Наша общая мечта...

И все－таки, тренироваться тоже надо было. Элейн взяла пока что такого противника, который станет учить ее хоть чему－нибудь－это была девушка не очень высокого роста, с голубыми глазами и волосами цветом как у Армина, можно сказать это была женская копия Арлерта. Ее звали Энни Леонхарт. Элейн узнала о ней с помощью Йегера, ведь он расхваливал ее как только мог, мол, она очень сильный противник и она научила его многим приемам, но к сожалению она пропала, точно также как и Эрен после битвы с Женской Особью, но к счастью, когда Элли отвели в замок, чтобы она очухалась, Леви и Микаса поспешили за Особью и, перерезав ей рот отобрали Эрена. Но потом зеленоглазого передали властям, но все же сейчас все хорошо, что не может не радовать. Все это Элли узнала по рассказам Армина, когда они сидели в библиотеке и разговаривали по душам. Но так как Леонхарт не было, новая Аккерман решила, что попросит о совместной тренировки Микасу, тем самым у нее будет возможность рассказать ей о своей новой фамилии. Конечно, Элейн было страшно, ведь кто знает, как отреагирует человек, которого она нормально не проанализировала, что какая－то незнакомка взяла такую же фамлию. —Жанусик, а не подскажешь, где Микаса?—спросила русоволосая, пытаясь сделать так, чтобы Кирштайн взбесился и она бы быстро ушла, не дав ему ничего сказать. —Что за Жансуик, а? И нет, Микасу я, к сожалению не видел, и если ты знаешь, где Эрен, то восемьдесят процентов из ста, что Микаса рядом с ним. И кстати, больше не смей называть меня так—гордо сказал парень и поморщив нос, отвернулся, демонстрируя свою обиду. —Смотри не пукни от злости—ответила Элейн и поспешила уйти, чтобы не развязать спор. —Ч－что ты сказала?!—сначала тихо произнес слово 《что》Кирштайн, но потом, повысив голос опять заткнулся, ведь Капитан где－то поблизости и он не очень любит, когда шумят. —Саш, не видела Эрена?—начала расспрашивать уже Браус Элейн, тем самым пробуя совет Жана. —Должен быть на заднем дворе, он тренируется там, с Ханджи наверное, опыты опять ставит—ответила девушка, посмеявшись. —Спасибочки!—сказала Элли и поспешила удрать. Наконец－таки она увидела их двоих, голубков. Девушка давно заметила, как Аккерман смотрит на Йегера, но увы, он не очень замечал это. —Эй, ребята,привет!—закричала девушка. —Привет, Элли—ответил зеленоглазый, но Микаса осталась в стороне и ничего не ответила. Тогда, зеленоглазая решила подойти к ней самой и шепнуть: —Хотела попросить потренироваться с тобой, и плюс ко всему, мне надо рассказать тебе кое о чем. —Эрен, мы пойдем—коротко возгласила Аккерман и взяв под руку другую, новую Аккерман, ушла. С Микасой все было по－другому от начала того, что она была холодна, и открывалась избранным, поэтому Элли чувствовала себя не в своей тарелке. Она чувствовала себя обязанной перед ней, будто бы по сравнению с этой неповторимой азиаткой, она никто. Хотя так и было, если сравнивать их как солдатов. —Ну так что хотела, говори—требовательным голосом сказала Аккерман. —Н－но мы разве не б－будем тренироваться?—спросила девушка. 《О Господи, какого черта я вообще заикаюсь》—пронеслось в голове у зеленоглазой. —А зачем мне это? —П－просто ты очень сильная, я вдохновлена тобой... —Ладно, —ответила Микаса,кажется, она смягчилась после этих слов, так держать!—Только вот, ты должна рассказать мне сначала, что ты хотела сказать. Это был страшный момент, не зная как описать это словами по порядку, Элли выдохнула и на вздохе быстро пролепетала, тем самым сильно зажмурившись: —Капрал Леви дал мне вашу фамилию. Хоть Микаса и пыталась скрыть свои удивленные эмоции, ее зрачки все же расширились на несколько секунд, но все же они стали обычными тоже за несколько секунд. —Круто, я поздравляю тебя—сказала Аккерман. —И т－ты ни капли не злишься?—осторожна спросила другая Аккерман. —А зачем мне злиться? —Н－ну потому что...это ведь твоя фамилия, и теперь я ношу ее без твоего спроса! —Оставь это, Элейн, нам всем сейчас уж точно не до фамилий, время подходит уже к вечеру, уж больно долго мы на улице находимся после построения, так что давай не тратить время, и начнем тренироваться. —Х－хорошо. Встав в стойку, Микаса ждала, когда ее ударят, чтобы потом вывернуть руку соперника. —Ну ты чего, нападай же—произнесла нетерпеливо азиатка. —А к－как?—неловко спросила Аккерман. —Значит давай начнем с самого легкого, приемы в рукопашном бою. Я думаю, что в борьбе с титанами это не очень понадобится, но все же, все кадеты начинали учиться именно с этого, а потом уже ты освоишь клинки и как ими убивать. —Уб－бивать?—удивленно спросила девушка. —Да, убивать, ты когда поступала в развед отряд, думала мышей будешь ловить? Так что я научу тебя пару приемам: боковой удар, прямой удар рукой и прямой удар ногой. На сегодня тебе этого хватит. —Спасибо т－тебе большое! Они занимались минимум полтора часа, Микаса была очень требовательна, и относилась к этому очень ответсвенно. Элейн－по натуре девушка хрупкая, как Криста （настоящее имя она еще не раскрыла）, и поэтому ей было не так легко наносить удары. Но все же, когда пытка закончилась и азиатка ушла, к сожалению пришел разъяренный Кирштайн. —Вай, Жанусик, с тобой－то что?—спросила Элли и ехидно ухмыльнулась. —Со мной что?! Да меня Капитан Леви заставил бегать и искать тебя по всему развед корпусу, если ты не забыла, то нам еще драить конюшни и говно лошадей, что будешь делать ты, а не я!—ответил тот, раздувая ноздри. —Да ты сам как лошадиное говно—высказалась та. —Пошла ты, это было обидно, этот Эрен итак не может угомониться с шутками, что я лошадь. —Ладно, прости, Жанусик. —Что?!—удивленно спросил тот. —Что слышал, а теперь пойдем убираться. Устало вздохнув, Кирштайн пошел за ней. Дойдя до конюшни, где немного воняло навозом, они принялись убираться. Но конечно же убиралась одна Элли, а Жан только делал вид и ворчал себе под нос. —Господи, не знаешь сколько время?—спросила девушка. —Понятие не имею—ответил Кирштайн и начал деловито рассматривать свои ногти. —Да ты вообще убираешься?! —А ты как видишь? —Вижу, что ты безмозглый лентяй, я свою половину сделала и ухожу, а ты делай свою, достал!—сказала Аккерман и кинув принадлежности, ушла. Элейн все еще думала о своей новой фамилии, и не рассказывала это своим друзьям, потому что почему－то боялась, и она решила, что об этом узнают, когда будет перекличка. Плюс ко вмему по дороге в столовую она еще вспомнила об Армине, и густо покраснела. —О, Саша, не подскажешь сколько время?—спросила только подошевшая русоволосая. —Не знаю, около девяти или восьми наверное—ответила девушка. И только сейчас Элейн поняла, как она хочет пить, кушать, и как она соскучилась по Армину, когда увидела, как уплетает свой ужин Браус —Кстати, а ты не знаешь, кто в библиотеке?—осторожно спросила зеленоглазая, чтобы не спалиться , что ищет блондина, ведь боялась подколов в ее адрес. —Кажется, там был Армин, его заставили нарисовать какой－то чертеж, ведь из всех, кто свободен, красиво рисует только он. Но по правде самый настоящий потенциал рисования , это у Жана, вот он, уж точно красиво рисует—ответила Саша. Взяв свою порцию, Элли быстро ее съела , и сама не понимая зачем, направилась в библиотеку, ожидая увидеть там Арлерта. И интуиция ее не подвела. —О п－привет, Элли, я тут рисую—неловко поздоровался голубоглазый и попытался спрятать свой рисунок, почему－то стыдясь его. Щеки его покраснели еще сильнее, когда он вспомнил утреннюю ситуацию. Когда Армин сказал не Элейн, а Элли, то у нее внутри все растаяло, кажется, если ей не изменяет память, то он впервые ее так назвал. —О, и тебе п－привет, а можно посмотреть на твой рисунок—попросила умоляющими глазками Элейн. —Д－давай не надо?—сказал Арлерт пытаясь не обидеть ее своим ответом, ведь кажется, он рисовал совсем не чертеж, а кое－что другое. Внезапно Аккерман пошла за его спину, где стоял стол и на нем рисунок, который блондин тщательно прятал, и взяв его ахнула, а Армин закрыл глаза, ожидая нового позора. —О боже, какой же красивый пейзаж, это же море! Ты рассказывал о нем, оно такое красивое у тебя получилось!—высказала свое мнение Элли. —Т－ты правда так думаешь?—смущенно спросил Арлерт и покраснел. —Конечно! —Но п－по правде, я даже еще не начинал рисовать чертеж, так что это будет долго, поэтому иди, не жди м－меня, я задержусь здесь, а то т－ты завтра не встанешь. Только сейчас Элейн заметила матрас в уголке комнаты, и поняла, что он собирался переночевать здесь, а совести у зеленоглазой хватало, и она просто не могла оставить своего друга без помощи. —Эй, не унывай, я никуда не уйду, а наоброт помогу тебе!—сказала вдруг девушка. —Н－но—хотел возразить Армин, но его перебили: —Без никаких но! Такому требовательному голосу, Арлерт не мог не подчиниться и ответил: —Х－хорошо. Сев за противоположный стул, Элейн взяла карандаш в руку и спросила: —А какой местности надо чертеж рисовать? —Всего замка, Капрал Леви, и г－главнокомандующий Эрвин Смит, кажется хотят что－то сделать, поэтому и попросили нарисовать—ответил парень и опустил взгляд на рисунок, чтобы не пересекаться им с Элли. Рисовали они часа два, пытаясь сделать работу более реалистичней, иногда, когда эти двое пытались достать руками и взглядом до середины картины, но не доставали, им приходилось подниматья со стульев и в один такой момент, лицо Армина и Элейн было на сантиметров пять друг от друга, они оба одинаково и одновременно покраснев, сели на свои места. Когда работа была закончена, Аккерман встала со стула, и легла на матрас, сказала: —Уф, у меня сил на поход в комнату не осталось. —И у м－меня. Руки и голова у них неимоверно болели, а организм требовал сна. —Эй, Армин, ты чего, ложись, поговорим, отдохнем, а потом пойдем по комнатам—предложила Элли. Арлерт покраснел, но все же лег. Лежали они спиной, и русоволосая попросила у блондина рассказать что－нибудь. Найдя подходящий рассказ из своей жизни, голубоглазый начал рассказать, о том, как они с Эреном и Микасой пошли на рынок и закупились сладостями. Когда он р говорил об этом его глаза светились, и был слышен милый смех Элли, когда наступали в момент рассказа смешные ситуации. В один миг, оба голоса притихли, голос Элейн, потому, что она заснула, а голос Армин, потому, что он задумался и начав витать в облаках, не заметил как и сам уснул. Вид у обоих был довольно милый, чтобы улыбнуться какому－нибудь прохожему, если он увидит их.