Лишь в мечтах своих свободны люди

- О чем задумался? - С трудом, но Женя смогла нагнуться, чтобы дотянуться до плеча Костенко. Сергей испугался прикосновения. - О том, что на сегодня слишком много откровений. - Вышло грубее желаемого, об этом он еще успеет пожалеть. - Послушай, девочка, - начало многообещающее. - Я тебе никто, ты мне тоже. Зачем помогаю - знать не обязательно, если взялся за тебя, то я тебя не подведу, но это не значит, что стоит пренебрегать моим доверием и творить чудеса у меня за спиной. Я буду знать о каждом твоем шаге, о каждом новом знакомстве и о каждом лишнем слове, если у тебя хватит на это смелости. Попробуешь ослушаться - хапнешь горя. - Зачем ты мне это говоришь? - Женя насторожилась от такого резкого контраста. - Хочешь поговорить на чистоту? Не беспокойся, откровениями не нагружу. - Сергей хотел поддаться вперед, но Онегина остановила рукой, упираясь ему в плечо. - Я понятия не имею, что творится у тебя в голове, у меня нет оснований тебе доверять и не доверять, я уже не говорю о том, что я в незнакомом для себя времени с незнакомым человеком сейчас делю одну комнату. Также, не имею понятия, когда меня вернет перемещение обратно и вернет ли вообще. Слишком много сомнительных вещей произошло за последнее время. Ты заставил меня тебя возненавидеть, а потом решил помочь. Сейчас ты мне такое говоришь. Я понимаю, как тебе сложно, но и ты попробуй войти в мое положение: мне тоже нелегко. Отказаться от всего, что имела из-за симпатии к человеку, которого знаешь всего-ничего, приобрести друзей, с которыми прошли через то, о чем без страха не вспомнишь. Потерять даже это - Под конец своего монолога, Женя уже говорила шепотом. Будто кто-то подслушает и узнает обо всем. Остановившись на секунду и сверкнув глазами в сторону Сергея, Женя решительно продолжила. - И в итоге, ты решил занять эту позицию? - Костенко недоуменно уставился на Женю. - Позицию нападения? Тебе с меня брать нечего. Я тебе ничего дать не смогу. У меня ничего нет. - В знак подтверждения Женя показала пустые руки, которыми потом развела в разные стороны, подкинув брови вверх. - Все что знала - рассказала, но даже после этого я не заслуживаю к себе человеческого отношения? В чем дело? - Успокойся. - Ты первый начал. Не будь я такой беспомощной в данной ситуации - ушла бы, куда глаза глядят. - Сергей странно посмотрел на Евгению, а она сложила руки на груди и отвернула голову в другую сторону. Вышло очень по-детски, но у нее нет никаких прав обвинять своего собеседника в чем-то из-за его положения, преимущественного Евгении. Она не обижалась, всего лишь сделала для себя выводы и покорила собственное "Я" за доверие к незнакомцу с голубыми глазами. Он вовсе не добрый. Они сидели в полной тишине, разрывающейся только тиканьем часов, которые висели на кухне. Сергей о чем-то напряженно думал. - Уходи. - Женя в изумлении уставилась на Сергея. - Ты серьезно? - Похоже на то, что я сейчас шучу? - Ты так легко готов отказаться от того, что пытал на протяжении пяти дней? - Жене казалось, что после их откровенного разговора на кухне он ее понял, к тому же, ей было очень неприятно говорить о самом худшем способе их связи. - Ты так отчаялась, что говоришь о себе в таком ключе? Надеюсь, я как-нибудь это переживу. - Куда мне идти? - Она не верила своим ушам. Ей так не хотелось уходить, так не хотелось верить в то, что теперь, она точно осталась совсем одна. - Ты думаешь всегда только о себе, ну так и сможешь придумать выход из этой ситуации. - Мне обязательно идти отсюда? Что изменилось? Передумал брать на себя ответственность? - С усмешкой вперемешку со слезами спросила Женя. - Я никогда не отказываюсь от своих слов и несу ответственность до конца, но это не твой случай. - Это было совсем не похоже на Сергея. В его взгляде читалась редкая презрительность, как если бы он увидел самое мерзкое создание в своей жизни. Костенко на Онегину не смотрел так даже в допросной. - Я особенная? - В том-то и дело, что нет. Тебе отец рассказывал, как нужно отрабатывать хорошие вещи от хороших людей? - Женя уставилась на него, как на восьмое чудо света. - Вперед. Либо так, либо уходи. - Сергей привстал на колени и потянул руки к телу Онегиной, блуждая ими, изучая все, до чего так и не прикоснулся в камере. Следы от сильных рук горели и оставались отпечатком позора, который не смоешь и не сотрешь ни одной мочалкой с жесткой щетиной. Женя задохнулась от своего крика.