Дочь Мародера

Гриммо 12, Лондон — Хогвартс, Шотландия 21 сентября — 1 октября       Мир отказывался складываться в единую картинку. Адара с трудом разлепила глаза и уставилась в знакомый с детства узор балдахина.       Она дома.       Но почему? Наверное, вопрос явственно читался в её глазах, потому что незамедлительно последовал ответ от тёмной фигуры, сидящей возле кровати:       — Ты потеряла контроль над стихийной магией, звездочка, — Так маленькую Блэк называл только дядя Регулус — Заморозила озеро и все вокруг, перепугала всех однокурсников и, кажется, теперь точно можешь называть себя наследницей мародёра.       Дома было хорошо. Дома над её кроватью день и ночь дежурили мама с папой, поочерёдно друг друга сменяя, пока не менее взволнованный Регулус выгнал их и отправил спать.       На тумбочке было письмо. Письмо от Гарри, но среди убористых и немного корявых строчек прослеживался каллиграфический почерк Драко. «Дорогая Ада, Ликуй, ведь я мы, Поттер! Да, мы с Драко отомстили за тебя близнецам Уизли. И ты не представляешь, кто нам помог. Невилл Лонгботтом! Случайно услышал наш разговор и предложил подложить этим идиотам, ублюдкам, Поттер, одно противное растение. Не знаю, в чем прикол, но они весь день ходили как зомби. А потом в их сумках совершенно случайно взорвались бомбы-вонючки. Какое совпадение, правда? Так что скорее поправляйся и возвращайся. Скучаем, твои любимые братья.»       В глазах маленькой ведьмы показались слёзы. Иметь братьев, которые могут надрать кому-то за тебя зад, нереально круто.       — И что же случилось, милая? — спрашивала Мила за обеденным столом, когда все Блэки собрались вместе после рабочего дня.       Девочка пожала плечами. Она сама не могла сказать, почему этот взрыв хлопушки так сильно её напугал. Возможно, она слишком глубоко ушла в свои мысли, гипнотизируя водную гладь и покрывая какие-то участки льдом. Растворилась в своей силе и потеряла контроль. Теперь она будет осторожна. Вот только многие уже наверняка догадались о её даре стихийной магии. Дядя Регулус бы сказал, что она выронила туза из рукава.       Следующим утром Сириус вернул её в Хогвартс, намеренно перенеся их в Хогсмид, а не отправив через камин, чтобы немного прогуляться.       Адара очень любила папу. Он никогда не был с ней строг, никогда не повышал голос и потакал всем шалостям. Бабушка Вальбурга на это ругалась, но маленькая Блэк догадывалась, что он просто не хотел воспитывать её так, как воспитывали его.       Сириус оставался вечно молодым и порой казалось, что он никогда не бывает серьёзным. Но он всегда был собран: Ада хорошо его знала и видела, как всегда выпрямлена его спина, знала, где спрятана запасная палочка. Бродяга очень любил всю свою семью, и это проявлялось в таких вот моментах: сорваться с работы и забрать её из Хогвартса, пройтись пешком от Хогсмида, чтобы подольше побыть вместе и поболтать.       — Вы с Гарри уже собрали свою банду мародёров? Есть кто-нибудь на примете? — Сириус весело улыбался и подставлял лицо под яркие лучи солнца. Его волнистые волосы переливались и будто светились, как и волосы его дочери. Порода.       — На примете маглорожденная Гермиона Грейнджер, ужасная заучка из Гриффиндора на роль дяди Римуса. Драко уже давно считается мародером, а ещё я думаю о… Невилле Лонгботтоме. Но он такой тюфяк, папа. Я думала, что он будет похож на дядю Фрэнка или тетю Алису из твоих рассказов, такой же смелый как они.       Сириус лишь вздохнул, но ничего не сказал. Хогвартс неминуемо приближался, завораживая своей мощью. На дворе было раннее утро, так что все наверняка ещё спали или только спускались на завтрак.       Перед самыми воротами Бродяга опустился на корточки перед дочерью, взлохматил ее волосы и крепко обнял.       — Знаешь, я очень ярко помню свой первый год в Хогвартсе. Он самый важный, поверь мне. Именно сейчас ты обретёшь друзей, с которыми будешь идти по жизни, и даже врагов. Но не допускай моих ошибок, — он грустно улыбнулся, всматриваясь в глаза Ады — Держись только тех, в ком уверена и кому не страшно доверить жизнь.       Адара крепко обняла отца и поняла, что эти его слова запомнит на всю жизнь. Их прервало чьё-то покашливание и звук открывающихся ворот Хогвартса.       — Очень мило, Блэк, — Это был профессор Снейп, и маленькая ведьма могла поклясться, что её самый нелюбимый профессор вздрогнул под их одинаковыми злыми взглядами, — Мисс Блэк опаздывает на занятия, так что будь любезен и сам поторопиться в аврорат.       — Не волнуйся так, Нюниус. Глава аврората может приходить когда захочет, а вот профессору не пристало опаздывать на занятия.       Девочка тяжело вздохнула. Да, папа верно сказал ей про друзей и врагов на всю жизнь. Его вражда со Снейпом, кажется, стала частью ДНК и даже передалась ей по наследству.       — Пока пап, доброе утро, профессор. Спасибо, что вы меня тоже заметили.       Главный ужас подземелья перевел на неё взгляд своих пустых чёрных глаз и снял пять баллов. С Гриффиндора.       — Профессор Снейп, я, конечно, не против… Но я учусь в Когтевране, а папа покинул Гриффиндор много-много лет назад.       — На занятия! ЖИВО!       Лающий смех Сириуса ещё долго эхом разносился за их спинами. И Адара была уверена, что если бы он мог, то прибавил бы ей тысячу баллов за идеальное издевательство над профессором Хогвартса.

***

      Адара Блэк стояла перед дверьми в Большой зал и пыталась убедить себя, что всем людям внутри плевать на событие двухдневной давности. Никто не будет тыкать в неё пальцем и просить что-нибудь заморозить. А если и будет, то она заморит этим людям язык. Или ноги. «Быть Блэком — почти то же самое, что быть королём»       Короли не боятся публики и все напасти принимают с высоко поднятой головой. Ада в сотый раз поправила ремешок своей сумки и вошла в шумное помещение. Зал на пару мгновений погрузился в тишину, когда её заметили, чтобы вновь утонуть в эхе тысячи голосов.       Каждый уважающий себя студент Хогвартса решил, что обязан посмотреть на наследницу Блэков или прошептать что-то на ухо своему соседу. Относительное спокойствие сохраняли только столы Слизерина и Когтеврана. Змейкам все, наверное, пояснил Драко, а орлам — Гарри.       За столом родного факультета махал Поттер, Драко тоже направился к ним. Гермиона неуверенно помялась пару секунд и тоже выскочила из-за стола гриффов. Орлы поспешно освобождали места для прибывающей компании. Невилл как всегда опаздывал и ещё не появился.       — Ада, наконец-то! Я уже начал думать, что ты бросила меня! — Поттер счастливо улыбался и сжимал в объятьях сестру. Малфой сдержанно её поприветствовал, но глаза горели любопытством.       Гермиона тоже неловко её обняла и спросила о самочувствии. Когтевранцы и соседствующие Гриффиндорцы пытались сделать вид, что увлечены завтраком.       — Ребята, я всего лишь заморозила озеро! Я даже не пострадала, так что хватит изображать куриц-наседок. Мне хватило мамы с папой.       Все улыбнулись и принялись рассказывать подруге о том, что она пропустила. После той заварушки у озера, профессора сначала были в шоке, потом в ужасе и только после этого в гневе. Профессор Снейп злился на Поттера, Макгонагалл хваталась за сердце и ругала пытающихся защититься близнецов Уизли. Прибывший профессор Флитвик пытался спасти Поттера и пробиться к Адаре. Ещё он вместе с профессором Дамблдором восхищался замороженным озером.       Но самым ужасным были слухи. Изначальные события, где Адару просто напугали и она заморозила озеро, изменились до неузнаваемости и обросли новыми подробностями. Первая версия гласила, что на празднующую компанию напал гигантский кальмар из озера, а Блэк использовала какую-то чёрную магию, но случайно заморозила не только озеро, но и все вокруг. Близнецы Уизли же, оправдывая репутацию безбашенных и отважных гриффов, хотели её спасти. Наверное, сами львы эту историю и сочинили.       Вторая версия была полностью противоположной. Там Адара Блэк была новой тёмной Леди, которая хотела захватить мир, но начать почему-то решила с озёра и бедного кальмара. Близнецы Уизли как ближайшие предатели крови первые попали под раздачу, Гарри Поттера же она хотела завербовать.       Довеском к прозвищу «Темная Леди» добавилось и другое — «Ледяная Блэк». Сама Адара громко хохотала, выслушивая эти бредовые версии.       — Пожалуй, мне нравится «Ледяная Блэк». Буду грозить всех заморозить, если кто-то посмеет перейти мне дорогу.       — Но что вообще тогда произошло? — спросила Гермиона, крутя в руках книгу. Гриффиндорка была до ужаса любопытный и нетерпеливой.       — Я просто задумалась и испугалась хлопка. В детстве я тоже часто замораживала все, когда пугалась.       — Но это ведь детская стихийная магия, она исчезает, как только ты впервые берёшь в руки палочку и учишься контролировать магию! — какой-то старшекурсник заинтересовано уставился на Блэк.       — Моя мама не пользуется волшебной палочкой. Она из России и там все так колдуют.       — Все пользуются только беспалочковой магией? Но как?! — шокировано воскликнула староста их факультета.       Стол когтевранцев потонул в яростных выкриках и спорах. Некоторые рванули в библиотеку, кто-то направился прямиком к Флитвику. Падма Патил пересела за стол гриффов к сестре и Лаванде Браун, главным сплетницам их потока. Завтра по Хогвартсу начнут ходить слухи о могуществе русских магов. Или ещё чего похуже.       — Ты разворошила пчелиный улей. — покачал головой Драко и вернулся за стол змеек.

***

      В классе зельеварения стояла гробовая тишина. Студенты боялись даже слишком громко толочь корни растений и нарезать ингредиенты. Потому что Ужас подземелий с самого утра был не в духе.       Больше всех, конечно, страдали Гарри и Адара. Блэк едва удерживалась, чтобы не обратиться к Снейпу «Профессор Нюниус» после очередного вопроса не по программе или домашнему заданию. Учитывая её нелюбовь к этому предмету, из класса наследница мародёра выходила в скверном настроении и мечтала кого-нибудь поджечь.       — Вдохни и выдохни, — Поттер ужасно раздражал своим прекрасным настроением — Хогвартс не переживёт ещё одного твоего стихийного выброса.       — Хогвартс пережил наших отцов. Ему уже ничего не страшно.       За время разговора двое друзей уже переодели лестницу и оказались среди многочисленных коридоров замка, смешавшись с толпой. По бокам к ним прибились двое высоких гриффиндорцев, в которых они узнали близнецов Уизли.       — Мы не знаем, что такого творили ваши отцы, — начал один из них.       — Но Хогвартс все ещё живет при нас! — продолжил второй, заговорщицки подмигнув двум       первокурсникам.       — Поэтому у замка есть возможность пережить знаменитого Избранного и даже Ледяную Блэк! — подвели они итог своей пламенной речи хором.       Адара скептически обвела их взглядом и шикнула на хихикающего Поттера. Она совершенно не хотела разговаривать с Уизли.       — Что вам нужно? Решили взорвать ещё одну хлопушку у моего уха?       Близнецы тяжело вздохнули и затащили их в первый попавшийся пустой класс.       — Мы хотели сказать, что на самом деле мы не хотели тебя пугать.       — Мы не знали, что ты так отреагируешь.       — Это все, конечно, замечательно, но как жаль, что мне плевать, — Блэк сложила руки на груди и демонстративно зевнула — Ещё раз сделаете что-то подобное, Уизли, и осознаете себя замороженными где-нибудь в подземелье. Вас будут очень-очень долго искать. А может и не найдут вовсе.       Гарри косился на свою сестру и пытался понять, как ей удаётся смотреть на гриффиндорцев свысока, учитывая, что те были выше неё почти на две головы.       — Братец, Фордж, мне кажется, что нам объявили войну.       — Блэки не воюют, Фредерик. Они раз и навсегда избавляются от тех, кто им мешает. Так что просто не стойте на моем пути. — сказала она и покинула заброшенный класс.       Гарри Поттер вздохнул, отсалютовал задумчивым близнецам и поспешил за сестрой. Пожалуй, теперь он может согласиться с Сириусом. Женщины — вот самые опасные существа на планете. Особенно, если эта женщина носит фамилию Блэк.