Я люблю тебя, мам

Наушники выпали из ушей, а девушку разбудила учительница. –Алин, мы приехали, — объясняя происходящее, сказала Анастасия Владимировна. –Да, спасибо большое Вам, — ответила Алина. –Тебя довести? –Как-нибудь дойду, — взяв свои вещи, девушка улыбнулась классной руководительнице, и вышла из машины. Поблагодарив еще раз учительницу, Алина захлопнула дверь и на ватных ногах дошла до забора. Открыв дверь и зайдя во двор, она услышала звук колес. Это значило, что учительница уехала. Алина продолжила путь до дома. Войдя в дом, Алина включила свет. Теперь дом был пустым… Время пол десятого. Ей очень плохо, она не знает что делать. Ее тошнит. Тошнит от стресса и накопившихся эмоций. Она снимает каблуки и доходит до ванной. Она готова выплюнуть все свои органы, чтобы не испытывать это чувство. Она умывается, стараясь вернуть себе внутреннее равновесие, но у нее не получается. Ничего. Поднимаясь к себе в комнату, Алина вспоминает утро. Сейчас ей по-настоящему страшно. Она ложится на кровать и начинает плакать. Кричит в подушку от боли и страха. Ощущения, которые ее до безумия пугают. Дрожащими руками она пишет Марие. –Ты можешь со мной поговорить? –Пожалуйста Она получила ответ спустя 15 минут, вроде бы мало, но она все еще задыхалась от слез. Ей было тяжело. Даже слишком. Она не могла воспринимать отъезд матери в Калининград. Ее это настолько било морально, что она не выдерживала. Страх за жизнь матери был сильным, мать — единственный родной человек, если с ней что-то произойдет, то ее заберет отец, к сожалению, по закону. –Конечно. Что-то случилось, Алин? Я тебе позвоню? –Позвони… — ответила Алина. Мария набрала дочери и услышала гудки. Они завершились, девочка взяла трубку, но ничего не говорила. Плакала. –Алин? –Мне страшно, — всхлипываю, сказала девочка. –Почему тебе страшно? –Мне сон приснился –Который тебя напугал? –Мне страшно, он с мамой был –С ней что-то случилось в твоем сне? –Она спала, а самолет сломался, он горел, тогда мама проснулась, были везде крики людей и, и самолет падал… — девочка плакала, рассказывая Марией о том, что ей снилось. –Алин, это сон, с мамой все нормально. –Нет-нет-нет, — она плакала и не верила. Не верила тому, что все в порядке. Она восприняла этот сон как реальность –Алина. Прошу, услышь меня, — сказала Мария, как вдруг звонок был сброшен. Ей это не помогало. Она слышала уже которое смс, но ничего… Она плачет. Снова и снова, будто ей это как-то поможет. Она падает в пропасть, из которой не может выбраться. Она знает, что сейчас одна. Третьякова звонит подруге семьи — Татьяна Поляковой. –Ты можешь приехать? –Я не в Москве сейчас, Маш. А что случилось? –С Алиной что-то не так, а дома она одна. Мало ли что произойти может. –Я не могу, правда, спроси ее классного руководителя, может, она сможет –Спасибо, Тань. Набирая классную руководительницу дочери, Мария очень переживала. ответит ли ей она? –Да? –Здравствуйте, это Мария Владимировна, извините за беспокойство. –Что-то случилось? –Да, дома Алина одна. Она написала мне с просьбой поговорить. Я позвонила ей, а у нее истерика. Я пыталась с ней поговорить, но это не помогло. Она просто сбросила трубку. Я переживаю за нее. –А чем могу помочь я? — забывая, что родители девочки уехали. –Никто не может приехать к ней, я беспокоюсь, вы можете это сделать? –Могу, тогда я подойду к вашему дому, пока что скажите мне, она что-то рассказала? — учительница пошла одеваться в уличную одежду. –Ей сон приснился –Что за сон? — понимая, что этот сон явно был в машине, учительница запереживала… –Сон про маму и то как самолет падает, она думает, что это произошло в реальности, — объяснила Мария. –Так, я сейчас выхожу. Мне идти пять минут. Как я попаду в дом? –Алина забывчивая, вероятнее всего, он не закрыт, — объяснила Мария, немного смеясь. –Хорошо, если что, я уже иду. Я напишу, когда зайду. Сбросив трубку, Анастасия Владимировна продолжила идти. Сколько же этот ребенок стоит нервов. И не только её. Время десять вечера, а женщина дошла до дома, в котором живет ее ученица. Дверь и в правду была открыта. И все-таки, женщина написала Марии, что она в доме. И увидела сообщение от Марии. В нем было расписано, что можно взять, если что-то понадобиться. Женщина нашла комнату Алины, благодаря сообщениям Третьяковой. Открыв дверь в комнату девочки, она увидела, что та взялась за канцелярский нож. Ничего не говоря, женщина подошла к девочке и забрала нож из рук. –Не надо, — сказала женщина. Девочка была в ступоре и ничего не понимала. По лицу стекают слезы. Она ничего не понимает… –Алин, все же хорошо? — спрашивая девочку, женщина гладила ее по плечу –Нет, — мотая головой из стороны в стороны, Алина рыдала. –Объясни, я хочу тебе помочь, — попросила учительница. Лукина только плакала, а ее руки тряслись… ей было плохо и больно. Учительница пыталась ее разговаривать, но ей это не особо удавалось. –Мне уйти? — спросила Анастасия Владимировна. Алина лишь отрицательного кивнула. –Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала? –Мама жива? Да? — голос дрожал. –Да, — ответила женщина. –Точно? — шмыгая носом, спросила девочка. –Точно –А если нет? — усомнилась Алина. –А ты хочешь, чтобы она умерла? –Нет, я боюсь, — ответила Лукина. В этот момент педагог поняла, что с ней. –Почему ты боишься, что с мамой что-то случится? –Я не знаю, — ответила девушка. Она и вправду пыталась её понять, то почему она так боится потерять мать, но наверное, это логично… –Хочешь попробуем понять это? Или не будем? –Не хочу, — она знала, что иначе придется рассказать историю жизни, а ей не хотелось кого-либо просвещать… Никто не хочет заново переживать травму… –Хорошо, посидим? — спросила учительница. Алина кивнула, соглашаясь с предложением. Они сели на кровать, излюбленной место для посиделок. Как-то даже странно… в прочем, жизнь — странная штука… Девушка положила голову на плечо учительнице. Истерик не было, а слезы текли. Слезы усталости? Скорее всего, да, они… Слишком много переживаний клонящих в сон. Алина заснула. Как всегда. Она засыпала после каждой истерики. Ее организм нуждался в восстановлении. Учительница положили голову ученицы на подушку, а ноги подняла на кровать. Сама женщина села на стул, смотря на то, что рисовала девочка. Множество резких линий и непонятные женщине фигуры. Сфотографировав этот рисунок, Анастасия Владимировна перевернула блокнот и открыла последнюю страничку. Взяв карандаш со стола, женщина начала писать. Некое послание, которое будет известно Алине, когда она закончит вести этот блокнот. Вернув все в привычное состояние, женщина осматривала девочку. Но её прервал звонок телефона. Она взяла телефон ученице, отключив звук, вышла из комнаты и ответила. –Алина, привет –Я — учительница Алины, классны руководитель Женщина не успела задать и вопрос, педагог объяснила все. –Я поняла вас, она быстро успокоилась? –Не сказала –По возвращению поговорю с ней, если что-то надо или заплатить вам за это, то напишите сумму –Денег не надо. Я бы хотела с Вами поговорить, когда вы вернетесь. –Без проблем –Тогда о встрече договоримся позже –Да, доброй ночи, Анастасия Владимировна –И вам Сбросил стружку, женщина вернулась в комнату на тот же стул. Женщина снова начала смотреть на спящую девочку, ее взгляд ходил по ее лицу и переодически уходил в сторону тела, на которое ей было сложно не смотреть из-за виднеющихся гематом на бедрах. Ее охватывали переживания, потому что она беспокоилась за ребенка. А вдруг это ее родители. Она уже решила, что спросит ее об этом утром, поэтому ушла в гостевую спальню, о которой ей говорила Третьякова. Женщина долго не могла уснуть, но все же у нее получилось это сделать. Женщина проснулась рано. Обыденность превратилась в привычку, поэтому вставала она по рабочему времени. Делать ей было нечего. Женщина заказала доставку еды из ресторана и вернулась в комнату к ученице, которая уже проснулась и сидела на кровати. –Как твое самочувствие? –В порядке — ответила Алина –Поесть заказала, — присаживаясь на край кровати, сказала Анастасия Владимировна. –Я бы приготовила, зачем? — сказала Алина. –Я думала, что после того, что было вчера ты и встать толком не сможешь. –Та нет, такое бывает, поэтому не так страшно. Встала бы, — ответила Лукина. Не сказать, что это было редкостью. Мать не зря уколы ставит по этому поводу. Девочке слишком тяжело в эмоциональном плане. Она часто переживает и нервничает, ей действительно сложно учиться и тяжело. Сейчас лето, оно обычно спасало ее от бремя учебы, но не в этом году. –Такое бывало раньше? — беспокоясь за ученицы, спросила учительница. –Бывало, но все нормально, правда –Я забыла тебе сказать, твоя мама позвонила вчера, ты уже уснула. Я ответила, с ней все хорошо, не переживай больше так. –Спасибо Вам –Не за что, я сегодня до вечера побуду с тобой, а потом к себе домой, не пугай так больше, — опираясь локтем на стол, сказала Анастасия Владимировна. –Извините, что так получилось. –Ничего, предлагаю после своеобразного обеда позаниматься –Не стоит, не хочу заставлять вас работать внеурочное время. Вы и так много сделали. Я вам за это очень благодарна. –Уверена? Пока шанс даю, — усмехаясь, сказала женщина. –Ладно, вы всегда говорили, что если дают, то надо брать, можно попробовать? –Несомненно, — педагог улыбнулась. –У тебя все нормально? — спросила Анастасия Владимировна. –Все хорошо, — ответила Алина, смотря непонимающим взглядом. –А такие гематомы это хорошо? — переводя взгляд на ноги Алины. –Не переживайте, все нормально –По-хорошему, я должна сообщить в органы опеки, поясни, хотя бы, чтобы я не волновалась за тебя –Мама знает, она не причем, я думаю, этого хватит? –На самом деле не хватит, Алин, — скрестив руки на грудки, сказала женщина. –Давайте договоримся. Я вам расскажу после выпуска об этом. –Почему после? –Не хочу, чтобы вы как-то странно ко мне относились сейчас, — призналась девочка. –Я в любом случае к тебе отношусь хорошо, Алина, — сказала женщина. –После выпуска расскажу, правда, — печально улыбаясь, Алина стояла на своем. –Хорошо, договорились, — женщина улыбнулась ей. Девочка спокойно выдохнула. –Тебе мама звонит, — передавая телефон ученице, сказала Анастасия Владимировна. –Спасибо Педагог заметила, что у девочки засветились глаза от радости. Настроение девочки поднялось, что несомненно радовало женщину. Разговор с матерью шел ей на пользу, а волнение девочки было оправдано. Лукина сказала, что через неделю вернется. Эта новость заставляла девочку улыбаться, хоть на показ мать и не успеет, но она скоро вернется. Вскоре доставка приехала. Пока, они решили достаточное количество вариантов, что помогало лучше разобраться в предмете. Многое из программы Алина вспоминала и уже стало легче. К вечеру женщина ушла, а девочка позвонила матери и проговорила с ней около двух часов. Несколько дней прошли в тишине. Редкие звонки, да и только. Подготовка к экзаменам занимала время, но Алина успевала заниматься хобби, хоть и неудачи ее сильно тревожили… Утро субботы, которое заставляло руки трястись. На показах она уже давно не была… Алина давно прибыла на место, переодевшись в необходимый наряд. В 8 утра Лукина позвонила ей и грубым голосом сказала: –Алина, не облажайся, удачи Прозвучало неприятно и обидно. Их отношения налаживалась, как у матери тут же включился режим стервы. Она не переносила это. После подобного ее всегда охватывали истерики, о которых она не говорила матери, ведь, боялась какого-либо ответа. Приходилось переживать самой. Без уколов, которые спасали ее… Показ был в разгаре. Алине сказали как ей нужно пройти. Девушка поняла то, что от нее просят. В конце концов очередь наступила и до нее. Сильное волнение и давление, но у нее получилось сделать все. Возвращаясь в гримерную, девушка наткнулась на заказчика. –Пойдем, надо поговорить. –О чем? –Этот разговор не для коридора, — уводя Алину в другую комнату. Непонятная комната, в которую он привел ее не похожа, в принципе, на какую-либо комнату. –Что мы здесь делаем? Мужчина зажал девочке рот… –Если бы ваша Лукина знала, что отдала тебя на изнасилование, — засмеялся мужчина. Алине лишь стало больней. Она хотела домой. Лежать и плакать из-за происходящего с ней. После случившегося она уехала на такси. Лицо было бледным от страха. Глаза на мокром месте. –Вы чего такая грустная? Плохо прошли что-ли? –Ага, — хлюпая носом, ответила Алина. Оставшуюся дорогу они ехали в тишине. По приезде Алина вернулась и позвонила матери. –Мам –Алин, я занята, — сбросив трубку, Лаура вернулась к разговору с бывшим мужем. –Ну так что ты хочешь? –А чего ты такая грубая с доченькой любимой? — с ухмылкой спросил Александр. –Давай ближе к делу, — ответила Лукина. –Потрахаемся, тогда отстану от нее, — предложил свое условие мужчина. –Хорошо, день мне скажи и без твоих приколов, — согласилась Лаура. Она не хотела этого. Очень сильно не хотела. Она лишь хотела, чтобы у дочери было все хорошо. –До завтра, — покинув кофейню, Лукина поехала в отель. Дома сидела девушка. На холодном полу… Как летом может быть такой холодный пол? У девочки текли слезы и тряслись руки. Алина обнимала себя за колени, боясь кому-то позвонить. Страх людей. Она боится встать. Боится снова испытать боль… она заставила себя встать. Боль разошлась по всему телу. Она поднялась до своей комнаты. Она упала на кровать в слезах. Она стала слишком много плакать. Слезы текли рекой. А рука потянулась к канцелярскому ножу. Теперь руки украшали глубокие порезы, которые приятно жгли кожу. Алина написала своей подруге. Единственный человек, которому она не побоялась написать. Подруга искренне старалась ее поддержать и понять, но на расстоянии сделать это сложно. Алина всегда нужен был человек, который сделал бы это в реальности. Вернул ее назад, вытащил из состояния, но это практически невозможно, пока она не хочет сама. Чего она хочет? Никто не знает. Что у нее на уме? Неизвестно… Конец августа. Это последний день перед школой. Экзамены у всех детей получилось сдать хорошо, хоть и не все. У Алины не получилось сдать на нужный балл русский, чтобы остаться в своем классе, но Анастасия Владимировна решила этот вопрос. Лаура и Алина так нормально и не говорили после возвращения… Близняшкам было значительно лучше и реабилитация проходила успешно. Ужин прошел мирно и без происшествий. После ужина все разошлись. Время близилось к часу ночи, а Алина не спала. Боялась, что этот год будет плохим. Она снова плакала, боясь идти в школу. Как в и предыдущие года. Откуда у нее вообще появился этот страх?.. разве школьный года не самые лучшие? Утро обещало быть веселым, ведь, с самого утра ей не здоровилось, а говорить об этом времени не было. Они проспали, наверное, впервые за все время это была линейка. Важный день, когда надо приехать вовремя… В спешке Алина не успела сказать о том, что ей плохо. Собрались и поехали в школу. В машине ее укачивало, потому она заснула, облокачиваясь на стекло. На улице было жарко, от чего было еще хуже. На линейку дети уже опоздали. Да и проехали по всем пробкам, они лишь ко второму уроку подъехали к школе, впритык. Еле успев в свои классы, девочки поздоровались с учителями. –Здравствуй, Аля, умудрились вы конечно проспать, а ты пропустить свою последнюю линейку, — сказала Анастасия Владимировна. –Да ладно, в конце года еще будет –Масштабнее, да, но эта тоже важная, — ответила Анастасия Владимировна. –Ничего, переживу как-нибудь, — улыбаясь, ответила Алина. Прозвенел звонок, гласивший, что начинается урок. Алина прошла за 4 парту среднего ряда, 1-го варианта. За партой уже сидела ее одноклассница — Настя, с которой у нее были хорошие отношения. Второй урок — математика. У Алины неплохо получалось, но зачастую были мелкие ошибки, за которые оценки снижали. В этом году пришла другая учительница. Эксперт ЕГЭ. Но ученики не уверены в том, что она сможет обучить их чему-то, а уж тем более подготовить к ЕГЭ. –Итак, меня зовут Татьяна Владимировна. По базе пройдемся. Доп занятия по подготовке: по понедельникам, четвергам и пятницам. В среду для тех, кто сдает базу. Остальные ваши занятия меня не волнуют. Хотите сдавать профиль? Пожалуйста. Получать будете задания повышенной сложности. Идем по программе. За 3 месяца проходим программу 11 класса. Все остальное время — подготовка к ЕГЭ. Прошли тему? Самостоятельная работа в конце урока. Если 2, то раз в месяц, в субботу можете переписать. Дни назначу я. По дисциплине, вы уже все взрослые, поэтому я успокаивать вас не намерена. В первый раз предупреждаю, во второй раз выгон. Ни за кем не бегаю, все всё поняли? –Да начнется 9 кругов ада, — пошутил парень с последней парты. –Первое предупреждение вы уже получили, — холодно ответила женщина, открыв учебник. –Итак, начинаем, степени. –Жесть, — шепнула. Девочка лишь кивнула головой, соглашаясь с одноклассницей. Тема шла, а Алина написала на листке соседке. «Насть, мне очень плохо… Голова кружится, в ушах звенит. Вообще не слышу, что она говорит» «Алин, давай выйдем, я тебя к медсестре отведу» «Надо отпроситься сначала, а это сложно» Алина подняла руку, женщина увидела это, но проигнорировала. «Это смешно. Она уже 10 минут игнорирует» Тема было пройдена, не понята. За 15 минут до конца урока женщина поделила доску на два варианта. Написав по одному длинному примеру к каждому варианту, женщина огласила, что это самостоятельная работа. –Так, по журналу вызываю двух счастливчиков, которые продемонстрируют свои знания на практике. Теняева Светлана и Лукина Алина, прошу. С вариантами сами определитесь. Света встала и подошла к доске, а Алина даже не расслышала то, что сказала Татьяна, пока Насте ей не написала на листке. С замедлением она встала и прошла к доске. Знания всплывали отрывками с 10 класса. Девушка пыталась рассуждать в мыслях, но получалось плохо. Учительница взглядом пилила весь класс, что дети побоялись достать телефон. Переодически смотрели на доску, цокая от того бреда, который видела на доске. Мел не приятно скрипел, от чего начинала болеть голова Алины. Рукой она уже еле водила по доске, записывая степень. С трудом девушка вспомнила, что ½ — корень. Ответ получился 8. Женщина перевела взгляд на девочку, которая положила мел и уже начала идти к своему месту. –Лукина, объясни решение всему классу, которые тему не поняли, — сказала Татьяна Владимировна. Алина не слышала женщину. Села за парту, когда увидела надпись на листке от Насти. –Долго ждать? Одноклассница показала жестом Алине, что надо идти. Девочка помахала головой из стороны в сторону, чего не поняла учительница. –Лукина, твоя 5 превратится в 2 в журнале, услышала? — спросила Татьяна Владимировна. –Да она не слышит вас! — вмешалась Настя. –Она у вас глухая? –Да ей плохо стало на уроке, а вы 10 минут ее игнорировали. У нее голова кружится и звон в ушах. –Работы собирает староста, а Лукина и Вы ее соседка со мной, к медсестре ее отведем. –Хорошо, — сказала Настя. –Как зовут тебя? — спросила учительница. –Настя –Показывай дорогу, я еще не все знаю. –Маму ее вызовут, — грустно вздохнула девочка. –Почему? –С ней такое бывает, она утром себя может чувствовать плохо, приедет, отсидит несколько уроков, в обморок упадет и маму ее вызовут. А ее маму бесит, что ее с работы подрывает. Если бы она говорила, что ей плохо, то ее бы оставляли дома. –Иногда у меня нет звона и я все слышу. Опаздывали и так сегодня, я просто не успела сказать, — ответила Алина. –Впервые голос услышу, — сказала учительница. –Не впервые, если что объяснить я не смогу степени. Решала так, как в 10 классе рассказывала. Ваш урок мимо ушей прошел, извините, — ответила Алина, уже видя надпись знакомого кабинета –Ничего. Профиль или базу сдаешь? –Думаю, что буду профиль сдавать. –Ты че бессмертная? — спросила Настя. –Смерть ищу свою просто, — отшутилась Алина, присаживаясь на кушетку. –Скоро найдешь, если будешь так над своим организмом издеваться, — сказала медсестра. –Все нормально, — схватившись за голову, ответила девочка. –Нормально? Уверена? –Голова резко заболела, –Настя, сходи за Анастасией Владимировной. –Хорошо, я побежала, — через 5 минут одноклассница уже была с учительницей русского языка и литературы и кружкой чая. –Алин, я маме твоей позвонила. Не дело это всё, меня администрация вызывает, а я бегу к тебе, разрываюсь между всеми. Хотела бы остаться с тобой и дождать мамы твоей, да не могу, если Татьяна Владимировна готова остаться, то очень прошу её, — сказала Анастасия Владимировна. –Без проблем, у меня окно. –Спасибо, я пойду, — выбегая из кабинета, сказали учительница. –И часто ты так? –Редко, но метко, д…– девочка не успела договорить, за Алину начала говорить медсестра. –Мы с Алиной любим видеться в начале года, в конце года, чуть ли не каждый месяц, да, моя дорогая? –Так получается, у меня нет цели вам портить день, — ответила Алина, закрывая глаза. –Так, а ну не закрывай глаза, не надо мне тут обмороков. Лукина шла по этому по коридору уже раз в пятнадцатый, и она отлично запомнила эту дорогу. Она терпеть ее не могла. Каждый раз она оказывалась там из-за Алины… Войдя в кабинет, женщина увидела дочь, рядом с ней медсестру, учительницу, которую раньше не видела и одноклассницу дочери. Сделав вдох, Лукина сказала: –Дома поговорим, — кинув взгляд на дочь, Лукина перевела свой взор на медсестру, скрещивая руки на груди. –Она тебе прибьет? — спросила шепотом Настя, передавай кружку с чаем. –Она всегда такая, — ответила Алина. –Готовая убить? — пошутила Настя. –Просто серьезная, — выпивая чай, говорила Алина –Ага, серьезная блин, — сказала Настя –Анастасия, потише, — влезла Татьяна Владимировна. Девочка молча кивнула, пока мама одноклассницы говорила с медсестрой. –По-хорошему, её покормить, чтобы нигде не падала, а чаем мы её отпоили, Лаура Альбертовна, — сказала медсестра. –Хорошо, Алин, идём, — забирая сумку дочери, Лукина протягивает ей руку. –Нормально, дойду, — сказал Алина, отказываясь от помощи матери. Выйди из школы, Лаура явно была недовольна произошедшем. –Идем в кафе поблизости, но сначала к машине — сказала Лаура. –Может, я дома поем? — спросила Алина –Без споров. С утра не судьба было сказать? — спросила Лукина –Мы в спешке собирались, я не успела, извини –Ладно, но прекрати так делать. Лучше остаться дома сразу, нежели мотать мои нервы, Алин, их и так уже не осталась с тобой, — подходя к машине, ответила Лаура Девушка ничего не ответила. Просто молчала, а внутри нее бушевал ураган. Она был зла на себя из-за происходящего. Ненавидела себя за то, что заставляет мать беспокоиться… она винила себя из-за всего происходящего. Глаза закрылись, пока они дошли до машины. Алина рухнула на асфальт, пока мать брать сумку…