Кровавая барыня

— Что Авдотья лютует наша новоиспечённая барыня? — Лютует, я в шоке до сих пор. Не подумала бы на Машу. Теперь нам расхлёбывать, в белые не запишешь, да и на нас подозрения уже. — Кругом мы с тобой повязаны. — Все Ермолай, заканчивайте здесь, нам еще с потом договариваться. Повезли они тела к попу, через всю деревню ехали, люди видели, боялись. С батюшкой они договорились, продажный оказался. Авдотья, Ермолай и Савелий, похоронив девок, возвращались обратно в поместье. Из леса выбежала девушка и хромая шел за ней мальчишка. — Стойте, пожалуйста. — кричала девушка. Лошадь остановилась и с телеги слезла Авдотья. — Глашка, ты что тут делаешь? — Авдотья! — воскликнула девушка и начала плакать. — Примите нас с братом обратно или месте в петлю. — Да, что случилось то? Что ты орешь? Парнишка дохромал до лошади и Авдотья увидела его. Худой аж до костей, еле на ногах стоял. Одежда вся была изорвана, лицо в синяках и кровоподтеках. Женщина ужаснулась. — Ермолай быстро его в телегу. Да не вой ты. — девушка продолжала плакать. — Трогай. Они приехали в поместье, девушку и ее братика Авдотья обратно отвела в барский дом, где и была их комната до отъезда.

***

Стройка была в самом разгаре, уже одну стену построили. Строители по приказу барыни и под присмотром гайдуков работали очень быстро. Только вот они на чужие земли залезли. На земли князя Цицианова, на них работали его бывшие крепостные, выращивали пшеницу. И вот в один из таких дней прибежали крестьяне Цицианова разбираться, что за стройка на их землях ведётся. Человек двадцать выбежали на них. Ермолай и его свита поднапряглись. — Ну и что вам надо? — спросил Ермолай у мужиков. — Это земля князя Цицианова, я старший. Мужики на своей земле стоят, от него вольную получили. Так и передай своей барыни. — сказал старший.

***

Лаура и Мария проснулись. После того случая прошло три дня, барыня старалась оградить ее девочку от страшных воспоминаний. Спустились они завтракать, новые горничные подали им. Теперь они даже боялись больше Третьякову, чем Лукину. Слухи о том, что сделала новоиспечённая барыня быстро разошлись по дому и по поместью. Они увлечённо завтракали и нахваливали пирог, ведь Глафира уже отправилась после дома Кобзева и стала работать на кухне. Это был ее первый день, а женщина не сказала про то, что они привезли их из лесу. — Кухарка что ли новая? — спросила Лаура. Авдотья замялась, но рассказать все равно нужно. — Дело в том, что барыня я не хотела вас беспокоить, а спросить не у кого было. Кухарка не новая, кухарка старая. Пока вы с Марией были Глафира с братцем вернулась, помните вы их московскому полицмейстеру подарили. Лаура посмотрела на нее удивленным взглядом. — Как сбежать посмела? — немного повысив голос спросила шатенка. — Барыня это я ее приняла, взяла под свою ответственность. Знают они, что виноваты, так терпеть это не было сил. Мальчишка то еле живой остался, чего только с ним не делали в том доме, даже сказать стыдно. — Говори, что случилось, теперь это и моя проблема тоже. — Насиловали там бедного мальчика. Сам Кобзев насиловал, мне Пашка рассказал. Мария и Лаура переглянулись, не думали они, что начальник московского сыска детей насилует. — Лаура позволь им остаться. — сказала кареглазка, положив свою ладонь на ее руку. — Пусть остаются. Денег дай, скажи им от барыни утешение и прощение. Что еще? — Все как вы велели, пороху купили, забор ставят. — Ну и хорошо, ступай. — Хорошо. — Авдотья поклонилась им и ушла. — Машенька, как ты себя чувствуешь? — Нормально. Лаура ты видела, как они на меня смотрят. — Кто? — сделав глоток чая, спросила шатенка. — Горничные девушки. — обиженно ответила блондинка. Лаура встала и подошла к ней. Села на корточки и взяла ее нежные ручки в свои. — Маленькая моя, не обращай на них внимания. Что я могу сделать для тебя, котёнок? — Ты уже сделала все и даже больше. — Машенька, я тебя очень люблю. Всегда поддержу, что бы ты не сделала, потому что сейчас ты можешь все. — все также не отпуская ее руки, говорила барыня. По щекам кареглазки текли слезы, ей так радостно было, что Лаура так трепетно относится к ней. Она оказывает такую колоссальную поддержку. — Я благодарна тебе за все, что ты для меня делаешь. — Девочка моя не плач, я не могу видеть твои слезы. Шатенка большими пальцами смахивала с ее фарфорового лица горячие слезы. Маша притянула ее еще ближе и нежно поцеловала в мягкие губы. Вкус поцелуя был солоноватый из-за слез. В дверь постучался Ермолай. — Барыня дозвольте. — Лаура встала и подошла к своему стулу. — Заходи. — Все как приказали всех согнал, работают. Тут другое препятствие есть. — сказал Ермолай. — Какое такое препятствие? — Ну вот вокруг нас сухая земля, с другой стороны болото, там не пройдёшь. — Так. — А вот со стороны сухой земли соседские пашни. — Чьи это пашни? — Цицианова. — сказала Маша. — Да и вот в общем его крестьяне там права свои качают. — Хм, Цицианов. Ты продолжай делать, что велено, а с соседом я как-нибудь разберусь. Пошли гонца за поверенным. — Благодарствую за назначение, я вас не подведу. — Ладно иди Ермолай, если чуть что докладывай. — Слушаюсь барыня.

***

На следующий день приехал поверенный. Он отговаривал ее от покупки этой земли. Ведь Цициановские земли самые поганые, а пашни почти не плодородны. Но Лаура не отступила, и мужчина заверил ее, что с этим проблем не будет, он в больших долгах. Поверенный сделал все действительно быстро, уже к обеду у нее во владения были земли Цицианова.

***

По приказу Марии Авдотья привела новых девок при доме служить. Глафира давала наставления новым девушкам. — Главное правило при доме служить — это куда не надо свой нос не совать, язык за зубами держать. Вообще дело маленькое чугунки песком начищать, да полы подтирать. А главное ничего без спросу не трогать. К ним спустилась Третьякова в чёрном платье. Стиль она переняла у Лукиной. Барыня прошла мимо них медленно, вглядываясь в каждую девочку. — Глафира мне печально, что вам с Павлом пришлось пережить этот ужас. — она взяла ее руки в свои. — Спасибо, что приняли нас. В кухню забежал Ермолай. — Барыня, простите там наши с Цициановскими в кулачном сошлись. Мария и Ермолай пошли к Лауре, все ей рассказали, и они на конях поехали разбираться. Наши дрались с ними жестко. К барыне подбежал тот же мужик, что разговаривал с Ермолаем тогда. — Барыня, угомоните их пока не поздно. — обратился мужик к Маше. Лукина не стала ничего говорить, решила посмотреть, как она поведёт себя. Очередная проверка ее нового титула. — Ты кто такой? Почему нашим людям препятствия устраиваешь? — сказала Третьякова и посмотрела на шатенку, как бы спрашивая все ли верно сказала. Барыня незаметно кивнула ей, и блондинка улыбнулась. — Госпожа, ну вы же знаете это чужие земли, прошу вас прикажите им уйти от греха подальше. — Гляди-ка верно говорят распустил. Передай своему хозяину я с холопом говорить не стану. — сказала кареглазка. — Кто, кто позволил вторгаться в мои владения? — подбежал Цицианов и начал защищать своих крестьян. Тут уж пришлось вмешаться Лауре. — Ваши холопы неуважение проявили, и они наказаны. — Позвольте напомнить Лаура Альбертовна, что во власти хозяина наказывать своих людей. У вас может быть холопы, а у меня вольные крестьяне, и я буду обходиться с ними так как посчитаю нужным. — сказал князь. — Я здесь ХОЗЯЙКА и только по моей милости ваш дом еще на МОЕЙ земле. Ермолай. — голос Лауры стал грубее. Управляющий дал бумаги на землю князю. Тот читал их ошарашенными глазами. — Или обратно выкупить хотите, м? Нет. — рассмеялась барыня. — Вот и хорошо. Мои люди продолжат приказ мой выполнять. Лаура и Мария покинули эту бессмысленную встречу. — Ты не говорила, что расширилась. — сказала Маша. — Бумаги недавно пришли. Не думала я, что до такого дойдёт, что с ним будут небольшие сложности. Цицианов даже после того как ушли Мария и Лаура, стоял в шоке, у нет денег выкупить уже свои бывшие земли.