Кристалл души

Ника лежала на диване гостиной, смотря в потолок. Она обнимала теплую сферу-светильник, успокаивая мечущуюся в груди душу и эмоции. Шатенка прокручивала в голове выражение лица Инка, когда она закончила петь. То, как скелет неловко отвернулся и предложил ей послушать как сыграет он. То, как они поглядывали друг на друга, пока он доставал флейту из чехла. А встречаясь взглядом с художником, девушка отводила взгляд. — «И почему я чувствую себя так, словно кто-то проболтался о моей влюбленности, предмету воздыхания?» — От этой мысли, Ника простонала, словно от боли, переворачивать на бок, крепче прижимая к себе сферу. Девушка быстро отбросила эту мысль в сторону, не желая даже думать в этом направлении. Для нее не было проблемой признаться, что кто-то ей нравится. Только вот ситуация с Инком просто сводила с ума. Все, что чувствовала шатенка было явно реакцией души от той связи, что есть у них. И эти реакции обычно никак не вязались с реальными эмоциями к Защитнику. Но то, что происходило последние дни, было иным. Легкий флирт под Желтой краской, то, что ей казалась привлекательной усмешка художника. И... — «Черт, теперь эта гребанная реакция вяжется с моими реальными эмоциями к нему...» — Девушка вздохнула, все же соглашаясь, что теперь это не было пустыми ощущениями души из-за связи. Но она соврала бы, если сказала, что это симпатия или любовь. Инк определенно был дорог ей. Был близким монстром, который своим необдуманным решением спас ей жизнь. Но не тем парнем, из-за которого она бы чувствовала такое смущение. Так отчего же шатенке сейчас так неловко? Она почти жалела, что спела ему эту песню, пусть она и ассоциировалась у Ники с художником. Он, кстати, вызвался сам отнести Эррору готовый торт, говоря, что у него есть разговор к Глюку по поводу миров. И, если раньше Ника сама бы хотела отнести десерт Разрушителю и поболтать с ним, то сегодня что-то было не до этого. Вся уверенность, с которой шатенка сегодня пела, улетучилась и теперь ей хотелось зарыться с головой в подушки аки страус в песок, чтобы спрятаться. И уж точно не разгуливать по разным частям анти-пустоты. Потому, вручив в руки Инка тарелку с тортом, предупредила, чтобы он точно достался Эррору в подобающем виде. И стоило художнику уйти, погрузилась в свои мысли. Даже не подозревая, как Защитник стремился сбежать подальше от Истинной, которая просто топила его своим беспокойством и смущением. Ребра скелета, будто вибрировали. Он даже раз глянул на осколок души, чтобы убедиться, не он ли это делает. Но нет, кусочек мирно парил за костяной клеткой. А вот ощущение землетрясения в груди монстра никуда не делось. И не сказать, что это было так уж неприятно... не больно и уже хорошо. Но это не давало художнику сидеть на месте. Еще и заставляло обеспокоенно поглядывать на подругу. А она от этого еще более сильную вибрацию ему передавала! Поклявшись, что так он сойдет с ума, Защитник сбежал в анти-пустоту Эррора. Да, ему на самом деле, делать у глючного нечего, да и он не рад компании Инка... но так Защитник куда меньше чувствовал вибрацию. Потому, отдав торт, уже больше часа задалбывал Разрушителя разными разговорами. — Ну, Эрррор, ну поделись тортиком... — Канючил художник, а у глючного сдали нервы. В голову Защитника полетела полупустая бутылка лимонада, попадая прямо в цель. Ойкнув, скелет болезненно зашипел, хватаясь за черепушку. Над ним нависла тень... — Вввв котоОрРрый раззз повтоОорРяю-Ююю – неЕттт! ХВА-тит заебывать-ЫВать меня, РадужЖжжный му-Удддила! Какого-ого херРра вообщшшшЕ ты тут-тут делЛлаешь-ЕШЬ, когдДда-А у твое-Е-й маля-Я-вки день-ЕНЬ рожЖждения-Я, тупая-АЯ ЧерРрнильница-ИЦА?! — Сильно лагая и шипя, проорал Разрушитель, постепенно успокаиваясь. — Ась? День рождения? — Непонятливо моргая, все еще держась за ушибленный череп, поднял взгляд художник, и его тут же дернуло вверх на нитях. Зло мигая глазом, Эррор безумно оскалился. — Вали-И отсСсюда, пока-А я не отде-Е-лиИл твоюЮю тупую-УЮ го-ло-ву от те-Е-ла. — И не церемонясь, выкинул в Хоррортейл, жалея, что надоедливый монстр не мучается после пересечения его порталов так, как знакомая шатенка. Приземлившись тазом на снег серой альтернативы, художник, как ни бывало, сел в позу лотоса. Задумчиво потирая подбородок, пытался вспомнить, говорила ли когда-то Ника ему о дне рождении. Но вспомнив, что ни Дрим, ни Блу ничего по этому поводу не говорили, пришел к выводу, что в этот раз с памятью у него все в порядке. Тогда назревает другой вопрос. А правду ли сказал Эррор и откуда ему вообще знать? Вздохнув, скелет подскочил с места, быстро прыгая в лужу-портал. Тяжело дыша, Ника повернула за угол, добежав до конца белой стены. Из-за невозможности успокоить нервы и душу, она наворачивала уже энный круг вокруг дома. Даже неизведанная хрень, что когда-то съела огрызок яблока, не волновала. До того момента, пока шатенка окончательно не выдохлась. Тогда, чем ближе был порог дома, тем сильнее ее паранойя играла с воображением, рисуя, как сейчас пол под ногами ее сожрет. Потому, не пользуясь ступеньками, девушка запрыгнула на порог, опираясь на него руками. И - черт - больно стукаясь коленкой о камень. — Блять... — Садясь на пятую точку, Ника схватилась за больную ногу, шипя. — И на кой черт тебе такое высокое крыльцо, Инк? — Поднимаясь на ноги, шатенка помотала ногой в воздухе, проверяя все ли нормально. Боли, кроме как от ушиба, она не почувствовала, потому вернулась в дом. Хотелось лечь на пол прямо в коридоре и вывалить язык на плечо, как собака. Но доползя до холодильника, девушка опустошила залпом половину графина воды. И, еле поднимая ноги, пошла в ванную. Уже после, Ника придирчиво осматривала кончики волос, держа сырую прядь между двух пальцев. Хмурясь, она думала стоит ли подстричь их сейчас или... — А, к черту, я все равно не пользовалась этими ножницами. — Фыркнула девушка, хватаясь за острый предмет, который был нарисован Инком для нее вместе с кучей другой канцелярии. Закончив со стрижкой, самой опасной частью которой была челка, Ника сметала волосы на лист бумаги, ругая себя, что не постелила его на стол перед процессом. Но она закончила долгую процедуру с успехом, не отрезав чего лишнего. А волосы практически полностью высохли за это время. Потому, с чашкой фруктового чая, девушка уселась на диван, читать книгу, привычно устроив на коленях теплую сферу. Одно предложение сказки сменялось другим, первая страница – десятой. А время шло к ночи... — Да тихо вы, разбудите ее! — Слишком громкий шепот, сменился еще потоком разных фраз, совершенно не связанных с картинкой сна. Медленно, словно нехотя, сознание девушки прояснялось, хотя веки все еще были тяжелыми и открывать их совсем не хотелось. Нахмурившись, Ника крепче обняла светильник, ища тепла, потому что плечи и бедра замерзли. Почти горячая рука коснулась плеча, отчего шатенка довольно улыбнулась, будучи в полусне. И подалась вперед, ближе к теплу, отчего две пары глаз устремились на художника. — Все, теперь можешь будить. — Снова шепот, а после, рука аккуратно покачивает девушку вперед-назад, заставляя нахмуриться. Добрый смешок и над ухом раздается тихий голос. — Просыпайся, малая. — Мурашки проходятся по телу, и Ника приоткрывает глаза, тут же жмурясь и пытаясь проморгаться. Она садится на диване, смотря прямо перед собой, видит торт. Мятного цвета крем, с половины торта стекает каплями шоколад. Маленькая табличка из белого шоколада, на которой написано "С днем рождения", обрамлена мятными листочками и ежевикой. Непонятливо посмотрев на торт, шатенка с удивлением поднимает взгляд на друзей. — С днем рождения, Ника. — Почти хором произносят скелеты, улыбаясь. — Откуда вы... — Шокировано шепчет девушка, потирая глаза, чтобы проснуться окончательно. Но не сдерживается и слезы вновь бегут по щекам. — Спасибо вам... большое спасибо. — Всхлипывая и вытирая слезы, Ника винит себя за то, сколько стала плакать в последнее время, но соленые капли никак не останавливаются. Лишь счастливая улыбка расплывается на лице девушки. — Не время плакать, человек! Мы даже еще не вручили тебе подарок! — Подскакивая с места, провозгласил Блу, нагибаясь к полу. Дрим согласно кивнул, тоже беря с пола коробку. Инк же, встав с дивана подошел к лестнице, открывая шатенке обзор на огромную коробку, что стояла у нее. — Это телевизор, проигрыватель и диски. Телевидение в анти-пустоту не проведешь, так что, только так. — Улыбнулся Дрим, объясняя, что это за куча коробок. И Ника снова чуть не расплакалась. Вспоминая, что только в последнее их путешествие в Дримтейл говорила о том, что хотела бы иметь возможность смотреть что-то или слушать музыку в анти-пустоте. — Откуда... вы узнали про день рождения? — Счастливо улыбаясь, девушка потупила взгляд, не находя слов, как отблагодарить друзей. — Эррор сказал мне. И я сходил к Ласту, уточнить, правда ли это. Кстати, он передал это тебе. — Вручая маленький подарочный пакетик, Инк изо всех сил делал спокойный голос. С любопытством развязав бантик, продетый через маленькие дырочки по центру, чтобы скрыть от любопытных глаз содержимое, Ника заглянула внутрь. И вынула маленькую записку-открытку. "Маленький презент для тебя, принцесса. Этот набор украшений один в один повторяет то, что есть у меня. Надеюсь, тебе понравится. С прошедшим днем рождения, малышка.

Ласт."

Девушка тепло улыбнулась, понимая, что друг не надеялся вручить подарок в нужный день и все равно позаботился заранее. Она не стала при всех доставать украшения, но уже приметила пару милых фигурок на смену снежинке. Убрав записку обратно, шатенка улыбнулась друзьям. — Спасибо... эм. Давайте тогда подключим его и посмотрим что-нибудь? — Поднимаясь с дивана, предложила девушка, но ее тут же развернули по направлению к лестнице наверх. — Обязательно, но мы все сами подключим. — Протараторил Блу, совсем не слушая несвязных протестов растерявшейся подруги. — Пойдем со мной. — Поднимаясь на пару ступенек, предложил Инк, заставив девушку заинтересованно склонить голову на одно плечо. — Проходи. Тут беспорядок, так что не ударься обо что-нибудь. — Проходя в свою комнату, художник щелкнул выключатель. Стало гораздо светлее и Ника смогла разглядеть хаос, что творился здесь. Это было похоже на мастерскую безумно увлеченного художника. Таких показывали в фильмах: не ест, не спит и пьет кучу кофе, занятый картинами, пока есть вдохновение. — Что... что он подарил тебе? — Стоя к подруге спиной, озвучил Инк, интересовавший его вопрос. — А? Украшение. — Непонятливо смотря на спину скелета, ответила шатенка. И невольно пристально обвела взглядом Защитника с ног до головы. Здесь, в его комнате, он выглядел на своем месте. Шарф, испачканный каплями чернил и исписанный заметками. Эти же черные пятна на штанах. Поднимаясь взглядом выше, Ника зацепилась за кляксу на щеке монстра. И улыбнулась ему, обескуражив. — В чем дело? — Ты тут смотришься как художник, безумно увлеченный своим делом. — Окидывая взглядом огромную комнату, Ника снова посмотрела на скелета. — Это твоя стихия и по тебе картину можно писать, когда ты вот так, стоишь тут. — Хохотнула шатенка, снова отмечая про себя, что Инк выглядит очень завораживающе. Тонкие длинные пальцы, частично спрятанные перчатками художника. Легкие, словно кошачьи, движения. Весь Защитник казался легким и ему безусловно шла новая одежда, хотя и была несколько... странной. — Знаешь, я хотел бы сделать для тебя платье на сегодняшний праздник. — Подходя ближе, Инк вопросительно заглянул в глаза подруге. Она же, тихо фыркнув, снисходительно улыбнулась. — Ты давно хочешь одеть меня во что-то этакое. Ну, давай, только без откровенностей. — Хохотнула Ника, мягко улыбнувшись монстру, на что он и сам усмехнулся. Подняв кисть, художник кивнул подруге, взглядом давая понять, чтобы она задержала дыхание. Подойдя к зеркалу, переступив через старую одежду, Ника удивленно вскинула брови. Душа потеплела и забилась, словно сердце. — «Что за номер, Инк?» — Смущенно поджимая губы, девушка думала, как она выйдет в таком к друзьям. Блуберри обязательно выкинет что-то ехидное на счет этого платья. Но тем не менее, шатенка не могла сказать, что оно ей не нравилось. Сарафан с юбкой-солнцем был чуть темнее цветом, нежели и штаны художника. Широкий пояс был оплетен широкой лентой, что сзади завязывалась большим бантом. Мятного цвета лямки висели на юбке, точно, как у самого Инка. Белая блузка с квадратным вырезом, имела свободные рукава-рюши и заканчивались они полоской кружев, имеющих узор треугольной формы. Точно такие же кружева были на подъюбнике, выглядывая из-под самой юбки. На руках были перчатки. Подобно тем, что были у художника, они имели два цвета: коричневый на ладони и мятный на пальцах. Только у Ники на правой руке было закрыто три средних пальца, а на левой: указательный и большой. Точно так же, показывая причастность девушки к лучникам, на правой груди был тонкий кожаный нагрудник, крепящийся ремешком под ней, вокруг тела. И лямкой через правое плечо. — Ты сделал из меня лучницу из японской игры. — Разворачиваясь, неловко хохотнула шатенка. — Японской? — А. Восточной. Если так будет понятнее. — На это Инк понятливо кивнул, улыбнувшись подруге. — Тебе нравится этот стиль, я погляжу. — Показательно кивая на одежду самого художника, заметила девушка, желая намекнуть на большую схожесть их костюмов. Но видимо, скелета это не смущало и он, потянул подругу на выход из комнаты. — Так одеваются в одной из моих любимых альтернатив. Праздник шел прекрасно, все смотрели фильмы, смеясь и обсуждая глупость поступков героев комедии. Оказалось, Ласт посоветовал Инку купить газировки со вкусом жвачки. Шатенка этому оказалась безмерно рада, выпивая уже которую бутылку. Блу, пошутивший про сладкую парочку, как-то странно поглядывал на художника. И отшучивался, когда Ника спрашивала его об этом. Когда на часах было за полночь, а запал веселья стих из-за усталости, в дверь постучали. Все удивленно уставились на дверь, и Инк пошел открывать, удивленно уставившись на незваного гостя. — Эм, Ника, это к тебе... — Косясь на ничего не знающего Дрима, художник с беспокойством выглядывал из-за угла прихожей. Непонятливо вскинув бровь, девушка поднялась с насиженного места, направляясь к двери. И удивилась, увидев Эррора. Выйдя за дверь, шатенка прикрыла ее, оставляя компанию недоумевать. А Инка не давать несведущей парочке выглянуть в окно, во избежание конфликта. — Привет, ты чего? Торт не понравился? — Неуверенно смотря на триколор-скелета, предположила Ника. Понимания, что вряд ли он согласится присоединиться к празднику. — Не-Е-т, с ним все норРрмально. — Фыркнул монстр, не собираясь хвалить девчонку за очень вкусный десерт. — Вот-от. Раззз уж У те-Е-бя празЗздниИк. Но не обольщшшшайся-Я, я сде-Е-лал его просто от-ОТ сСскуки. — Протягивая бумажный сверток, фыркнул Глюк. Удивленно поморгав, девушка приняла подарок, улыбаясь. — Спасибо большое. — Поддавшись вперед, поблагодарила скелета шатенка. — Обнимать не буду, ты не оценишь. Но, если любишь не только шоколад, то могу принести кусочек именинного торта. — Не-Е над-Д-о. — Мотнул головой монстр, открывая портал и не прощаясь, скрылся в нем. Пару минут Ника смотрела на то место, где стоял скелет. Она прокручивала в голове не сформировавшуюся мысль о том, что же подтолкнуло этого монстра к решению уничтожить все? Ведь... он совсем не казался тем пугающим Разрушителем, когда просил горячий шоколад или дарил подарок на день рождение... Мотнув головой, девушка развернулась к дому, обернувшись напоследок. — «Надеюсь, в твоей жизни найдется тот, кто будет способен понять тебя. И ты сможешь отбросить то, что заставило тебя прийти к такой угнетающей цели жизни, Эррор.» — Кто это был? — Отвлекаясь от, усиленно что-то рассказывающего, Инка, спросил Дрим. — А что это у тебя? — Вскакивая с дивана, вторил ему Блуберри. Ника опустила взгляд на прямоугольный сверток в ее руках. Она догадывалась, что это может быть. Но все же развязала веревочку. И, ранее аккуратно свернутый, ярко-синий шарф размотался, повиснув до пола даже будучи сложенным вдвое. —Ааа! Шарф Эррора! — Запищав от шока, воскликнул Блуберри, а девушка довольно улыбнулась, вспоминая, как назвала такую же вещь у Глюка классной. — Ника... объясни мне, что тут происходит... — Мрачнея, заговорил Дрим, понизив голос. — А что объяснять? Мы нормально общаемся, раз у вас перемирие. Я ему торт, он мне подарок. — Отбрасывая в сторону упаковку, объяснила шатенка, обматывая подарок вокруг шеи. — И не бесись из-за этого. Я знаю, ты ему не веришь. Но у него нет причин вредить мне. По крайней мере, пока. — Да-да, и давай не будем портить праздник. Все уже устали, пойдем по домам. — Подталкивая Стража в спину, затараторил Блу. — Вы позже сможете поговорить об этом. А сейчас... лучше всем пойти отдыхать. — Ника с Инком непонятливо переглянулись и скелет пожал плечами. — Ладно, пока ребята! Еще раз, с днем рождения, человек! — И голубоглазый вытолкал принца за дверь, закрывая ее за ними. — И что это было? — Смотря на друга, спросила шатенка. — Не знаю, но думается мне, Блу спас нас от промывки мозгов от Дрима. — Хохотнул скелет, разворачиваясь в гостиную. — Почему он так против Эррора? Когда я разговаривала с Дримом о нем, он не был так категорично настроен... — Устало откидываясь на подлокотник дивана, на который забралась с ногами, Ника вздохнула. Она медленно стянула шарф и отстегнула нагрудник. Довольная улыбка расплылась на лице шатенки. — Он всегда был настолько плохо настроен по отношению к Эррору. Он же безжалостный убийца, который много раз убивал меня. И помогает брату Дрима. Просто... знаешь, он не показывает тебе все плохие стороны своего характера... — Ника фыркнула, поднимая голову, которую до этого запрокинула назад. Ироничная улыбка была на ее лице. — Ты действительно думаешь, что я не понимаю, что вы отнюдь не всегда такие, какими я вас вижу? Эррор своим появлением в этом доме, показал мне, какими пугающими могут быть ваши силы. И я ни за что не поверю, что те, кто существует не меньше Разрушителя миров. И разгребает это дерьмо, что творится в мультивселенной, будут беспрекословно добрыми и милыми монстрами. Черта с два. Я удивлена, что вы вообще еще в своем уме, ребята. Хотя... скорее, надеюсь, что это все же так. — Устало прикрывая глаза, Ника невольно вспомнила кадры из своего кошмара. Безумная, холодная ухмылка Инка, лишившегося осколка души... пугала до дрожи. Больше, чем когда-либо девушка пугалась чего-то ненастоящего в своей жизни. Только вот... этот кошмар заставлял чуть ли не молиться, чтобы он не стал явью. И от этого пугал сильнее, заставляя холодок бегать по коже. — Так что, я понимаю, что вы далеко не всегда такие добрые и милые, какие вы со мной. И знаешь, я не горю желанием видеть другие ваши стороны. Быть втянутой в эти мультивселенские разборки. И в то же время... чувствую какую-то вину за это. Ведь это все еще часть вас. — О, знаешь. Того, что ты понимаешь, какие мы бываем и не боишься, ни ненавидишь и общаешься так же, как и раньше, этого достаточно, малая. Тебе совсем не надо жить в том, в чем живем мы. И раз просто зная, ты принимаешь нас такими... это хорошо. — Отпивая из своего стакана лимонад, художник внимательно смотрел на подругу. Его глаза уже устало закрывались, что не скрылось от внимания шатенки. — Устал? Ты ушел очищать вселенные еще вчера. — Укладывая голову на спинку дивана и тихонько улыбаясь, спросила она. — Да, но спать отчего-то совсем не хочу. — Тяжело вздохнув, художник потянул за шарф, ослабляя его. — Но знаешь, думаю все же стоит попробовать уснуть. Уже поздно. — Нехотя поднявшись с дивана, шатенка с непониманием посмотрела на друга, который залпом опустошил стакан лимонада. Окинув взглядом гостиную, Ника кисло глянула на скелета. — Думаю, уборкой я займусь завтра. — Хохотнула она, разворачиваясь к лестнице. — Ты тоже лучше иди спать, Инк. — Посоветовала шатенка другу и только двинулась на верх, как была схвачена за запястье. — Подожди~ — Севший голос художника раздался почти над ухом, заставляя девушку в недоумении повернуться. Но не успела она и слова сказать, как монстр резко дернул ее на себя и... поцеловал. Только Ника дернулась назад, Инк сразу прижал ее голову к себе, притягивая за затылок, и проводя по губам языком. Девушка замотала головой, испуганно мыча и пытаясь отойти и отпихнуть от себя парня. Сердце, что бешено билось в груди, упало в пятки, ухая в ушах, когда скелет положил вторую руку на талию и потянул шатенку на себя, одновременно отступая назад. Когда художник больно прикусил Нике губу, в попытке заставить ее открыть рот, девушка словно очнулась от шока. Страх завопил страшным воем в голове, и она стала изо всех сил бить Хранителя альтернатив туда, куда только получалось попасть. Монстру это не пришлось по душе и отстранившись, он поймал одну из рук шатенки. А когда он попытался сделать это и со второй, Ника, сильно замахнувшись, дала парню пощечину, тут же болезненно всхлипывая и сжимая руку в кулачок. Слезы брызнули из глаз. И девушка подняла взгляд, встречаясь с розовыми огоньками друга. — Инк, перестань... — Всхлипнув, шатенка попыталась сделать шаг назад, но художник не позволил, крепче сжав запястье и все же поймав второе. За них он дернул соседку на себя, ловко отступая в сторону, из-за чего Ника, с испуганным писком, приземлилась на диван. В ужасе распахнув глаза, она поспешила встать, но не успела – художник уже уселся ей на поясницу, придавливая. — Инк... перестань... — Слезы градом лились из глаз, размывая картинку, сердце билось так, что в ушах шумело. Она поняла в чем дело сразу, как только увидела цвет глаз скелета. Только пользы это не приносило! Пытаясь придумать, что ей делать, девушка безуспешно попыталась подняться на руках. — Блять! Какого хуя ты такой тяжелый?! — Взревела шатенка, тут же заливаясь новым потоком слез, когда костяные руки, развязав бант на спине, потянули пояс юбки вниз. — ИНК! — Не кричи, — Склонившись над подругой, скелет накрыл ее рот одной рукой. — Просто наслаждайся, тебе понравится, можешь быть уверена~ — Сладко пропел на ухо монстр, пуская волну липких, противных мурашек по спине. И словно раскаленным металлом обжигая душу девушки обидой и страхом. И не задумываясь и секунды, Ника дернула головой вверх, сразу кусая парня за палец. Она почувствовала, как тонкая кожица скелета порвалась под зубами, которые болезненно заныли от удара о кости. По рту расплылся противный чернильный вкус, и горячая капля побежала по подбородку девушки. Сильнее стискивая зубы, Ника захныкала, зажмуриваясь. На душе противно скреблись кошки. Она не хотела делать другу больно. Но животный страх заставлял всеми силами сопротивляться – она не хочет быть изнасилованной. Вторая рука скелета нажала на челюсть шатенки, заставляя отпустить руку. Вид того, как по костяным пальцам стекает чернильная кровь, заставили девушку заплакать навзрыд. — Инк, перестань. Это краска... прошу, не делай этого... — Плача, Ника шептала без остановки, пытаясь достучаться до разума Защитника. Но его руки точными движениями связали запястья подруги у нее над головой с помощью ленты, которая была ранее бантом на платье. Костяные руки огладили спину, спускаясь к ягодицам и чуть сжимая их. Монстр наклонился к уху девушки, лизнув хрящик, скелет несильно его прикусил. Холодные, липкие мурашки без остановки бегали по телу Ники, которая все еще шептала имя художника и просьбы остановиться. — Инк… — Будь хорошей девочкой, и я буду нежен~ — Тихо пропел монстр на ухо, проходясь языком по шее подруги. — Давай-ка сменим позу. — Привстав, упираясь коленями в диван, Инк переворачивает шатенку на спину, что она сама спешит сделать, потому что так будет больше шансов вырваться. И стоит развернуться, Ника резко поднимает ногу, пиная скелета куда-то в таз со спины. Рыкнув, он резко садится обратно, сжимая своими ногами ноги девушки. И тут же почти получив по голове связанными руками, ловит их, осуждающе смотря на шатенку. — Прекрати, иначе я сделаю это прямо сейчас так, что тебе будет больно. — В ужасе распахнув глаза, Ника замирает, тут же дергаясь назад, в желании отстраниться от скелета. Держа руки девушки, художник наклоняется к шее, сильно прикусывая. Не достаточно для того, чтобы прокусить, но болезненно и достаточно сильно, чтобы заставить замереть в испуге. — Инк... — Пискнув имя монстра, шатенка вскрикивает, когда блузка оказывается резко стянута вниз, открывая грудь, скрытую бельем. Тяжело дыша, чувствуя, как острые клыки сильнее сжимают шею, стоит ей двинуться, девушка не шевелится. И безумно надеется, что пока художник бездействует, краска выветрится. Горячий язык проходится по тому месту, где только что были зубы монстра, и он отстраняется. — Ты такая мягкая~ — Облизнувшись, тянет скелет, и крепко держа руки, он тянет свой шарф, откидывая его в сторону, открывая замысловатые узоры, что оплетают шею. И наклонившись, слизывает одну из слезинок с щеки подруги. — И-инк... хва- атит... — Всхлипывает Ника, зажмурившись и потеряв силы и надежду вырваться. Уши закладывает, сердце бьется где-то в животе, на котором сидит монстр. Руки горят от ударов о кости Защитника, по спине бегает холодок. А горло ужасно саднит, как и сильно скрученные лентой запястья. Заплаканное, красное лицо, испуганно сжавшееся тело и дрожащие руки, которые он крепко сжимает – первое, что видит Инк, очнувшись. — О боже, Ника... прости... — Одергивая руку от девушки, художник поспешно развязывает ленту, сковывающую ее. На бледной коже уже видны желтеющие следы. Опустив растерянный взгляд вниз, Инк видит неверящий и все еще испуганный взгляд подруги. Крупные слезы катятся по щекам и шее. Скелет тянет руку, чтобы стереть их, замирая, когда шатенка испуганно дергается назад. Он тут же видит свой прокушенный палец с засохшими чернилами. И замечает, что губы и подбородок девушки тоже испачканы ими, пусть и почти смылись... — «сЛеЗаМи?» — Словно придя в себя, шатенка, опираясь на руки, отползает назад, вжимаясь в подлокотник дивана, во все глаза смотря на скелета. Приоткрытые губы дрожат, словно она не знает, что сказать. Лишь судорожные вдохи и выдохи, кажутся очень громкими, вырываясь из открытого рта. Накрыв рот ладонью, Ника, содрогаясь, заходится слезами зажмуриваясь. Художник резко сгибается пополам, хватаясь за одежду на груди и резко выдыхая. Боль, пришедшаяся на ребра настолько сильная, что выбивает воздух, заставляя крик застрять в горле. Судорожно открывая и закрывая рот, в попытках глотнуть воздуха, художник понимает, что картинку перед глазами размыло. А в груди девушки скребутся кошки, на ряду с пришедшим облегчением и осознанием, что самого страшного не случилось.

— Прости, прости, прости, прости, молю, прости меня... — Светящиеся магические слезинки катятся из глаз Инка, пока он судорожно сжимает в руках ленту от платья девушки.