Глаза мои завязаны

Я не ищу повод, просто живу Там, где воздух пахнет только тобой

Утро встречает Арсения шумом будильника и болью в глазах, потому что ночь выдалась беспокойной. Мужчина то и дело просыпался чуть ли не каждый час, хватался за телефон и проверял время. Звенящий будильник сообщает о том, что на часах уже восемь утра, в больнице нужно быть к десяти, а до этого времени ещё стоило бы привести себя в порядок и собрать для Антона предметы первой необходимости, вроде белья или той же зубной щётки. Попов сонно трёт глаза и тянется на кровати, разминая затекшие во сне мышцы, выключает будильник и встаёт с кровати, попутно застилая её покрывалом. Мужчина сонно бредет в ванную, ероша ладонью волосы на затылке, смотрит в зеркало, и картинка его не радует - под глазами проявились синяки, а из-за нервов лицо немного осунулось, выступили острые скулы. Арсений провел ладонью по чуть выступившей на щеках щетине и решил, что бриться сегодня совсем не хочет. Умывшись, брюнет шагнул в душ под горячие струи воды. В воздухе клубился пар и запах геля для душа, вода обжигает кожу, оставляя ярко-розовые следы и успокаивая мысли, бушующие в голове. Сейчас никак нельзя показывать волнения, его на них обоих хватит у Антона, а Арсению нужно стойко принять на плечи груз этой ситуации и не дать Шасту опустить руки. Арс выходит из ванной, оборачивая полотенце вокруг бёдер, возвращается в спальню, где надевает джинсы и свободную толстовку, собирает небольшую сумку с вещами для Антона и проверяет оповещения на телефоне. Серый, 8:23 «Ну че, как ты там? Все в порядке?» Арс, 8:25 «Пойдёт, собираюсь в больницу. Как вернусь, расскажу, что мне там скажут» Серый, 8:26 «Окей, буду ждать. Удачи тебе» Арс, 8:26 «Спасибо, Серёж» Попов идёт на кухню, неспешно готовит себе сэндвичи, варит кофе и завтракает, проверяя соц. сети. Его радует мысль о том, что прошла только неделя отпуска, а впереди ещё три, возвращаться на работу совсем не хочется. Нет, Арсений очень любит свою работу, он - адвокат в Василеостровском районном суде, и профессия ему прямо-таки по душе. Просто всем иногда нужен отдых, а Арс и так последнее время стал ловить себя на мысли, что нервное напряжение стало отвлекать его от работы, что в юриспруденции, как и в медицине, не допустимо. Попов по большей части занимается гражданскими делами, уголовщину и резню не особо любит, хоть и берется иногда. Вот и последнее дело по признанию вины мудака, задушившего жену во время очередного семейного скандала, вытянуло последние силы, отправив в заслуженный отпуск. Когда на часах стрелка шагает за отметку в девять часов, мужчина решает, что пора выходить, утром пробки любому дадут прикурить. Арсений берет сумку с документами, сумку с вещами для Антона, телефон и ключи от машины и уже в прихожей надевает пальто и обувается. Улица встречает брюнета холодным порывом ветра и мелкой моросью, он поднимает воротник пальто, закрывая шею и идёт к машине. Все-таки его чёрная BMW, купленная чуть больше года назад, смотрится чертовски презентабельно. Арсений садится в машину, проверяет ситуацию на дорогах и понимает, что из-за пробок дорога займёт почти сорок минут. «Хорошо, что вышел раньше.» - Мелькает в голове у Попова, когда тот заводит машину и выезжает с парковки. Брюнет включает радио и, когда в салоне автомобиля тихо разливается Thomas Mraz - Million, Арсений начинает вторить словам, едва шевеля губами, а в голове начинают клубиться мысли. Хоть я влюблен, один на миллион, что мы будем вдвоём. Влюблен ли Арсений в Антона? Попов не знает ответа на этот вопрос. Он много раз думал об этом, но точный вывод так и не сделал. Он знает точно, что Шаст для него - больше, чем просто друг, он знает, что хочет защитить этого неуклюжего парня от всего дерьма, что есть в мире, знает, что когда Шастун рядом, ему просто хорошо и спокойно. Но вот влюблен ли он? Этого он сказать не может или просто не готов признать. Ревущий фьорд внутри, но с виду как спящий каньон. Наверное, сейчас это хорошо описывает состояние самого Арсения, потому что волнение внутри не отступило, как бы тот не старался, но показать этого никак нельзя. Пальцы ещё немного подрагивают, а между рёбрами мучительно тянет все сильнее по мере приближения мужчины к больнице. Арсений оставляет машину на парковке и проходит в больницу, где на посту его встречает уже другая медсестра. На бейджике он видит - Ирина, и по тому, что отчество, фамилия и должность не указаны, делает вывод, что Юля, с которой он успел познакомиться вчера, занимает должность выше. Мужчина подходит к посту и старается улыбаться максимально добродушно, хоть и выходит кривовато. -Добрый день, я хотел бы посетить пациента, его фамилия Шастун. - Арсений пристально смотрит на девушку, которая открывает взгляд от документов и улыбается в ответ. -Вы Арсений, да? - Ирина откладывает бумаги в сторону и выходит из-за стойки, подходя к брюнету. - Юля сообщила о том, что вы должны приехать. -Это очень любезно с её стороны. - Улыбка на лице Арсения становится искренней. -Вы можете оставить пальто здесь, я уберу его в сестринскую, а вам придётся надеть халат и бахилы, так как вашего друга перевели в палату только утром. - Девушка протягивает руки, чтобы взять пальто. -Да, конечно, спасибо большое. - Попов спешно снимает пальто, передавая его в руки девушки. -А какой номер у его палаты, не подскажете? -Сейчас я принесу вам халат и провожу к палате, можете пока надеть бахилы. - Девушка жестом указывает на стойку, где их можно взять. В голове Арсения проносится мысль, что работники этой больницы становятся его личными ангелами-хранителями, которые нянчатся с ним, словно с ребёнком. Другие могли бы уже обласкать русским матерным за глупые вопросы, а они все объясняют, подобно заботливым родителям. Ира возвращается, держа в руках халат и жестом приглашая идти за ней. -Наденьте халат, я сейчас провожу вас к Антону, он в 17 палате. Ему даже повезло, в палате он лежит один, у нас сейчас вообще не многолюдно, слава богу. - Арсений спешно надевает халат и рефлекторно приглаживает чёлку, а перед самым входом в палату его сердце словно пропускает удар. - Ну вот мы и пришли. - Девушка по-доброму улыбается, останавливаясь у двери. - Пообщайтесь, а чуть позже зайдёт Нурлан Алибекович, он как раз хотел поговорить о состоянии Антона и прогнозах на его лечение. -Хорошо, спасибо большое. - Арсений кивает Ире, когда та разворачивается, возвращаясь к посту. Попов медленно и шумно выдыхает, стараясь успокоить дыхание, хотя выходит так себе, а потом все же собирает волю в кулак и входит в палату. Антон лежит на кровати, укрытый одеялом, к правой руке подсоединена капельница, а глаза плотно забинтованы. Арсений сглатывает ком в горле и шагает ближе, стараясь найти слова. -Арс? - Антон подаёт голос первым, и имя мужчины звучит хрипло, но это скорее всего от долгого молчания. Сейчас ему даже кажется, что он почти счастлив, потому что Арсений пришел. Шаст ждал его и он пришел. Не мог не прийти. -Как ты понял, что это я? - Арсений делает ещё пару шагов и садится на стул, стоящий возле постели парня. -Я ждал, когда ты придёшь. К сожалению, я не вижу абсолютно ни черта и даже не знаю, сколько сейчас времени, но я слышал, что приёмные часы с десяти, так что, наверное, сейчас около того. -Голос Шастуна звучит почти позитивно, хоть и видно, с каким трудом это ему даётся. -Ты прав. - Арсений переводит взгляд на часы. - Сейчас 10:08. - Он аккуратно кладёт свою руку на ладонь Шастуна, едва касается тонких холодных пальцев, которые совсем непривычно видеть без россыпи колец. - Как ты? -Вопроса получше он в голове не находит. -В целом нормально, правда. Голова болит немного, и дышать тяжеловато, а ещё абсолютно, сука темно. - На последних словах его голос вздрагивает, и парень поджимает губы. -Ты не говорил с врачом? - Антон ответно касается пальцами руки брюнета, отчего по телу мгновенно пробегают мурашки. -Он сказал, что прогнозы хорошие. - Арсений едва улыбается уголками губ. -Будешь ещё как новенький. -Надеюсь, он не врет. - Шастун натянуто улыбается. - Я даже не понял, как все случилось, это было так быстро. Даже среагировать толком не успел, один хер в ограждение влетел. Ещё и машине полный пиздец. - Парень обессиленно выдыхает, едва сжимая пальцами ладонь брюнета. Оказывается, это чистая правда - когда теряешь зрение, тактильно чувствуешь лучше, и Антон мысленно молится, чтобы Попов не убрал руку. -Боже, Антон. - Голос мужчины немного осекается. -Ты жив, и это самое главное. Я так за тебя испугался. Арсений прижимается лбом к ладони парня и только сейчас понимает, что волнение, не покидавшее его с вчерашнего вечера, сейчас отступило, будто его и не было. Такое чувство, будто Антон одним своим присутствием рядом стёр все тревоги и дал силы жить, по крайней мере до тех пор, пока находится так близко. Они сидят в тишине минут десять, а потом её нарушает Сабуров, вошедший в палату, держа в руках медицинскую карту, и мужчины разрывают касание рук. -Антон, Арсений, доброе утро. - Медик выглядит уставшим, судя по всему, задержался после ночной смены, чтобы навестить Шастуна утром. - Антон Андреевич, как самочувствие? -Врач подходит ближе, становясь рядом с кроватью. -Я уже вижу, как близится моя выписка. - Произносит шатен, расплываясь в улыбке. -Всё отлично, только рука немного онемела от капельницы. -Юмор, кстати, это отлично. - Нурлан хмурит брови, но по-доброму улыбается уголками губ. -Помогает пойти на поправку. - Врач касается длинными пальцами колёсика регулятора скорости введения препарата, по-видимому, уменьшая подачу. -Так вашей руке будет получше. Это, кстати, крайняя ваша капельница на сегодня, ещё завтра утром вам поставим для поддержания организма, это витамины. -Нурлан Алибекович? - Антон вновь подаёт голос, и на лбу пролегает тонкая складка. - А я буду видеть? - Врач опускает взгляд на Антона, и его улыбка становится чуть шире. -Конечно, будете. Скажу больше, показатели у вас замечательные, так что скорее всего зрение сохранится полностью. - Шастун шумно вдыхает, а Арсений замечает, как парень немного успокаивается от этих слов. - Конечно, многое зависит от того, как хорошо будут заживать ткани, тут поможет только уход и максимальное спокойствие, нервные потрясения стоит отложить на потом. - Голос у врача спокойный, предрасполагающий и внушающий доверие, отчего волнение Арсения отступает все дальше. -Мы понаблюдаем за Антоном ещё сутки и, думаю, завтра вы уже сможете забрать его домой. - Теперь уже Сабуров обращается к Попову, едва касаясь ладонью его плеча. -Как интересно получается - подаёт голос Шастун - вы за мной наблюдать можете, а я нет - «Он шутит и это, наверное, хорошо», мелькает в голове Арса, когда Сабуров тихо и сдержанно смеётся, непроизвольно хватаясь за Попова. -Ничего, Антон Андреевич, через пару недель вы тоже сможете наблюдать за нами в полной мере. - Нурлан возвращает взгляд к бумагам, делая в них какие-то пометки. - Вечером у вас перевязка, а я к вам зайду завтра примерно в это же время. Хорошего дня. - Мужчина улыбается напоследок и покидает палату, которая после его ухода погружается в уютную обоим тишину. Арсений вновь касается рукой ладони Антона, аккуратно переплетает пальцы, как бы говоря ему - «Я здесь и я всегда буду рядом». Шастун дышит едва слышно, не желая нарушать тишину, сквозь которую чуть доносятся голоса врачей и медсестер, снующих в коридоре. В душе Арсения отступившее волнение уступает место чувству вины, ведь Шаст отвлёкся от дороги, разговаривая с ним по телефону. Если бы не он, все могло бы быть хорошо. -Я такой кретин, что позвонил тебе. - Полушепотом произносит Попов, упираясь лбом в сцепку их ладоней. -Всё хорошо было бы. -Говорит брюнет и хмурится, больно закусывая нижнюю губу. -Арс, не неси хуйню, пожалуйста. - Антон отвечает почти агрессивно, чуть сжимая пальцами ладонь друга. -Ничего бы не изменилось, она бы все равно вылетела на встречку, я бы все равно попал в аварию. Тут нет твоей вины, даже не думай об этом. - Арсений оглаживает пальцами кожу на запястьях парня, покрытых паутинкой мелких ранок от осколков стекла, и думает о том, как, наверное, у Шаста сейчас все болит. Он легко касается губами кончиков его пальцев, Антон не одергивает руку, хоть кожу и пробивает холодным электрическим разрядом. Они сидят в тишине ещё пару минут, каждый думая о своём, а затем в палату заходит невысокая женщина, крепкого телосложения. -Обед, Антон Андреевич. -Выглядит она колоритно, но приятно. По-домашнему что-ли. -У нас сегодня отбивные, вам понравится. -Женщина улыбается, ставя порцию на тумбочку у кровати. -Арс, тебе, наверное, пора идти. - Произносит Антон, думая, каким же беспомощным он сейчас выглядит с этой ужасной повязкой и абсолютной темнотой перед так сильно болящими глазами. -Завтра утром уже заберёшь меня. - Шаст пытается улыбнуться, убирая ладонь из руки Арсения и слегка приподнимаясь на кровати. Попов понимает, что уезжать не хочет, но должен. -Хорошо, увидимся завтра. - Мужчина натянуто улыбается, хоть и понимает, что друг этого не увидит. -И можешь, пожалуйста, забрать мой телефон? Он, кажется, должен лежать на тумбочке. -Да, конечно. -Брюнет переводит взгляд на полку, кладёт телефон в сумку с документами и встаёт со стула. - Я под кровать тебе сумку поставил, там белье и прочее, привёз на всякий случай. Увидимся завтра, Шаст. -До завтра. - произносит парень, когда Попов сталкивается с Ирой уже на выходе из палаты. Пока Арсений идёт на парковку, параллельно стараясь узнать, куда передано дело о вчерашней аварии, Ира уже заботливо предлагает свою помощь Антону, который едва ли сможет пообедать сам. И если за завтраком он ещё пытался противиться помощи, то сейчас принимает её с благодарностью. Шастуну неловко и стыдно - взрослый парень, а теперь не может даже поесть самостоятельно или в ванную пойти. Попов садится в машину уже зная, в какое отделение полиции ехать. Дорога занимает около получаса, потому что утренние пробки плавно перетекли в полуденные. По радио играют какие-то популярные песни, любви к которым Арс не питает абсолютно, называя безвкусной попсой. Никто и никогда не припоминает брюнету, что после двух-трех стаканов виски он поёт эти песни громче всех. Неожиданно для мужчины по салону разносится Бумбокс - Вахтерам, и Арсений думает о том, как их с Антоном столкнула судьба, усадив на первом курсе за одну парту на парах по философии, сделав лучшими друзьями на долгие годы. Тогда жизнь была такой простой и яркой, казалось, что все проблемы ограничивались сессией и пересдачами, а трава как будто, и правда, была зеленее. Арс с ужасом понимает - первый курс был восемь лет назад, да и самому ему давно не девятнадцать, а уверенные двадцать семь. В участке Попов находится недолго, да и узнать удаётся немного - девушку ищут, её машина была зафиксирована сразу на нескольких камерах, расследование ведётся, не суйте свой нос, Арсений Сергеевич, а лучше вообще нахуй пойдите. Когда Арс садится в машину, на телефон приходит новое сообщение от Серёжи : Серый, 15:38 «Ну чё ты там? Рассказывай» Арс, 15:38 «Только из полиции вышел, домой собираюсь» Серый, 15:40 «Может ко мне зайдёшь, поговорим как раз? Мне кстати отличный виски подогнали» Арс, 15:40 «Окей, жди» Попов убирает свой паспорт, который брал в участок, в сумку, и взгляд цепляется за беспощадно разбитый телефон Антона, сейчас больше похожий паутину, сотканную из стекла. В голове всплывают мучительные гудки, оставшиеся без ответа, и треклятое «абонент недоступен», от которого сердце в пятки упало. «Надо бы купить ему новый телефон.» - Мелькает в голове Арсения, когда тот выезжает с парковки, направляясь в ближайший магазин электроники. Зарплата адвоката позволяет жить хорошо и не отказывать себе почти ни в чем, даже несмотря на то, что Арс работает честно и лишнего на карман не берет. Да, клиенты часто суют конверты с круглыми суммами, но Попов давно поставил перед собой правило - благодарность только после суда и в случае удачного исхода, никак не заранее или в качестве стимула. Ему просто совесть и воспитание не позволяют идти по головам и защищать виновных. За почти четыре года рабочего стажа Попов Арсений Сергеевич успел заработать хорошую репутацию, за мелкие дела не брался, да и стоимость услуг заслужил хорошую, так что работу свою, действительно, любил. По пути в магазин брюнет заказывает доставку ужина прямо в квартиру Серёжи, понимая, что посиделки скорее всего затянутся до ночи. Антону он решает купить такую же, как была "десятку", разбитую сейчас вдребезги, заботливо переставляет симку в новый телефон и едет к Матвиенко уже довольный собой. Он оказывается на пороге армянина, с добродушной улыбкой открывающего ему дверь, уже через полчаса. У Серёжи свой цветочный бизнес, и живёт он, честно говоря, очень неплохо. Матвиенко, хоть и получил диплом инженера, нашёл свою нишу абсолютно случайно, осознав хорошие предпринимательские задатки. Сейчас его сеть насчитывает 7 магазинов, расположенных в разных районах Питера, что обеспечило ему безбедную жизнь. -Неужели, какие люди. - Тянет Серёжа, расплываясь в своей самой добродушной улыбке. - Живём в двух метрах, а видимся раз в месяц. Проходи давай. - Матвиенко отходит от двери, приглашая жестом в квартиру. -Ну не жалуйся, скоро, кстати, должны ужин привезти. - Попов оставляет пальто в прихожей и проходит в гостиную, совмещенную с просторной кухней, по-хозяйски разваливаясь на диване. -А вот это мне уже нравится. - Серёжа ехидно посмеивается, проходя за кухонный остров, чтобы налить виски. -Так что там Шаст? - мужчина проходит к дивану, протягивая стакан Арсению и садясь в кресло напротив. -Ну, врач говорит, что все нормально будет. - Сердце тяжело опускается в груди при одной мысли об Антоне. -Ты рассказывай, что вообще случилось. Я, честно говоря, вообще ахуел, когда машину привезли. - Мужчина делает глоток из стакана и отставляет его на журнальный столик, а Арсений начинает рассказывать все, как есть. От рассказа их отвлекает звонок в дверь, по-видимому, привезли ужин. Серёжа забирает пакеты у курьера и заносит их на кухню. Беседа плавно перетекает в ужин, а когда бутылка опустошается уже на половину, разговор приобретает более душевные нотки. -Арс, когда ты ему уже скажешь? - Серёжа хмурится, но произносит фразу налегке, доливая виски в стаканы. Он смотрит на друга, губы которого сомкнуты в тонкую линию, а брови сдвинуты к переносице из-за мыслей, кишащих в голове. -Скажу что? - Арсений делает глоток и непонимающе смотрит на Матвиенко. -Что любишь его, Арс. Не делай из меня дурака, не первый год тебя знаю и прекрасно все вижу. - Армянин убирает со стола тарелки и ставит их в мойку. -Люблю? - Сердце Арсения пропускает удар, и он хмурит брови. - Ну как друга, а как... - Не успевает он договорить, и его перебивает Серёжа. -Хуйню не неси, Арс. У тебя когда последний раз девушка была, не скажешь мне? Не на одну ночь? Ты последний раз, наверное, с Алёной встречался, или я не прав? - Мужчина ставит локти на стол и растирает лицо ладонями. -Прав. - Произносит Попов, резко потускневшим голосом, и даже не знает, что ещё сказать. -Просто скажи, сколько ещё ты собираешься молчать и делать вид, что вы всего лишь очень классные друзья. Сам-то в это веришь? - Мужчина смотрит пристально, пытается достучаться до сознания. -Серёж, а какой смысл? Какова вероятность того, что Шаст не пошлёт меня нахуй и не уедет, куда подальше, обрывая общение? Знаешь, меня мои чувства не тяготят, а потерять его я никак не хочу, тем более из-за такой глупости. Не маленький, справлюсь. - Голос Арсения срывается от осознания того, что он только что признал наличие чувств к Антону. -А если это взаимно? - Серый убирает руки от лица и смотрит пристально. -Нет, я не могу утверждать, я с Шастуном не общался близко и по душам не говорил, но ты и сам подумай. Отношений он не заводит, вы оба на два города живёте и при первой возможности друг к другу едете. Просто глупо вот так молчать, не дети же. -А если...-Арс снова не успевает связать слов, так как его вновь прерывает Матвиенко. -А если не взаимно, то ничего страшного. Вы взрослые люди, поговорите, расставите все точки и продолжите общаться, как раньше. Я думаю, он все поймёт. - Серёжа протягивает стакан к другу и по комнате разносится приятный звон. -Может, ты и прав. - Арсений делает глоток, и виски обволакивает гортань приятным теплом. Попов удивляется тому, что Сергей сам вышел на этот разговор. Попов удивляется тому, что в голосе друга не было и толики осуждения. Мужчины расходятся, когда на часах почти час ночи, а пьяная пелена мягко застилает картинку перед глазами. Арсению утром рано вставать, но думать об этом совсем не хочется. Осоловелые веки словно налились оловом, и мужчину непреодолимо клонит в сон. Он не запоминает, как ставит будильник, не помнит, как дошёл до кровати, да и в сон погружается почти мгновенно, едва сняв с себя брюки и кофту, так и оставленные на полу.