У нас тут не трагедия

Антон пришёл за полчаса до начала игры. Всё должно было проходить в школе соперников из-за наличия там более хорошего спортивного зала. Парень столкнулся по пути с несколькими учениками, прежде чем зайти в раздевалку к своим. Видимо, не все ещё собрались, потому что в помещении были только Арс и несколько ребят из команды. Он сидел отдельно от них и смотрел в телефон. Шастун остановился на входе, не зная, стоит ли подойти к нему после их вчерашнего недопонимая. Вчера вечером Арсений не писал ему и не интересовался, сделал ли он домашнее задание, как это обычно происходит, а утром не предложил зайти за ним и пойти вместе в школу. Неужели он придал всему такое большое значение? Даже если так, Антон принципиально прощения просить не собирался и поэтому, специально громко бросив свою спортивную сумку рядом с Арсом, начал переодеваться. Но тот, удостоив его лишь коротким взглядом, снова уткнулся в телефон. Шастуну оставалось только раздражённо натягивать на себя спортивную форму, злясь из-за того, что на его представление не обратили внимания, а как заговорить с парнем по-другому, он не знал. Со временем подтянулись Дима с Серёжей, которые сразу вычислили, что между этими двумя что-то происходит, однако спрашивать не стали, списав это на волнение перед игрой. За десять минут до начала, когда все уже были готовы к игре, в раздевалку вошли несколько ребят из команды соперников, явно не из робкого десятка, судя по поведению. Они по-хозяйски сели на одну из скамеек, предварительно сбросив чьи-то рюкзаки, лежавшие там. — Удачи пришли пожелать, — начал один из них с насмешкой. Он изучал тех парней, что были незнакомы ему. Его взгляд остановился на Шастуне: — А этот недобаскетболист тоже с вами, что ли? Среди ребят, пришедших с ним, послышались смешки. Антон, который всё это время стоял спиной к ним и искал воду в сумке, обернулся, понимая, что говорят о нём. — Ну, а хули? — расслаблено проговорил он, чтобы показать, что эти слова его никак не задели. Эти шутки о росте давно перестали быть для него обидными. На лице зачинщика появилась недобрая ухмылка. Как Шастун понял, он тут негласный авторитет, и если он что-то говорит, то остальные будут поддакивать без размышлений. Никто не говорил ни слова, они только прожигали друг друга взглядами, будто это испытание на стойкость, и кто первый опустит взгляд — проиграет. К сопернику подошёл один из его друзей и, тихо что-то сказав о времени, кивнул на выход. — Вы не расстраивайтесь, победа не главное, — бросил раздражающий парень напоследок, а потом скрылся за дверью. Все будто ожили после его ухода: начали переговариваться, кто-то продолжил переодеваться. А в голове у Шастуна была только одна мысль: проиграть этим выскочкам точно нельзя. — Ты чего завис? — погрузившись в свои мысли, он сосредоточил свой взгляд на одном месте, которым оказался Арс, что вывел его из раздумий. — Да так, — махнул рукой Антон. Он опустил голову вниз, руки сами стали перебирать кольца на пальцах. Кто бы мог подумать, что он начнёт так волноваться в самый последний момент? — Мы играем с начальной школы, думаешь, уделать их не сможем? — Арсений сел рядом, уловив переживания парня. — Я думаю, они не хуже нас, — возразил Шастун. — Но и не лучше, — они встретились взглядами, Арс ободряюще улыбнулся, и у Антона постепенно начало появляться чувство уверенности. — Вперёд, супер команда, — писклявым голосом спародировал типичную сериальную девочку из группы поддержки Арсений. Вчерашняя ситуация незаметно забылась, когда появилось нечто более важное: поддержка для Шастуна. — А-а-арс, — прыснул Антон, в шутку ударяя парня в плечо. Теперь в голову перестали лезть тревожные мысли и, если даже Антон не был уверен в успехе на сто процентов, он знал, что точно не облажается. У него появилась решимость и желание утереть нос этим самоуверенным придуркам.

***

Первая подача за Арсом, и игра началась. Они на равных, не стоило недооценивать соперников. Впрочем, чем сложнее будет выиграть, тем интересней. Антона поглотил азарт: он следит за мячом и готов в любой момент подобно пружине прыгнуть и отбить его, возможно, даже получить очко для своей команды. Остальные игроки увлечены не меньше, ведь проигрывать сегодня не настроен никто. Первый сет закончился выигрышем ребят, они опередили соперников на два очка, дойдя до двадцати пяти первыми. Во время перерыва Шастун пошёл отдохнуть на скамейку в конце зала. Он изучил поведение парней из другой школы во время игры и теперь пытается продумать стратегию, чтобы обойти их. К нему подсел Матвиенко. — Дашь воды? — Опять забыл? — забывать воду — это вредная привычка Серёжи, от которой он не может избавиться уже давно. Он всегда просит её у Шастуна, который каждый раз носит с собой бутылку. Антон уже перестал раздражаться по этому поводу и только награждает Матвиенко осуждающим взглядом, что вошло в привычку. — Ой, да похуй, — сделав пару глотков, Серёжа ставит воду на скамейку. — Они неплохи, но я заметил у них в команде слабое звено, — он кивнул на одного из парней, который в это время, ничего не подозревая, завязывал шнурки на обуви. — Я тоже это видел, он хорош только в подачах, но во время игры его мячи забирают другие. Нужно бить так, чтобы ему пришлось брать самому. — Попробуем. Три минуты прошли, и игроки вернулись на площадку для второго сета; все уже немного подустали, но всё ещё полны решимости и стремления к победе. Мяч, благодаря сильной подаче Антона, устремился вперёд. Игра началась, будто запустился какой-то слаженный, быстрый механизм. Игроки обеих команд, стараясь не уступать друг другу, выкладывались по полной. Однако к середине игры усталость взяла своё, и команда соперников стала опережать ребят на два очка, а затем Шастун пропустил два мяча, что заставило его засомневаться в себе. Ещё и их с Серёжей тактика не работала, потому что было крайне проблематично добиться того, чтобы "слабый" игрок взял мяч, так как его всегда перехватывают другие. Вторая партия закончилась проигрышем. Разозленный неудачей Антон вышел в туалет во время перерыва. К счастью, там никого не оказалось. Пройдя мимо зеркала, висящего на стене, он остановился напротив раковины. Как можно было так расслабиться? Парень злится на себя, на ребят, не меньше на противников. Он начал сомневаться в своих способностях, понимал, что все надеются него, зная как лучшего игрока. В надежде успокоиться он, набрав в ладони холодной воды из-под крана, плеснул её себе на лицо. Помогло слабо, тем не менее, стало не так жарко. Шастун глянул на часы: осталась одна минута до начала игры, надо бы возвращаться, но он всё никак не мог себя заставить сделать хотя бы шаг. Открылась дверь. Готовясь встретиться с кем-то из команды соперников, Антон, вопреки ожиданиям, увидел Арса. — Судья сказал тебя найти, — проговорил он, подойдя ближе. — Да, одна минута, — озвучил неминуемую истину Шаст и облокотился на подоконник, не собираясь никуда идти. Арсений, не без труда дотянувшись, поправил мокрые волосы Антона, спадающие на глаза. — Тебе не стоит так серьёзно это воспринимать. Проблемы идут из головы. — Для тебя не стоит, а для меня это важно. — Раз важно, что ты сидишь здесь, как напуганный котенок, вместо того, чтобы пойти и показать им, как нужно побеждать? — Ой, отъебись со своими мотивационными фразочками, — резко ответил парень, никак не оставляя в покое свои пальцы. Без колец, оставленных на время игры в сумке, хоть немного успокоиться не получалось. — Хорошо, но вернуться придётся, — Арсений не оставлял своих попыток сдвинуть Шастуна с места. — Наши тоже начали сомневаться, глядя на тебя, а это нехорошо. Если мы хотим уйти отсюда победителями, то нам нужно стремление, а оно пропадает. Антон посмотрел на друга, но осуждения, которого он боялся увидеть в его взгляде, не было. — Я смогу? — вырвалось у Антона то, о чём он думал на протяжении всего того времени, что провёл здесь. — Конечно, — улыбнулся Арс и пошёл к выходу, с облегчением понимая, что Антон идёт за ним. Некое напряжение на площадке почувствовалось сразу, как только парни зашли в зал. К Шастуну сразу подошёл Дима. — Слушай, если ты из-за того, что мячи пропустил, то не нужно так убиваться. Да, облажался, но возможность отыграться ещё есть, — он похлопал друга по плечу. Антон немного неловко улыбнулся, чувствуя некий стыд за свой поступок, но что сделано, то сделано, и нет смысла думать, как было бы правильней. К ним подошли остальные ребята из команды, и вечно что-то придумывающий Арс вытянул руку вперёд со словами: "Сможем же?". Некоторое время на него смотрели с недоумением, но до того момента, пока Антон не положил руку сверху, отвечая: "Сможем конечно". Остальные начали присоединяться к их "ритуалу". Глупо, конечно, но вселяет стремление к победе, даёт почувствовать всех и каждого, команду. Несмотря на то, что начало игры не задалось, к середине удача встала на сторону ребят, так что они быстро сравняли счёт и теперь шли с противниками, как говориться, ноздря в ноздрю. Поняв, что их вот-вот обгонят, команда другой школы решила реанимироваться, и вот тогда Антон разобрался в значении выражения "семь потов сошло", причём не только в переносном смысле. Впрочем, безучастным сейчас не является никто из команды, а особенно нелегко приходится Серёже, который, являясь либеро, принимает большинство атакующих ударов. По другую сторону сетки мяч оказался в руках того самого парня, который приходил пожелать удачи перед игрой. Все уже успели заметить, что его атаки отличались особой стремительностью. Он — один из лучших игроков среди противников, всегда бьющий с самоуверенной ухмылкой. Всё происходит за какую-то долю секунды: он с силой отбивает летящий на него мяч так, что тот возвращается на другую сторону сетки с завидной скоростью. Бросок принимает Арс. Успешно, но отчего-то парень ненадолго сжимает руку, которой отбивал, другой и кусает губу, чтобы не показать лишние эмоции и не быть удалённым, потому что в запасе только не очень хороший игрок, которого взяли просто для галочки. Если Арсений уйдёт, вся команда рискнёт сильно отстать от соперников. Боль в запястье балансирует на грани терпимой. Арс кое-как следит за игрой и отбивает очередной мяч одной неповрежденной рукой, при этом всеми силами стараясь не показывать свои мучения. В это время Антон, видя, что нужно поднажать, вместе с остальными ребятами стал больше атаковать, тем самым забирая эту возможность у противников. Счёт 23:24 в пользу школы Шастуна. Его контрольная подача с прыжком и мыслью: "Я смогу". Мяч летит, минуя все препятствия, включая парней из другой команды, и приземляется на поле, тем самым даруя последнее победное очко. Свисток судьи и долгожданная победа. На радостях Антон летит обнимать своих товарищей по команде под недовольные взгляды выходящих из зала бывших соперников. Он подбегает к Диме, который останавливает его рукой: — Ничего, что ты мокрый, как мышь? — беззлобно спрашивает он, заменяя тисканья Шаста на рукопожатие. — На эмоциях же, — смеётся Антон, ища взглядом кого-то ещё. — Где Арс? Дима недолго молчит, а потом отвечает, вспомнив: — Сказал, что умыться хочет, — он усмехнулся. — Хорошо выглядеть — это его всё. — Понял, пойду найду его, — махнув рукой другу, парень вышел из зала. Сережа, относивший мяч в ящик с инвентарём, успел только посмотреть ему вслед. Зайдя в помещение, Шастун увидел Арса возле раковины, держащего руку под холодной водой. — Ты чего? — заподозрив что-то неладное, он подошёл ближе. Его ожидания оправдались: кое-что и правда случилось: — Чёрт, что с рукой? — в области запястья был заметен отек. — Травма рабочего характера, — постарался улыбнуться парень. Антон осторожно вытащил его руку из-под воды, чтобы рассмотреть получше, Арс молча позволил ему это сделать. — Больно? — конечно Антон знает, что больно, но Попов мотает головой. Он мысленно закатывает глаза: "Героя строит из себя. Сейчас посмотрю на тебя", — Шастун надавливает на его травмированную часть руки, из-за чего Арс от резкой боли и неожиданности здоровой рукой хватает его за плечо и со злобным криком: "Антон, сука!", — непроизвольно сжимает со всей силы, видимо, стараясь таким образом превозмочь боль. Шастун не двигается, пока он не отпускает. — Дурак, ты ещё и играл так? — парень, разминая плечо, отходит от Арсения на несколько шагов, чтобы тот не успел его побить. — Играл, и что? Я после школы в больницу собрался. — Какой после школы? Пошли сейчас, нам всё равно только три урока сидеть. Пропустим — ничего страшного. Арс ничего не ответил, снова засовывая руку под холодную воду с недовольным лицом. — Короче, иди одевайся, я классной позвоню и буду на улице ждать, — он вышел, надеясь, что Попов послушает его.

***

Арс вышел из кабинета врача с фиксирующей повязкой на руке и листком с названиями лекарств. — Ну что? — Антон, ждавший его в коридоре, сразу же встал со своего стула и подошёл к нему. — Растяжение, средняя степень. Мазью мазать, обезболивающие пить, и пройдет, — он улыбнулся, — Пошли? — Не хочу в школу возвращаться, — недовольно проговорил Шастун, вспоминая, что сейчас по-хорошему им нужно идти туда. — Никогда не думал, что скажу это, но я тоже, — они медленно шли по коридору к выходу. — Раз такое дело, может, просто пошатаемся где-нибудь? — немного неуверенно предложил Арсений. — Конечно, не лучший план, но поприятнее школы, — сразу согласился Антон, выходя из больницы. Улицы, как всегда, переполнены людьми и машинами, но всё-таки в воздухе чувствовалась весна. Кое-где растущие деревья уже готовятся к цветению, несмотря на токсичные выхлопы проезжающих мимо машин. Удивительно, как они до сих пор продолжают цвести и зеленеть из года в год при таких ужасных условиях? Парни забрели в какой-то зелёный парк. Летом здесь обычно достаточно оживлённо: палатки со сладостями и игрушками, фотозоны, аниматоры, но сейчас, весной, прогуливаясь по аллеям, можно встретить в среднем лишь пару человек. Они шли, разговаривая о том, что только приходило в голову, шутили, смеялись. В какой-то момент завязался разговор о ближайших планах после окончания школы. — Куда ты хочешь поехать учиться? — первым это начал Арс, вот только непонятно из-за чего, ведь даже будучи в компании с Серёжей и Димой они никогда не разговаривали об этом. Антон не стал уходить от ответа. — Наверное, в Москву. У мамы там есть квартира. Говорила, что, когда я закончу в школу, она переведётся в Московский филиал, и мы переедем в столицу, — на самом деле, он никогда не задумывался, кем в будущем хочет стать и где учиться, просто всегда плыл по течению реки, руслом которой управляла мама, даже не находясь рядом. — А ты что думаешь? — он задал встречный вопрос. Арс пожал плечами. — Мама говорит, на экономиста, — на его лице появилась тень пренебрежения, — а я в актёрское хочу. — А город? — Когда решусь переубедить маму, тогда и учебное заведение с городом выберу, — он улыбнулся, ведь это его главная несбывшаяся мечта, которую он непременно хочет исполнить. Антон иногда завидует ему, ведь Арсений не копается в себе, не думает, не пожалеет об опрометчиво выбранной профессии. Шаст же лишь неуверенно говорит маме по телефону, что ещё не определился, и чувствует при этом необъяснимую пустоту. Арс знает, чего хочет, и хоть его желания не совпадают с мамиными, это всё же лучше, чем жить, не представляя своего будущего. — Знаешь, меня пугает, что мы все разъедемся по разным городам. Я очень хочу продолжать с вами общаться, — из раздумий Антона выводит голос Арсения, который неожиданно начал говорить на несколько другую тему. — Я всё ещё помню, как вы меня, утопающего в слухах, в свою компанию приняли. Шастун усмехнулся: — Ага, ты Вике отказал, и кто-то придумал, что ты гей. — Вот ещё, — недовольно пробурчал Арс, плюхаясь на рядом стоящую деревянную скамейку. — Все на нас тогда так смотрели... а вам всё равно было. Я никогда этого не говорил, но вы — самые лучшие друзья, — он поднял свою до этого опущенную голову и посмотрел на Антона. — Ты мне ближе мамы стал, — тот оторопел: прежде ему никто не говорил ничего подобного. Что это значит? В парке только слабый ветер шевелит ветки деревьев. — Мы не перестанем общаться, не говори так, будто это обязательно случится. Ни за что, — отрезает Шастун, немного раздражённый поведением Арсения. Конечно он тронут, несомненно, Арс тоже занимает не последнее место в его жизни, но то, что сказано это было как прощание, ему определенно не нравится. Арс снова опускает голову, но, уже улыбаясь, он рассматривает свои ботинки, ставшие внезапно очень интересными. — Что ты...? — Антон никак не может понять его: то он говорит громкие слова, смотря в глаза, то смущается ни с того ни с сего. — Вот дурачок, — он садится рядом и в шутку натягивает на его голову капюшон до самого носа. Оба смеются. Атмосфера серьёзных разговоров испарилась. Когда условное учебное время закончилось, они решили, что пора идти домой: Арсению нужно подготовиться к завтрашней контрольной по математике, а Антон рад был бы забить, но уже дал обещание тоже выучить материал. Попрощавшись с Шастуном возле своего подъезда, Арс не спеша пошёл домой. Лифт сегодня исправно работал. Кажется, после хорошо проведённого времени ничто не может испортить настроение. Так ли это? Арсений открывает дверь своим ключом и сразу чувствует из кухни запах чего-то вкусного, что сразу кажется странным, ведь мама очень давно не готовила сама. Идёт в комнату, слыша оттуда какой-то незнакомый мужской голос, а через несколько секунд видит мужчину, который стоит напротив мамы, оперевшись на стол. Заметив, что Арсений пришёл, они оба отвлеклись от своей беседы. — Привет, сынок, — мама подходит к нему и улыбается. Невозможно понять, что именно скрывается за этой улыбкой, но после всех дней, что Арс видел её печальной, она кажется неестественной. — Привет, — улыбается в ответ и, замечая, что мужчина слушает их, спрашивает: — А это?.. — Это мой коллега с работы Никита Сергеевич.