Spring, crush

«Это кажется сном», — думает Джисон и встает с кровати. Джено уже куда-то ушел, хотя на часах было только 7 утра, но, видимо, никто не мог нормально выспаться в день весеннего бала. Он пытается лечь снова, но после пары минут сдается и рычит в подушку. «Интересно, что делают остальные?» — парень накидывает сверху худи, оставляя пижамные шорты под низом, и выходит из домика. Солнце лениво светит над горизонтом, еле-еле прорываясь сквозь утренний туман, и только свет из других домиков освещает пространство Джисона. Он медленно вдыхает и выдыхает, как учил его когда-то искусству медитации Ренджун, и мысленно готовиться к этому дню. Почему-то очень хочется, чтобы он был идеальным. К завтраку все собираются уже к 8, и почти все столы оказываются занятыми. Джисон ищет в толпе Донхёка, но, натыкаясь на пронизывающий взгляд Джемина, быстро шагает к последнему. Джемин выглядит уставшим: его синяки еще более заметны при солнечном свете, и кажется, что он пьет уже не первую чашку кофе. Он слабо улыбается Джисону и предлагает присоединиться к нему. — Хён, все в порядке? — заботливо спрашивает Джисон и пытается отодвинуть чашку от Джемина. На удерживает ее с другой стороны, и, безусловно, кофе разливается по столу, не выдержав давления с двух сторон. — Все отлично, — почти что рычит Джемин, и Джисон, не раздумывая, тянет парня в сторону домика Афродиты. Джемин молчит всю дорогу и даже не пытается вырваться из стальной хватки Джи, игнорируя сонное приветствие выходящего из их домика Джэхена. Когда они заходят и Джисон агрессивно плюхается на кровать парня, Джемин мнется у порога, но потом тихо садится рядом и стискивает того в объятьях. — Джисон-и, — мычит Джемин куда-то в плечо, — так тепло. — Хён, — Джисон сердито разворачивается лицом к парню, пытаясь не поддаваться умилительности старшего, — расскажешь? Джемин несколько минут не отвечает, задумчиво водя пальцами по коленке Джисона, потом несколько раз тяжело вздыхает и начинает: — Это из-за Джено, — бурчит Джемин, комично хмуря брови, — он не хочет от меня отвязываться. — А ты? — мямлит Джисон, но быстро берет себя в руки. — Ну, в смысле, ты хочешь, чтобы он отвязался от тебя? Пальцы Джемина останавливаются где-то посередине движения. — Я не знаю, — в голосе Джемин сквозит грусть, и он неосознанно прикладывает руку к своей груди. — Ему будет со мной сложно: чаще всего я сижу один в комнате… И я не очень разговорчивый… — По-моему, Джено это понял, — Джисон качает головой, смотря на ребячливость старшего, — и, скорее всего, уже принял это в тебе. Джемин замолкает, задумавшись о чем-то, и Джисон продолжает: — Ты ведь и сам это уже осознал, хён. Так что прекращай врать хотя бы самому себе. Джемин сначала ошарашенно смотрит на уверенного Джисона, но потом качает головой и улыбается: — И когда это ты стал таким мудрым, Сон-и? … Джисон вроде уже говорил, как он любит улыбку Джемина? Она теплая и игривая, но не такая, как у Чэнлэ, которая заставляет сердце уходить в пятки и неровно дышать, а добрая и проницательная, будто Джемин живет на этом свете несколько сотен лет и знает обо всем больше, чем кто-либо. — Давай собираться, а не то пропустим начало, и Чэнлэ нас убьет, — прерывает его размышления Джемин и плавно встает с кровати. Он мгновенно преображается, расслабляясь после разговора. Подойдя к шкафу, он достает подготовленный для Джисона костюм и аккуратно кладет на кровать. Тот смотрит на него так, будто тот может взорваться в любой момент, и Джемин смеется с того, как младший пару раз смешно шмыгает носом. — А ты, хён? — Джисон снимает с себя толстовку и кидает ее на пол. — Я тоже пойду, — спокойно отвечает Джемин, пока Джисон стоит с открытым ртом, не понимая, шутит старший или нет. — Джено все-таки пригласил тебя? — Нет, но… Я вроде как собираюсь прийти на бал и извиниться перед ним за свое поведение? — он нервно хихикает. — Думаешь, стоит? Джисон, уже стоя в рубашке и штанах, буквально повисает от радости на старшем: — Думаю, он будет в восторге, хён! Когда они переодеваются и Джемин быстро красит себя, попутно ловко завивая волосы, Джисон удивляется, насколько хорошо выглядит его хён, когда он горит тем, что ему нравится. «Скоро и твоя очередь», — шутливо пугает его Джемин и поправляет воротник рубашки. Чэнлэ долго думал над цветом их костюмов, но после длительных размышлений остановился все-таки на черном. Правда, сын Зевса сказал, что наденет розовую рубашку, а Джисон пусть надевает обычную белую, чтобы они лучше оттеняли друг друга, ну, или что-то в этом роде. В обед к ним заскакивает Ренджун, занося пакеты с едой и одобрительно посвистывая на их костюмы. Джемин предлагает накрасить и его тоже, но Рен отмахивается, говоря, что их с Джено взял под свое крыло Доён-хён. Точнее, тот просто повиснул на Джено и выпытывал у него все подробности об его паре и, цокнув пару раз для приличия, затащил его и под руку попавшегося Ренджуна в свой домик. Они смеются с любвеобильности хёна по отношению к Джено, и Ренджун, намекнув, что ему тоже пора одеваться, а то он вообще так не подготовиться к балу, шагает за дверь. И только после этого Джисон понимает, что за эти дни настолько погрузился в себя и собственные проблемы, что даже не спросил, с кем Ренджун вообще идет на бал. Спустя час колдований Джемина над его внешностью, он наконец получает свое право выпить колы, но и то через трубочку, чтобы, не дай Зевс, не испортить блеск на губах. Джемин чуть ли не мурлычет от удовольствия, когда Джисон наконец допивает и спрашивает, можно ли ему посмотреть на получившийся результат его трудов. Тот подводит его к зеркалу, отходя чуть назад, чтобы не мешать Джисону осмотреть себя в полный рост. — Ого, хён, — Джисон неверующе провел руками по своим щекам, чуть хлопая по ним при этом, — это я? — Я же говорил, что черные смоки — это абсолютно твое. — Гордо ухмыляется Джемин и смотрит на часы. — Думаю, пора выдвигаться, а то все веселье начнется без нас. Джисон выглядывает в окно, понимая, что скоро действительно стемнеет, и они вместе выходят из домика и направляются в сторону озера, откуда уже доносятся смех и звуки музыки. — А парни ничего так украсили, — подмигивает ему Джемин, когда они добираются до места, и Джисон не может с этим не согласиться. В прибрежной зоне поставили несколько фуршетных столов, украшенных самыми разными цветами и травами, а посередине по кругу заколдовали летать бокалы с вином, которые сразу же автоматически пополнялись, стоило лишь взять один из них. Ближе к пирсу разместились танцевальная зона и диджейский пульт, и сидящий за ним Марк, издалека увидев их, помахал рукой. Донхёк, не обращая ни на кого внимание, уламывал Джонни сфоткать его возле каждой статуи бога, которых выстроили рядом, разместив позади столиков. Остальные тоже пытались заняться чем-то, пока официально не объявили о начале бала, и Джемин тоже предлагает Джисону пойти искать других знакомых. Но их уже первыми одновременно окликают Тэён с Джэхеном и Доён с Тэилем, которые, увидев друг друга, замирают на полпути. — Хорошо выглядишь, Доён-а. Тэиль-хён, — улыбается Тэён и незаметно притягивает Джэхена немного ближе к себе. — Джисон… И, Джемин, да? Рад вас видеть, ребята. — На Джемин, сын Афродиты, — Джемин делает поклон всем старшим, пытаясь не сильно обращать на себя внимание, что оказывается довольно-таки легко в данной ситуации. — Вы все тоже отлично выглядите. — начинает официально Доён, но сразу тушуется под выжидающим взглядом Тэёна и откашливается. — Кхм, Джэхён, я хотел бы извиниться за тот случай. В общем, я повел себя как полный придурок, прости. И извини, что даже не навестил тебя ни разу в больничной палате, хотя это то, что я обязательно должен был сделать. Я причинил боль не только тебе, но и своему лучшему другу. Все растеряно смотрят на такую перемену в состоянии Доёна, но Джэхён, не раздумывая, протягивает ему свою руку: — Надеюсь, что теперь у нас получится подружиться. Тэён радостно вопит и бежит обнимать сопротивляющегося Доёна, который только-только отпустил свою руку после примирительного рукопожатия. — Я тоже скучал, — бурчит где-то Доён, но красные щеки и то, как он при объятии тихо сзади подправил рубашку Тэёна, выдавали его с головой. Джисон с Джемином вместе облегченно выдохнули и решили быстро капитулировать с места событий, чтобы не мешать бурному диалогу старших, поэтому бесшумно начали пододвигаться ближе к столам с закусками. Весь народ в общем-то собрался там, и они легко затерялись в толпе, пытаясь выцепить брускетты с творожным кремом или соленые крекеры. Когда они радостные возвращаются с добычей, выпив на двоих бокал вина для храбрости, его глаза накрывают ладошками: — Угадай, кто? — хихикают сзади него, и Джисон не может сдержать улыбки. — Может, это Чжон Чэнлэ, самый красивый парень на свете? — поддерживает игривое настроение Джи и поворачивается к парню. Но когда он смотрит на покрасневшее лицо Чэнлэ, оглядывая его с ног до головы, то из головы будто вылетают все мысли, и он может только тупо пялиться. Он невероятно красивый. — Ого, — только и выдает Джисон, и они оба нервно смеются. — Да, я такой, — шутит Джемин, разрушая неловкую атмосферу, и Джисон с Чэнлэ, переглянувшись, тоже смеются с этого. — Хён, — заискивающе тянет сын Зевса, — я только что проходил мимо фотобудки и увидел стоящего там одного Джено. Не хочешь спросить, как у него дела? Джемин понятливо кивает и, проводя рукой по волосам, как бы поправляя их, быстро уходит. Чэнлэ после этого смело обхватывает руку Джисона, чуть повисая на нем, и отводит немного в сторону. — Я кое-что недавно узнал о твоем друге Ренджуне, и это связано с моим гэ, — почти шепотом говорит Чэнлэ с задорной ухмылочкой. «Узнал» на языке Чэнлэ означало «выпытал шантажом все его грязные тайны», но Джисон тактично промолчал и вопросительно хмыкнул. — Ты знаешь, с кем идет Ренджун на бал и почему он участвовал в «Вечере свиданий»? А я вот знаю, — тянет сын Зевса и жестом показывает Джисону наклонится пониже. — Тэн-хён знал, что Сончану нравится Шотаро, но тот никак не мог сделать первый шаг, поэтому он выбрал тебя в качестве катализатора их отношений. Но так как об этом узнал Ренджун и приставил Тэна к стенке, то ему пришлось рассказать весь план и за молчание пообещал выбить ему в пару Куна-гэ. — Блин, то есть я опять был пешкой в чьем-то плане? Ну отлично, — бухтит Джисон, но потом непонимающе добавляет. — Стоп, а причем тут Кун-хён? Почему Ренджуну надо было вставать с ним в пару? — Да потому что тот ему нравится, придурок, — закатывает глаза Чэнлэ и дразнясь показывает тому язык. — Эй, я не- — Дорогие гости, — прерывает его говорящий в микрофон Хендери, который путем всеобщего голосования был выбран ведущим на это мероприятие. — Добро пожаловать на ежегодный весенний бал для всех жителей нашего лагеря! Сегодня вас ждет крутая развлекательная программа и, конечно же, мы подготовили пару сюрпризов на конец! Весь лагерь одобрительно захлопал, и Джисон с Чэнлэ, поддавшись всеобщему восторженному настроению, присоединились к толпе. — А первым этапом в нашем вечере будет конкурс танцев! Ну, кто-нибудь хочет попробовать сразить всех наповал своими движениями? Принимаю всех добровольцев, — подмигивает Хендери и ярко улыбается. Сразу же под громкие возгласы толпы выходят Тэн с Тэёном, пожимая друг другу руку в знак приветствия; домик Посейдона воинственно выставляет вперед ЯнЯна, добавляя еще одного претендента их крови. Смущенно улыбаясь, выходит вперед и Шотаро, получив перед этим поцелуй на удачу от Сончана, и встает вместе со всеми в линию. Зрители одобрительно шушукаются между собой, а некоторые успевают даже делать ставки. Чэнлэ замечает, что Джисон дрожит, при этом неотрывно смотря на сцену перед собой и сминая руки в кулак. Но он не успевает спросить, что случилось, так как его снова прерывает крик Хендери с вопросом о том, все ли желающие вышли. — Неа, тут вот еще один, — слышит Джисон перед тем, как его сильным толчком пихают на сцену. Оборачиваясь, он видит хитрое лицо Джонни-хёна, который одной рукой стискивает Чэнлэ в своих объятиях. — Джисон, ты танцуешь? — вопрос Чэнлэ остается в воздухе, когда Джонни ерошит его волосы и доверительно отвечает: — Сейчас увидишь. Джисон, кажется, покрывается седьмым потом, стоя перед толпой в окружении самых сильных танцоров лагеря, но вместе с этим он чувствует и поднимающееся из ниоткуда желание. Желание победить. Раздается музыка, и Джисон, отодвигая второстепенные мысли в сторону, поддается ей, чувствуя ритм песни. Он закрывает глаза, чтобы не видеть лица остальных и вспоминает все то время, когда он тренировался в своем домике или уходил в лес, чтобы его никто не видел. Танцы были его тайным и самым большим увлечением в жизни, и он был слишком стеснительным, чтобы рассказать об этом кому-то. Но в последнее время в нем что-то изменилось, и теперь он двигается, чтобы показать миру, кто он такой. Когда песня останавливается, Джисон слышит гул толпы и резко открывает глаза. Первым, что он замечает, становятся сверкающие глаза Чэнлэ, который громко скандирует его имя вместе с остальными. На его плечо опускается чья-то рука: — Ну что ж, думаю, у нас есть победитель. Поздравляю, Пак Джисон из домика Ареса! Он шокировано смотрит на остальных участников, но те только смеются и толкают его к выходу со сцены. Не успевает Джисон ступить и шагу, как на него со всей силы налетает Чэнлэ и, восторженно смотря на Джисона, пару раз открывает и закрывает рот, намереваясь что-то сказать, но останавливается и выдыхает ему в грудь: — Кажется, я влюбился в тебя еще сильнее… Хотя, казалось бы… Джисон мгновенно краснеет, опуская голову на бормочущего такие милые вещи Чэнлэ. Он колеблется, не зная, как ему поступить, но помощь приходит из ниоткуда в виде улыбающегося Джонни, которые заключает их обоих в свои медвежьи объятья. — Я случайно увидел, как ты тренируешься, Сонни. Подумал, что это неплохой шанс для тебя. Джисон снова смущается и безуспешно пытается вырваться из стальной хватки сына Аполлона. Но тот сам вскоре отпускает их и, подмигнув, предлагает: — Может, пойдете поддержите своего хёна в армрестлинге? — О да! — кричит Чэнлэ, подпрыгивая на месте от нетерпения и беря их обоих за руки. — Ну, идемте! Когда они подошли к площадке, где проводилось соревнование, там уже собралась толпа желающих. Среди них обнаружились и Юта с Сыченом, и Сончан с Шотаро. — Что мне будет, если я выиграю? — заискивающе тянет Юта, приближаясь к ВинВину. — Допустим, ничего? И вообще, кто сказал, что ты выиграешь? — закатывает глаза Сычен и отпихивает от себя парня. — Юта-сан, Вы, конечно, сильный, но Сончан сегодня точно выиграет, — мило улыбается Шотаро, даже не глядя на смеющегося с этого Чана. Юту это, видимо, совсем не трогает, и он в ответ только широко улыбается младшим. — Учтите, я поддаваться не буду, даже несмотря на то что вы такие милахи. О, Джонни, опаздываешь, а? — Думаю, мы как раз вовремя. — полусерьезно улыбается Джонни, хлопая Юту по плечу. — Подержи. Он кидает Джисону свой пиджак и закатывает рукава рубашки. Юта хищно улыбается и тоже садится за стол. Оказавшись в одной команде с Ютой, Сончан действует согласно плану и встает пятым в очереди, дабы все сильные противники уже устали к этому времени. Джонни сразу же выигрывает Юту в первом поединке, и тот, на секунду расстроившись, быстро берет себя в руки и с веселым видом салютует всем на прощание. Сычен бросается догонять Юту и, еле поймав, обхватывает его двумя руками. «Хён, ты все равно крутой», — бурчит ему на ухо Сычен, сам смущаясь от этой фразы. Они стоят так минуты три, пока Юта не перестает брыкаться и освобождается из его объятий. Он дергает его за ухо, умиляясь появившемуся недовольству на лице, и, пока Сычен не успевает опомниться, целует. Тем временем Сончан почти хладнокровно побеждает Джонни в армрестлинге под удивленные лица публики и из-за всех сил пытается скрыть свою довольную улыбку. Джонни как будто совершенно не расстраивается из-за поражения и уже вовсю расспрашивает Сончана про его тренировки, пока младшие все еще стоят с разинутыми ртами, не веря в произошедшее. — Джисон, Лэ, вот вы где! — подбегает к ним Донхёк и, даже не дождавшись ответа, берет их под руки и тащит на танцпол. — Я вас везде искал. Вы чуть не пропустили последний медленный танец! Оказавшись на танцполе в окружении парочек, Чэнлэ с Джисоном не успевают опомниться, как Хёк оставляет их и бежит к Марку, на ходу прыгая в его объятья. Тот громко смеется, поддерживая своего парня двумя руками и спрашивает, куда тот так сильно торопился. — К тебе! — чмокает его в щеку Донхёк и кладет руки ему на плечи, буквально светясь от счастья. Начинает играть Фрэнк Синатра, и Джисон расплывается в улыбке. Эту песню часто включали его хёны, и он не удивлен, что на последний медляк играет именно она. Он на секунду застревает в своих мыслях, пока его не выдергивает из них чей-то недовольный кашель. И тут он понимает, что сейчас происходит то, о чем он нафантазировал себе в последнее время: они посередине танцпола, играет супер романтичная песня и рядом стоит Чэнлэ в этом своем черном костюме с розовой рубашкой, про которую он говорил всю предыдущую неделю. Чжон Чэнлэ. Парень, о котором можно только мечтать. Парень, о котором Джисон мечтал. Возможно, его будущий парень, если только он не будет стоять столбом и наконец пригласит его на танец. Ало, Джисон! — Можно пригласить тебя? — говорит Джисон, протягивая Чэнлэ руку. — Ну наконец-то, — вздыхает Чэнлэ, пытаясь удержать недовольное лицо, которое сразу же исчезает, как только Джисон поскальзывается на месте и чуть не падает. — То есть победить в конкурсе танцев для тебя легко, а не убиться, танцуя со мной, уже невыполнимо? — Ммм… походу, — неопределенно отвечает Джисон, придвигаясь к парню поближе. — Знаешь, Лэ, думаю, я многому научился за эти дни. И во многом благодаря тебе. Он берет паузу, не прерывая танец, и продолжает более низким голосом: — Сначала я боялся даже заговорить с тобой и считал нелепостью любые попытки хотя бы подружить нас. Но потом мне все чаще приходилось быть смелым, чтобы помочь моим друзьям. Ты был рядом, и я нашел уверенность в себе, чтобы быть с тобой, чтобы защищать тебя. Потому что я вижу твою поддержку. Потому что ты веришь в меня. Чжон Чэнлэ, ты замечательный и… — Вааа, салют! — все пространство заполняют крики жителей лагеря, которые все как один глядят на небо. Разноцветные огни освещают берег реки и плавно исчезают, уступая место звездам. — Будешь моим парнем? — говорит Джисон, когда стихают радостные возгласы от последнего запала. — Да! — кричит Чэнлэ и ловко кидается в объятья. — Это было даже лучше, чем я представлял. — А ты представлял? — Джисон касается его волос и медленно опускает руку на щеку, неотрывно глядя в глаза. — О, еще как, — двигает бровями Чэнлэ и встает на носочки.

***

А Тэн всем постоянно говорил, что он пришел сюда не с Джонни, но все абсолютно точно видели, как они целовались весь вечер.