Письма моей тишины

      Моно выглядит, как испуганная побитая собака, что не на шутку пугало Даниэля. Конечно, он шутил раньше про «пять стадий принятия», но теперь он точно знал, что у Моно все эти стадии слились в единое целое (болото), что состояло из вязкого страха, депрессии, отрицания и самобичевания в равных пропорциях. И всё это Моно с удивительной лёгкостью удавалось скрыть от посторонних глаз и, кажется, даже от Лиу, что регулярно была рядом с ними. Даниэль пытался его поддержать, но всё тщетно. Похоже, как рассуждал Даниэль, пока Моно не возьмёт сам себя в руки и не вытащит из болота — никто ему не поможет. Поэтому ему оставалось лишь наблюдать за происходящим со стороны и лишь изредка вытаскивать своего друга за шкирку, чтобы тот окончательно не утонул.       — Да перестань ты так напрягаться, сколько раз тебе это повторить нужно, чтобы до тебя это дошло? — Даниэль выдыхает, откидывается на стул, шаря глазами по книжным полкам, что были у самого его носа. В последнее время они часто сидели на обеденном перерыве в библиотеке, просто потому что здесь никого не было. — Вроде умный, но загоняешься по пустякам…       В ответ Моно лишь недовольно цыкает, но даже не отрывает взгляда от книги, которую он взял с ближайшей полки. Книги стали для него временным спасением, до тех пор, пока он на автомате не стал брать научную литературу о соулмейтах, а это пугало его не меньше, чем он пугал Даниэля. И, кажется, он даже смирился с этим.       «Эти идиоты опять ушли неизвестно куда? Чёрт», — проносится у него в голове, что заставляет его всё же отложить книгу и взяться за телефон.       «Похоже, нас ищут».       — Я тебя понял, — Даниэль без разрешения забирает книгу, закрывает и запихивает на свободное место корешком от себя, что было сделано очень вовремя, так как практически тут же в проходе появляется Лиу. — О, Аликс, мы тебя тут только и ждём.       — Аликс? — она презрительно и смешно морщится и садится рядом с Моно, из-за чего он практически на автомате хочет немного отодвинуться в сторону, что Даниэль, конечно же, не даёт ему это сделать. — А ты у нас кто тогда? Фримен?       — Не-ет, ты чего? Доктор Фримен рядом с тобой сидит, — от услышанного Моно просто хочется стать невидимым, а его друг, будто издеваясь, подмигнул. — Я — Барни Калхун.       — Тебе не подходит Барни, — Лиу смотрит на Моно, после чего вновь переключается на Даниэля. — Я думаю, тебе подойдёт… Уитли.       — Что? Ты серьёзно? — с усмешкой произносит Даниэль и откладывает в сторону небольшой термос с чаем. — Тогда ты кто, ГЛаДОС?       — Получается, что так, — Лиу разводит руками и осторожно стаскивает у Моно один из сэндвичей, подкладывая вместо него пару мандаринов. Моно видит это, но лишь закатывает глаза и слабо кивает, тем самым разрешая Лиу закончить начатое.       — А Моно тогда кто?       «Я Кейв Джонсон. И я здесь главный».       Это вызвало бурную реакцию у Даниэля, но Лиу тоже, как ни странно, рассмеялась во весь голос, что тут же вызвало гнев библиотекарши, которая, приблизившись, предупредила их, что если такое случится ещё раз, то она возьмёт их за шкирки и выкинет.       «Да, да, говорите больше», — Лиу вытирает маленькие капельки слёз, что проступили в уголках её глаз во время смеха и, мило улыбаясь, убеждает библиотекаршу, что такое «никогда больше не повторится», но Моно отчётливо слышит всю её злобу: — «Только попробуйте это сделать, и я посмотрю, кого выкинут из библиотеки следующим».       — Жаль, что мы не услышим от тебя ничего про зажигательные лимоны, — произносит она спокойным голосом, когда, наконец, их оставляют в покое. Откусывает сэндвич, внимательно пережёвывая, после чего резко добавляет: — Сегодня сэндвич вкуснее, спасибо.       — «Приму это за похвалу».       — Если речь пошла про игры, то давай я приведу свою аналогию… — задумавшись, протянул Даниэль, отпивая чай. — Лиу, ты — Кэтрин Чун.       Моно удивлённо приподнимает бровь: неужели кто-то знает об этой игре, кроме него и его отца?       — Это же, если мне память не изменяет, персонаж из игры «SOMA»? — Даниэль утвердительно кивает, она убеждается, что у Моно не полезли глаза на лоб от неизвестного, и продолжает: — Тогда Моно — Саймон Джарретт.       — Какая печальная любовь, — выдыхает Даниэль, а сам поглядывает за реакцией Моно.       «Ты, чёрт возьми, серьёзно?!» — Моно не подавал никаких видимых реакций, но в душе он уже просто хотел сгореть на месте от стыда, а заодно захватить на тот свет Даниэля, чтобы тому жизнь мёдом не казалась. — «Почему говорит он, а стыдно за происходящее — мне? Благо, что Лиу это пропустила мимо ушей».       — Ладно, а я тогда кто? — продолжает Даниэль, будто ничего только что не случилось.       — А ты остаёшься Даниэлем. Только теперь из «Amnesia».       — Оскорбляешь… — хмурится Даниэль, но это продолжается недолго. Он поднимается со своего места и сгребает рукой весь мусор, который нужно было выбросить. — Мне нужно отойти, не скучайте, — вновь подмигивает Моно, от чего последнему показалось, что его придавили огромным камнем.       — «Куда он?» — спросил Моно, когда Даниэль скрылся за стеллажами.       — Отбивать очередную девчонку у какого-то бугая? — Лиу пожала плечами. — Понятия не имею, что он в очередной раз придумал. Кстати, тебе как лучше: чтобы я общалась на языке жестов или разговаривала как обычно?       — «Давай как обычно. Мне нравятся голоса людей».       — Необычно такое слышать, но я тебя поняла. Так… Я жду твоей аналогии с играми.       «Что? О нет, пожалуйста, только не это».       — Ответа «нет» я не принимаю, — она улыбается, подпирает руками подбородок и, облокотившись на стол, поглядывает на Моно.       Моно откидывается на спинку стула, ненадолго задумываясь, перебирая все игры, которые он знает. На удивление Кэтрин и ГЛаДОС идеально подходили ей, но всё же что-то в этом было не так. А Аликс ей и вовсе дали просто потому что она была, пожалуй, единственным женским персонажем, что довольно часто взаимодействовал с Фрименом. Ну, или из-за тех сцен, которые можно было расценить как попытки во флирт.       «И всё-таки что-то здесь не то…»       Он возвращается в нормальное положение, внимательно рассматривая Лиу, после чего медленно выводя в воздухе слова.       — «Я не знаю, знаешь ли ты эту игру вообще. Ты чем-то похожа на Гвен из игры «Spiritfarer». Не знаю чем, извини».       — Это же олениха, да? — эти слова ввели его в ступор: он до последнего считал, что данная игра одна из последних в списке узнаваемости. Моно утвердительно и несколько раз кивает головой. — Меня назвали красивой, — на лице Лиу расплывается улыбка, а она сама просто тает на глазах, от чего Моно уже просто не может скрыть своё смущение.       «Я не такой реакции ожидал. Даниэль, спасай!» — он хаотично перебирает все варианты спасения и бегства, нервно крутя в руках ручку, но замирает, когда в голове проносится: — «Мило».       — Кстати, помнишь, ты ещё давно обещал мне дать урок по гитаре? — выводит из ступора Лиу, которая произносит это так, будто всё нормально, хотя Моно отлично понимал, что, чёрт возьми, ничего не нормально. — Я всё ещё жду его.       — «Ну… Я же тогда, вроде ничего не ответил», — это он помнил хорошо.       — Нет, ты давал своё согласие, — прямо в глаза врёт ему Лиу, при этом хитро улыбаясь. Кажется, она заметила, как он покраснел. Впрочем, этого не заметил бы только слепой. — А я терпеть не могу, когда обещание не сдерживают, — она слегка приблизилась к нему, но Моно даже не попытался отодвинуться вновь и с необычной для него смелостью смотрел ей прямо в её игривые насмешливые глаза.       Он мог, конечно же, начать спор с ней, и, возможно, он даже доказал бы её вину, но ему хотелось просто плыть по течению.       — «Ладно, ладно. Я подумаю».