Кровавая барыня

— Авдотья. Позвала к себе Лаура. — Да барыня. — А где Мария и Аксинья? — Эм… Они на кухне работают. Немного замялась Авдотья. — Хорошо, спрошу прямо. Где Маша? Почему она избегает меня? Авдотья опустила взгляд, боясь сказать что-то лишнее. — Авдотья! Лаура посмотрела на нее требовательным взглядом. — Она вас боится. Лукина подошла к ней ближе, начала заглядывать своими безумными глазами ей в глаза. — Почему же? Хотя можешь не отвечать сама знаю. Скажи ей, как захочет пусть придет, я буду ждать.

3 года назад.

Лаура ухаживала за Марией красиво. Дарила платья, украшения и разумеется помогала ей. Однажды ночью, когда все уже спали, Лауру потревожили. К ней пришла Маша. — Здравствуйте барыня. Можно войти? — Здравствуй Машенька, да конечно. Ты чего не спишь? Лаура завела ее за руку в комнату. — Мне не спится. — Почему? Ты что-то хотела мне сказать? — Да, но не сказать. — И что же ты девочка моя хочешь? Лаура взглядом показала на кресло напротив кровати. Барыня села на кровать, а Третьякова на кресло. — Как дела у тебя? — У меня все хорошо, у вас как? — У меня все прекрасно. Так по какому поводу ты пришла ко мне? Лаура очень внимательно смотрела на Машу. — Я хочу вас. У Лауры от удивления челюсть отпала. — Машенька, ты не обязана. — Я вам не нравлюсь? — Очень нравишься просто я не уверенна. А ты действительно хочешь? — Да. — Подойди ко мне. Маша встала и подошла к Лауре. Шатенка смотрела на нее снизу-вверх. Немного непривычно для их статуса. — Я люблю вас. Маша скинула сорочку и стояла перед Лаурой абсолютно обнажённой. Голубые глаза засияли и стали ярко-синими. Барыня жадно осматривала ее девственное тело. От столь пристального взгляда Третьякова залилась румянцем. — Машенька ты настоящая русская красавица. Шатенка взяла ее за талию и усадила себе на колени. Лукина провела рукой от поясницы до шеи. Нежно провела рукой по скуле и притянула за подбородок еще ближе к себе. Своими губами накрыла пухлые губы кареглазки. Это был очень нежный и робкий поцелуй, Лаура боялась спугнуть ее. Поцелуй набирал обороты, из робкого и нежного, он перерос в очень развязный и местами пошлый поцелуй. Барыня лихо исследовала рот кареглазки. Маша подчинилась ей в поцелуе. Блондинка начала сильнее прижиматься и ерзать на бёдрах у барыни. Воздух в лёгких закончился, и они отпрянули друг от друга. — Ты хочешь продолжить? Убрала выпавшую белокурую прядь за ушко и шёпотом спросила. Этот сладкий шёпот дурманил голову кареглазки. — Да, очень хочу. Лукина привстала, одновременно поддерживая за ягодицы девочку, и положила ее на мягкую кровать. — У тебя это впервые? Спросила Лаура, попутно лаская ее белоснежную шею. — Да. На выдохе ответила Маша. Возбуждение нарастало, такого она никогда не чувствовала. Кареглазка вцепилась в плечи барыни, словно это ее последний шанс. Шатенка поцелуями шла от начала шеи, по ключицы до плеча и назад. Она прикусывала нежную кожу, доставляя боль и наслаждение. — Не бойся, я буду очень аккуратной. Ты мне доверишься? Маша закивала, продолжая принимать столь возбуждающие ласки. Лаура хищно улыбнулась, и прошептала: — Я не предам твое доверие, тебе понравится. Осыпая каждый сантиметр ее тела поцелуями, барыня наслаждалась этим моментом, и старалась запечатлеть в памяти каждый миг. Шатенка влажной дорожкой начала опускаться ниже до заветного и откровенного места этой прекрасной девушки. Кареглазка извивалась как змея. Шатенка даже просто своим горячим дыханием сводила ее с ума. Барыня сползла с кровати и встала на колени перед Машей. Обхватила бедра руками и потянула на себя, ближе к краю. «Даже перед мужем на колени не вставала, а перед ней». — Машенька тебе невероятно повезло, впервые наверно в истории барыня встала на колени перед крепостной девочкой. Раздвинь ноги. Правая нога лежала боком на кровати, а левая покоилась на плече у Лукиной. Она прижала бедро левой ноги ближе к себе, и прильнула к возбуждённой плоти. — Ты такая мокрая. Ухмыльнулась барыня, а кареглазка засмущалась. — Посмотри на меня. Маша приподнялась на локтях и смотрела прямо ей в голубые глаза. Лаура, не отводя глаз языком прошла по возбужденной плоти. Блондинка от неожиданности взвизгнула и упала на кровать. Шатенка продолжала вылизывать, сочащиеся сладким соком складки, не задевая клитора. С уст блондинки срывались обрывистые стоны. Маша двигалась бёдрами в такт движениям языка, попутно сжимая свою упругу грудь. Барыня пальцами раздвинула нежно-розовую плоть, кончиком языка она облизнула клитор. Кареглазка прогнулась в пояснице и издала гортанный стон. — Тише девочка, тише. Ты же не хочешь всех разбудить. Маша искусала губы в кровь, сдерживая стоны. Третьякова была уже достаточно возбуждена и расслаблена, и шатенка решила войти в нее. В узенькую дырочку она аккуратно вставила сначала один палец. Маша приподнималась на локтях, а потом снова падала на кровать, закатывая глаза и сжимая простынь до белых костяшек. Барыня двигалась в ней аккуратно, нежно, медленно. — Б-быстрее. Просила блондинка в тумане наслаждения. Шатенка добавила второй палец. Стоны становились громче и громче. С бешеной скоростью Лаура двигалась в ней, кареглазка уже искусала все губы и щеки, тяжело вздымающая грудь, она с жадностью хватала горячий воздух. Лаура почувствовала, что мышцы сжимают пальцы сильнее и она сделала несколько резких толчков и Маша получила головокружительный оргазм. Лаура встала с колен, платком вытерла щеки и пальцы от соков кареглазки и легла рядом. Блондинка отдышалась только через минут 10. Она прижалась к шатенки всем своим разгоряченным телом. — Девочка моя, тебе нужно поспать. — Угу, я сейчас пойду. Лукина приподнялась на локтях, и непонимающе посмотрела на девушку. — Нет, не нужно никуда идти, оставайся здесь. — Хорошо. Барыня накрыла одеялом Машеньку и позже легла рядом, и моментально уснула.