Тепло

Ёнджун пропал. Пропал в тот момент, когда они с Субином всё чаще стали проводить время вдвоём, будь это обычный обед, тренировка или прямой эфир для фанатов. И сейчас он понял это окончательно. Прямо сейчас Субин сопел в его шею и крепко обнимал за талию. И это было так чертовски мило. Ёнджун делил комнату с Тэхёном, но сегодня младший задерживался в студии и, скорее всего, позже снова упадёт где-то по пути, как недавно на диван в гостиной. А Субин жил в номере один, и он замёрз. И как только умудряется? Ёнджун вздохнул. Из всех возможных вариантов он выбрал залезть под одеяло именно к нему и теперь щекочет дыханием кожу. Так, что мурашки разбегаются и в голове не остаётся ни одной осознанной мысли. Ёнджун зажмурился. Он крепче приобнял Субина, невесомо целуя в лоб. Тепло. И невероятно уютно, как будто они вдвоём так и должны ложиться вместе спать, как будто голубая макушка так и должна ютиться на его плече, а рука давить на живот. Это могло бы быть очень семейно, но чувства Ёнджуна играли злую шутку. А отказать Субину он никогда бы не смог. Это практически невозможно. Он помогал ему с одеждой, покупал по утрам кофе, если Субин не успевал, делился курткой или пледом в очередной холодный день и находил потерянные наушники. На каждое «хён, правда, я хорошо справился?» он соглашался и говорил, как хорош его лидер. На съёмках Ёнджун не мог оторвать глаз и постоянно повторял, какой Субин красивый. А во время тренировок подбадривал и хвалил. Иногда он неожиданно засыпал, а старший укрывал, подкладывал подушку и надеялся, что ему тепло, а тело не затекает. Однажды он даже согласился испечь с ним печенье. И всё это развивалось так медленно, но так губительно. Он осознавал, что ему уже не просто нравится мягкая кожа Субина и что гладить уши — мало, теперь зубы сами тянулись к мочке, на что младший терпеливо поджимал губы и жаловался, что его используют, как кусок еды. Ёнджун про себя отмечал, что еда из него очень даже вкусная и он наслаждался бы блюдом вечно, но вслух говорил лишь о его детской коже. Хотя что-то от ребёнка в нём определенно было. Субин верил почти всему, что ему говорили, часто ронял вещи, постоянно что-то терял и легко пугался всего подряд. Ёнджун удивлялся, как он может совмещать свою, безусловно милую, нелепость с энергичными танцами и так умело вести группу. Иногда Субин смотрел настолько невинно и пристально, что заставлял смущаться, поначалу было просто некомфортно от чужого взгляда, но позже из-за этого путались все фразы и Ёнджун застывал на полуслове. Замечал ли кто-то вокруг его состояние? Маловероятно, только шутили. Видел ли перемены сам Субин? Даже если и видел, для него это было не больше чем милая игра и дразнилки. И это, в принципе, было терпимо. Никто не мешал его трогать, никто не мешал на него смотреть. Пока Ёнджун держался на этой позиции, в его распоряжении всегда был целый Субин, с его привычкой падать от смеха на плечо старшего, с его набитыми едой кроличьими щеками, с его нелепо высоким ростом, оговорками и донельзя красивыми длинными пальцами. Пока чувства закипали всё сильнее с каждой новой неделей, проведенной вместе, тайно теплились в груди, он мог не ограничивать себя. Всё стало бы слишком сложно, реши Ёнджун подойти ближе. По крайней мере, так он всегда думал. До тех пор, пока Субин не оказался в его кровати. Субин, который сам пришёл и лёг под бок, сам обхватил рукой, закинул ногу и удобно устроил голову. Субин, который так часто стесняется и выставляет руки, чтобы оградиться, сдался и так просто доверил свой сон Ёнджуну. Теперь он уже не мог ничего себе обещать. Старший снова вздохнул и надавил свободной рукой на переносицу. Он уснет через несколько минут, не осознавая, что губы всё ещё слегка касаются лба, а утром его разбудит хриплое возмущение Субина, потому что Ёнджун напускал во сне слюней, а шея всё же затекла. Он быстро проведет пальцами по чувствительной коже на рёбрах, чтобы младший почти свалился с кровати, схватит его в последний момент и прижмёт обратно, в очередной раз восхитится его красотой даже после сна и тихо улыбнется. Субин ещё немного поворчит, а затем начнёт болтать обо всём подряд, задаст вопрос и поднимет голову, отчего окажется слишком близко к лицу Ёнджуна. Он всё же не выдержит и чмокнет в лоб, посмеётся с огромных удивлённых глаз. Субин продолжит жаться к нему, когда холодно, и кто знает, насколько хватит старшего, чтобы в один прекрасный момент не опуститься ниже и не поцеловать его в губы.