ЛЕДИ БАГ И КОТ НУАР. АРОМАТ ЛЮБВИ

Глава 6

АРОМАТ ЛЮБВИ

Маринетт и Адриан так устали, что даже последняя встреча не смогла их достаточно взбудоражить, хотя и была весьма необычна. Они пришли в отель, наскоро помылись и перекусили и тут же рухнули на кровать, забывшись глубоким здоровым молодым сном. Проснувшись утром, супруги собрали вещи, выехали из отеля и на машине отправились к небольшому двухэтажному опрятному домику, который действительно находился недалеко от моря, но в стороне от оживленного пляжа, который облюбовали серферы. Домик Маринетт очень понравился, его окружал небольшой палисадничек с яркими цветами, а еще обнаружился маленький сад с персиковыми деревьями. Внутри была большая веранда, кухня и две комнаты — одна наверху, другая — внизу. Что немаловажно, в нем была горячая вода, туалет и большая роскошная ванна. К тому же Адриан заблаговременно забил холодильник едой, а кто-то неведомый навел здесь кристальную чистоту и застелил постели абсолютно новым, хрустко-белоснежным бельем. Короче говоря, все было как на острове, когда они там оказались из-за Натали, только еще лучше! Настроение героев постепенно начало улучшаться. Когда солнце стало немного сбавлять силу, они отправились на практически пустынное в этом месте песчаное побережье и вволю наплавались. Им нравилось находиться только вдвоем, нравилось теплое море и яркие краски южной весны, нравилось беззаботное время отпуска. Вечером, возвращаясь с патруля, Адриан предложил: — А давай сегодня сразу пойдем домой, и устроим романтический ужин при свечах! Маринетт обрадованно кивнула: — Давай! Я как раз сегодня пожарила курицу и приготовила замечательный салат, а еще в холодильнике есть шампанское! Вернувшись домой, Маринетт побежала наверх за скатертью, полезла в шкаф и случайно задела стоящую рядом на тумбочке сумочку, где любила путешествовать вместе с ней Тикки. — Ой! — девушка наклонилась, подцепила тонкий ремешок и увидела что-то блестящее на полу, — А это еще что? В ее руке оказался хрустальный флакон. Маринетт вспомнила странные обстоятельства, при которых получила его, пожала плечами и отвинтила крышку. Ну надо же, пахнет чудо, как приятно, а чем именно — не поймешь! Не удержавшись, Маринетт нанесла несколько капелек себе на сонные артерии и запястья, оставила ароматическое масло, взяла скатерть и побежала через две ступеньки вниз на кухню.

***

Квадратный деревянный столик выглядел великолепно: белая скатерть, разогретое, испускающее аппетитные парок с легкими нотками специй мясо, свежие южные овощи, политые маслом, шампанское, свечи. То ли дело было в особо романтической атмосфере, то ли еще в чем-то, но Маринетт неожиданно заметила, что Адриан почти не ест, а как-то донельзя влюбленно смотри на нее, подперев щеку кулаком и глуповато-восторженно улыбаясь. И это не смущало ее, а неожиданно умиляло — муж казался ей таким обаятельным и красивым! Котеночек, просто! И не важно, что он уже взрослый Кот. — Что-то не так? — все же спросила она. Адриан расслабленно пожал плечами: — Да нет, ничего. — А почему не ешь? Не голоден? — Я голоден, — он отставил в сторону бокал и решительно поднялся со стула, — Но не в том смысле. Маринетт, поняв намек, тоже опустила вилку на тарелку и завороженно наблюдала, как он со своей неотразимой пластикой приближается к ней. Господи, какие у него глаза! Она и забыла, как любит этот пронзительно-зеленый цвет, как тонет в них каждый раз, когда смотрит в них так долго, как сейчас! Он наклонился, не касаясь ее руками, и запечатлел на ее губах долгий чувственный поцелуй. Маринетт закрыла глаза, глубоко вдохнула. Запах его волос и кожи будто стал сильнее. Ей на миг показалось, что то масло, которым она намазалась, понравилось ей именно потому, что оно впитало в себя все ароматы, которые нес в себе Адриан… Бред какой-то! Но от его губ по телу пронеслись сумасшедшие электрические импульсы, столь мощные по силе, будто они поцеловались в первый раз. И они были здесь совсем одни на многие метры вокруг, если не на километр. Даже Тикки и Плагг были в саду, где малиновая квами наслаждалась персиками, а котенок хомячил коробку сыра. Совсем никого в доме… В этот момент муж уткнулся ей в шею и прошептал, касаясь губами горла: — Я с ума схожу от твоего запаха… Он легко резким движением подхватил свою хрупкую жену, она обвила руками его шею. Адриан, задув попутно свечи, чтобы не устроить пожар, понес Маринетт в верхнюю спальню. Свет они зажигать не стали: луна, висевшая как раз напротив незанавешенного окна, заливала всю комнату своим голубоватым потусторонним сиянием. В этом свете кожа Адриана казалась темнее, чем обычно и это удивительно добавляло ему привлекательности. И почему Маринетт всегда думала только о том, чтобы в этот раз… Ей не хотелось додумывать эту мысль. Ей вообще ничего не хотелось, кроме своего мужа и его любви. Ведь именно о нем она всегда мечтала и эта ожившая греза сейчас с ней. В ее руках Жар-птица, чего же еще просить?! Из-за чего лить бесконечные слезы, ведь она самая счастливая на свете?! Всего мира нет, ничего нет. И сомнений нет! Сегодня они были очень ласковы друг с другом и неторопливы. Медленно раздевая любимых и делая долгие паузы для поцелуев, супруги, казалось, словно наверстывали упущенное за это время чувство неповторимой влюбленности. Влажно мерцающие глаза, в которых плавились лунные блики, шелковый блеск кожи, молчаливый диалог взглядов и прикосновений… Все это было медленно, очень медленно и невероятно нежно. И впервые Адриан ощутил, что его жена полностью отдалась ощущениям и ни разу не напряглась. Это небывало воодушевило его, дало вдохновение. И его может хватить на всю ночь… Когда они остановились, Маринетт, ласково поцеловала его и, накинув легкую ночную рубашку, прошептала: — Я сейчас. Прости, мы же продукты на столе оставили, к утру они пропадут, если не уберу… И вышла. Адриан вздохнул, вонзил пальцы одной руки в волосы, покачал головой и отправился следом. Не годится ей одной сейчас заниматься этим делом. Он спустился вниз и увидел, что Маринетт уже почти все убрала. Она как раз поставила в холодильник курицу и захлопнула дверцу. В золотом свете одинокой лампы под абажуром, стоящей на разделочном столе она выглядела удивительно соблазнительно. Ее тело было лишь слегка прикрыто белыми кружевами, глаза сверкали, волосы разливались по плечам и спине блестящими живописными волнами. И аромат цветочного шампуня, ванили, ее сладковатого свежего пота, казалось, наполнял его легкие. И Адриан понял, что опять ее хочет. И он видел по ее расширенным зрачкам, что с ней происходит что-то похожее. Она подошла к нему, подняла на него взгляд, а потом… Они просто набросились друг на друга! Если первый акт любви напоминал о лепестках роз и ласковом приливе, то теперь это были бурные волны, с шумом разбивающиеся о скалы! Прикосновения казались электрическими, зажигали, опаляли и зажигали на телах вулканы! Нуар подхватил ее под бедра и усадил прямо на стол. Тонкая ткань на ее груди затрещала, но ей это нравилось. Она непроизвольно откинулась спиной на скатерть и дала волю своей и его страсти. Они уже не опасались, что их стоны может услышать кто-то вне дома. Да и разве квами не знают, чем по ночам занимается их сладкая парочка? С ними давно не было такого: она кричала от наслаждения, он, дрожа от напряжения и желания, не мог сдержать своих возгласов. В этот раз все произошло быстро и даже жестко, но оба были в восторге, хотя и немного смущены. — Ого! — тяжело дыша выдохнула Маринетт, глядя на покрытого потом едва держащегося на ногах Адриана. — Ого, — согласился он и устало присел рядом на стол. — Утомился? — улыбнулась девушка хитро. Он кивнул. — У меня есть идея, как нам снять нашу усталость! Стоит ли говорить, что третий акт этого спектакля перенесся в ванну с пеной? Когда они, наконец, заснули в объятиях друг друга, солнце уже поднялось над горизонтом наполовину. И впервые за последние месяцы они не думали ни о депрессии, ни о своих бесплодных попытках — были только они, их любовь и то понимание с полувзгляда, которое всегда составляло их счастье и гордость.