Dead end

      У Ван Цзи не было ни единой мысли, зачем муж сделал аборт. В любой другой ситуации он бы подумал, что это злая шутка, но тон Вэй Ина, его поведение вчера вечером... Абсолютно всё указывало на реальность происходящего.              Ван Цзи сжал руль руками и прикусил губу, испытывая боль — он уже прилично так её разжевал во время разгрома кабинета. Альфа пытался дозвониться до мужа, но тщетно — тот не брал трубку или попросту скидывал звонки.              В трезвом уме Вэй Ин никогда бы так не поступил. Маловероятно, что это случилось из-за осложнений или чего-то ещё — это было полностью его решение, осознанный выбор. У Сянь, которого Ван Цзи знал, ни за что не сделал бы этого.              — Нет... Нет... — прошептал Лань Чжань, начиная дрожать от ужаса.              Ушло ещё двадцать минут на то, чтобы добраться домой. Он открыл дверь ключом и, сняв ботинки, тут же прошёл в гостиную. Вэй Ин сидел в кресле и пил чай. Он даже взгляда на супруга не поднял, когда Лань Чжань зашёл.              Спокоен, как удав. Не так Вэй Ин должен реагировать. Лань Чжань словно попал в альтернативную реальность. Пожалуй, сегодня он проживал самый худший свой день.              На столе лежал лист. Подойдя ближе, Ван Цзи взял его и тут же скривился в лице.              — Развод? Ты хочешь развода?              Вэй Ин молча поставил чашку с недопитым чаем. Он даже не смотрел на Лань Чжаня, словно тот был этого не достоин.              Ван Цзи нервно сглотнул и положил бланк обратно. Потом он упал на колени и подполз к супругу, который, наконец, взглянул на него.              — Почему... Почему ты сделал аборт?..              В глазах Вэй Ина была боль, но на лице не дрогнул ни один мускул — видимо, омега находился под действием каких-то лекарственных средств после процедуры.              — Я понял, что не справлюсь один. Я понял, что не хочу ребёнка от тебя.              Лань Чжань коснулся руками колен омеги, опуская при этом голову. Он плакал, потому что всё еще не понимал причины, но догадывался. Такая резкая смена поведения супруга возможна только в одном случае.              — Почему... — прошептал Лань Чжань, задыхаясь от боли. Он потерял возможность взять ещё одного малыша на руки, и он стремительно терял Вэй Ина.              — Я подслушал твой разговор с братом вчера.              Ван Цзи вздрогнул и поднял голову, заглядывая в серые глаза и пытаясь найти там ответы.              — Что именно ты услышал?              Лань Чжань сглотнул вязкую слюну, ощущая, как по щеке стекает горячая слеза. В груди нестерпимо болело, а страх парализовал все тело.              — Абсолютно всё.              Лань Чжань застонал. Он уткнулся лбом в подлокотник кресла и зарыдал.              — Я узнал обо всём два часа назад. Клянусь, я ни о чём не знал, я...              — Это не отменяет того факта, что ты разрушил мою жизнь. Лань Чжань, знаешь, сколько мне пришлось сменить психотерапевтов, чтобы избавиться от суицидальных мыслей и чувства вины? Я ненавидел себя, считал себя грязным. Я сбежал из родного города, оборвал связь с отцом, потому что иначе абсолютно всё мне напоминало о том, как надо мной надругались в какой-то грязной подворотне. Я вынужден был отказаться от медицинского, потому что ты забрал все деньги и отнёс их триаде. Одним мерзким поступком ты перечеркнул всю мою и без того никчёмную жизнь.              Лань Чжань сжимал пальцами махровый палас и внимательно слушал мужа. Чувство вины было таким сильным, что он не мог поднять взгляда, не мог встать или вообще двинуться. Ван Цзи вмиг возненавидел себя.              — Я сделаю всё, что угодно... Умоляю... Я буду делать всё, что ты скажешь, я полностью... Я во всём буду тебя слушаться... Только... Не оставляй меня... Без тебя нет никакого смысла... Нечего защищать... Некого любить... Я... Ничто без тебя...              Лань Чжань дрожал, задыхаясь от слез и накатывающего безумия. Если Вэй Ин его действительно покинет, если ему и правда придётся остаться одному, он этого не выдержит.              — Лань Чжань, ты стал смыслом моей жизни. Наша семья была для меня лучом света в беспроглядной тьме. Я забыл о прошлом и двигался дальше, чтобы создать прекрасное будущее с тобой. А ты оказался тем, кто выключил свет и погрузил меня во тьму. Я всем сердцем ненавижу тебя. Подпиши бумаги и убирайся. А-Юань останется со мной.              Лань Чжань замотал головой и прижался лицом к ногам мужа. Вэй Ин в очередной раз вытер слёзы с щёк, с трудом выдерживая этот разговор.              — Умоляю... Дай мне шанс... Я знаю, не будет так, как раньше, н-но я... Я правда очень сожалею и раскаиваюсь... Я буду до конца жизни вымаливать твоё прощение... Я уйду с работы, мы можем даже переехать... Я сделаю всё, что ты скажешь, только не оставляй меня, я не выдержу этого... Жизнь без тебя бессмысленна, А-Ин, умоляю.              У Сянь коснулся тёмных волос мужа пальцами и тихо всхлипнул. Как он может колебаться? После всего, что Вэй Ин о нём узнал, он должен гнать его взашей, бить его, кричать, полноценно ненавидеть. Так почему сердце сжимается от жалости? Единственный, кто здесь пострадал — это сам Вэй Ин. Так почему У Сянь не может оттолкнуть его от себя?              — Лань Чжань, уходи. Просто уйди. Не могу тебя видеть и слышать. Мне тяжело.              Ван Цзи медленно отстранился. Он всё ещё чувствовал руку омеги на волосах, это хоть немного вселяло надежду.              — Я соберу вещи...              Вэй Ин отвёл взгляд в сторону и промолчал. Конечно же, лицо У Сяня было заплаканным, а носик — красным и припухшим. Это было так похоже на него в прошлом, что сердце Ван Цзи в очередной раз болезненно сжалось.              — Могу я пока не подписывать это? — робко спросил Лань Чжань, глядя на бланк, в котором ему просто нужно было поставить свою подпись.              — Просто уйди уже, — немного нервно сказал Вэй Ин, обнимая себя руками.              — Хорошо, прости. Я быстро.