Как было до...

      Саша определенно проснулась, но открывать глаза отказывалась. Было слишком удобно и комфортно в том положении, в котором она находилась сейчас: достаточно тепло, удобная жёсткость под головой, приятный аромат древесины, мандарина и холодного металла с порохом у носа. Удобнее разместив голову, она собиралась снова заснуть, но какой-то глубокий вздох, который издала явно не Вершинина, заставил открыть глаза. А вместе с тем вернулись вчерашние воспоминания. Похититель. Дорога. Неудачный побег. Отель. Наручники. Перед глазами была та самая чёрная водолазка, которую она запомнила ещё при вчерашнем пробуждении. Ее рука висела на спине этого самого мужчины, а нога оккупировала его бедро. Сама же Саша лежала, судя по всему, на мужском предплечье. Другая мужская рука мирно и расслабленно висела на ее талии. Аккуратно задрала голову и увидела спящее лицо того самого похитителя. Она резко дернулась, чем разбудила мужчину, и собиралась ретироваться из кровати, но предательски упала тому на грудь, после вспомнив про наручники снова, про которые успела забыть на миг. Игнатьев сонно оглядел покрасневшее злое лицо и заржал, опрокинув голову на подушку. — Игнатьев, блядь, ты оборзел?! — резко подскочила Александра, после чего свалилась с кровати на пол и в придачу удариться громко затылком об полку, заставив отсмеяться мужчину снова, когда уже успокаивался. — АЙ БЛЯТЬ! — схватилась за затылок и осела на пол. — Не матерись… — отсмеявшись, Сергей отстегнул наручники. — Какого черта?! — стоило Вершининой повысить голос, как головная боль разлилась по всему мозгу, заставив девушку зашипеть и зажмурить глаза, схватившись обеими руками за затылок. — Боже, от тебя шума больше, чем от старого трактора, — с усмешкой выдал Сергей, поднявшись с кровати, натянув обувь и обойдя, сел перед девушкой. Аккуратно нагнул светло-русую голову и убрал руки, осмотрев повреждения, которых, к его большому счастью, не оказалось. — Собирай вещи, я пока спущусь завтрак куплю. В машине поешь. — встал и покинул номер, оставив девушку одну, которая до сих пор сидела и краснела за этот ряд ситуаций, после которых хотелось смачно с разбега врезаться в стену.       Собрав сумку, она осмотрела вид из окна и прикинула то, как можно сбежать из него. Но не выйдет. Окна выходили как раз на парковку, где уже стоял Игнатьев. А с ним миловидно базарила та вчерашняя мымра с ресепшена. И тут Вершинину словно молнией ударило. Какого-то черта Саше захотелось здесь и сейчас показать этой корове, на чьего похитителя та зубы точит. Натянула берцы и быстро, насколько это возможно с хромой ногой, спустилась вниз, бросив ключ на ресепшен, и вышла из здания, расслышав по пути улюлюкивания дальнобойщиков за спиной. А один из них похабно пригласил к себе разделить завтрак на двоих в его номере. Развернувшись, Саша окатила обоих устрашающим взглядом и подошла, схватив самого наглого за ворот старой рубахи. — Послушай меня, жертва хаотической репликации хромосом! — прорычала, сжав крепче ладонь и дёрнув слегка на себя. — Инстинкт самосохранения — это базовый инстинкт, присущий любому существу. Как же ты его отключить-то умудрился, когда мне эту фразу говорил?! — мужики заметили венки на лбу юной особы, начинающей распаляться от злости и негодования. — Я же из тебя пинцетом нити ДНК повыдёргиваю и ты у меня по швам расползешься! Я у тебя пункцию из такого места возьму, о котором ты даже не догадываешься! Как, в прочем, и о смысле слова «ПУНКЦИЯ»! Я тебя в такой пазл нарежу, что ни один травматолог не соберёт! Ты все понял, Питекантроп Социально неадаптированный?! — резко отдёрнула руку и сделала несколько шагов назад. — Д-да… — задрожав, закивал дальнобойщик и сделал шаг назад от девушки. — Тогда ползи в свою пещеру, пока твой, искалеченный алкоголем, мозг не вскипел от переизбытка информации! — Крошка, все хорошо? — раздался рядом строгий голос, а на талию легла крепкая ладонь. — Все отлично, дорогой! — прорычала Саша, не сводя яростного взгляда от парочки. — Мужики, что-то не так? — зло посмотрел на дальнобоев Игнатьев, незаметно для Саши отодвинув рукой пальто и положив ладонь на кобуру с пистолетом. — Все х-Хорошо! — закивали те и скрылись в отеле.       Они прошли к машине, возле которой до сих пор стояла та корова. — А ты, Корова, сбежавшая с сельхоз сарая и заблудившаяся в мире социального общества, быстро покинула мое пространство, пока я еще и из твоей нервной системы не сплела рыболовную сеть! — яростно прорычала, сев машину и громко хлопнув дверью. Игнатьев сел за руль и завёл машину, выехав с парковки на трассу и прибавив скорость. — Саш, ты чего? Головой чтоли ударилась? Ты чего на людей… — хотел закончить ряд вопросов Сергей, но, встретившись с злым взглядом девушки, сразу заткнулся. И вспомнил, что она действительно ударилась сегодня головой. — Прости.       Девушка тяжело выдохнула и, кажется, расслабилась, посмотрев на дорогу. Утро явно не задалось. И она чуяла, что в ближайшее время ей придётся столько раз побывать в самых неприятных ситуациях, о которых потом вспоминать не захочется. — Пообещай, — вдруг разорвал тишину мужчина, привлекая к себе внимание. — Пообещай, что больше не будешь искать приключения на свою задницу. Иначе живой я тебя точно не довезу до Припяти. — Господи, я не успела от похмелья вчера отойти, как уже нашла на задницу приключения! — рыкнула та, снова отвернувшись от мужчины и посмотрев в окно. — Как бы не хотела, но они сами меня всю жизнь находят. Я бы была глубоко рада, если бы вообще из квартиры ни ногой не вышла! — Ладно, успокойся, — выдохнул тот и поставил на торпеду картонную подставку для одноразовой посуды с двумя кружками каких-то напитков и парой круассанов. — В зелёном стакане чай. — Спасибо. — буркнула та и взяла свой стакан и одно выпеченное изделие. Она отпила и удивлённо посмотрела на стакан, а после на водителя. — Откуда ты знаешь…? — это был ее любимый красный чай, достаточно остуженный, но и не холодный. — А. Ну да. Ты же все про нашу семейку знаешь. — буркнула та и вернулась к завтраку. — Нет, — на губах дрогнула легкая улыбка. — В такие подробности твоей семьи я не вдавался. — взял свой стакан и отпил горький кофе, немного поморщившись. — Просто угадал. — Да ну? — прищурилась Саша, а в глазах появились довольные смешинки. И Сергей заметил, что настроение этой юной особы сразу поднялось. — Даже мои родные не способны с первого раза приготовить мне такой чай. А тут ты, ещё и в придорожном отеле… Ты определенно скрываешь намного больше, чем кажется. — откусила половину за раз и отпила свой напиток. — Может быть, — усмехнулся, отпив ещё немного кофе. — Вот почему-то кажется, что мне даже рассказывать о себе ничего не нужно. Что-то ты больно много обо мне знаешь, — хитро посмотрела на Сергея Саша, доев свой круассан. — Кушай и не забивай голову, — хохотнул тот, пододвинув второй круассан девушке. — Ты не будешь? — моргнула она пару раз, выдав это полным ртом. — Не говори с набитым ртом, — с усмешкой отчеканил, немного ускорив машину. Он планировал ещё сегодня что-то. И этот факт не скрылся от Саши. — Ты куда так гонишь? — проглотив и отпив чай, вскинула бровь. — Нужно убедиться кое в чем. — В том, что мы нагоняем ребят? — вскинула та бровь, взяв второй круассан. И, не получив ответа, она подтвердила тем самым свою догадку. — Кстати, ты не ответил на другой вопрос! — На какой? — отставив кружку на подставку, взялся за руль второй рукой. — Какого черта было сегодня утром?! — Лично я спал на своей стороне. — хмыкнул и усмехнулся. — Просто кое-кто вертелся, а потом сам же прижался. Надо было под одеялом спать, а не на нем. Ты замёрзла ночью. — И ты из-за этого решил, что меня вот так вот просто можно даже не оттолкнуть, а обнять? — вскинула Саша бровь, хитро сощурив глаза. — Думаешь, я вот прям так сразу заметил это? — фыркнул, отказываясь от намеков девушки о том, что он сам же осознанно вот так взял и обнял. — Ой да не пизди! — засмеялась девчонка, а после с довольной улыбкой прижалась к сидению. — Боже, Вершинина, хватит материться! Тебе не идёт! — закатил глаза Сергей, немного повысив голос. — Вот не надо говорить, как мой отец. И про одеяло, кстати, тоже. Вот говоришь один в один! И как мне после этого думать, что ты не следил за нами на столько хорошо? — Да я тебе в отцы и гожусь, — расхохотался, взяв кружку и промочив горло остатками горького кофе. Зажмурился от неприятного вкуса и достал воду из подлокотника, открыв и отпив. — Но вот отца включать сейчас не надо. Мы не в том положении. — Да? И в каком же мы положении? — усмехнулся Игнатьев. Он не мог не заметить и того, что эта самая девчонка за последние сутки заставляет его улыбаться и смеяться куда больше, чем за любой другой месяц. С ней он теряет весь свой холод, с которым дела ведутся куда эффективнее. Прям как тогда… — Ну знаешь… — задумалась Саша, доев второй круассан и допив любимый чай. — Похищение… побег… излечение… совместная кровать в номере… Если посмотреть со стороны, то все это приобретает двоякий смысл… — снова хитро прищурилась и поиграла бровями, после беззаботно рассмеявшись. И ни в первый раз мужчина поражается всей беспринципности этой девочки. — Боже, твоё воображение слишком бурное даже для твоих лет, — усмехнулся в ответ. — Да~? — с наигранным удивлением посмотрела на Сергея. — Будто у тебя воображение также не играло в твои двадцать два года? — В мои двадцать два я был Капитаном и управлял отделом, — хмыкнул в ответ. — Мне было далеко не до подобных мыслей. — То-то у тебя говор такой… — снова прищурилась. И снова от Сергея не скрылись смешинки в голубых глазах. — Какой? — Как у законника, — довольно выдала Саша, откинувшись на спинку. — Тебе-то откуда знать, какой у этих людей говор? — вскинул бровь и быстро бросил взгляд на девушку. — У нас с Паханом дядя двоюродный на ОМОН двадцать лет отпахал. Вот вы разговариваете абсолютно одинаково. — Ну таких подробностей о твоей семье я точно не знал, — расслабленно улыбнулся, не отрывая взгляд от дороги. — А, если быть конкретнее, где ты служил и в какой сфере? — В Москве. КГБ. — коротко бросил, давая понять, что больше не собирается говорить об этом. Саша сразу сообразила, что это достаточно больная тема для Игнатьева и тоже не решилась завалить его расспросами. — Не против, если я задам пару вопросов про КГБ? Нет, не конкретно про твою службу в этой сфере. — Ну попробуй, — пожал плечами. — А как там было все устроено? Ну… точнее… как работали офицеры КГБ? Неужели оно было настолько скрытным и его так сильно боялись люди? Ну типа… я слышала, что КГБ — всего лишь миф, которым запугивали обычных граждан. — Нет, не совсем, — более холодным тоном начал мужчина. — Эта структура не была на столько тайной организацией. Просто действовала в интересах страны, держа всю информацию в строжайшем секрете. Все, что касалось КГБ, не должен был узнать ни один посторонний. А так это то же самое ФСБ, просто вторые действуют более открытыми способами. Точнее почти не скрываются. Но, на сколько мне известно, так просто информация не выльется за пределы их конторы. — А, я также слышала миф о том, что наш президент тоже был КГБшником. Ничего не знаешь об этом? — А с какой целью интересуешься? — с усмешкой вскинул бровь. — Да просто интересно. Не молча же ехать. — хмыкнула Саша. — Да, я его видел раза два. Кажется, в 83-ем в Московском Управлении и ещё во время обучения в Высшей школе. На сколько до меня доходила информация, его часто отправляли на службу в ГДР, поэтому он почти не появлялся. Врать не буду. — в очередной раз пожал плечами.       Наступила долгожданная тишина. И если Игнатьев, наконец, мог насладиться ею, то вот Вершинина чувствовала себя не на своём месте. У неё добавились еще тысяча и один вопрос к человеку, что везёт ее прямиком в нужный заброшенный город. Но она не хотела нарушать эту тишину. Саша сразу заметила, что тому нравится эта тишина, разрываемая лишь тихим шумом мотора. Вершинина то и дело крутила головой, вертелась во все стороны, но никак не могла усидеть на месте и просто насладиться видом. Ещё как назло этот человек выкинул всю ее электронику, начиная с телефона и заканчивая вейпом. Ни покурить, ни музыку послушать! Уже в сотый раз за последние три часа заметив чертыхания особы, Игнатьев все-таки разорвал благоговейную тишину. — Не хочешь кушать? Скоро должна быть заправка с продуктовым. Можем заехать. — Ну… можно… — пожала та плечами, не поворачиваясь к мужчине.       В голову снова ударили воспоминания о сегодняшнем утре. И нет, ей не было стыдно за то, что она спала в обнимку с этим мужчиной. Скорее… в груди начало разливаться приятное тепло. А в мысли ударил один факт, отказываться от которого Саша посчитала просто глупым. Ей снова захотелось вот так же лечь с Сергеем в обнимку и наслаждаться этим приятным теплом. Он ей чем-то в этот момент напомнил отца. В детстве она также засыпала с папой, лёжа на том звездой. Ей никогда не нравилось спать под одеялом. А грелась она всегда отцовским теплом. Вдруг, машина остановилась, отрывая Сашу от посторонних мыслей. Она осмотрелась и заметила придорожный магазинчик с кафешкой. — Что тебе взять? — Ну… не знаю, — пожала та плечами. — Ладно, идём, — тяжело выдохнув, заглушил мотор и вышел.       Саша вышла из машины, поёжившись от холода. Она прошла в сторону магазина, как вдруг на ее плечи упала тёплая ткань длинного светлого пальто, а в нос ударил тот самый аромат. Плеча коснулась крепкая ладонь. У входа мужчина открыл дверь, пропустив девушку вперёд, и прошёл следом. Саша прошла мимо витрин, разглядывая продукты, на которых мелькали надписи на украинском, хотя они ещё не пересекли границу. Видимо, эта самая граница совсем скоро, раз сюда доставляют продукты из Украины. Взяв корзину и набрав пару баллонов колы, несколько пачек чипсов, сухариков и очередной вредной продукции, она нашла недалеко от кассы Сергея, который, увидев ее, сразу подошёл. — Ты не могла ничего нормального взять? — вскинул тот бровь, осматривая то, что набрала девочка. — Могла, но хотела побаловать себя, — пожала плечами. А после, повернув голову, увидела холодильник. — О! Пиво! — Да куда тебе пиво, емае?! — закатил глаза и повёл девчонку на кассу. — Да я даже опохмелиться не успела! — Да ты уже десять раз отошла с последний пьянки! — тихо рассмеялся мужчина, протолкав девушку дальше и поставив корзину на ленту. — Ой! Я кошелёк забыла в машине, сейчас… — Боже, Саш, не позорь меня, я оплачу, — закатил глаза Игнатьев. — Ты глаза мне ещё позакатывай. И я хочу пиво! — Маленькая ещё. — Мне двадцать два! — Так, топай давай, — усмехнулся и кивнул на выход, взяв пакет и расплатившись.       Открыв пассажирскую дверь, он позволил сесть Саше и уместил пакет с не самой полезной едой ей на колени, а после обошёл и сел за руль, сразу заводя машину и выезжая на дорогу. Взглядом зацепил знакомую белую Волгу, проехавшую мимо магазина и дал газу. Не думал он, что так быстро нагонит эту компанию. Но, кажется, Саша даже и не заметила. Не хватало только этого. Ну уж точно не сейчас. Тем временем сама Вершинина уже открыла первую пачку чипсов и колу, начиная окончательно наслаждаться поездкой. И даже тишина ее больше не напрягала. — Сереж, можно вопрос на миллион? — вдруг выдала та с набитым ртом. Увидев рот в рыжей пряной гадости, он молча протянул той салфетки. — Дожуй, потом говори. — тяжело выдохнул, но вот улыбки не сдержал. В голове все крутилось «ребёнок», вызвав лишь улыбку на лице человека не самой приятной для многих людей наружности. — А какой твой любимый цвет? — отпив колы, задала интересующий ее вопрос. Видимо, тишина надоела уже девушке. — Действительно, каверзный вопрос, — усмехнулся Сергей, не сводя глаз с дороги. — Светло-голубой с золотым и белым переливами. Цвет чистого апрельского неба, — с улыбкой и какой-то ностальгией произнёс Игнатьев, а после задержал свой взгляд на глазах Саши. В этот цвет он влюбился ещё в апреле 86-го года. Он напоминал Сергею не просто апрельское чистое небо, а именно небо над Припятью. Нигде Игнатьев не видел такого неба больше. Только в Припяти. И с тех пор он влюбился в этот цвет. В ее глаза… — У тебя глаза такого цвета. — снова перевёл взгляд на дорогу, а улыбка так и не сползла с лица. — А у тебя? — Цвет Хризолита, — с улыбкой и румянцем произнесла Вершинина, смутившись его признанием. Нет, возможно, это было просто совпадение. Но после последних событий, которые она пережила в компании этого мужчины, в совпадения она медленно переставала верить. Значит, он ее точно знает давно. Но на сколько давно? Где они прежде могли пересечься? — Такого светло-зелёного, почти блеклого оттенка. Он чем-то напоминает сухую траву в конце сентября, которая начинает терять свой насыщенный цвет. — а после перевела взгляд на глаза мужчины и покраснела сильнее, отвернувшись. — «У него глаза же… такого цвета…» — решила приступить к следующей пачке чипсов, спрятав в еде все своё смущение. — Боже, Вершинина, хватит жрать всякую гадость! — закатил глаза, увидев, как та забивает рот «гадостью». — Ве пфави ва фяфое! — возмущённо проговорила та, бросив злой взгляд на Сергея и обняв пакет с едой. Но вот румянец после последнего, местами даже откровенного, разговора так и не сошёл. — И откуда тебе знать, что это гадость?! Ты че? Спец в еде? Или, может, хорошо готовишь?! — прищурилась, сунув в рот дольку чипсины. — Ну допустим. — хмыкнул Игнатьев. — Да ну? — Я люблю готовить, но так как живу один, мне проще купить быстрый перекус по дороге. Да и смысл? Еда будет подолгу застаиваться в холодильнике. Да и затрат меньше уходит. — пожал мужчина плечами.

***

      Небо уже заволокло ночной синевой, а дорога была практически пуста. За все это время Вершинина успела два раза заснуть с перерывом на фаст фуд, погрустить над тем, что ее оставили ребята, и заняться самобичеванием. Места она себе абсолютно не находила. С одной стороны она могла бы занять себя разговором со своим похитителем, но чувствовала, что конкретно его подзаебла. И стоило ей в сто двадцать третий раз по счету нарочито слегка стукнуться лбом об стекло двери, как ее осенило. Она расплылась в хитрой улыбке и начала двигаться в немом танце и изображать игру на гитаре. Ну, а что? Ее телефона теперь с ней нет. Музыку она послушать не может. Значит, нужно действовать самой. Игнатьев посмотрел на девушку лишь с усмешкой, но ничего не сказал. И это насторожило ее, заставив остановиться и приблизиться к лицу мужчины с прищуром и непониманием. Она откинулась на место и сложила руки на груди, изучая лицо водителя. — Что? — бросил взгляд на «попутчицу» Сергей. — Почему ты так отреагировал на мои вздрагивания эпилепсичной касатки? — вскинула бровь, продолжая изучать мимику Сергея. — Все считают сумасшедшим человека, танцующего в тишине. Но сумасшедшими оказались те, кто не слышал музыки, — усмехнулся Игнатьев, бросив взгляд на девчонку, которая с шоком распахнула глаза. — Откуда ты знаешь эту фразу? — нахмурилась Саша, прекрасно понимая, что выдумала она ее самолично и мало кому могла рассказать. Но ответа не последовало. — Давай сыграем в глухого медведя! — Как? — с усмешкой посмотрел на девушку, быстро вернув взгляд на дорогу. — Смотри, я своими действиями и движениями пытаюсь исполнить ту или иную музыку и песню, а ты угадываешь. Угадаешь — я пою. Нет — я продолжаю свои манипуляции, пока не отгадаешь. — Ну давай попробуем, — усмехнулся Игнатьев. — Предыдущая, Король и Шут — Кукла Колдуна. — Каак?! — но в ответ снова усмешка. И Саша хитро прищурилась, принимая вызов. Она начала изображать следующую мелодию, пританцовывая на столько, на сколько это возможно. — Модерн Токинг — Чери Лейди. — Чооо?! Да как так?! — с большим удивлением распахнула глаза. — Ла~дно! — она снова начала двигаться под бит, вспомнившийся ей. — Ты не исполнила предыдущие песни, — хохотнул мужчина, напоминая правила игры. — Да епрст! — всплеснула руками. Отбивая бит ладонями об колени, Саша начала вспоминать слова из Куклы. — Тёмный, мрачный коридор, Я на цыпочках, как вор, Пробираюсь, чуть дыша, Чтобы не спугнуть…       Но, вдруг, машина, прежде развернувшись на другую полосу, остановилась на обочине. Саша отвлеклась, посмотрев на Игнатьева. — Что-то случилось? — нахмурилась Вершинина. — Нет, нужно просто убедиться, — отчеканил, посмотрев в окно.       Саша отстегнула ремень и проползла к противоположному окну, оперевшись ладонями об край водительского сидения. По ту сторону дороги она увидела знакомую машину. Белая Волга прямо как у Гоши стояла на стоянке дальнобойщиков. В самодельной палатке горел свет и вокруг собралась толпа людей. Из толпы в сторону отошла какая-то пара, закуривая. И Саша точно узнала в этой паре Настю с Пашей. Она уже хотела открыть дверь и перелезть через Игнатьева полностью, но ее кисть крепко сжала мужская ладонь прямо у дверной ручки. А на шее почувствовалось невесомое прикосновение. Кожу опалило горячее дыхание. — Я надеюсь, ты не будешь совершать глупостей. — хрипло проговорил мужской голос. Саша резко повернула голову, встретившись с немного строгим взглядом светло-зелёных глаз. — Я… — с хрипотцой прошептала, сглотнув. Ее взгляд упал на тонкие губы и вернулся к глазам. Грудная клетка сжалась, наливаясь тёплом. — Ты…? — с более отчетливой хрипотцой произнёс Сергей.       Саша резко зажмурила глаза и прильнула к губам, пылко поцеловав мужчину. Крепкая ладонь скользнула по талии и сжала ее. А вот тонкая и хрупкая оторвалась от сидения и легла на линию подбородка. Тело в миг стало ватным и мягко упало на мужские колени. Сергей подхватил за талию Вершинину и удобнее усадил, углубляя поцелуй и сильнее сжимая тонкую, но не менее крепкую талию. С улицы раздался выстрел, заставив развернуться обоих в ту сторону. Ребята бежали из палатки в машину. Саша быстро спрыгнула с колен на место, а Игнатьев вдавил в пол газ, незаметно для тех обогнав Волгу по обочине. — Куда мы сейчас? — нахмурилась Саша. — Дальше по дороге кафе. Останешься там. Потом сразу же заберу. — отчеканил, прибавив скорость. — И накинь пальто. На дворе не май месяц.       Саша послушно накинула мужское пальто. Она до сих пор не понимала намерений этого человека. Он, по сути, следит за ней и ее друзьями с братом. Какого-то черта пытается доставить всех в Припять. Но причины так она и не поняла. Зачем ему все это, если деньги не нужны? Он пытается просто защитить всех и доставить в Зону. Все было слишком странно и запутано. Саша для себя решила, что спросит у него потом. Сейчас не самое подходящее время. Машина быстро доехала до придорожного кафе. Игнатьев дал кнопочную раскладушку с несколькими купюрами Вершинине и, убедившись, что та вошла в кафе, сразу же свернул в обратную сторону. Саша зашла в здание. Было пусто. На столе стояла тарелка с горячим борщом. — Кто-нибудь есть? — подала голос. Но никто не откликнулся. Саша прошла дальше и зашла в темную кухню. Из-за двери выскочила женщина в фартуке. — Вы кто? — настороженно произнесла девушка. — Я официантка. Ира, — в непонимании ответила женщина. — А где остальные? — Ну… тут только я и повар Вася. Правда он спать уже ушёл. А что? — Да просто… Нет, ничего. — отмахнулась Вершинина и вернулась в зал. Следом вошла и официантка. — Ира, а… что у Вас в меню? Кушать просто хочется… — с мягкой усталой улыбкой произнесла девушка, сев за стол. — Могу суп предложить и кашу перловую. Мы сейчас особо ничего не готовили. — Можно кашу? Сколько с меня? — Да, конечно, пятьдесят рублей. — женщина прошла на кухню и вышла через десять минут с тарелкой горячей перловки. Саша расплатилась и уже собиралась взять в рот первую ложку, как вдруг в помещение ввалились Паша с Аней и Гошей, держа на руках какого-то мужика. Вершинина резко опустила голову, дабы спрятать лицо, но смачно ебнулась лбом об стол. — ДА ЕБАНА РОТ МОЯ ГОЛОВАААА! — проревела та, свалившись под стол и держа свою и без того покалеченную голову. — Саша?! — раздался голос брата рядом. — Какого…?! — Блядь, отъебись, Пахан! — рыкнула она, выползая из-под стола. Встала и осмотрела толпу. — Это че? — кивнула на мужика в штатском, которого уже положили на раскладушку. — Там авария была похоже. Машина в кювете лежала. Мы остановились и решили посмотреть. Там он был. — ответил младший брат. — Ты вообще какого хрена здесь забыла? — Да подожди ты! — рыкнула и села перед мужиком, осматривая того. Нашла документы. Раскрыла. — Он ФСИНовец. Федеральная Служба Исполнения Наказания. В машине точно никого не было? — нахмурилась, посмотрев на толпу. — И где Лёха с Настей? — Задрали, пешком идут. — бросил Павел. — Так! — нарыла пистолет. — Ира. Уберите в сторону, чтобы никто не пострадал. — Г-где я… — промычал мужик. — Вы попали в аварию. Вас нашли и притащили сюда. Примерно через час приедет скорая. Не напрягайтесь. — отчеканила Саша, разодрав рубашку и взяв перекись. — Мы перевозили… — тяжело задышал мужик. — Особо опасного преступника… со мной… напарник был… — Нет же, кроме Вас в машине никого не было. — сказала Аня. — Они по одному не ездят. — заткнула девушку Саша и продолжила обеззараживать раны и осматривать на наличие остальных повреждений. — Саша права. У меня дед в этой службе работал. Он рассказывал, что всегда ездил на служебной машине с напарником. — положительно кивнул Гоша. — Где-то по близости должен быть второй. Живой или мёртвый — уже неизвестно, раз они перевозили преступника. Но вот преступник явно может быть жив. — хмыкнула. — Два перелома рёбер. — Был… потом… нам в зад въехал… — мужик поднял куда-то глаза и задергался, потянув руку к кобуре, где изначально был пистолет. — Тих-тих-тих! — прижала руки мужчины, после чего тот снова вырубился. — Так. Первую помощь я оказала. — Саша встала и вернулась за свой стол, вытерев руки салфеткой. Вернулась к подостывшей каше и принялась есть. Перед ней сел Паша, строго посмотрев на старшую сестру. — Что? — Какого черта ты здесь забыла? — хмурился младший. — Ехала за вами, чтобы убедиться, что вы не налажаете. — хмыкнула, доев кашу и отставив пустую тарелку в сторону. — Как ты доехала? — Попутками, автобусами, на дальнобоях. — пожала плечами. — Где шмотки? Или ты решила налегке добраться? Не глупо? — В автобусе забыла. Доки всегда при мне. Телефон в сумке остался. Новый взяла. Здесь следующий автобус, так что завтра отсюда двинусь. По пути встретимся в самой Припяти. — хмыкнула Саша, смотря также строго, как и младший брат. — Что за пальто? Оно мужское. Его у тебя не было раньше. — И что? Я же сказала, что шмотки в автобусе забыла. У одного попутчика выкупила. — ОООО! Санек! — раздалось у входа. Саша повернула голову и увидела Леху с Настей. — Блудный братан вернулся! — Лёх, не ори. — буркнула Саша. — Ты как здесь оказалась, Саш? — села рядом с Пашей Настя. С Сашей сел Лёха, навалившись всем весом на подругу. — Попутки. — Ебать у тебя видок! Прям как у киллера! — расхохотался друг. Саша встала и прошла в сторону лестницы. — Саш, ты куда? — спросил Паша, схватив сестру за кисть. — Боже, дай сходить поссать хотя бы а! Ну ни шагу без меня не могут! — рыкнула и выдернула руку, спустившись вниз. С кухни должен быть чёрный выход, на сколько она помнит. Было глупо оставаться с остальными. Паша бы сам не позволил, а Саша в одиночку вряд-ли доберётся до Припяти без лишних приключений на свою задницу. Брат не позволит ей поехать дальше. В этом она полностью уверена. Но девушка точно знает, что эта компания не обойдётся без приключений на свою задницу. Поэтому ехать за ними надо. Тем более Игнатьев не позволит ей вернуться. А также не позволит всей шестёрке встрять в неприятности. В этом она точно убедилась. Остаётся лишь один единственный вариант. Спустившись по лестнице, она сразу набрала номер Сергея, который тут же ответил. — «Да.» — Ты скоро? Тут ребята в кафе. — «Через пару минут буду. Выйди с чёрного хода.» — Ох черт… — нервно вздохнула Саша, открыв одну из дверей в туалете. — С-серёж… тут три трупа… — сглотнула, закусив щеку изнутри. — «Так. Трубку не бросай. Говори со мной и иди на выход. Быстро.» — Х-Хорошо… — прошептала, попятившись назад. По затылку прошлась сильная тупая боль, а пол начал уходить из-под ног…

***

      Переборов всю боль в затылке, Саша открыла глаза и поняла, что ее снова ударили прикладом по затылку. И снова выкрали. — «Да вы че, издеваетесь?!»       Вершинина осмотрелась и увидела на месте водителя ту самую Иру. — «Ну почему не Игнатьев?!» — провыла Саша, вцепившись в дверь. От скорости ее вдавило в кресло, что заставляло сжаться. — Куда ты меня везёшь? — прошипела хриплым голосом девушка, зло посмотрев на женщину. — Ну все, дочка! Сейчас мы с тобой заживем! Твой папка был ликвидатором на ЧАЭС, подхватил какую-то болезнь. Врачи говорили, что это и тебе передалось! Что ты тоже умерла! Я не верила, дочка! Все! Теперь мы вместе! Слышишь? Мы вместе, дочка! Заживем! Поедем в Крым и заживем! Помнишь, я тебе сказку про Медведь-гору рассказывала? Вот туда поедем! В Крым, дочка! — Да какая я тебе дочка, старуха плешивая! — зарычала Саша, попытавшись схватиться за руль, но у виска почувствовалось ледяное дуло пистолета. — Не бойся, дочка. — прошипела женщина. Вершинина увидела знакомый внедорожник в зеркале заднего вида. Крепче схватившись за рукоять двери, вжалась в кресло. Женщина свернула в сторону и внедорожник поравнялся с машиной. Облегченно выдохнув, Саша посмотрела вперёд и увидела ограждение из брёвен. — СТОЙ! АААААААА!       Все завертелось. Девушка пару раз приложилась головой об стекло, коленками и грудной клеткой об бардачок и макушкой об потолок. В глазах начало темнеть, а голова закружилась, заставляя сильно жмуриться. Послышался посторонний шум. Женский голос кричал и отдалялся, а после вовсе заткнулся. Девушка повернула голову и увидела знакомый силуэт, нагнувшийся к телу женщины и державший за шею ладонью. Встал и отпустил, обойдя машину. — Нет… — прошептала, тяжело дыша. — Не надо...       Схватили под плечи и вытянули из машины, сразу же подхватив на руки. Голова приземлилась на крепкое плечо. Все кружилось и вертелось, заставляя вырубиться. Стало темнее. Легкие сдавило от спертого воздуха машины. Что-то хлопнуло, а после раздался до боли знакомый шум мотора. Тело Саши словно шатало во все стороны. Так казалось самой девочке. В какой-то момент шум прекратился. Сколько прошло времени с момента аварии - она не могла понять. Снова громкий невыносимый хлопок. У носа почувствовался резкий запах. Распахнув глаза, девушка согнулась и закашлялась. Придя в себя, Саша увидела перед собой Игнатьева и отпрянула назад, врезавшись затылком в дверное стекло и скрутившись от боли в голове. — Тихо-ти~хо! — аккуратно взяв девушку за кисти, Сергей отпустил их вниз и взял аккуратно рукой за подбородок, приподняв заплаканное лицо. По виску стекала кровь. Взяв из аптечки перекись с ватой, начал вытирать лицо и обеззараживать рану, после наложив квадратную подушечку из бинта. Взял ледяную бутылку с водой, приложил к другому виску, сказав держать Саше самой. — Где ещё болит? — К-колени и… — сглотнула, утерев слёзы. — Грудную клетку сжало… выше груди… — тяжело дыша и пытаясь не разреветься, прохрипела.       Игнатьев резким движением содрал порванную футболку. Над грудью под ключицами несколько синих гематом. Взял мазь и аккуратно начал втирать. Девушка перестала вздрагивать, а лицо покраснело сильнее. Сейчас она Богам благодарна была, что на ней спортивный бюст. Иначе бы со стыда сгорела. Закончив с гематомами, задрал штанины выше колен. Старые ссадины разодрались сильнее и появились большие синяки. Ощупав, убедился, что внутренних повреждений, к счастью, не было. Обеззаразил и намазал йодом. Саша старалась даже не вздрагивать, чего-то сильно боясь. Возможно даже самого Игнатьева, который ранее фактически на ее глазах своими руками задушил ту ненормальную. И даже не вздрогнул. В голову начали закрадываться мысли о том, что этот человек может и Сашу также просто убить. Мужчина решил проверить и прежде поврежденный голеностоп. Размотал бинт и аккуратно подвигал, местами нажимая. Не заметив за девушкой особой реакции, втер ту же мазь и оставил без бинта. Собрал аптечку и убрал на место. Достал плед и расправил, накинув на девичьи хрупкие плечи. — Ложись отдыхай. Остановимся пока что здесь. — собирался уже выйти, но вдруг его схватили за руку и притянулись, всем весом навалившись на мужские плечи. — И-Игнатьев… — сдавленно прошептала, стараясь сдержать громкий плач. — Т-ты… ты ведь… — громко сглотнула, зарывшись глазами в плечо. — Ты не убьешь меня? — Ни за что. — уверенно тихим голосом отчеканил, положив ладони на оголенную спину девушки, что заревела навзрыд.       Он готов был просидеть так сколько угодно долго. Но Вершинина, к его большому счастью, вырубилась. Игнатьев уже собирался отпустить Сашу и уложить, бросив под ее голову небольшую подушку, которая всегда находилась в его машине, но вот тонкие руки уже слишком сильно сжимали его шею для спящей девушки. И ему ничего не оставалось, кроме как лечь рядом. Да и самого уже клонило в сон.

Продолжение следует…