Почему, скажи мне, папочка?

Генри Миллер, вполне высокий для своего возраста пятилетний мальчик. У него кудрявые бордовые волосы, и чуть-чуть розоватая кожа. А глаза, а глаза-то! Изумрудная радужка так и сверкает детской невинностью, даже не смотря на принадлежность к клану тьмы. Он очень любит читать, особенно про заклинания и магию. Мальчик уже знает вполне много. Дети в округе боятся Генри. Сейчас идёт война, и людей клана тьмы принимают очень холодно, все и всех безоговорочно, даже тех, кто просто мирно живут в своих деревушках и поселениях. Всё было очень хорошо, до момента, пока маленький Миллер не начал замечать что-то странное в своём отце. Чарльз растит мальчишку в одиночку, его жена умерла во время тяжёлых родов. У Чарльза, спустя пять с половиной лет, начала появляться ненависть к сыну. Генри этого не понимал. В один чудный денёк, Генри сидел около дома во дворике. Он заметил маленький цветочек, которые усилием заклинанием он пытается взрастить. Ему передалась магия времени от матери, как же он был рад, когда заметил это! У него принадлежность сразу к двум кланам! Первые попытки не венчались успехом. Сдаётся ли Генри? Никогда! Цветочек лишь шевельнулся. Цветочек немного поднялся. И... Получилось! На радостях, мальчик вскочил с немного пожелтевшей осенней травы и направился в дом. Там должен сидеть его отец, и, как он знает, сортировать книги. Их дом большой, ведь когда-то это была общая библиотека, в которую приезжали из соседних поселений, но сейчас... Мало кто сюда заходит. И всё же, в дом забегает Генри, по шелесту страниц идя в огромную комнату, где множество полок с книгами. — Папа, папа, — позвал мальчик, при виде Чарльза, — Я хочу тебе кое-что показать! Мужчина в очках, с такими же изумрудными глазами, повернул взгляд на сына. Пару секунд он просто глядел на счастливого мальчишку, после чего шумно вздохнул, подходя к нему, и уже следуя за шустрым Генри, который тут же побежал на улицу. Чарльз плёлся следом, когда сын уже снова просто упал на траву около небольшого цветка. — Смотри, смотри! — с радостным выражением лица привлёк внимание Генри. В миг его лицо стало более сосредоточенным. Он что-то тихо шептал, пока на это с интересом смотрел Чарльз. Секунда, две... Маленький и непримечательный цветочек вырос и расцвёл, показывая свой красивый бутон, прямо на глазах. Вновь радостный мальчик перевёл взгляд на отца. — Видишь, папа, я унаследовал что-то от мамы! Изумлённое выражение лица Чарльза быстро сменилось раздражением. Генри ничего не понимал, его радость пропала. — Генри, сынок, не мог бы ты пройти в дом? — мужчина процедил это сквозь зубы. Его тон не предвещал ничего хорошего. Мальчик совершенно ничего не понимал. Но он поднялся с земли, и быстро отряхивая свои брючки, поторопился к дому. Чарльз закрыл дверь, как только сын вошёл. Щелчок замка. — Понимаешь ли... — начал он, — Ты ничего не унаследовал от своей матери. Генри выглядел напуганным, кладя холодные от страха ладони на свои плечи. — Но ты слишком сильно напоминаешь мне свою маму. Невинное, детское розоватое личико... — Чарльз потёр переносицу, поправляя очки, — Я ненавижу это. Почему он так говорит? Такого раньше никогда не было! Что случилось? Мальчик ещё больше испугался, отводя взгляд в сторону. Зря. Он заметил, как к нему подбираются какие-то странные чёрные облачка. Они веют холодом, но в то же время сильным жаром, Генри пытается отодвинутся от них, и кидает мимолётный взгляд на отца. Пряди волос Чарльза изменились. Он применил не самое слабое заклинание на собственном сыне. Мальчишка паникует. — Папочка, что ты делаешь? — испуганно воскликнул дрожащий детский голос. В следующую секунду вопрос перерос в плач. Нет, это не плач, это приглушённый многочисленными полками книг детский крик. Генри сидит на полу, и хныкая, держится за живот. На белой рубашонке виднеется небольшое алое пятно. По щекам мальчика текут слёзы, а в уголке его рта собралась кровь. Он испугано дрожит и смотрит в пол. Перед тем, как его разум поплыл, и он потерял сознание, он слышал голос отца. — Ты никогда не станешь нормальным человеком.