Наша общая мечта...

Армина вызвал к себе главнокомандующий и начал допрашивать, на что Арлерт отвечал гораздо спокойнее, чем когда только вошёл в его кабинет. Его мысли были забиты ею. Элейн. Как она? Почему она не просыпается? Проснется ли она вообще? Пессимизм атаковал мысли и голову голубоглазого. Что с ним сейчас? Ведь в таких ситуациях он думал только о хорошем исходе, что, чёрт возьми, с ним сегодня не так?! Наконец, выйдя от Смита, Армин почувствовал себя ужасно усталым, но даже не смотря на это, зашел в лазарет, в надежде на то, что Аккерман все-таки встала. Но нет. Она всё ещё лежит. —Что же с тобой стряслось?—обеспокоенно шепчет тот и вспоминая поцелуй в щеку немного покрывается румянцем, молясь всем Богам, чтобы Элли не видела или не чувствовала этого. Сам не зная почему, но интуиция подсказала ему потрогать лоб девушки. Аккуратно и нежно положив свою красивую, чуть женоподобную, с выступающими венками руку, Арлерт удивился, ведь сейчас Элейн была, как кипяток! Армин довольно-таки хорошо знал как следует обращаться с человеком в таких ситуациях. Поэтому он взял дело в свои руки, ведь эта ленивая врачиха ушла спать себе в коморку, а спит она, как настоящий медведь, впавший в спячку! Встав, блондин начал рыскать по полкам, надеясь найти хоть что-нибудь полезное, например, аптечку. Наконец найдя то, что он искал, Арлерт зажег свечку — потемнело все-таки. Для многих других, обстановка в таком свете, наедине, с заботой друг о друге, показалась бы интимной, но точно не такому безобидному солнышку, как Армину. Открыв аптечку парень начал руками искать тряпку. Найдя какой-то старый кусок ткани, он налил в миску холодной воды и окунул её, после, выжимая. Подойдя к Элли, голубоглазый положил на её, покрывшийся испариной от жара, лоб, прохладную тряпку. Он хорошо понимал, что температура поднялась из-за беспечности этой чуть наглой, но такой смущенной при нём девчонки. Она вымотала себя как могла, ничего не ев и занимаясь спаррингом, плюсом ко всему на холодной природе. Как тут не заболеть? Всё так же смачивая ткань по несколько раз за десять минут, Армин заворожённо смотрел, на лицо, которое выражало то спокойствие, то борьбу с вирусом в организме. Арлерту было плевать на то, что он тоже может заразиться, поэтому очнувшись от транса, он пошел искать еще что-нибудь для сбиения температуры. Вспомнив, чему учил его дедушка, пока был жив, блондин, подойдя к Аккерман стянул с неё одеяло. Всё потому, что, когда у человека сильная температура, накрываться нежелательно. Чуть засмотревшись на приоткрытый голый живот русоволосой, вид на который, открылся из-за постоянных вертений девушки, поэтому футболка задернулась наверх, а Армин даже не обратил на это особого внимания спокойно положив одеяло рядом с ней. Но он был уверен, что был бы здесь кто－нибудь другой, то уже бы выбежал отсюда со стояком, ведь не каждый день такое увидишь. В развед-корпусе строго запрещены отношения, кроме как товарищеские. Если только любовные отношения не мешают помогать человечеству, но таких пар было очень мало. Каждый очень волновался друг за друга, поэтому Эрвин поставил этот пункт под вопрос. Любви в развед-отряде не могло быть. В жизни с титанами и постоянными убийствами романтические отношения отходят на самое последнее место, о чём только можно задумываться. А если и любовь была, то она доставляла столько же боли, как и удовольствия, ведь кто знает, твой партнер может завтра на вылазке умереть. Армин также мимолетно поправил футболку зелноглазой, ведь в помещении все-таки холодно, а она без одеяла лежит. Взяв тряпку в руки, Армин снова потрогал лоб девушки, и понял, что температура немного спала, но было бы ещё лучше, если бы она проснулась, чтобы покушать. Не думая ни о чём, Арлерт опять сел на твердую то ли табуретку, то ли стул, начав гладить макушку Элейн. Она была немного потной, опять-таки из-за высокой температуры. Но это совсем не отвращало, даже наоборот, она выглядила сейчас, как настоящий ребенок, которому плохо, но ему никто не может помочь. Голубоглазый парень тихо слушал сопение девушки и наблюдал за её лицом, пока сам не опрокинул свою голову на кровать, где сейчас лежала Аккерман, и заснул. Он сегодня слишком устал.

***

Снова этот сон: он, Эрен, Микаса и дедушка стоят на берегу обширного моря и обширно улыбаются во все тридацать два. Все они сейчас счастливы, они не думают ни о ком и ни о чём, кроме как искупаться в соленой воде. Столько ракушек! Армин в восторге, ему не передать своих чувств, которые заполняют его душу и сердце. От радости, наверное, сейчас польются слезы! Эрен, как младенец, начинает брызгать Арлерта водой, от чего тот отмахивается руками и весело смеётся. Его дедуля смотрит на внука с настоящей гордостью в глазах, за то, что вырастил такого честного и добродушного человека. Титанов нет и не было в таком красочном сне. Даже сама Микаса, которая не всегда проявляет свои настоящие эмоции, сейчас обнимает Йегера, а он в ответ прижимает её к себе. Блондин садиться на песок и начинает что-то рисовать палкой на нем. Сейчас им всем по тринадцать, сейчас они счастливы, сейчас они в хорошем детстве, которое не предвещает ничего плохого, но только до того момента, пока Армин Арлерт не проснется.