The Riverman

Яркие отблески синих и красных огней разрезают темноту перед Торнхиллом. Полиция пребывает в поместье около часа ночи, спустя почти два часа после звонка молодой девушки, которая встречает их на въезде. Её спутанные рыжие волосы падают на лицо, размазанный от слез макияж делает её старше. Безумный взгляд и дрожащие руки заставляют шерифа округа Лэйн, Тома Келлера нахмурить брови. - Матерь Божья... - шепчет он прикрывая рукой рот. До перевода в другой округ он был шерифом этого сонного городка. Том повидал много странностей за период своей службы, но ему никогда не забыть ту ужасную картину, когда он приехал в поместье чуть больше десяти лет назад, чтобы сообщить её владельцам ужасную новость о гибели маленького рыжего мальчика. Девушка напоминает ему Пенелопу Блоссом. Женщина билась в истерике, крича и нанося бывшему шерифу пощечины, прежде чем высокий седеющий рыжий мужчина сумел оттащить её от него. Том уверен, что Шерил до ужаса похожа сейчас на свою мать. Девушка плачет, истерично указывая на распахнутые массивные двери. Все, что Келлер может разобрать это обрывочные фразы, в которых мелькают слова "убийство и трупы". Этого достаточно, чтобы седой мужчина выхватил пистолет из кобуры, отдавая остальным приказ следовать за ним. Внутри особняка чертовски темно до того момента, пока один из полицейских не зажигает электричество. Они следуют прямо в гостиную, где по утверждениям девушки случилось убийство. Их встречают лишь безмолвные стены, обитые дорогой драпировкой, тлеющие угли в камине и пустой стол, готовый принять не меньше 15 персон. - Мисс Блоссом, это какая-то чертова шутка?! - рявкает шериф, заставляя девушки за его спиной съежиться. Её глаза раскрыты, трясущимися руками она продолжает указывать на стол, шепча одну и ту же фразу на повторе. - Он здесь был, он здесь был...он был... - Шерил пятится назад, ударяя по рукам офицера, пытающегося успокоить девушку. - Лучше не делай этого, приятель! - высокая блондинка в черной кожанке отталкивает парня в грудь, защитно обнимая Шерил. - Мисс Чандлер? - Келлер морщится. Ему не хватало здесь только подонков с Южной стороны. Хезер не обращает на Келлера никакого внимания, продолжая держать рыжую в руках.

***

- Слушай мой голос... - девушка едва может различить шепот над своим правым ухом. Чьё-то теплое дыхание опаляет её кожу, заставляя открыть глаза. Комната погружена во тьму. Точнее камера, без окон. Тони не знает, сколько времени она провела вот так, на грани мира снов и жуткой реальности. Мучители не позволяют Топаз окончательно прийти в себя. Стоит девушке проснуться, как её уже ждет новая доза. Тони не уверенна, что именно они вкалывают, но это точно не стандартные нарколептики. "Ты никогда не выберешься отсюда, если не будешь слушаться, девчонка!" - рявкает монахиня, каждый раз оставляя на смуглой коже синяки, если Тони пытается увернуться от очередной иглы. - Слушай... - шепот становится отчетливее. Топаз собирается с силами и открывает глаза. Конечно же здесь никого нет. Только эти чертовы стены и сдавленные крики других пациентов за ними. Кожа на запястьях горит, Тони только сейчас понимает, что они не скованны наручниками. Чертовы сестры не привязали её этой ночью. Стук. Удар о металл. Тони повторяет про себя, что это всего лишь очередная галлюцинация. Звук становится отчетливее. Теперь он совсем рядом, прямо под её кроватью. - Здесь кто-то есть? - Сдавленный шепот из под кровати заставляет Тони рывком перекинуть ноги на каменный пол, спрыгнув с тонкого матраса. Она теряет равновесие, ударяясь лбом о пол. Теплая жидкость капает на глаза. Тони боится открыть их и столкнуться с нечто, затаившееся под металлическим каркасом. - Я слышу тебя... Топаз пересиливает себя и сталкивается со тьмой. Голос исходит не из под кровати, а из-за стены. Топаз подползает к ней почти вплотную, пытаясь нащупать любое отверстие из которого доносится голос. - Что ты хочешь? - Топаз хрипит, натыкаясь пальцами на маленькую железную решетку вентиляции. - Давно ты здесь? - Я... я не знаю, - искренне отвечает Тони. - Сейчас ночь. Они не приходят ночью. Как тебя зовут? - Тони никогда бы не стала агентом, если бы не анализировала все и вся вокруг себя. Её таинственная ночная спутница явно молодая девушка и она чертовски спокойна. Как вообще можно быть спокойной, когда каждые три часа по твоим венам течет непонятное вещество, а местный персонал имеет полную власть над телом? От этих мыслей детские волоски на ее затылке начинают неприятно шевелиться.

***

Жидкость янтарного цвета разливается по темной столешнице. Трясущимися руками, Шерил подносит к губам то, что еще осталось на дне полупустого стакана с ромом, рывком опрокидывая его содержимое в рот. Тепло разливается по ее горлу, стекая в желудок. Дрожь в руках становится менее заметной. Уже более уверенным движением она до краёв наполняет стакан вновь, прежде чем две бледные ладони накроют её руки. - Шерил, это не выход! - Хезер укоризненно смотрит на девушку перед собой. Шерил видит, как дрожат её скулы, а губы образовывают тонкую линию. Она всегда делала так, когда они сорились и Чандлер злилась на рыжую. - Мне плевать! - Рявкает Блоссом. Злость заполняет её до краев, - ты просто стояла там и смотрела, как они забирают Тони! - Шер...я ничего не могла сделать..., - блондинка крепче сжимает ладони девушки, пытаясь оправдаться. - Правда? - Шерил не позволяет ей закончить, вырывая свои ладони из под цепких пальцев, она яростно толкает Хезер в грудь, - ты ударила меня! Вот что ты сделала. Знаешь что?! Все кончено! Слышишь меня? Ты, двуличная злобная сука. Убирайся из Торнхилла! - Шерил лает, вновь толкая девушку в направлении холла, - Убирайся. Сейчас же, - стиснув зубы шипит рыжая. Из её груди вырываются рыдания, когда дверь за блондинкой захлопывается, на мгновение наполняя столовую холодным осенним ветром. Шерил клянется, что видела тела своих слуг. Она не сошла с ума. Она просто не может. Нельзя сломаться сейчас. Бог знает, что сейчас происходит с Тони и как долго она сможет это выдержать. Шерил пытается найти телефон в кармане своих брюк. Ловким движением она кликает на контакт, вызывая Бетти Купер. Серия гудков продолжает отбивать ритм, прежде чем Блоссом поприветствует веселый голос блондинки, предлагающей ей оставить голосовое, потому что именно сейчас она не может ответить на звонок. - Будь ты проклята, кузина, - рычит рыжая, прокручивая свою записную книгу, прежде чем её внимание привлекает входящий звонок с неизвестного её контактам номера. - Клянусь, Бетти, если ты сейчас развлекаешься с тупоголовым... - Это не Бетти. Шерил никогда раньше не слышала этот голос. Холодный, скрипучий, он словно доносится до нее из самых глубин ада. Паника медленно поднимается по позвоночнику, заставляя тело покрыться мурашками. - Кто это? - Блоссом изо всех сил пытается, чтобы ее голос не дрогнул. - А кем ты хочешь, чтобы я был? Шерил отбрасывает телефон в сторону, словно он способен причинить ей вред. Запри двери. Не будь дурой. может ли он быть все еще здесь? Рой мыслей сбивает девушку. Думай, черт тебя дери! Возьми ситуацию под свой контроль. Рыжая ловко спрыгивает со стула, быстро пересекая холл. Щелчок замка на секунду успокаивает ее сбившееся дыхание. Пока две сильные руки не прижимают Шерил к двери. Заставляя больно удариться головой. Она не успевает даже пискнуть, прежде чем мир перед ней померкнет. Ублюдок прижимает одну ладонь к её глазам настолько плотно, что за веками пляшут звезды. - Ты будешь делать все, что я тебе скажу, - его голос противный и липкий. Словно паутина, страх обволакивает её тело, заставляя его дрожать. - Кивни, если поняла, сука, - он отрывает её от стены, чтобы развернуть к себе и с силой вжать в нее вновь. Слабое хныканье вырывается из груди. Девушка еле заметно кивает. - И первое, я хочу, чтобы ты знала, если попробуешь передать сообщение или вызвать копов, я убью тебя. Но знаешь, кого я убью сначала? - Шерил может буквально чувствовать, как его губы расплываются в дерьмовой ухмылке, когда он это говорит, - твою ненаглядную одержимую подружку со значком. Я заставлю ее так сильно страдать. Да, я могу это сделать! А ты будешь смотреть. - За... что? - Блоссом шепчет. Слезы градом текут по ее бледным щекам, из под кожаной перчатки ублюдка, закрывающей её глаза. Новый удар. Он с силой отрывает ее тело, больно вдавливая его обратно. Теперь его руки больно сжимают бицепсы девушки, оставляя на них синяки. Шерил не может заставить себя открыть глаза и встретиться взглядом с убийцей. - Ты смеешь спрашивать за что? Ты лишила меня всего, сука! - голос угрожающе рычит. Кислое дыхание опаляет её бледное лицо. Шерил искренне не понимает, как она будучи ребенком была способна сознательно лишить кого-то всего.

***

- Меня...зовут Тони. Тони Топаз, - бывший агент ФБР пристально вглядывается в темноту. Её виски пульсируют от боли, а содержимое желудка вот-вот вырвется наружу. Так может быть, только если тело начинает отходить от очередной дозы того дерьма, которое они старательно вливали в нее. - Как ты попала сюда, Тони? - Девушка по ту стороны стены вновь шепчет. Тони может слышать ее ровное дыхание. Возможно, она почтит вплотную прижимается к решетке вентиляции, лежа на полу. Топаз делает тоже самое. - Я... я не не помню. Меня привезли силой, - розоволосая прижимается к холодному грязному полу, всматриваясь во тьму по ту сторону решетки. Ни единого движения. Что за черт? - А как тебя зовут? - Тони правда старается, чтобы несмотря на мелкую дрожь, которая пронзает ее тело, голос звучал как можно спокойнее. Сейчас эта девушка возможно единственная, кто сможет ей помочь. - Тони, мне жаль, но я не могу сказать. Я даже не помню, сколько времени они держат меня здесь. Но мне... я так рада, что появилась ты, - Топаз может почувствовать легкие нотки радости в ее голосе, возможно незнакомка даже улыбается ей. В пульсирующей от боли голове мулатки рождается план. - Послушай, - Тони берет все силы в кулак, стараясь быть как можно убедительнее, - я агент ФБР и я вытащу нас отсюда, но мне нужна твоя помощь. Как думаешь, если я попрошу, ты сможешь сделать для меня кое что? - Тони молится, чтобы ответ незнакомки был положительным.

***

Бетти Купер держит в руках массивную статуэтку. Стоя за углом, она мысленно рассчитывает, с какой силой должен быть нанесен удар, чтобы он проломил череп больного ублюдка, похитившего ее. Скрип шагов по половицам заставляет её принять боевую стойку. Купер задерживает дыхание и считает до трех, прежде чем резко опустить массивный предмет на то место, где по ее расчетам сейчас находится голова Баклана. Статуэтка с грохотом ударяется о куртку с меховым воротником, с надписью "Шериф Твин Риверс", разлетаясь вдребезги. Джонс Младший испускает вопль, прежде чем Купер валит его на землю, пиная ногами по ребрам. - Бетти...стой! Бе... - Джонс хрипит стараясь увернуться от удара, он откатывается в другую сторону, пытаясь встать на шаткие ноги. Бетти не глупая, она знает, что это ее шанс. Еще раз с силой толкнув парня в грудь, она со всех ног бежит к входной двери. Вздох разочарования срывается с ее губ, когда дверная ручка не поворачивается до упора. Ублюдок запер ее. Блондинка лихорадочно вспоминает, где могут находиться другие выходы, ловко перепрыгивая через софу в гостиной, она достигает двери черного хода. Рывок ручки. Еще один до упора, Бетти давит плечом на дверь, но она не поддается. Отчаяние охватывает девушку. Она вновь заперта в одном доме с серийным убийцей. - Бетти, пожалуйста, - голос Баклана за её спиной буквально умоляет девушку повернуться, - я не причиню тебе зла. Я привел тебя сюда, чтобы показать файлы, которые ты уже нашла, - брюнет хромает. Держась окровавленными руками за разбитый нос, он шумно опускается на ближайшее кресло. Бетти не спускает с него глаз, по-прежнему отчаянно сжимая ручку. - Знаю, как ты подумала, но это не я. Я не убивал тех девушек, - Джонс смотрит Бетти прямо в глаза. Девушка не может поверить, но его голос, его взгляд, язык жестов. Баклан пытается быть искренним с ней сейчас.

***

Крики о помощи нарушают ночную тишину. Громкий хлопок металлической двери и шарканье шагов в коридоре заставляет бодрствующих обитателей этого богом забытого места дрожать. Шаги принадлежат Сестре Вудхаус. Одной из самых яростных и злобных монахинь Приюта Сестер. Точнее нелегального его филиала. Если в основном задании гостей встречают ломящиеся от еды столы, а улыбки не сходит с лиц пастора и сестер в отутюженной униформе, то здесь же вы встретит полную противоположность. Настоящий приют. Место, где свой конец находят неугодные элементы Твин Риверса. Лишние родственники, ставшие обузой, внебрачные дети, позорящие имя семьи, картежники, геи, жертвы политических репрессий. Все они находят свой конец в этом печальном месте, существование которого известно лишь узким кругам. - Какого дьявола! - Шипит про себя монахиня, рывком открывая дверь одной из палат, обитательница которой посмела нарушить ее покой. Старуха крутит фитиль до упора, делая свет керосиновой лампы в своих руках максимально ярким. К своему большому отвращению она находит тело новенькой лежащим на полу в луже зеленой рвотной массы. - Проклятье, - шепчет служительница высших сил, ставя лампу на пол. Морщась от отвращения она быстро проверяет пульс на руки девушке. Вздох облегчения срывается с ее губ, когда она ощущает его слабые удары. - Сестра Вудхаус, помогите мне, пожалуйста, - жалобный скулеж за стеной заставляет ее замереть. Затем до ушей женщины доносятся звуки тошноты, будто того, кто просит о помощи рвет снова и снова. - Только не в мою смену, паршивка! - Воет монахиня, резко бросаясь к двери соседней камеры. Лязг металлических ключей не позволяет ей услышать тихие шаги за спиной. Керосиновая лампа с треском обрушивается на седой затылок, разбиваясь вдребезги. Тони старается нормализовать дыхание и не позволить себе вновь очистить и так пустой желудок. Когда глаза девушки привыкают к темноте, она нащупывает на полу связку ключей, решительно заканчивая то, что не довела до конца монахиня. Бывший агент ФБР отпирает дверь, надеясь встретить за ней ту загадочную незнакомку, спасшую их жизни, но внутри ее встречает лишь пустота. Топаз отчаянно трет глаза, пытаясь уловить хоть какое-то движение. Не веря себе, она даже входит внутрь, ощупывая кровать и стены. Никаких следов другого человека. Затхлый воздух и пыль, ударяющая в нос подсказывает Тони, что камеру могли не открывать несколько месяцев, а то и больше. Она действительно сошла с ума и все, что произошло за последние два часа ей лишь привиделось? Могла ли она до сих пор находиться в отключке под действием нарколептиков, которыми Сестры кормили её на протяжении последних дней? Могла ли она быть опасна для Шерил, для окружающих и себя самой? Обыскав карманы рясы монахини, Тони натыкается на спичечный коробок. Вслушиваясь в тишину за пределами камеры, Тони молится, чтобы остальные сестры или санитары не последовали за пропавшей сестрой. Слабое пламя спички освещает пустующую камеру. Толстый слой пыли покрывает стеганое одеяло и табурет - единственные предметы мебели в камере. В полном отчаянии Тони опускается на колени, нащупывая маленькую вентиляционную решетку, через которую с ней общалось теперь уже нечто. Маленькие нацарапанные над ней инициалы заставляют девушку ахнуть. Хезер Чандлер. 10 ноября 2001 год.