Чужак

      Тирико ждал появления нарушительницы вместе с Кову и Лайли. Вечер стремился обернуться ночью. Где-то на горизонте догорала оранжевая полоса света. Принц поднял глаза к небу: первые звёзды появились на бесконечном своде, и чем темнее становилось, тем чаще вспыхивали новые светила. Тирико ловил их глазами, стараясь лишний раз не погружаться в раздумья. Он предпочитал не думать в последнее время. Так было проще.       Принц не хотел участвовать в разборках с нарушительницей — настолько не было у него настроения! — но в последний момент любопытство взяло верх, и Тик остался с братом и сестрой. Хоть какое-то развлечение в этой веренице однообразных дней с тренировками и скитаниями по Землям Прайда…       Послышались шаги, шёпот Маджани и Амаки, но Тирико не потрудился перевести взгляд на них — настолько ему было всё равно. Он лениво прислушивался к голосам, лёжа на краю скалы.       — Это же… — Поражённый вздох Кову. Сердце Тирико замерло, когда раздался знакомый голос. То низкий, то высокий… льющийся горной рекой.       — Нет, я конечно не ожидала, что вы меня встретите торжественным приёмом, но чтобы «злостная нарушительница»! Это уж слишком, знаете ли. После всего пережитого вместе… такое неуважение!       Песчаный лев отказался оборачиваться поначалу. Он боялся, что это вновь разыгралась бурная фантазия, и никакой той самой за его спиной просто не могло быть! Но воцарившаяся тишина говорила об обратном.       — Вот судьба… я так рад тебя видеть! Бывает же такое! Думал, если ушли, то с концами…       — Обниматься ко мне не подходи, злюка-лев. А то я боюсь твою подругу. Удар у неё крепкий! — Тирико узнал клокочущий смех. Следом за ним — слабый смешок королевы, которая, видно, не забыла обстоятельства первой встречи.       И уже после, когда все приветствовали друг друга, Тирико нашёл в себе силы обернуться и сделать шаг навстречу свободной львице. Огонёк мягко ему улыбнулась.       Принц боялся, что прямо сейчас на его глазах она растает. Ускользнёт, словно ветер, за которым она следовала. Но нет… Огонёк стояла перед ним, улыбалась неловко. Подобно Тику, она совершенно не знала, как продолжить эту встречу, чтобы всё не закончилось так, как… впрочем, неважно. Принц совсем не боялся явившейся хищницы. Напротив: в полумраке вечера от неё одной лилось столько тепла и света, что хватало на всю эту погрязшую в полумраке скалу.       — Я скучал по тебе, — спустя какое-то время выдохнул Тирико.       — Я по тебе тоже, — Огонёк помедлила. — Если это для тебя всё ещё важно.       — Важно. Очень.       Ненадолго повисло молчание, которое поспешила нарушить сама гостья:       — Обмен любезностями завершён? Если так, рассказывайте, как вы до жизни такой докатились, — рыжая львица последовательно указала лапой сначала на Кову, потом на Лайли. — Я в предвкушении. Нужно же будет Вольной докладывать!       — Постой, Вольных сюда привел ветер? — насторожилась королева. Огонёк, немного подумав, ответила:       — Ну… не то, чтобы… не совсем сюда. Если вкратце, дела обстоят так, — свободная львица легла на край скалы бок о бок с Тирико. Рядом с ними пристроились и король с королевой, предварительно отпустив Амаку и Маджани. Все, затаив дыхание, ждали слов Огонёк. Но та выглядела слишком буднично, что не предвещало ни хороших, ни плохих новостей. — Мы за этот год много каким прайдам подарили свободу. Были далеко на юге, потом сходили к востоку, а теперь вернулись к вам. Опять-таки, не совсем к вам! Сейчас Вольные работают с крупным прайдом, который относительно далеко от Земель Прайда. Два дня пути, если быть точной. К этим львам и львицам нас привёл ветер. Мы работаем с тем, чтобы свергнуть их королеву-тираншу. Но процесс затянулся, потому что особый случай… Вольная не считает разумным применять силу. Поэтому боремся иначе, что дольше. В общем, полмесяца уже там. Скука смертная!       Тирико видел, как Кову и Лайли одновременно выдохнули с облегчением. Песчаный лев их понимал: приход Вольных на Земли Прайда не означал бы ничего хорошего. Но раз уж ветер привёл не к ним, а к совершенно другому прайду, то… можно было порадоваться возвращению Огонёк? Так ведь?       — Хорошо. Это меняет дело. Но почему ты пришла сюда? — Кову с любопытством наклонил голову, глядя на рыжую львицу. Та беспечно пожала плечами:       — Я же говорю: скука смертная! Конечно, два дня пути в одиночку — это долго, но мне захотелось проведать старых друзей. Вольная разрешила побыть с вами, пока остальные работают над «сложным» прайдом. Так что, если не прогоните… я бы у вас погостила месяц-другой.       Услышав об этом, Тирико оживился. Месяц — а может быть и больше! — в компании этого вечно пылающего пожара! Вот уж точно, времени для скуки у них не останется… надо ведь ещё про бесконечное озеро спросить. Про «сложный прайд». Да и про всё остальное!       — Конечно оставайся! Никто тебя и не подумает прогнать! — ответил принц за старшего брата и, увидев насмешливый взгляд Кову, добавил робко: — Уверен, его величество разрешит.       — Разрешит, конечно, — кивнул король.       — Благодарю, дорогие мои. Я искренне рада. — Огонёк хитро улыбнулась. — Помимо личного интереса, у меня есть особая миссия. Я к вам за историей! Столько всего на Землях Прайда произошло, а правды не знаем… слухи только. А какие слухи среди Вольных, вы и сами успели прочувствовать. — Рыжая львица многозначительно взглянула на Тирико, и тот всеми силами постарался сделать вид, что с интересом смотрит на звёздное небо. Огонёк продолжила: — Так что Вольная поручила мне выяснить, как всё было на самом деле и не нужна ли наша помощь. Мы ведь обещали. Поэтому, ваше величество злюка-лев и злюка-львица, — она сделала изящные кивки головой каждому из правителей, — говорите, как до жизни такой докатились.       Лайли и Кову переглянулись, а после, вслед за Тирико, взглянули на звёздное небо: за разговором они и не заметили, как вечер сменился ночью. Даже прайд успел вернуться с успешной охоты.       — Раз уж ты с нами надолго, мы всё расскажем завтра, Огонёк, — мягко улыбнулась королева.       — Меня прельщает, что вы запомнили моё имя, ваше величество.       Кову вмешался в нескладный разговор супруги со свободной:       — Да, Лайли права. Ты наверняка устала после дороги.       — Ну… что правда, то правда, — нехотя согласилась Огонёк. — Не то чтобы с лап валюсь, но крепкий сон не помешал бы.       Король поднялся на лапы и кивнул в сторону пещеры:       — Тогда милости прошу в наш скромный дом. Места на всех хватит, обещаю!       — Эм… вынуждена отказаться, — Огонёк вежливо улыбнулась и тоже встала с места. — Я не привыкла спать в толпе. Даже среди Вольных. А тем более в гостях. Так что… покажите мне какое-нибудь удобное дерево неподалёку.       «Ого, а ведь мы об этом даже не знали…»— подумал про себя Тирико и, не теряя времени, предложил:       — Я знаю такое место. Отвести тебя?       — Вот это другой разговор!       После нескольких взаимных пожеланий «спокойной ночи» король с королевой и Тирико с Огонёк разминулись. Последние неспешно спустились со Скалы Предков и направились туда, куда их вёл младший принц. По пути лев расспрашивал свободную львицу о том, что интересного произошло у Вольных за это время.       — Так вы были у бесконечного озера?       — Да, ты прав! Ого, даже название запомнил.       — Ну… да… просто интересно стало, какое оно.       Огонёк кивнула с пониманием. Она, подняв рыжие глаза к небу, пояснила мечтательно:       — Местные зовут его «морем». Оно шипит и бурлит, будто всегда гроза… А ещё вода там солёная на вкус. Это очень красиво, Тик. Бесконечное озеро каждый должен увидеть.       Тирико тут же представил, как небо бурлит, идёт волнами, словно водная гладь… как оно красиво переливается звёздным светом. И ему так захотелось коснуться далёкого небосвода, но, как назло, он не был птицей! Перьев у него не было.       — Здорово… я бы так хотел посмотреть. А что ещё интересного там?       — Где «там»? — смешливо фыркнула Огонёк. Тирико стыдливо опустил взгляд к земле:       — Ну, там… за пределами Земель Прайда. — Свободная львица молчала, загадочно улыбаясь, и эта тишина сводила принца с ума. Да, он открыто признал, что ничего не знал о жизни за пределами своих земель! Но что с того? Разве любопытство — это плохо?.. Или для него уже поздно любопытствовать? Лев поспешил добавить, чтобы перевести тему на более непринуждённую: — К слову, мы пришли. Можешь располагаться, завтра будем ждать тебя.       Тирико резко развернулся, чтобы как можно скорее вернуться на Скалу Предков, но его почти сразу окликнула Огонёк. Львица не спешила взбираться на низенькую акацию, которую так учтиво ей предоставил друг. Она кивнула на место под ветвями дерева и, когда принц откликнулся, предложила:       — Оставайся со мной сегодня. Я тебе и про бесконечное озеро расскажу, и про великую реку, и про пустыню смерти.       — И про горы? — немного помедлив, спросил принц. Он направил несмелые шаги к свободной львице.       — И про них тоже.       И всё-таки Тирико по ней очень скучал.       Год! Что такое год? Так, пустяки… но ему вдруг стало как никогда страшно от осознания того, что было бы, если бы она не пришла сегодня. Что, если бы Огонёк никогда не вернулась на Земли Прайда? Наверное, принц никогда бы так и не узнал, что такое «бесконечное озеро».

***

      На Кову надвигались огненные тени. В расплывчатых обликах, разинувших зубастые пасти, лев тут и там видел знакомую уродливую морду и клыкастую усмешку: Готто в обличии пожара гнался за ним по пятам. Бурый лев в ужасе сорвался в места. Он долго-долго бежал по коридору тьмы, разрывая раскалённую землю измученными лапами, и всё слышал, как заклятый враг рычал в спину: «Да здравствует король Кову! Да здравствует его величество Кову! Да здравствует убийца!»       — Я не убийца! — в отчаянии крикнул бурый лев и в последний момент успел остановиться перед краем пропасти.       Он видел двух сестёр; видел, как Амани толкает в огонь Кайди. И стоило Кову зажмуриться, как всё поменялось местами: теперь он стоял на вершине ущелья, а под ним, из последних сил цепляясь за шаткий край, боролась за свою жизнь Амани.       «Амани, нет! — подумал про себя лев, но закричать ему не удалось. — Я помогу тебе, только не падай…» Кову протянул лапы золотистой львице. Но вместо того, чтобы вытащить ту из ущелья, он против своей воли впился когтями в лапы Амани. Хищница взвыла от боли.       «Что… что происходит? Нет, я ведь так не хочу!» Но голос истинного Кову был слаб. Сейчас в нём властвовал чужой разум.       — Да здравствует король! — зарычал Кову не своим голосом и сбросил Амани в пылающее ущелье. Его зелёные глаза полыхнули в полумраке. Лишь после бурый лев увидел, что об огненные скалы разбилась не его сестра, а Тирико.       — Тик, нет! — вырвался из груди короля отчаянный вопль. Он почти бросился в ущелье за братом, но языки пламени вовремя приблизились к младшему принцу. Огонь укутал Тирико, приласкал, залечил открывшиеся раны, а после оторвал от земли и понёс в звёздное небо.       А Кову остался между ущельем и стеной пожара. Когда пламя подошло вплотную, оно начало кусаться, рвать с лап куски плоти, пока в конце концов не заставило короля прыгнуть в бездонную пропасть. Кову закричал, но вскоре в голове зазвучал настойчивый голос:       — Просыпайся… Кову, просыпайся, что же ты! Это сон!       Бурый лев раскрыл глаза. Он услышал облегчённый вздох Лайли, лапы которой по-прежнему находились на его груди. Король судорожно выдохнул и оглянулся: была глубокая ночь, весь прайд спал, и только Лайли проснулась от его тихих бормотаний. Королева с тоской посмотрела на супруга.       — Опять кошмар?       — Да. А ведь последние три дня спал спокойно…       Лайли настояла на том, чтобы покинуть пещеру. Правители вместе вышли под свод звёздного неба. Как только Кову почувствовал холодное дыхание ночи, ему стало лучше. Король осмотрелся: половину небосвода заняли дождевые тучи, которые норовили скрыть половинчатую луну. Ему невольно вспомнилось, как в точно такое же небо пламя уносило брата в последнем кошмаре.       — Что ж, — невесело усмехнулся Кову, — теперь я хотя бы знаю, в каком огне всё это время горел мой брат. Прогресс!       Король знал, что Лайли было больно видеть его в таком состоянии, но супруга не подавала вида. Она отвела взгляд, а после ненавязчиво потянула Кову за собой. Вместе они покинули Скалу Предков.       — Огонёк? — спросила львица, получив слабый кивок.       — Может быть. Я не могу знать наверняка. Но если так… этот огонь, по крайней мере, его спасает, а не убивает. Хоть для кого-то хороший знак.       Правители сошли с проторенной в мягкой траве тропинки. Они оказались на холмах, что горбатыми спинами верблюдов тянулись до горизонта. Сейчас эти просторы пустовали: саванна спала, и вокруг царило спокойствие.       Лайли печально улыбнулась льву:       — Хорошо, если так. Впервые вижу Тирико счастливым на протяжении… трёх? Да, трёх дней подряд!       — Ну, если ты его видишь, конечно, — фыркнул Кову. — Целыми днями его где-то носит этот рыжий пожар. Может быть даже за границами Земель Прайда… впрочем, он наконец-то радуется жизни. А это самое главное.       — Вот и я так думаю.       Они упали в пуховые объятия молодой травы, отчего в небо взметнулась стая светлячков. Крохотные огоньки долго вальсировали над головами правителей. Кову даже попытался поймать одного из светлячков лапой, но тот ускользнул ввысь, к самому небу. Король тяжело вздохнул.       — Он ведь покинет Земли Прайда рано или поздно, да?       — Только если не найдёт способ заставить Огонёк остаться.       — Этот рыжий ветер ни одни земли на свете не удержат! Да и потом, — лев подполз к королеве, устало положив голову ей на плечо. — Дело не в самой Огонёк. Там всё сложно.       — Успела заметить, — львица ткнула лапой по носу Кову, заставив того повеселеть. — Там не любовь. Там даже не дружба. Я не знаю, что там.       — Да они сами не знают. Им и так хорошо, — Кову замер. Причём так резко, что Лайли даже перестала дышать. Король, наконец, продолжил: — Но мне так не хочется, чтобы Тик уходил! Я… я по нему буду очень скучать. Какая злая ирония, самые дорогие мне лев и львица - сын и дочь Готто... впрочем, не в этом дело. Не время Тику сейчас уходить. С законом поединков не разобрались, с восстановлением прайда… для матери уход ещё одного сына станет сильным ударом. О, Айхью, может, не надо лучше?..       — Ещё никто не успел уйти, а ты уже волнуешься. — Лайли легонько прикусила льва за ухо. — Лучше спроси у Тика, чего он хочет. А там уже можешь начинать переживать.       — Да… да, ты права.       — Меня куда больше волнуют твои кошмары. Может вместе попробуем разобраться, что они…       — Значат? — завершил за супругу Кову, и та кивнула. Лев измученно выдохнул. — Я догадываюсь, но сейчас думать об этом не хочу. Давай как-нибудь в другой раз попробуем покопаться в моих снах.       — Хорошо, — львица потёрлась мордашкой о морду льва. — Возвращаемся на Скалу Предков?       — Нет, не хочу сегодня. Давай тут останемся… мне здесь спокойнее. Рядом с тобой.

***

      Бежать по саванне, замершей в преддверии дождя и заката одновременно, было невероятно.       Лапы несли Тирико далеко-далеко вперёд, он почти летел над землёй! Ловко маневрировал с холма на холм, вдыхал наполненный кислородом воздух, любовался пейзажем… по небу суетливо носились тучи, ревел ветер, но принц продолжал бежать.       Тирико равнялся на рыжий пожар, что нёсся впереди него. Они смеялись. Этот безумный хохот сливающихся в унисон голосов был громче ветра! Они бежали, то и дело обгоняя друг друга. И принцу впервые было так свободно и легко, как никогда. Будто он стал частью великих равнин, породнился с ветром, был способен коснуться облаков и даже пламени…       Всё это было возможно, пока с неба не упала первая капля дождя. За ним — ещё одна, после — ещё, и вот уже самый настоящий ливень поил истосковавшуюся по воде землю. И воздуха стало не хватать, лёгкие сковало… кажется, их наполнила ледяная вода.       Огонёк быстро отыскала Тирико, спрятавшегося в небольшой пещере. Места на двоих хватило бы едва ли, так что львица по пояс стояла под дождём.       — Эй, Тик! Ты чего? Побежали дальше. С дождём веселее будет!       — Н-ну уж нет, — отказался песчаный лев. — Там холодно и… мокро… да и вообще, я не обязан продолжать! Я свободен делать всё, что захочу. Разве не так ты говорила?       — Ну, допустим, так, — хмыкнула свободная львица, хитро улыбнувшись. — Но, выходит, не такой уж ты и свободный.       — Как это так?       — А так: тебя держит в страхе дождь. А если боишься, значит, уже не свободен.       Принц нахмурился. В словах Огонёк звучало что-то неправильное, но… он понял суть. Понял, когда посмотрел в рыжие глаза напротив. Они всегда были наполнены пламенем. Огонь всегда бурлил, кипел в ней, норовил вырваться наружу и поджечь всё вокруг! Разве буйный пожар, сам хаос, мог робеть перед чем-то?       — Ты хоть раз в жизни боялась? — помедлив, выдавил Тирико. — По-настоящему.       — Я боюсь смерти, — немного подумав, ответила львица. — Но не своей. Смерти тех, кто мне дорог. Ну а поскольку дождь не грозит тебе смертью, сейчас я ничего не боюсь.       Тирико отвёл взор. Стоило ли отвечать откровением на откровение? В конце концов, от Огонёк можно было ждать чего угодно… насмешки, например. Издевательств. Но отчего-то так хотелось ей рассказать…       — Я боюсь воды. Когда мы с братом были ещё львятами, я упал в реку и едва не утонул. С тех пор не переношу воду ни в каком виде, — песчаный лев вздрогнул, взглянув за пределы пещеры: — Мне всё кажется, что я захлебнусь. Что не хватит воздуха, и я…        Тирико почувствовал, как Огонёк силой вытолкала его из крохотной пещеры на воздух, где его окатила стена вечернего ливня. Капли были тёплыми. Совсем не теми ледяными иглами, что впивались в шкуру тогда, в реке. И всё же лёгкие начала заполнять вода, а воздуха катастрофически не хватало. Тирико закашлялся, опустившись на землю, но его подняла на лапы Огонёк.       — Это всего лишь ливень. Он не убьёт тебя, Тик.       — Откуда… мне… — лев изо всех сил пытался выровнять дыхание, но получалось плохо. Огонёк продолжала:       — Вода дарит жизнь. Огонь её забирает. Тогда, когда ты был окружён пожаром… ты тоже боялся?       Похоже, рассказ о произошедшем на Землях Прайда львица слушала внимательно. Настолько, что даже запомнила присутствие Тирико в катастрофе с пожаром... но сейчас это мало что значило.       — Нет. Мне не было страшно.       — Тогда представь, что я — огонь, который ведёт тебя через стену смерти. Через ледяную реку. Я согреваю. Я освещаю твой путь. Со мной ты не задохнёшься.       Принц поднял глаза на неё: в размытой дождём саванне Огонёк и показалась ему спасительным лучиком света, который задавал направление в полумраке. Лев смотрел на неё долго и упорно, а хищница терпеливо ждала, не отходя ни на шаг. Наконец, Тирико почувствовал, как, вопреки хлеставшему по спине дождю, его грудь наполнилась воздухом. Воздухом, а не водой!       Принц мог дышать. Всё ещё было холодно и противно, но он, по крайней мере, не задыхался под дождём.       — Кажется, тебе уже лучше, — Огонёк сделала несколько шагов вперёд. — Иди за мной.       — Ч-что? Стой, не уходи!       — За мной, — повторила львица, делая ещё один шаг. Тирико, чувствуя, как последние крохи воздуха покидали лёгкие, двинулся за спасительным огнём. Он шёл медленно, так же, как и она — перемещались плавно, в тон вальсирующим каплям дождя.       Чем дольше Тирико стоял под ливнем, тем спокойнее он себя чувствовал. Вода казалась ему враждебной. Но куда проще было стоять под ней, зная, что где-то там был огонь, у которого он мог отогреться. И хотя Огонёк отдалилась уже на значительное расстояние и виднелась едва-едва различимым рыжим пятном, Тирико мог дышать и идти.       Принц остановился, чтобы взглянуть на небо. Хмурые тучи расходились, у горизонта вспыхнуло краснобокое закатное солнце. Оно зажгло тысячи хрусталиков дождя: все они стали рыжими, точь-в-точь, как Огонёк. И все эти враждебные, смертоносные капельки воды превратились в пламя, разделённое на крупицы, падающие на землю… а самым ярким осколком пламени стала свободная львица. Даже закат не смог её затмить.       Когда Тирико нагнал Огонёк, ливень начал стихать. Лев со львицей легли на скользкие камни под баобабовой рощей, чтобы сделать передышку. В конце концов, они были на лапах с самого утра!       — Проверка пройдена, мой дождливый друг, — Огонёк тепло улыбнулась. — Долгие переходы тебе по плечу. Даже под ливнем!       — Ты не представляешь, какое это чудо… — выдохнул принц. Он с удивлением глядел на крохотные капли, которые продолжали едва-едва сыпать с неба. Прежде Тирико в панике убежал бы на Скалу Предков, а теперь… спокойно подставлял морду, чтобы познакомиться с коварной водой. — И ведь действительно. Она не пытается меня убить.       — Что ж, вода — не «первоклассная убийца», как я, — усмехнулась львица. Когда принц перевёл взгляд на неё, он увидел в рыжих глазах отблеск печали. Огонёк не собиралась этого скрывать.       — Прости за то, что сказал тогда. Я…       — Был напуган?       — В том числе. Нет, вернее, не так! — На этот раз Тирико решил окончательно и       бесповоротно собрать мысли в кучу, чтобы правильно донести посыл. — Я не понимал тебя и то, чем ты живёшь. Мы были… такими разными! И ты была права на мой счёт. Неженка с Земель Прайда не понимал, что такое жизнь за пределами родного дома. А теперь я тебя понимаю, Огонёк! И мучаюсь… потому что понимаю.       — Прошу заметить, неженкой я тебя не называла, — пробормотала Огонёк, всё ещё не глядя на Тирико. Принц продолжал:       — Да, но ведь это правда. Я таким и был. Поэтому и… испугался, признаю. Наверное, если бы ты мне сказала сразу, а я бы не узнал от кого-то другого, мне было бы не так страшно. Да, я трус… поэтому я не могу обрести свободу. Понял уже.       Они замолчали. Тирико поймал на себе внимательный взгляд Огонёк, которая рассматривала его с лап до головы. Наконец львица легонько коснулась лапой своих перьев и пробормотала вполголоса:       — У каждого своя свобода. Тебе нужно отыскать свою. К тому же… — она замялась, невольно отстранившись от принца. Собственные мысли её напугали. Не глядя на Тирико, Огонёк произнесла с усмешкой: — Я соврала тебе. Опять… эх, непутёвая из меня подруга.       — В каком смысле?..       Львица подняла пустые глаза.       — Я прямо сейчас боюсь. Очень боюсь. Силы Вольной на исходе, она стареет… и мне очень страшно, что совсем скоро её может не стать, — Огонёк горько усмехнулась. — Этот страх делает меня жалкой. Никакой свободы.       Тирико замер. Он вспомнил Вольную… конечно, это была не самая добродушная львица на свете и она могла быть очень опасна, и всё же… она всегда хорошо относилась к нему и Кову. Сдерживала свои обещания. Да и хотела блага для Земель Прайда, что самое главное! А потому Тирико с печалью представлял могучую Вольную, потерявшую свою силу. Принц с ужасом осознал, что сейчас происходило в голове Огонёк.       — Это… ужасно. Насколько она плоха?       — Всё более-менее. Выдерживает долгие переходы вместе со всеми, охотится, ест вдоволь. Вот только… всё чаще говорит о том, что скоро настанет пора «уйти». И, к сожалению, я знаю, какое «уйти» она имеет ввиду. Вольная не хочет умирать от старости.       Огонёк поднялась с места. Дождь закончился, уступив место багряному закату.       — А что потом будет?       — Когда «потом»?       — Когда Вольная… в общем, кто займёт её место?       — Ах, вот ты про что, — львица подняла глаза к заходящему солнцу. — Этого я тоже очень боюсь.