Усталость

— Итэр, какая встреча. Мы наконец-то нашли вас, — с широкой сияющей улыбкой протянул ему свою смуглую руку мужчина, и мальчишка, слегка опешив, всё же тоже протянул ему свою и пожал в ответ. — Как, что вы тут делаете? Зачем вы нас искали и как нашли? — непонимающе спросил юноша, опуская руку. Он всё ещё в замешательстве. — Хе-хе, ну, это я их позвал, — гордо и с лыбой на всё лицо сообщил бард, словно кот, который объелся сметаной. — Они знают? — поинтересовался Чжун Ли, чуть приподняв одну бровь в привычной манере. Как бы Чжун Ли с Венти не ругались друг на друга, они понимали с полуслова, что хотел сказать другой. Что-что, а пообщаться и найти общий язык время у них было. — Мастер Дилюк, да, а господин Кейа, думаю, догадывается, — кивнул бард. — Фатуи, — раздался сбоку полный ненависти и злобы голос. Конечно же мужчина с ярко-красными волосами уже потянулся назад за клеймором, но был остановлен одним лишь движением синих глаз брата. Руку он, конечно, с меча не убрал, но доставать пока не стал. — Хах, я вроде так маскировался, а меня сразу узнали. Вот так вот слава работает против меня, — смеясь, сказал Чайлд, складывая руки перед собой. Путешественнику же ещё было тяжело его воспринимать не в форме Снежной, он даже иногда забывал, откуда Чайлд, поэтому он удивился, как того так быстро опознали. — Одиннадцатый Предвестник Фатуи — Чайлд Тарталья, — протягивая руку, продолжал «рыжий ублюдок из Фатуи», как про себя его уже окрестил Рангривер. Кейа на это лишь улыбнулся, но руку не пожал, что уже говорить о его брате, который чудом ещё не убил предвестника. — Хвастаемся рангами? Капитан конной кавалерии Ордо Фавониус — Кейа Альберих, — с ухмылкой до ушей парировал мужчина, — а вы? — Чжун Ли. Работник ритуального бюро «Ваншэн», — официально, на полном серьёзе представился мужчина. В то время, как к нему подошла его начальница и, тихо что-то сказав, помахала всем рукой, а после скрылась в лесу. С минуту все стояли молча. Каждый думал о своём, никто ничего не говорил, но обстановка продолжала накаляться. Пока… — Итэр! — первый к неожиданно рухнувшему на колени подскочил бард, что подхватил его, не давая упасть дальше. Путешественник закрыл уши руками и зажмурил глаза, его трясло. Все напряжённо переглянулись и хотели сделать шаг в сторону юношей, но невозмутимый, словно каменная скала, Чжун Ли остановил их всех одним взмахом руки. Трое мужчин напряжённо глядели за тем, как Венти убирает одну руку и шепчет что-то на уху чужеземцу с лёгкой успокаивающей улыбкой на лице. Когда того перестало трясти, он чуть слышно запел какую-то незамысловатую, но приятную слуху мелодию. Она была лёгкой и спокойной, словно колыбель. Путешественник, хоть ещё и не выровнял дыхание, успокоился и теперь выглядел более осознанно. Он убрал вторую руку от головы и оглядел остальных. В его взгляде не было того страха, что прежде, теперь там было непонимание. Когда тот окончательно пришёл в себя, Венти помог ему подняться на слегка неуверенно стоящие ноги. Он что-то тихо тому шепнул, и юноша слегка качнул головой, невербально говоря «нет». Но Венти не успокоился, и тот, видимо, сдался, как поняли остальные. — Нужно найти место, где нас не найдут, — коротко сказал бард, и Чжун Ли задумчиво кивнул. Кажется, у него уже было что-то на уме. — Зачем нам нужен «Фатуи»? — прорычал Дилюк, стоило Предвестнику сделать шаг. — Зачем нам нужен Мондштадский винодел? — парировал тот с ехидной улыбкой на лице. — Откуда ты, чёрт побери, знаешь, кто я?! — рыкнул Дилюк. — Я же Фатуи… шучу, просто бард с путешественником пару раз вас случайно упомянули, — с наглой улыбкой ответил Чайлд. Он определённо играл с огнём, когда злил Дилюка (в прямом и переносном смысле слова). Рангривер перевёл недовольный взгляд на Венти и Итэра, но увидев всё ещё плачевное состояние последнего, слегка сжалился над ребёнком. Но стоило ему снова обратить свой взор на Тарталью, как Дилюк уже начал чувствовать закипающий жар в ладонях и то, как меч так и просится в атаку. Кейа это всё прекрасно понимал. Он чувствовал, как напряжение названного брата, так и напряжение их врага, всё-таки перед ним как минимум двое соперников и неизвестно чью сторону примет бард в случае их драки. Но всё разрешилось намного проще. Действительно, благословение Архонта. — Тихо. Кейа, Дилюк, если всё правильно, то вы должны были прибыть как официальные дипломаты, поэтому отправляйтесь в Ли Юэ, отыщите Паймон в ритуальном бюро, она вам всё объяснит, я свяжусь с вами позже, — серьёзно сказал Венти, не отпуская Итэра, что уже выглядел увереннее, а не словно забитый котёнок. Дилюк, который всё ещё выглядел как тот, кто был готов разорвать Чайлда на кусочки или, точнее, сжечь в адском пламени, коротко кивнул. Четвёрка уже прошла достаточное количество пути по каменной стране, когда Чжун Ли неожиданно остановился, задумчиво нахмурив брови. Путешественник непонимающе посмотрел на мужчину, но ничего не говорил и молча стоял рядом с Венти. Моракс внимательно смотрел на скалы перед ним, вроде они выглядели, словно обычная груда камней, пока одним взмахом руки не открыл в скале огромный проход, уходящий во тьму. Он вежливо отошёл в сторону, как бы приглашая войти. Первым ступил Тарталья, а за ним остальные.

***

Снова он приходит весь в ранах, синяках и ушибах. Владелица гостиницы «Ваншу» услужливо оставила поднос с чайником, пиалой и тарелкой «миндального тофу», пока адепт задумчиво оглядывал Ли Юэ. Верр Голдет ничего не говорила и молча удалилась прочь с балкона, закрыв дверь, чтобы туда никто не мог попасть. Хоть они и не были знакомы, да и, по сути, адепт даже ей не платил, женщина всё понимала и никогда не донимала. Давно у Сяо не было таких трудных битв, он мог только сидеть на деревянном полу, на чай сил не было. Он мог лишь вглядываться в бордово-красный рассвет, что ослеплял, но ему было всё равно. Он не мог пошевелить и пальцем. — И долго ты так протянешь? Мы же можем всё упростить. Сдавайся и отдохни уже. Ты же устал? — шептал голос на ухо. И как же голос был заманчив; хотелось сомкнуть глаза, упасть во тьму, где он ничего не чувствовал и просто… — Нет. Ты не получишь это тело, — срывающимся голосом еле слышно отвечал адепт. — Алатус, ты же всё равно рано или поздно сдашься, — продолжал его уговаривать этот голос, так сладко. — Заткнись. — А то что? Ты говоришь сам с собой, — голос не утихал. — Меня зовут Сяо, и я служу Ли Юэ и контракту с Мораксом. — Моракс умер и больше не спасёт тебя. Даже он ушёл в отпуск. — Нет… — тихо, еле слышно, одними сухими губами, на которых осталась кровь чудища, произнёс адепт, пока тьма продолжала отравлять его душу. Рано или поздно он проиграет, но не сейчас и не так.

***

— Тарталья? — спокойно спрашивает мужчина, что сидел перед столом с книгой в руках и что-то внимательно записывал. На самом деле, ему и не нужно было спрашивать кто это, ведь он уже определил по шагам. — Ха-ха, господин Чжун Ли, вы, как всегда, правы, — раздался задорный юношеский голос совсем рядом с мужчиной. Чжун Ли обернулся и долгим взглядом смерил рыжеволосо юношу, что сейчас был в привычной одежде Фатуи. — Ты куда-то собрался? — окидывая того ещё раз жгучим взглядом, спрашивает Моракс. — Да, надо отправить весточку Царице. Хотите что-то передать? — уже не так весело произносит Предвестник. — Передай это. Только, прошу, пока не читай, я потом сам тебе расскажу, — протягивая небольшой аккуратный конверт, сообщает Чжун Ли. — Так же как и про то, что вы архонт? — с ухмылкой и непривычной обидой произносит рыжая бестия, но письмо забирает, позже он честно не откроет его, хоть руки так и чешутся узнать, о чём щебечут боги. — Я думал, мы прошли это, и ты больше не обижаешься, — устало отвечает бывший архонт. — Да что вы. Я всё понимаю, ведь я всего лишь смертный, — слышится в ответ горькая усмешка. Даже будучи камнем, как он, Чжун Ли не мог не понять чувства того в данный момент. — Тарталья. — Моракс. — Аякс! — недовольно в итоге слегка повышает голос Чжун Ли и тут же получает в расплату выражение лица Фатуи. Эти глаза, полные обиды и разочарования, словно у щенка, которого сначала откормили, а потом запинали и оставили на растерзание диким собакам, после снова придя гладить. — Не называй меня так, — резко обрывает он и выходит из пещеры, где остаётся нахмуренный Чжун Ли, что может лишь раздосадовано глядеть в след тому, зная, что, скорее всего, они снова будут разыгрывать спектакль о том, как у них всё волшебно. Сколько раз с тех пор они наступали на эти грабли.

***

Венти хмуро сидел в небольшой пещерке, пока на его коленях спал путешественник, волосы которого он медленно перебирал, словно струны. Когда он думал, то всегда начинал неосознанно делать это. Вот и сейчас, хоть он был и бывшим Архонтом (хотя Мондштад, кажется, этого и вовсе не заметил), но продолжал думать о благе города, да и Тейвата в целом. Что они с Чжун Ли смогут без Сердца Бога, если даже с ними полностью уничтожить напасть нет возможности? Что делать с Сяо? Венти, как архонт, что даровал ему глаз Бога, имел с ним особую связь, он мог почувствовать даже то, что не мог так легко распознать Моракс… Как же изменилась эта старая кошёлка. Барбатос никак не мог взять в толк, появились у того зачатки разума, или всё, что было, полностью атрофировалось? Да и этот рыжий из Фатуи, который таскается за ним, словно щенок. Всё-таки у архонта было каменное сердце и вместо мозгов булыжник, ведь взгляд, которым смотрит на него Чайлд, не заметит либо слепой, либо крайне тупой. Наверное, он совсем отупел со временем. Надо бы Венти отдохнуть, а то мысли и вовсе заведут его не туда, ведь как бы он не играл беззаботного дурачка, таковым не был последние лет… а сколько он уже сам себе врёт? Наверное, с того самого дня, когда его лучший друг покинул его, оставив лишь облик и воспоминание. Итэр вздрогнул, когда Венти осознал, что сжал волосы того слишком сильно и тот вот-вот проснётся, поэтому он спешно убирает маленькую ручку. Бард осторожно перекладывает голову юноши на старую подушку. И с грустной усмешкой отмечает: «Я бы на твоём месте не верил Архонтам.» Озлобленный столб вышел из пещеры-комнаты, где расположился Моракс. Тарталья даже не взглянул на нового посетителя архонта, но от него так и веяло злобой и обидой, но, как успел понять Венти, тот был безобиден и вряд ли вонзил бы нож в спину, только напрямую вызвал бы на бой. А ещё Венти понял, что тот когда-то обожал Чжун Ли, пока Архонт его не предал. Словно щенка. Хотя, честно, он был не уверен, что тот понял, что не так. Из всех знакомых Венти Архонтов Моракс был самым далёким от понимания людей. Дураком, в общем, как был, так и остался, только сейчас полностью осознал Барбатос. — Моракс! — входя, крикнул бард, когда Фатуи достаточно отошёл. Он никогда не спрашивал разрешения ворваться в чьи-то покои. — Не называй меня так. Я больше не Архонт. Зови меня Чжун Ли, — спокойно послышалось ему в ответ. — Хех, ты знаешь, из тебя очень дурацкий человек, — улыбаясь, отвечал бард, плюхаясь рядом на небольшую подушечку для сидения. — Ты же не об этом пришёл поговорить, — резко обрывает его Властелин Камня, давая понять, что не хочет ничего рассказывать. — Отлично, тогда перейдём к делу, Чжун Ли. Оно набирает силы, а Сяо слабеет, — уже без той напыщенной улыбки говорит Венти, что из пьяньчуги и шутника снова вмиг превратился в какого-то более походящего на некогда Архонта. — Я не говорил с ним с тех пор. Он единственный из адептов, кто не знает правды. — Я бы на его месте обиделся, — хмыкнул бард. — Мне надо было понять, как он будет действовать сам. Теперь я понял, что зря усомнился. — Ааа-а. Тогда надо просто позвать его. Правда, как я понял, он не слишком рад тому, что Итэр хочет вмешаться, ведь он уже чуть не умер, — раздумывал бард вслух. — Я позабочусь об этом, — закончил Чжун Ли, чуть прищурив глаза.

***

— Ты дурак? — слышится голос, который раздаётся, вроде как, позади, хотя он не уверен. Он уверен только в том, что спит. И ноты желания убить режут сознание сквозь воздух. — Ты не представляешь, как раздражает, когда спасаешь жизнь, а дурак снова лезет умереть, — продолжает тираду тот же крайне недовольный голос. — Прости, Сяо, я просто хочу помочь, — юноша пытается оправдаться, он смотрит в черноту перед собой, не желая поворачиваться. Он прекрасно понимает, кто там стоит, как на него смотрит и что собирается сделать. — Тебя никто не просил, — слышится недовольный рык. — Венти говорит, что только я способен уничтожить это, — мысленно сжимает кулаки путешественник и наконец-то оборачивается к голосу. Там, в поле, под ярко-синим небом стоит адепт, что прожигает его взглядом янтарных глаз, он даже сквозь сон чувствует недовольство того. — Какая тебе разница, что говорит Барбатос? Были у Сяо какие-то схожие черты с тиграми. Он выглядел спокойно, но ты на подсознательном уровне чувствовал опасность, но всё-таки эта красота так манила. — Просто не лезь. Твоя сестра с этим никак не связана, — не давая даже ответить, отрезал адепт, безжалостно глядя на путешественника, которого словно водой окатило при упоминании родственницы. Итэр поджал губы и сжал кулаки. — Почему ты так отчаянно хватаешься за чужие проблемы? Тебе своих мало? — не успокаивался адепт. — Хватит! Ты ничего не знаешь! — наконец-то прервал того путешественник. Он гневно смотрел на адепта. Его руки тряслись, а в глазах было столько обиды, — ты ничего не знаешь! Они минут пять просто стояли и смотрели друг на друга, а после адепт закрыл глаза и исчез. Всё померкло, и теперь уж точно разум Итэра погрузился в сон, где не было ничего.