Глаза мои завязаны

Антон садится на водительское сиденье, ставит пакет на пассажирское и заводит мотор новенькой ауди, подаренной чуть больше недели назад на день рождения. Едва он двигается с парковочного места, раздается телефонный звонок от Попова. -Да, Арс. – Шастун включает фейстайм и ставит телефон в держатель, чтобы не мешал вести машину. Погода сегодня премерзкая, вторые сутки льет дождь, не прекращаясь ни на минуту. -Ну ты скоро? Я вообще-то фильм уже выбрал. Ты обещался вернуться через полчаса, а уже час почти прошел. – Попов звонит ему из гостиной, параллельно подключая ноутбук к проектору, ведь сегодняшний вечер было решено провести за просмотром кино, раз уж погода запретила выбираться из дома. -Блин, минут 15 и я приеду, пробки мать их. – Антон бросает короткие взгляды и старается не отвлекаться от дороги. К тому же, Питер он знал плохо и бывал здесь нечасто, но неожиданный отпуск позволил погостить у Попова, давно зазывавшего в культурную столицу. -А я говорил тебе, что мы могли бы и без этих твоих пирожных прекрасно посидеть, но нет же. – Брюнет передразнивает мужчину, садясь на диван. –«Такие вкусные торты есть только в этой кофейне» - Произносит Арсений, передавая интонацию Антона. -Так, во-первых, не торты, а чизкейки, а во-вторых, они реально вкусные, так что не смей возражать. – Шаст переводит взгляд на телефон и грозит пальцем собеседнику. –Блять, нет-нет-нет. – Глаза Антона резко округляются, машина дергается в сторону, слышится шум колес и лязг металла, а потом связь резко прерывается. Все происходит слишком быстро для того, чтобы шатен успел понять, что произошло, он в последнее мгновение дергает руль вправо, секунда превращается в вечность. Автомобиль на скорости влетает в ограждение, парень влетает грудной клеткой в руль еще до того, как успевает сработать подушка безопасности. Удар выбивает из легких весь воздух и пронзает тело тупой болью, отдающейся в кончиках пальцев. Лобовое стекло разлетается в мелкую крошку, и Антон чувствует острую боль в глазах. Пальцы отпускают руль, в кожу впиваются осколки. В голове непрекращающийся гул, машины вокруг сигналят, Шастун слышит гул мотора стремительно отдаляющегося ебаного белого Лексуса. Парень чувствует, как по лицу течет что-то густое и горячее. Кровь. "Я, кажется, рассек голову" - последнее, что мелькает в мыслях, прежде чем разум затуманивается окончательно. -Антон? – Арсений говорит это уже в пустоту, потому что видеозвонок оказывается резко прерван. Руки Попова начинают подрагивать в легком треморе, и он ерошит ладонью волосы на загривке. –Это что за херня сейчас была. Арс пытается позвонить снова, но Антон не отвечает, набирает заново, но «абонент не доступен», и вот тогда до него доходит. -Блять, нет. – У Арсения холодок по спине бежит от одной мысли, что Антон, судя по всему, попал в аварию. Попов машинально проверяет геолокацию Антона – тот едва успел повернуть на Казанскую. Местоположение не меняется. Арсений вскакивает с дивана, хватает со столика сумку с документами, зарядку и летит в прихожую. Натянув на себя первый попавшийся свитер и ближайшие к двери кроссовки, мужчина выбегает на парковку. Ливень мгновенно делает волосы и одежду мокрыми, но это Арсения сейчас совсем не волнует. Он садится в машину и, не думая ни секунды, едет туда, где должен сейчас быть Антон. По пути набирает ему трижды, так и не получив ответа, а через семнадцать минут уже находится на месте происшествия. Одна полоса перекрыта, пара машин полиции, одна карета скорой помощи. Арс выскакивает из машины и чуть поодаль видит машину Шастуна, влетевшую в ограждение, сердце падает в пятки. Он видит, как в скорую заносят носилки и закрывают двери, и буквально в последнюю секунду успевает поймать врача за рукав. -Он жив? – Единственное, что в силах вымолвить Попов. -Вы родственник? – Женщина поднимает полный равнодушия взгляд. -Я друг. – Арсений хлопает глазами, не понимая, что вообще происходит. -Жив он, в Максимилиановскую везем, вы едете с нами? – Она что, сочувствие проявила? -Нет, я на машине. Я… Я следом поеду. – Успевает произнести мужчина, прежде чем перед его носом закрывают двери. Арсений подходит к полиции узнает подробнее. Белый Лексус с молодой особой за рулем вылетел на встречку, Антон пытался уйти от столкновения и влетел в ограждение, виновница с места аварии скрылась. Арсений оставляет контакты для связи и возвращается в свой автомобиль. Сев в машину, Попов дрожащими пальцами набирает номер эвакуатора, просит отвезти машину Шастуна к его дому, переводит соседу деньги и пишет: Арс, 23:47 «Серёж, заплати эвакуатору, я ему твой номер дал. Потом расскажу.» Серый, 23:48 «Понял, принял.» Больница, слава богу, находится практически за углом. Попов паркует машину и заходит в приемное отделение, где уже суетятся медики. От резкого запаха медикаментов в венах стынет кровь. В висках от волнения пульсирует, и он слышит только обрывки фраз вроде «сотрясение средней тяжести», «ушиб грудной клетки» и «повреждение глаз». Он слышит, что Антона везут в третью операционную, и понимает, что все пиздец как плохо, а сделать он ничерта не может. На дрожащих ногах Арсений подходит к посту и обращается к медсестре: -Добрый вечер, я хотел бы узнать о состоянии пациента. – Голос выходит шершавым, как будто Попов перед этим проглотил лист наждачки. –Его фамилия Шастун, он только что прибыл. -Антон Андреевич? – Молодая медсестра отрывает глаза от бумаг и поднимает взгляд на Арсения. -Да… Да, все верно, Антон Андреевич. – Вторит девушке Попов, потому что мысли в голове мечутся в голове с бешеной скоростью, затягиваясь в плотный клубок, из которого ничего полезного не выудить. -А вы кем пострадавшему приходитесь? Я ведь не могу распространять подобную информацию посторонним людям. – Взгляд у девушки сочувственный, и Арсений прекрасно понимает, что подобные вопросы – лишь соблюдение необходимых формальностей. На бейджике виднеется надпись – Топольницкая Юлия Николаевна, старшая медсестра. -Я его друг, он сейчас у меня живет, в гости приехал. – Полушепотом произносит Попов, чувствуя, как его постепенно покидают силы после схлынувшей волны адреналина. -Он попал сюда после аварии, на данный момент диагностировано средней тяжести сотрясение мозга, ушиб грудной клетки, полученный вследствие удара об руль и сильное повреждение глаз. -А с глазами что? – Арс проглатывает ком в горле и внимательно смотрит на девушку. -В глаза попали, судя по всему, осколки лобового стекла. Сейчас вашего друга увезли в операционную, его будет оперировать хороший врач – Нурлан Алибекович, все будет хорошо. -А он видеть будет? – Арсений с трудом произносит эти слова, думая о возможных последствиях травмы. Упаси господь, если операция не обернется успехом, о карьере дизайнера Шастуну придется забыть. Да без глаз о любой профессии забудешь, наверное. Попов старается гнать от себя подобные мысли, хоть и выходит так себе. -Молодой человек, - Произносит Юля, чуть наклонив голову. – Как к вам можно обращаться, кстати говоря? -Ох, точно. Арсений, можете звать меня Арсений. – Попов старается собрать все свое мужество в кулак, не выдавая жуткого волнения. -Арсений, понимаете, я не врач и не могу вам что-либо обещать. В медицине вообще не положено давать обещаний, но заверить вас могу в одном – Сабуров действительно хороший хирург и офтальмолог, лучший в этой больнице, и он обязательно сделает все возможное, чтобы сохранить зрение вашего друга. Операция, скорее всего будет достаточно долгой, на вашем месте лучше было бы заполнить бумаги и ехать домой. Отдохните, попробуйте поспать, а мы вам обязательно позвоним, когда операция будет окончена. -Я могу остаться здесь? – Попов подается чуть вперед и умоляюще смотрит на девушку, понимая, что уехать домой сейчас он просто не в силах. Он обязан быть здесь. –Я заполню все необходимые бумаги, но я хотел бы остаться, чтобы не оставлять его тут. -Что ж, если вам так удобнее, не могу возражать. – Девушка понимающе поджимает губы и протягивает Арсению бумаги и ручку. – Заполните эти данные, пожалуйста, чтобы мы могли внести их в карту. Я сообщу вам, когда станет что-либо известно. -Хорошо, спасибо. Попов забирает бумаги и устраивается на диванчик, установленный в коридоре для таких же ожидающих, как сам Арс. Руки дрожат уже чуть меньше, да и сам Арсений старается немного перевести дух и выровнять дыхание. Только сейчас он понимает, что так и уехал из дома в пижамных штанах и абсолютно дурацком свитере с оленями, который подарил ему Шаст на прошлый новый год. Мысли постепенно раскладываются по полочкам в голове, медленно приходит осознание произошедшего. Антон ехал домой. Он купил эти треклятые чизкейки и ехал домой, а эта сука… Кстати о суке, утром нужно будет поехать в полицию, узнать, что да как, надо бы заводить дело. Но все это утром, потому что время на часах неумолимо близится к полуночи. -Арс, ты что реально не был в этой кофейне? – Шастун удивленно вскидывает брови и пихает друга в бок. –То есть ты уже столько лет живешь в Питере и ни разу там не был? Дак нахера ты вообще тут живешь. – Антон звонко заливается смехом, прикрывая лицо ладонью. -Да, я там не был, но это только потому, что я люблю домашний кофе, Шастун. Я люблю варить кофе сам и пить его с удовольствием и замотавшись в плед, а не сидя в какой-то кафешке. – Попов оправдывается и подбирает под себя ноги, садясь по-турецки. -Так там не в кофе дело, Поповский, там такие чизкейки, ты себе не представляешь. – Шастун воодушевленно улыбается, отчего в уголках глаз собираются небольшие морщинки. -Ты же знаешь, я в отличие от тебя, не падкий на сладкое и всякие тортики. -Ой, а торт моей мамы за обе щеки уминал. – Передразнивает шатен. -Нет, ну торт твоей мамы – это святое, Антон. – Попов лучезарно улыбается, вспоминая ту поездку к родителям Шастуна, когда они были еще студентами. -Ой, да конечно. Хватит мне зубы заговаривать, я все равно за ними поеду, а ты можешь пока придумать, какой фильм мы посмотрим. Так уж и быть, постараюсь вернуться побыстрее, полчаса и я дома, Граф Поповский. – Антон шуточно отдает честь и идет в прихожую, взяв с журнального столика телефон и ключи от машины. -Ну только если всего полчаса. – Бросает вслед ему Арсений. –И вообще, хватит называть меня Поповским! – Он щурится в улыбке и лениво растягивается на диване. -Приму к сведению. И вообще, не попробуешь… -Не попробуешь. – Заканчивает фразу Арсений, и оба они заливаются смехом, думая об этой их общей тупорылой пословице, появившейся еще во времена студенческой скамьи. Из мыслей Арсения вырывает звук оповещения на телефоне – пишет Серёжа. Серый, 1:23 «Арс, прикинь тачку только сейчас привезли, это чья вообще машина кстати?» Арс, 1:23 «Это машина Антона» Серый, 1:25 «Шаста что-ли? Ахуеть, что случилось?» Арс, 1:26 «Как ты уже заметил, в аварию попал. Я в больнице сейчас, он на операции» Серый, 1:26 «Ахереть. Ну хоть живой. Какие прогнозы вообще?» Арс, 1:28 «Он в общем-то целый почти, но там с глазами что-то» «Пока не понятно» Серый, 1:30 «Арс, брат, ты держись» «И будь на связи» «Будут новости, пиши сразу» Арс, 1:31 «Хорошо, Серёж. Спасибо» Серёжа Матвиенко – сосед Арсения по лестничной клетке и второй по важности друг в его жизни. Судьба свела их около трех лет назад, когда Попов купил себе новую квартиру на Васильевском острове, о чем мечтал долгие годы. Серёжа вообще очень интересный человек с широкой армянской душой и прекрасным чувством юмора. Да и вообще, в холодном и дождливом Санкт-Петербурге Матвиенко – единственный, кто способен разогнать тучи и дать дельный совет. Когда стрелка часов на запястье Арсения слегка шагает за отметку двух часов ночи, он видит, как по коридору со стороны операционной идет высокий и статный человек в белом халате. Врач снимает маску, и Попов понимает, это и есть Сабуров – хирург Антона. Арс вскакивает с дивана и только сейчас чувствует, что замерз, ведь одежда от дождя промокла почти насквозь, хоть сейчас и высохла немного. Арсений подходит к посту, за которым сидит Юля и уже что-то смотрит в бумагах доктор. -Нурлан Алибекович? – Брюнет подает голос, поднимая взгляд на человека в халате. Он и подумать не мог, что казахи бывают такими высокими. -Собственной персоной, а вы? – Сабуров отрывает взгляд от документации и внимательно смотрит на Попова. -Арсений, я друг Антона, вашего пациента. Хотел узнать о его состоянии и возможных прогнозах. – Голос выходит практически умоляющим. -А, товарищ Шастуна. А что его родственники? Вы один? – Нурлан откладывает бумаги в сторону и едва хмурит брови. -Антон приехал в гости, семья в другом городе, поэтому я единственный, кто в курсе произошедшего. Как он? – Пальцы брюнета вновь начинают подрагивать от волнения. -В целом, состояние вашего товарища вполне сносное, серьезных травм он не получил. Можно сказать, счастливчик. Сотрясение у него не серьезное, нужно будет просто наблюдать за состоянием, а вот глаза. – Интонация врача немного смягчается, и смотрит он прямо в глаза, стараясь оценить реакцию Попова. – Вследствие того, что лобовое стекло разбилось, осколки попали в глаза, но, к счастью, мы смогли извлечь все из них. Несмотря на то, что повреждения были весьма обширными, дополнительных кровоизлияний не возникло, хрусталик не поврежден, глаза сохранить удалось. Ваш друг скоро поправится. – Сабуров дружески кладет ладонь на плечо Арсения. -Он будет видеть так же, или зрение ухудшится? – Мысли в голове начинают роиться сумасшедшим потоком, но волнение понемногу отступает. –Вы понимаете, просто он архитектор, он рисует, его глаза… - Врач обрывает его на полуслове. -Мы сделали все возможное. У вашего друга молодой и сильный организм, восстановление должно пройти успешно. Я не могу вам ничего обещать, но прогнозы даю хорошие. Поезжайте домой, к утру Антона уже переведут в палату, где вы сможете его посетить. Приемные часы у нас с десяти, в случае чего мы обязательно позвоним, а сейчас поезжайте и отдохните. – Сабуров слегка сжимает плечо Арсения в товарищеском жесте, затем убирает ладонь и возвращается к бумагам. –Всего доброго. -Да, всего доброго, спасибо большое. –Попов понимает, сидеть здесь дальше смысла нет. Доктор прав, сейчас стоит поехать и постараться уснуть, чтобы утром приехать к Антону не слишком убитым. –Юля, до свидания. – Арсений машет рукой медсестре и выходит на улицу. Дождь прекратился, но апрельский воздух обдает Попова холодом и немного бодрит. Брюнет неспешно шагает к своей машине, садится за руль и еще минуту просто смотрит в пространство. Да уж, совсем не так он видел этот вечер, а думать о том, как чувствует себя Шастун, вообще страшно. Арсений заводит машину и меньше, чем через двадцать минут уже заходит в подъезд своего дома. По дороге домой Арса начало морить от усталости, поэтому, зайдя в квартиру, он разувается и сразу же плетется в спальню, не найдя в себе сил пойти в душ. Сняв с себя еще влажные вещи, Попов кладет их на кресло и обессиленно падает на кровать. Нужно написать Матвиенко. Арс, 3:12 «Я поговорил с врачом, прогнозы вроде хорошие. Утром к нему поеду, посмотрю, что да как.» Брюнет устанавливает будильник, ставит телефон на зарядку, натягивает на себя одеяло по самые уши и засыпает почти мгновенно.