживая паузу перед следующей репликой. — Ладно, на самом деле, мне заняться вообще нечем в последнее время, так что лучше это, чем плевать в потолок в одиночестве, — вот это в Серёженом духе. — Благодарим тебя, Великий Матвиеныч, за то, что ты соблаговолил поучаствовать в такой фигне, как школьный спектакль, — саркастично подколол его Позов, устремив руки к потолку, имитируя молитву. — Ты вообще молчи, герой-любовник, — парировал Серый, кладя в рот выпавший из бургера кусочек котлеты. — И вы ещё нас с Антоном долбоёбами называете? — смеётся Арс, чокаясь бутылками колы с другом. — Ты что, они достигли высшей степени, куда нам до них? — подхватывает мысль Шаст, тут же получая подзатыльник от сидящего рядом Серёжи. Парни просидели вместе ещё около двух часов, а потом начали собираться домой. Дима с Серёжей вызвали себе такси, а Антон с Арсом решили прогуляться. На улице стоял один из тех весенних дней, которые заставляют любить это время года. Солнце сегодня не пряталось за серые тучи, а наоборот, баловало людей первым теплом. Ещё несколько дней назад погода оставляла желать лучшего: при выходе на улицу настроение моментально портилось из-за противного холодного ветра и мороси, а сейчас, когда небо наконец-то смиловалось, грех не пройтись лишний раз пешком. Арсений с широченной улыбкой идёт впереди, похожий на диснеевскую принцессу, которая вот-вот запоёт, а за ним тащится Шаст, мечтающий побыстрее добраться домой и наконец отоспаться в единственный выходной день. Люди оживлённо проскакивают мимо них, они, как чёртовы метеоры, спешат по своим делам, не обращая внимания на хорошую погоду. Арс с недавнего времени начал бояться стать похожим на них: на протяжении всей жизни только самостоятельно разгребать свои взрослые дела, не имея времени даже оглянуться вокруг. Если так подумать, то немногим удалось избежать такой участи, большинство всё равно завалены рутиной всю свою жизнь. Это страшно. Антон только сейчас понимает, что устал даже для того, чтобы курить. Он, конечно, не думал, что руководителем быть просто, но откуда он мог знать, что это настолько изматывает. Теперь парень, кажется, стал понимать бешеных начальников из фильмов, которые являются отрицательными персонажами и портят главному герою жизнь вместе со всеми остальными его проблемами. Грамотно руководить людьми ещё уметь надо, а у Шастуна даже не было опыта в подобном. Кроме того, остальные ребята, раньше не участвовавшие в подобном, не работавшие в команде, в самый неподходящий момент начинали путать реплики, выходить не по порядку, неправильно произносить слова и прочее. Как говорят, всё приходит с опытом, это была только первая их репетиция, но у Антона уже не хватает терпения. Они идут молча, каждый думает о своём. Шастун смотрит в спину Арса, а тот, в свою очередь, зачем-то слушает шаги идущего позади друга. Помогает сосредоточиться. Внезапно откуда-то слышится крик, а потом отчётливый звук удара. Оба начинают осматриваться и понимают, что что-то происходит в находящемся рядом дворе. Парни бегут туда и наконец замечают трёх молодых людей: один из них лежит на земле, вцепившись в свой рюкзак, а два других пытаются его отобрать, время от времени нанося удары ногами. Они не выглядят старше ребят, может быть, даже младше на год-два. Не сговариваясь, Арс с Антоном побежали в их сторону. — Эй, вы что творите? — выкрикивает Шастун, прибывший на место первым. Парни поворачиваются к нему с непониманием на лице. Прибежавший сразу после друга Арсений пока ничего не говорит, стоя у него за спиной. — А что мы творим? Вас типа эти педики устраивают? — гневно отвечает один из них, показательно ударяя лежащего на асфальте ногой в живот, от чего тот сдавленно стонет от боли. — Эй, ненормальный, что ли? — выйдя вперёд, Арс толкает его в плечо, отводя подальше от уже порядком избитого парня. — А, они, видимо, из одной петушиной фермы, — вступает в перепалку второй, что до этого молчал. — Что сказал? — вспыхивает Антон, выпуская сдерживаемую долгое время агрессию на свободу. Он ударяет противника кулаком в челюсть, от чего тот падает, не успев вовремя защититься. Не ожидавший такого поворота второй хулиган, оттолкнув стоявшего на пути Арса, побежал прочь, бросив своего приятеля. Впрочем, тот тоже, не заставив друзей предпринимать ещё что-то, сваливает. Антон помогает подняться пострадавшему парню с земли. Его лицо, до этого закрытое руками, оказывается всё в крови. Он с опаской осматривается вокруг и, не обнаружив своих неприятелей, облегчённо выдыхает. — Я бы справился сам, если бы их было меньше, — он стирает небрежным движением руки кровь под носом, тем самым только размазывая её по лицу. — За что тебя так? — спрашивает Антон, пока Арсений роется в своём портфеле, пытаясь найти салфетки или что-то ещё, что могло бы помочь. Парень мнётся, отводит взгляд, но после всё же решается сказать: — Я гей. Между ними повисает молчание, двое не знают, как реагировать и что вообще принято говорить в таких ситуациях, а их недавний знакомый поджимает губы и понимающе кивает, опуская глаза. — Только за это? — Арс первым решается прервать неловкое молчание, а остальные, кажется, облегчённо выдыхают. Он протягивает парню влажные салфетки с улыбкой. — Только за это. Они всегда меня недолюбливали, а когда узнали... — он разводит руками. Достаёт из кармана разбитый телефон и, используя его, как зеркало, начинает стирать кровь с лица. — Жестоко, — коротко подмечает Шастун, смотря на рассечённую бровь и явно повреждённый нос. Парень кивает и почему-то издаёт тихий смешок. — Говорят, что всем расскажут, так что готовлюсь стать изгоем. Благо я из девятого ухожу, так что немного осталось, — бросает салфетку куда-то в траву и надевает рюкзак, который успел изрядно испачкаться в пыли. — Может, обойдётся, — старается обнадёжить Арс, хоть и сам понимает, что ничего хорошего не будет. Парень молча улыбается, тоже осознавая это. — Спасибо вам, — говорит он напоследок, а потом быстрым шагом уходит. Арсений с Антоном не говорят ни слова, пока их новый знакомый совсем не скрывается из виду. Они знали о существовании геев, но никогда не встречали. Эти люди были для них чем-то из интернета, и их проблем они не видели, а сейчас всё было по-настоящему. — Надо было этих уродов избить, — злобно говорит Шастун, нервно перебирая многочисленные кольца на пальцах. Он чувствует себя странно после этого происшествия, потому что проблема, которую он раньше не замечал, появилась слишком внезапно, и он не знает, как ему к этому относиться. — Думаешь, помогло бы? — задумчиво спросил Арс скорее себя, чем Антона. Его мысли тоже заняты этим. Он беспокоится за того парня: что ему придется пережить и хватит ли ему сил? — Я не знаю, — признался Шаст. — Мы ничего не сделали, никак ему не помогли, — несколько секунд смотрит на Арсения, а потом опускает голову. — Разве мы могли? — Антон не отвечает, трудно точно сказать, из-за чего: потому что вопрос риторический или потому что на него нет ответа. Домой они идут, изредка перекидываясь несколькими фразами, стараясь больше не задевать эту тему. В этот раз Арс уходит домой первым, так что Шастуну приходится добираться до своего дома в одиночестве. Он зачем-то сжимает в кармане зажигалку, пока идёт, но курить не хочет. Всё ещё думает. Почему люди так неравнодушны к тем, кто просто любит? Какой должна быть ненависть, чтобы избить так, как того парня? А ведь таких случаев немало, бывают даже намного хуже. Незаметно даже для себя Антон дошёл до своего дома, поднялся на лифте, зашёл в квартиру. Не переодеваясь, лёг на кровать в своей комнате и уставился в потолок. Мысли всё лезли в голову. Неожиданно зазвонил телефон, на экране высветилось лаконичное «Арс». — Да? — слегка озадаченно произнёс Антон, ведь с их последней встречи прошло совсем немного времени. Арсений по ту сторону долго молчал, его напряжение чувствовалось даже через расстояние. — Спросить хотел, — он выдержал небольшую паузу и продолжил, — возможно, мой вопрос покажется тебе странным, но, что бы ты сделал, если бы кто-то из нас четверых оказался геем? — Кто? — Например, я. Оба замолчали. Антон не понимал, зачем тот задал этот глупый вопрос, но ещё больше его интересовало то, зачем Арс ответил так? — Не знаю, — честно признался парень, принимая сидячее положение на кровати и упираясь затылком в стену. — А ты гей, что ли? — а тут он сам офигевает от того, что сказал. Закрывает глаза и молится, чтобы Арс не дай бог не понял ту глупость, которую он сморозил, и не отключился прямо сейчас. Вопреки ожиданиям, из трубки раздаётся смех. — Антон, ты обкурился там? — наконец-то успокоившись, спрашивает Попов. — Судя по всему, обкурился тут не я, — саркастично отвечает Шаст, намекая на странные вопросы, что были заданы ни с того ни с сего, так ещё и по телефону. — Забудь, просто мысль неожиданная была, вот я и позвонил. Сейчас сам понимаю, как это глупо. — Зная тебя, я не удивлён, — посмеялся Антон, действительно не понимая своего удивления, ведь это же Арс, он и не такое сделать может, никогда не понятно, что у этого человека в голове. — Это да. Когда создашь беседу? Не все услышали, когда мы в следующий раз собираемся. — Прямо сейчас. Я тогда отключаюсь, — про беседу-то он и забыл. Сбросив звонок, Антон зашёл в мессенджер и, назвав группу «О, бедный Ёрик», пригласил туда всех ребят и, конечно, Павла Алексеевича. Серёжа: Что за название? Шаст: Первая пришедшая в голову ассоциация с театром Серёжа: Видимо, у людей с опилками в голове хуёвые ассоциации П. А: Я вообще-то тоже здесь Серёжа: Простите, Павел Алексеевич, не заметил сразу Дима: Ахах, ты, как всегда Шаст: Реально Если кто-то не услышал, следующая репетиция состоится в среду после уроков Сделав своё дело, Антон отложил телефон и, смерив портфель грустным взглядом, пошёл делать уроки.

***

— Я скоро склею ласты, — жалуется Серёжа, сидя на кресле в актовом зале. После семи уроков все, как договаривались, собрались репетировать, вот только настроя на это не было. Расстроенный очередной неудачно написанной контрольной по физике, Антон нервно перебирает листы сценария, постукивая ногой по полу, чем раздражает всех присутствующих в лице Димы, Серёжи и Арса. Остальные обещали прийти на несколько минут позже. — Бля-я, хватит, — недовольно протянул Дима, бросая в Антона колпачок от ручки. Тот, смерив его недовольным взглядом а-ля «отъебись от меня», всё же прекратил. Арс, пожалуй, выглядел самым бодрым из всех присутствующих: он шёпотом перечитывал свои реплики, при этом пытаясь передавать нужные эмоции. Со стороны это выглядит довольно странно, в некоторой степени даже забавно, так что рядом сидящий Серёжа время от времени всеми силами пытается не засмеяться, чтобы не дай бог не обидеть юного актёра. Минут через десять приходят девочки в сопровождении Павла Алексеевича. Антон пытается найти глазами Лёшу, который играет немаловажную роль в постановке, но, в конце концов, понимает, что парня здесь нет. — Кать, а где твой друг? — всё же решает спросить, чтобы не додумывать у себя в голове что-то плохое. — Он сказал, что сегодня у него никак не получится прийти, — она виновато посмотрела на Антона. — Надо же, почему я не удивлён? — вступил в разговор Дима. Катю он обидеть не хотел, вот только она, видимо, приняла это за обвинение. Всё-таки это она привела нового человека и должна отвечать за выполнение им своих обязанностей. — Простите, он точно придёт в следующий раз, — она снова посмотрела на Шастуна, как на человека, имеющего какую-то власть, будто ища в нём поддержку. — Ничего страшного, — он в свою очередь решил махнуть на это рукой и не усложнять ситуацию, – всякое бывает. Катя улыбнулась, когда на неё наконец перестали все смотреть, а Дима не стал говорить что-то ещё, чувствуя себя виноватым за то, что поставил её в неловкое положение. — Начинаем тогда, у нас есть всего час, — бодро начал командовать Павел Алексеевич, напоминая о том, что время не резиновое. — Давайте на сцену. На этот раз всё проходило более гладко, потому что ребята выучили свои слова. Только теперь если сбивался один, то все остальные тоже начинали забывать, что им нужно говорить. — Ну что опять? — Антон поднялся к ним после четвертого такого промаха, — ну что не понятно здесь? Сначала Ромео говорит о красоте Джульетты, а потом начинаются слова Тибальта, который узнал голос Ромео. Это же логично, и я просил выучить, кто за кем идёт. Вы вообще думаете, прежде чем что-то сказать? — злится Шастун, то и дело тыкая в сценарий пальцем. — Мы только второй раз это прогоняем, конечно ошибки будут, — вступается за всех Арс, получая в ответ такой взгляд, от которого можно сразу стать пеплом. — Незначительные ошибки быть, конечно, могут, но вы же постоянно тупите! — вспыхивает Антон. — Сам бы попробовал, прежде чем орать, — всё не сдавался Попов. — А ты стрелки не переводи, это вы тут актёры, — оба уступать не собирались и продолжали бы, если бы их не прервал Павел Алексеевич: — Вы, конечно, можете дальше терять время, но я всё же продолжил бы заниматься делом. — Ладно, ещё раз, — Антон, бросив ещё один недовольный взгляд на Арса, спрыгивает со сцены и даёт жест рукой, чтобы ребята продолжали. Так проходит час, к концу репетиции у них всё же получается прогнать всю сцену от начала до конца, всё ещё не без ошибок, конечно. — Вам правда стоит запомнить последовательность реплик героев, — даёт наставление Павел Алексеевич, перед тем как все начнут расходиться, — иначе у Шастуна нервы откажут, — с улыбкой добавляет он. Все начинают посмеиваться, а Антон недовольно закатывает глаза и уходит в раздевалку крайне раздражённым. Никто его трогать в таком состоянии не хочет, боясь нарваться на грубость и поссориться. Даже Арс, который в таких случаях пытается улучшить его настроение, решил остаться в стороне. Конечно, роль сыграло и то, что они не самым приятным образом поговорили, и Арсений хотел сперва сам немного успокоиться, прежде чем снова как-то взаимодействовать с Шастуном. А Антон хочет побыстрее свалить домой, в том числе и из-за завтрашней игры в волейбол с другой школой. С ребятами, с которыми им предстоит встретиться, их класс конфликтует довольно долгое время. Наверное, никто уже не сможет вспомнить, из-за чего всё началось, может быть, это просто взаимная неприязнь, а возможно, что-то более серьёзное, да теперь уже не важно. Ясно только то, что проигрывать им нельзя. Надев наушники, парень выходит из школы и быстрым шагом идёт домой. </s>