Сломанный (Не подлежит ремонту)

      Нормальная, мирная жизнь была одной из тех вещей, о которых Сириус Блэк не имел ни малейшего представления. Некоторые сказали бы, что это счастье — всегда иметь вечное движение в своей жизни, но в его случае это оказалось проклятьем.       С самого раннего возраста у Сириуса была эта мятежная жилка, которая, вероятно могла разрушить всё нормальное, и по мере того, как он рос, его желание выходить за рамки всё возрастало. Иногда это было просто ради того, чтобы показать миру своё упрямство, но в большинстве случаев он действительно имел смысл восстать.       Когда Сириуса учили быть чистокровным маньяком, он взбунтовался. Когда семья сказала ему, что он должен гордиться ими, следовать по их стопам и быть частью Слизерина, он взбунтовался. Даже когда сама жизнь захлопнула свои двери перед его носом, он восстал без малейших признаков раскаяния.       Но впервые за свою жизнь Сириус сожалел о каждом мятежном поступке, который он когда-либо совершал, и больше всего на свете хотел вернуться назад во времени и изменить весь ход своей истории.       Это случилось ночью. Тёмная и дождливая ночь, в которой чувствовались уныние и отчаяние, как будто весь его мир внезапно наполнился бездушными дементорами, которых он всегда боялся и презирал. Как обычно, Сириус был на одной из смертельных миссий, в которые он бросался с головой, не заботясь о том, вернётся ли он живым или нет, тогда как если дело казалось Ордена, Блэк был очень бдительным и ответственным человеком, в отличие от своего предпочтительного беззаботного «Я».       Он всегда добровольно участвовал в самоубийственный миссиях, всегда стремился на встречу опасностям. Это вызывало восхищение в Ордене, но не одобрялось его ближайшими друзьями, потому что хоть они и ценили его благородство и его волю к спасению жизней, они ненавидели то, как безрассудно и почти небрежно он относился к своей собственной.        Но никто из них не знал, что это всё делается для того, чтобы как можно больше сдерживать тьму внутри него.        Сириус боялся многих вещей во время своей подростковой жизни. Некоторые уже произошли и сломали какую-то часть внутри него, и некоторые худшие сценарии, при которых он желал бы лучше умереть, чем быть свидетелем. Тем не менее, одна из вещей, которые мучали его и день, и ночь, была идея о том, что он поддался тьме, которая, как он знал, была похоронена где-то внутри него, скрытая от света и ожидающая возможности выйти и разрушить всё, что он строил всю жизнь. Было очень мучительно представлять себе, что тьма контролирует и ведёт его к самым удачным действиям, потому что он знал, что тогда не сможет дать отпор и остановить своего собственного дьявола.        И именно поэтому Сириус всегда был непреклонен и всегда стремился помочь, так как знал, что не может позволить своей доброте ускользнуть из его пальцев, иначе последствия будут необратимыми для всех.       Но вряд-ли хоть один человек когда-либо знал это.       Миссия состояла в том, чтобы проникнуть в заброшенный особняк, дабы найти некоторых членов ордена, которые пропали без вести. Планировалось, что пятеро из них пойдут в это место, поскольку они не были слишком уверены в достоверности информации, и в конце концов они надеялись, как обычно, что вернуться в целости и сохранности.       Конечно, всё пошло не так, как планировалось.        Оказалось, что они отправились в пещеру, в которой Пожиратели Смерти прятались, ожидая прибытия людей из Ордена, чтобы убить их. Члены Ордена были в меньшинстве, но всё же смогли победить большинство противников после многочасовых дуэлей, оставив их усталыми и избитыми.       И всё же, несмотря на все раны и шрамы, полученные Сириусом в ту ночь, ничто не могло быть более болезненным, чем ошеломляющая новость, которую он не ожидал, замаскированная в простой фразе и несущаяся к нему, дразня его своим существованием и готовая покончить с ним раз и навсегда. Он стоял, прислонившись к стене, переводя дух и собираясь продолжить дуэльную ночь, как вдруг к нему бросается Пожиратель Смерти в маске, который, судя по его фигуре, был очень молодым. —Хочешь встретиться со своим братом в аду, Блэк?       И этого было достаточно, чтобы полностью ошеломить Сириуса, как умственно, так и физически.       Хотя внешне всегда казалось, что Сириус был очень жёстким и эмоционально невозмутимым человеком, тем не менее, он был так далёк от этого в ту конкретную секунду. Он просто смотрел на Пожирателя Смерти в маске перед собой, чувствуя его голос, даже если он был не очень чётким, и даже не потрудился ответить, когда противник молча обезоружил его, потому что всё его тело начало дрожать.        —Так грустно, не правда ли? — насмешливо спросил таинственный последователь, и в его юном голосе отчётливо слышалось насмешка и полное недоверие. «Будь рад, что он получил милость Тёмного Лорда и просто умер — продолжал он, подходя ближе к Сириусу и хватая его за одежду, приближая своё лицо в маске к лицу Сириуса и медленно шепча, — Радуйся, что он не получил пыток, которые верные последователи получают за страх и ошибки. — Ты идеальный образец любящего человека. Идеальный образец Брата .       И с этими словами Пожиратель Смерти внезапно аппарировал вместе с ним в какой-то пугающий лес, ни на секунду не ослабляя своей стальной хватки на Сириусе и не снимая свою маску.       Для Сириуса ничего не имело смысла. Он ничего не мог понять и даже думать о том, чтобы принять. Всё стало искажённым и расплывчатым — от информации, которую он получал, до его зрения и остальных органов чувств. Он не мог точно определить, что именно происходить внутри него, но что-то на задворках сознания твердило, что он уже не чувствует себя живым. Казалось, что это был конец, беззащитный перед Пожирателем Смерти, сообщающим ему ужасные новости. Он понятия не имел, правда это или нет.        И Сириус в глубине души надеялся, что то, что он слышал было фальшивкой, просто средством дабы уничтожить его. И всё же всё, о чём говорил этот неизвестный, полный ненависти Пожиратель Смерти, звучало правдиво, как будто он тоже безумно горевал.        И его жизнь буквально не имела значения.        Круцио — Пожиратель Смерти внезапно выкрикнул заклинание. Сириус даже не застонал, как будто причинённая боль была ничем по сравнению с агонией, которая уже начала поглощать его.       — Это из-за тебя он умер, Блэк — злобно сказал он, понимая, что его слова тоже причиняют боль — Это из-за тебя всё пошло наперекосяк. Всё покатилось с грёбаной горы. Если бы ты просто остался в этой извращённой семье НИЧЕГО этого не случилось бы с ним. Но нет, — ехидно продолжал он, повышая голос и причиняя Сириусу ещё большую боль, пока тот не оказался на земле из-за этого, сидя на четвереньках и согнув шею так, чтобы слёзы стыда, которые начали литься по его лицу, не были видны. — Тебе надо было просто выпендриться. Взбунтоваться и оставить его одного, разбираться со всем дерьмом, которые ты оставил!       — Он был моим другом, Блэк — медленно пробормотал Пожиратель, одновременно выпуская проклятье Круциатуса, чтобы Сириус мог правильно расслышать всё, что он хотел сказать. — Он был моим другом, и с тех пор, как ты уехал, я ни разу не видел, что бы он улыбался искренней, непринуждённой улыбкой, потому что весь происходящий ужас, не позволял счастью проникнуть в его жизнь. Ни разу он не казался мне тем человеком, который был, когда я впервые встретил его, и ни разу он не был похож на него. Минутку, разве я не заметил паранойю, которой он внезапно начал страдать? Всё из-за грёбаного всемогущего брата, который предпочитал действовать в одиночку, что заставило его единственного брата умереть в восемнадцать лет без тела, которое можно было бы найти и похоронить. Великая честь да, Блэк?        — И знаешь что? — снова заговорил незнакомец после короткого молчания, его голос был полон ещё большей обиды и враждебности. — Я не убью тебя Блэк, даже если одним движением руки могу стереть тебя со всей Вселенной и уничтожить. Поверь мне, я с искренней радостью сделал бы это...Но ты заслуживаешь жить с осознанием боли, которую причинил Регулусу.       И как будто Сириус был куском грязи, Барти Крауч-младший грубо отшвырнул его прочь со всей ненавистью, которая переполняла его по отношению к Блэку за то, что он привёл его единственного друга к смерти, и оставил его осознавать и оплакивать весь причинённый ущерб.       Как забавно, что годы спустя, когда Сириус увидел Барти за решёткой Азкабана, всё, что он увидел в нём было то, каким молодым и потерянным он казался, недостойным такого места, и как ему было больно, когда он увидел, как молодой Регулус на мгновение вспыхнул в глазах заключённого, никогда не догадываясь, что именно он разбил душу этого парня.

***

      Пожиратель Смерти исчез, и всё же Сириус был не один, появились другие мучительные спутники дабы завершить дело, начатое мистическим незнакомцем и сломать его ещё больше. Воспоминания        Его проблема с воспоминаниями заключалась не в том, что они существовали, а в том, что он был так упорен, что бы спрятать их в укромном уголке своего разума дабы спастись от их мучений. Забавно, что некоторые люди считают воспоминания чем-то драгоценном, что их нужно искать во время агонии, чтобы облегчить боль, в то время как на Сириуса это произвело совершенно обратное действие.       Потому что всё, что они делали, это напоминали ему о том, каким ужасным братом он был.       Всё они пришли, поглощая его разум и заставляя его надтреснуто рыдать и молить о том, чтобы они прекратились.       — Ты же мой брат, Регулус! — ТОГДА ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ПОМНИТЬ ОБ ЭТОМ ПЕРЕД ТЕМ, КАК СБЕЖАТЬ!       — Нет, пожалуйста, нет... — прохрипел он, весь дрожа и краснея, не зная, как справиться с этой невыносимой душевной болью.        А как насчёт свободы, которая причиняет боль другим? Это тоже справедливо?        Даже дыхание в этот момент стало проблемой для Сириуса, всё его вздохи были наполнены рыданиями и надтреснутыми повторяющимися словами, обращёнными в пустоту. "Это не так, совсем не так. Клянусь, это не так." — он продолжал говорить, как будто Регулус был перед ним, произнося свой обвиняющий холодный вердикт, точно так же, как и в первый раз, когда он произнес эти слова.        Ты бросил меня Сириус. И тебе было всё равно...       — Регулус... — повторял он как мантру, имя, которое он никогда больше не сможет произнести лично.. — Мне очень жаль... Мне очень жаль, Регулус. — он выдохнул, слёзы быстро катились по его щекам, всё это причиняло ему физическую и душевную боль.        Твои угрызения совести уже никогда не смогут залечить дыру, которую ты уже проделал внутри меня.       И с появлением этого воспоминания всё его рыдания резко прекратились.        Что я наделал —спросил он себя тихим шёпотом, не веря, как он мог бросить того, который всегда стоял рядом с ним, когда они были ещё детьми, любил его, несмотря ни на что. Как он мог быть настолько эгоистичным, настолько слепым, чтобы не понять, что Регулус слишком молод и не должен оставаться один на один с фашистами вроде его родителей, которые распоряжались его жизнью?       Теперь он вполне может подтвердить, что в нём не осталось и следа самоуважения после того, что он натворил и что случилось впоследствии его действий.       И это заставило его снова зарыдать, на этот раз ещё сильнее. Его тело горело, как будто кто-то бросил его в огненную бездну, и всё, что он мог сделать, это крикнуть в небо тот же самый вопрос, который он задал себе пару минут назад, надеясь получить хоть какой-то ответ.       — ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, Я НАДЕЛАЛ!?       Если всего этого было недостаточно, то паническая атака также пришла и питалась его душой, высасывая её и бросая в целый мир, состоящий исключительно из тревоги и страдания. Всё его тело было покрыто холодным потом, и всё, что он мог делать, это дрожать. На самом деле это чувство было для него совсем не новым, так как он привык к нему, когда был ещё маленьким мальчиком, но жизнь в течение длительного периода времени, не испытывая его всерьёз, сделала всё только хуже.       И это действительно было поразительно, как человек, который сражается почти ежедневно, мог скрывать такие страдания и так долго, что бы в одно мгновение всё взорвалось, и он полностью сломался.       Он сражался почти ежедневно, но не мог бороться со своими адскими мыслями.       Всё это было так странно для него, всё это сбивало с толку и изматывало, потому что Сириус никогда не позволял своим эмоциям управлять им так, как сейчас.       У него больше не было ни малейшего грёбаного представления о том, как сопротивляться.        Сириус никогда даже не признавался Регулусу, что его существование сыграло важную роль в жизни старшего брата, принимая участие в формировании его таким, каким он был, потому что он был его Братом из плоти и крови. Потерять его сейчас было не тоже самое, что потерять конечность или орган, это более ужасно, он чувствовал, что полностью потерял понимание того, кем он был, и его душа просто чувствовала себя чужой в этом теле.       Он не знал, что делать из-за противоречия эмоций внутри него. В одну секунду он почувствовал страх, гнев, боль, раздражение, истощение, искалеченность и просто чёртов стыд.       Всё было напрасно.       Ты — причина, по которой он...мёртв! — сказал Пожиратель Смерти ,и ни одна клетка мозга или нерв не могли опровергнуть это утверждение, потому что был прав . Сириус знал, что он был виноват во всём, что случилось с его младшим братом. Он оставил Регулуса одного, боясь бунта, которое в конечном счёте привело к этому сокрушительному моменту. Он понятия не имел, как жить с чувством вины и ужаса, потому что посреди всего этого Сириус не замечал, как он тоже молод и хрупок. Он не понимал, что не несёт ответственности за каждое принятое другими решение каким бы ужасным оно не казалось. Он просто не мог принять, что это не всегда его ошибка.       Мысль о том, чтобы просто покончить со всей ноющей болью, которую он чувствовал, приходила ему в голову, даже если он и осознавал, что это не было правильным решением , но это наверняка остановит пылающий огонь внутри него от дальнейшего опаления его обожжённого сердца, и всё же он был слишком слаб, чтобы сознательно встретить смерть. Его душа продолжала кричать ему, чтобы он искал утешения любого вида, но его ум продолжал повторять ему, что он недостоин какого-либо сострадания или тепла.       Ты заслуживаешь жить с осознанием боли, которую причинил Регулусу.       Эта боль казалась бесконечной, как будто попала в петлю непреодолимой силы, пытающейся прорваться сквозь непробиваемый щит. Он просто хотел, чтобы это прекратилось, потому что это было...слишком. Казалось все маски, которые он носил на протяжении многих лет, защищающих его разум, рассыпались и разваливались таким образом, что они никогда не будут восстановлены вновь. Теперь весь огромный мир заметит, что сломанный Сириус Блэк действительно был в нём.       Сириус даже не знал, что мучило его больше: то, что единственный брат был мёртв, или то, что он подвёл его и бросил, когда Регулус нуждался в нём больше всего.        Как глупо было с его стороны не заметить знаки, когда они виделись в последний раз. Каким же тупым мог он быть, что бы не увидеть отчаянный, завуалированный призыв о помощи, который Регулус так искусно скрывал. Как же блять по идиотски он поступил, не заставил его уйти с этой дороги, когда Регулус уже даже признался, что он сделал. Что же он за Брат, если все эти годы подводил своего младшего брата, не делая ничего, чтобы спасти его? Как он мог просто принять то, что сделал, и жить с этим?       Прошли часы, прежде чем его слёзы прекратились, его тело больше не слушалось его, так как оно было истощено от пыток, которые он получил раньше. Он начал подниматься, трижды падая, прежде чем смог удержаться на ногах, и стеклянным взором осматривал всё вокруг в поисках своей потерянной палочки.       Как будто сам Бог помогает ему, он обнаружил, что его палочка было брошена рядом. Его даже не волновало, что аппарация, через которую он должен был сделать, может сломать его пополам, когда он едва может стоять, но ничто кажется, больше не имело для него значения.       Ещё одно счастье, что Сириус, не пострадав, смог подойти к дому самой доброй души, которая могла бы помочь ослабить мучительную боль, которую он испытывал, даже если он знал, что больше не должен связывать себя с ними, потому что всё, что он делал, это вёл своих близких людей к смерти. Всё ещё погруженный в раздумья о том, хватит ли у него сил развернуться и уйти, он не замети, как его подруга открыла дверь и замерла от мучительного и ужасного вида парня.       Сириус? — тихо прошептала Лили Поттер, протягивая руку, чтобы обнять его, но тут же отпрянула, увидев, что он невольно вздрогнул от её прикосновения по какой-то непонятной причине.       Мёртв — монотонно произнёс Сириус, словно косвенно описывая своё нынешнее состояние. — Он мёртв, Лили.       Он больше не мог этого выносить и потерял сознание.