Кровавая барыня

После смерти ее отца, ей были завещаны дом и крепостные. Лукина распорядилась так: дом продаст, а дворовых распустить. Лаура сидела в кабинете, немного собирала мысли в одну кучу, и зашел муж. — Так вот почему вас так долго держали в монастыре. Мне ваш секрет Альберт Николаевич рассказал, еще до того, как дух испустил. Лаура перепугалась, но не показала виду, она лишь прожигала взглядом его. — Хм, богомолица, на голову скорбна, сумасшедшая. Вот чего вы боитесь. Лаура молча слушала его, но очень боялась, что он может попросить. — А вы не бойтесь, я ваш секрет не выдам. Не охота себя на посмешище выставлять, но есть одно условице. Шатенка приподняла бровь, она ждала этого от Антона. — Либо вы отправляетесь обратно в монастырь, либо перепишите на меня все ваши денежки. — Что? — Наследство ваше, мне. Вместо наследника. — Денег хотите, всего-то. Спокойным голосом и даже немного с усмешкой говорила Лаура. — Зовите поверенного. Антон Иванович самодовольно улыбнулся, и пошёл звать поверенного. Лаура спокойно переписала на мужа все. Поверенный прочитал бумагу, и удивлённо посмотрел на Лукину. — Таким образом всем имуществом Лауры Альбертовны управляете вы Антон Иванович. Спокойствие Лукиной удивляло всех, смерть отца, шантаж мужа не тронуло ее, ни один мускул не дрогнул. Они вышли из поместья и увидели поверенного дядьев Лукиных. Мужчина потребовал, чтобы Антон поехал с ним, а Лаура поехала домой. — Здравствуйте барыня. Авдотья поклонилась в знак уважения. — Авдотья чаю мне принесли. Сказала Лаура и поспешно пошла в комнату. «Денег он захотел, не удивил даже» подумала Лаура. — Можно. — Да, Авдотья поставь на стол пожалуйста. Лукина стояла спиной, убирала украшения. — Я пойду. — Маша ты? Не поворачиваясь, говорила барыня. — Да. Лаура встала и подошла к ней ближе. — Ты очень красивая. Маша позволишь мне за тобой поухаживать. — Извините, но я не понимаю вас. Маша немного засмущалась. — Машенька ты мне очень понравилась. Ты невероятно красивая девушка, позволишь мне помогать тебе? — Ваше хорошее отношение ко мне, это уже для меня огромная радость. А ну и как вы мне будете помогать? Меня никто не обижает. — У вас же Авдотья главная? — Да. — Она как к тебе относится? — Пойдет. Маша опустила глаза. — Маш что такое? Почему такая реакция? Обижает, неужели бьет? — Нет что вы, просто она немного грубовата. — Ничего, я с ней поговорю. — Вы что не нужно. Она меня тогда вообще сгниет. — Хорошо Маш, не буду. Лаура и Мария неделя за неделей становились ближе друг другу. Им было приятно проводить время вместе, нет вы не подумайте они ничего такого не делали, ну пока Маша сама не захотела. Ну, а Лаура становилась добрее, отзывчивее, а особенно к Маше, а точнее только к Маше.

Прошло 6 лет.

6 лет пролетели незаметно, вот ей почти 25 лет, за эти годы много что произошло. Лаура и Мария вроде как состояли в неких отношениях, а Антон Иванович тоже не отставал от барыни, изменял ей с Аксиньей.

***

— Антон Иванович, Лаура Альбертовна последние штрихи, и я закончу ваш портрет. — Так, раз последние штрихи, то я покину вас. Работы много. Сказал Антон Иванович и ушёл. Лаура подошла к художнику р — Вы хорошо рисуете. Хочу портрет свой заказать. — Как прикажете. Когда извольте? — Сейчас. — Какой портрет хотите? — Как у царицы хочу. Говорят, вы всех при дворе писали. — Да, всех. — И Императрицу? — Да. — А скажи хороша царица или как все немки после бани. — Вы что, царица наша прекрасна собой, особенно глаза. Такие синие, синие, у вас. Художник дальше продолжал описывать ее, а Лауру это очень раздражало. Лукина сидела позировала, портрет был почти готов. Она была красива, ничуть не хуже той немки, а может даже и лучше. Мужчина все также продолжал восхвалять царицу, а Лауру принижать. Ну это ей так казалось. — Я согласен стан у царицы стройный, прямой такой. Руки маленькие, как фарфоровые, но удивительнее конечно волосы, цвета спелой ржи. В это время Аксинья и Мария прибегали со стола. Лукина повернула голову в их сторону. — Аксинья подика сюда. Девушка подошла, а Маша продолжала наблюдать и за одно любоваться Лаурой. — Платок сними. Аксинья неуверенно оглядела всех присутствующих, а Лаура настояла на своём. Крепостная сняла платок, и художник увидел цвет ее волос. — Такие? — Бог наградил как у царицы. Аксинья улыбнулась, Лаура подскочила и подошла к ней. — А что тебя так рассмешило? Над чем скалилась, отвечай дрянь. Лукина перешла на крик, взгляд ее стал тяжёлым и угнетающим. От испуга крепостная опустила голову. — Простите, простите барыня. Простите Бога ради, простите. Лаура окинула ее бешеным взглядом и быстро куда-то ринулась. На одном из этюдников (переносной ящик художника) на не лежали ножницы. Шатенка схватила их и подбежала к девушке сзади, она стала отрезать ее длиннющую, рыжую косу. Девушка плакала и продолжала просить прощения, но барыня уже была неудержима. Отрезал волосы, она взяла ее за макушку и несколько раз ударила о стенку, стоящего рядом деревянного шкафа. Барыня продолжала ударить ее о стенку, пока та не упала на пол. — Все, все. Вот так у нас заведено с теми, кто рожи кривит, когда господа разговаривают. Художник промолчал и продолжал наносить последние штрихи. Лицо Аксиньи было все в крови. Разбит, а может и сломан нос, расшиблен лоб. Маша стояла в стороне, не решившись вмешаться в эту показательную порку. Она не осмелилась остановить Лауру, а сейчас даже боится с места сдвинуться. Это было в первый раз, когда она действительно испугалась барыню. Кареглазка бы не подумала, что она так сделает. Конечно наказывали крепостных, иногда и для того, чтобы потешить себя. Но тут совсем другое. Художник ушёл. Два портрета были готовы. Сразу после завершения, Лукина понесла свой портрет к себе в покои. Она сидела и любовалась им. Маша после этого случая не заходила к ней несколько дней. Неужели напугалась настолько или же побоялась гнева барыни.