Большая тройка - кошки?

«Я не могу больше терпеть то, что они нас обманывают», - прошипела Гера, смотря на своего бессознательного мужа. Теплая ладонь тронула ее плечо. «Гера, успокойся, мы им отомстим», - сказала Амфитрита, также смотря на своего мужа голубыми глазами, сияющими словно жемчуг. «У меня есть зелье!», - вскрикнул кто-то веселым голосом. Персефона, танцуя, ворвалась в зал; черные волосы струились позади нее. Ее оливковые руки держали сосуд, в котором закрутились лавандовые и голубые цвета. «Отлично! Я использую его первой!» - сказала Гера, выйдя вперед и вытянув свою руку. Персефона прижала к себе сосуд и сказала: «Почему это ты – первая?» Гера нетерпеливо щелкнула пальцами, и сосуд приплыл к ней: она сказала: «Я должна быть первой, потому что я – старшая! Мой муж – король Богов, а я – Королева и, потому что Я ТАК СКАЗАЛА!» Она открыла сосуд, и капля зелья упала на Зевса. Бог проснулся, когда желто-красное свечение обволокло его, из его уст вырвался стон боли, когда его кости начали изменяться. Он мог чувствовать, как они становятся меньше. Странное чувство распространилось по всему его телу. Смотря прищуренными глазами, он увидел золотой мех, что рос на его руках…которые неизвестно почему стали ЛАПАМИ! ЧТО ЗА… «ГЕРА, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛА!» - кричал Зевс, пока его шерсть стояла дыбом. Конечно же, он не знал, что его братьев постигла та же участь. «Прости, дорогой, - ворковала Гера. – Я не говорю по-кошачьи». Зевс посмотрел на Геру, пока она ухмылялась. «Что за…Зевс, что ты сделал?» - закричал кто-то сзади него. Зевс повернулся и увидел кота с зеленными глазами, который на него смотрел. «Посейдон?» - спросил Зевс, когда полностью к нему повернулся. «А кто же это может быть, тупица? Келли Слейтер? – прошипел Посейдон. – Что ты, во имя Тартара, сделал?» «Я! Я ничего не делал! Это все наши жены!» - прошипел Зевс, у которого шерсть снова стала дыбом. «Пусть будет проклят тот, кто меня ударил», - промычал еще один голос. Посейдон и Зевс, оба, остановили свой спор, чтобы увидеть черного кота, у которого один глаз был открыт, другой закрыт. Открытый глаз кота был черным как ночь. «А-Аид?» - заикаясь, спросил Посейдон. «Да…Что я здесь делаю?» - спросил Аид, пока осматривался. Рассмотрев все, что его окружало, он понял – что оказался в огромной неприятности, и его жена что-то с ним сделала. Когда три кота отошли от шока и были готовы шипеть, выказывая свое недовольство, их взяли за загривок на шее – инстинкты взяли вверх. «Что же девочки, вперед», - сказала Амфитрита, исчезая в белом свете, направляясь к разным полукровкам.