Когда взойдёт солнце

— Несколько лет назад, Эдмир был совсем другим… Четырнадцать лет назад… Эдмир несомненно большой город, в котором укрылись многие могущественные существа. Маги, колдуны, феи и русалки, эльфы и гномы. Ни одного человека, в чьих жилах текла бы магия. Этот мир по-своему красив и сказочно прекрасен. Намджун любит сюда возвращаться, несмотря на то, что они с женой и его двухлетним сыном давно переехали в Мертон — деревню, куда давным-давно перебрались его родители. И хоть матушка до сих пор не может привыкнуть к людской жизни, в тихую используя магические штучки по дому, она, несомненно, любит это тепло и спокойствие. И Тэхи она тоже любит, ведь ей совсем неважно, что её сын полюбил человека. Как это вышло? История долгая. Всего лишь задание, всего лишь слежка в неприметной деревне за колдуном, что продаёт яд вместо лекарства, а потом горящие блеском глаза на вечернем карнавале и любовь с первого взгляда. Маленького Тэхёна решено было растить в деревне, ведь не место человеческому дитя среди магов. Но и Уджин — его лучший друг, никогда не запрещал визиты в свой город с человеком. Самое страшное началось одной ночью (с пятницы на субботу…)

***

— Тэхи? — дверь в спальню медленно поскрипывает, впуская внутрь яркую полоску света, что делит комнату пополам. — Тщщ…- молодая девушка, прикладывая тонкий пальчик к пухлым губам, тихо шикнув на мужа, продолжает напевать незамысловатую мелодию, усыпляя лёгким покачиванием сладко посапывающего сына на руках. — Он сказал, что пришлёт в деревню Хана, мы можем не беспокоиться. — выдыхает мужчина на холодное ушко жены, кладя большую ладонь ей на плечо. Девушка грустно вздыхает, прекращая петь, и разворачивается к мужу лицом, заглядывая в его вымученные глаза. — Но и твоя матушка позаботится же о нём? — с мольбой спрашивает она. — Безусловно, дорогая. — он целует её в лоб, тихо произнося — Нам пора выдвигаться… Уджин ждёт нас в Эдмире. — Почему мы не можем взять его с собой, Джун?.. — всхлипывая, спрашивает девушка, хоть и прекрасно знает ответ сама, она аккуратно кладёт мальчонку в кроватку, подбивая пушистый плед под его бочка. — Ты знаешь… — устало выдыхая, слышится в ответ — Ему не место среди магов, к тому же, это слишком опасно. Здесь за ним хотя бы будет присматривать Хан. — А там сотни магов… — Магов, которым наш ТэТэ не ровня, а здесь его не найдут. Завтра утром Мертон посетит один из колдунов, чтобы… — Да, я помню. — тут же перебивает Тэхи и поворачивается к сыну, целуя его в холодный носик, обводя ладонью контур его лица и тихо шепча — Ты вырастешь сильным и отважным мальчиком, Тэхён-а, но при этом весьма добрым и солнечным. — она стирает слетевшую слезу с пухлой щечки большим пальцем и снимает с шеи поблёскивающий амулет, кладя его рядом с маленькой ручкой, сжатой в кулачок. — Я всегда буду рядом, малыш, куда бы ты ни пошёл… Следом подошёл отец. Он долго смотрел на сына, сунув руки в карманы портков. И скидывая тяжёлый груз, что залёг глубоко в душе, в воздух, он наклоняется над мальчишкой, касаясь губами его щёчки — Я вернусь за тобой, малыш. — единственное, что он шепчет, но не обещает, и быстро выходит из комнаты, даже не оборачиваясь, чтобы унять соблазн вернуться. Не слыша детское «папочка?»

***

Вечно голубое небо умылось кровавым закатом, в предвкушении забрать чьи-то жизни. Птицы кружили над головами защищающихся воинов, отвлекая чужестранцев своими крыльями и клювами. Семья Ким как раз успела к началу захвата территории, перекрыв границу Эдмира, врываясь в его эпицентр. Куда не посмотри, со всех сторон летели искры пламени, норовя обжечь и сжечь дотла, ведь не простые они были — магические да граненные, с рук самих магов исходили. Поднималась песчаная буря, закручивавшаяся в серую воронку, сносящую посаженные садовниками деревья и кусты. Цветы садов дворца давно были помяты под топотом королевских всадников, разорванные лепестки роз витали в затхлом горячем от пламени воздухе. Истошные людские крики заполняли город. Затерявшиеся в суматохе боя имена, слетающие с уст потерявших, детский неугомонный плач и страх в глазах, которые в спешке закрывали нянечки, уводя малышей подальше, приводили в ужас каждого. Смотря на шестилетнего и четырёхлетнего сыновей Уджина, которых уводят в подземелье, Намджун только сейчас спокойно выдохнул, что его дитятко, его маленький наследник в целости и сохранности, под вечной защитой находится. Его прекрасная жена, не имеющая и капли магической силы сражалась наравне с остальными магами, пуская золотые стрелы прямо в головы. — Джун! Справа! — она натягивает тетиву, но не успевает выстрелить, её руку перехватывают сзади раньше, чем она её отпускает. Всё тело, не поддаваясь контролю, наэлектризовывается тоненькими импульсами тока. Намджун успевает увернуться от молниеносного шара, как видит падающее тело жены, обвитое накаленным проводом. И он знает, что от такого люди не выживают… — Тэхи! — из него вырывается громкий рык, тело рвётся к любимой в то время, как руки сворачивают шею очередному оборотню-подделке, их тут пруд пруди. Он срывается на бег, по пути блокируя огненный удар. — Тэхи… — колени подкашиваются, прогибаясь, и он падает на сырую землю, сдирая чёрные портки до дыр. Он снимает намотанную петлю одним рывком, но она глаз уже не открывает. Грудная клетка медленно вздымается и опускается. Дышит. Ещё жива. «Ещё есть шанс» — последнее мелькает в мыслях, перед тяжелым ударом в грудь и чёрной пеленой перед глазами.

***

— …Война настигла совсем внезапно. Эдмир горел везде, куда не глянь, но твои мама с папой были отважными воинами, Тэхён. Они сражались не за свою жизнь — за твою и за жизни нашего народа. Благодаря им, мы сейчас живы и жив этот город. — закончив историю, о которой здесь знали все с рождения, король спокойно выдохнул и улыбнулся. — Никто не знает, живы ли они сейчас, ведь их тела так и не удалось найти среди других. В Эдмире их считают без вести пропавшими. Тэхён расстраивается лишь на какую-то долю, ведь всё детство он точно знал, что его родителей давно в живых нет. Но сейчас, после слов короля, в нём зародилась надежда. Они живы. С ней появилась и цель, о которой он сам пока не подозревает сознательно. После рассказа короля никто не смел что-либо произнести, лишь вздохи и ахи разносились по Версалю. — На сегодня, думаю, хватит историй. Время позднее, тебе нужно всё переварить, мальчик мой. Один из моих сыновей проводит тебя в твои покои и покажет, где купальня. — король поворачивается к тому принцу, что вёл его сюда изначально, и произносит — Хосок, проводи юношу. Названный, низко клонится и, уже с более доброжелательной мимикой лица, призывает Тэхёна пойти за ним. Последнее, что слышит Тэхён : «Чонгук, Чимин останьтесь, остальные свободны», и двери за ним закрываются. Уджин хмуро осматривает своих оставшихся сыновей и устало вздыхает. — Чонгук, — он внимательно смотрит на своего среднего сына — за твоё самовольничество ты получаешь наказание — следить за сыном Намджуна и отвечать за его поступки. — Да, сэр. — сквозь сжатые зубы просвистел Чон. — Ступай. Чонгук низко поклонился и, через правое плечо развернувшись, отточенной походкой направился к двери. За ним повернулся Чимин, но мягкий голос его остановил. — Чимин. — строго, но всё же ласково позвал король. Каким бы он ни был величественным перед народом, но запугивать никогда не любил. За это его уважали. Ведь грубость и всевластие, никак не внушит доверия, лишь запугает людей — Что ты делал в Мертоне? — вроде бы простой вопрос, а в тупик ставит съёжившегося парня. — Я… — но Чимин всё равно боится своего отца даже таким — Шёл за золотарником, что растёт на туманнике*, сэр, и спутал дороги, а моя палочка, сэр…- и поэтому тараторит он со скоростью 200 слов в секунду да ещё и на фальцете. — Туманник, который находится совсем в другой стороне от портала, Чимин, куда забрести даже человек, живший здесь, никак не может. Почему ты мне лжешь? Разве этому я тебя учил? — Простите, сэр… — он склоняет голову низко к полу. — Как ты умудрился обдурить охраникуса*? — Я принёс разлапушник* и поджег его, сэр. — пристыженно отвечает Чимин ещё тише прежнего, ведь стыдно. Король чуть ли глаза не закатывает, потирая свою переносицу и выдыхая почти спокойно. — Лучше бы ты так трансфигурацию учил, как травоведение. Сокджину замены нет, конечно. — Простите… — шепчет сын на грани истерики. Ему стыдно, что он не оправдывает всех надежд отца. Что не такой, как Чонгук или Хосок. Даже Дженни отличается своими способностями. — Я хвалю тебя, сын мой. — спешит успокоить своё дитя мужчина, заметив подступающие слёзы. — Твои знания трав удивляют, но у меня единственный младший сын, которого я не хотел бы потерять, пойми. Зачем ты вошёл в Мертон? Что привело тебя туда? Ответь мне честно, мальчик мой. — Джи говорил, что в Брайле засело индейское племя… Я всего лишь хотел посмотреть на их культуру сэр. Слухи ходили и о том, что среди них так же были и маги. — Боже правый… Сколько тебе лет, Чимин. — задал риторический вопрос он, расслабленно рассмеявшись. — Но в любом случае ты ослушался меня и получаешь наказание. — продолжил отец серьезно — Через шесть месяцев, как ты знаешь, в нашей академии проходят соревнования. Ты в них участвуешь. — Что?! — вскидывает в удивлении брови Чимин — Но… — и замолкает под пристальным взглядом короля. Если его старшие сыновья без промедления подминаются под отца, то младший смеет ещё что-то возразить. И не то чтобы Уджин злился, наоборот гордился храбростью своего сына. Поэтому тот продолжает — Но я же ещё не научился трансфигурации в полной мере! — восклицает он. — Поэтому у тебя есть полгода, мальчик мой. Уджин подвергает сына огромной опасности, учитывая, что их соревнования не из простых и безопасных. Но наказание есть наказание и для всех оно одинаковое. Зато — думает Уджин — его сын так быстрее научится перевоплощению. Но, Боже, как же он ошибается сейчас. — Да, но… — юноше не дали договорить, в Версаль ворвался запыхавшийся Джин. — Ступай в свои покои, Чимин. Если у тебя остались какие-то вопросы, мы обсудим их завтра за завтраком. Чимин, обидчиво поджав губы, всё же поклонился королю после того же действия от залетевшего парня и только потом, несмотря на Сокджина и обходя его, вышел. — Ваша Светлость, — парень ещё раз преклоняется — Вы звали меня? — Да, Джин, что там по поводу мальчика? — Жив, здоров, Господин, лишь глаза повреждены, но я успел их подлечить. Единственное… Было не так просто провести регенерацию капилляров. Мальчик показался мне совсем непростым. Я почувствовал силу в нём, Господин. — король слушал внимательно, не перебивая. Спустя минуту тишины, почесав свою отросшую седую бороду, он, наконец, заговорил, обдумав, что-то своё. — Это тот самый мальчик, Джин, о котором Намджун попросил позаботиться… Глаза парня округлились в ужасе, точно как две монеты Сунсина, с уст сорвался удивлённый выдох. — Тот самый?! — сиплым голосом спрашивает Джин. — Ох, не веди меня Гиана! Неужели?! — восклицает всё тот же. — К сожалению, забрёл. Знал бы Намджун… — Но как же так, Ваше Величество? Ему нельзя здесь находиться, он ведь… Его ведь… Ох… — Сокджин заметался, запутался в своих мыслях, в своих словах, забегав глазами по кафелю. — Я знаю… Будет не просто сохранить его жизнь. Думаю, нужно готовиться к худшему. Никсы уже рядом. Поэтому, прошу тебя привлечь внимание Сонхуна. Нужно узнать по крови генотипы Тэхёна и наличие в его крови единичной магии. — Я понял, Ваша Светлость. Завтра же с утра отправлю. — Теперь ступай. Нам всем нужно отдохнуть. Сокджин низко кланяется и уже у двери, развернувшись, совсем тихо и неуверенно говорит то, что вертелось у него в мыслях всё это время. — Я не уверен, но… Если и есть магия в сердце этого мальчишки…она не простая. Не всем она даётся. Да и в академии такую не преподают. Уджин задумывается над его словами и пускает тихий смешок. А разве и может быть иначе? Ребёнок, рождённый от мага и человека, не может быть простым. Таковы законы природы.

***

Тот самый Принц, которого Король представил как своего сына Хосока, после того как ему дали задание, молча повёл Тэхёна по коридору. Даже сейчас, узнав, кто такой Тэхён, этот парень продолжал оставаться серьёзным. Казалось, его ничем не задобрить. Тэ пытался не обращать на это внимание, хоть и идти рядом с ним было страшновато. Мало ли, что этот Принц мог выкинуть. Но тут же он забывается, когда видит просто огромных размеров купальню, в которую его проводит Хосок. Его глаза разбегаются по пространству, посреди которого разлился большой водяной круг с кристально чистой поблёскивающей водой. — Это купальня. — всё так же строго впервые за весь путь заговаривает Принц — В неё ходят до девяти вечера, но так как ты новоприбывший, тебе разрешено сходить сейчас. И Киму очень хочется задать вопрос, почему именно до девяти, но он прикусывает язык. Думает, что спросит в другой раз. — Я буду ждать тебя снаружи, чтобы провести в спальню, поэтому не веди время. Тэхён нервно сглатывает и тихо произносит «Да, сэр», проходя внутрь и закрывая за собой дверь. Глаза и вправду разбегаются по помещению. Правильно, что у Кима было? Летний душ да душная баня зимой, еле держащаяся на брёвнах. Такого он ещё никогда не видел. Вылитые из золота стены с большими колоннами, из белого кафеля пол, выложенный своеобразным узором. Но больше всего цепляет огромный круг посередине, который он заметил сразу. Вода в нём блестела бирюзовым отливом. Купальня приятно пахла листьями шалфея, что приносили душевное успокоение. Тэхён скидывает с молочных плеч хлопковую рубашку, перед этим оборачиваясь на дверь и ещё раз удостоверяясь, что за ним никто не следит. Глупо, конечно, ведь кому он нужен, но страх всё равно присутствует. Первый шаг в чистую воду по небольшой лестнице — и по телу бегут мурашки от тёплой воды. Плитка ощущается под ногами маленькими приятными камушками. Он медленно опускается в воду, успев снять при этом оставшуюся одежду. Ощущения просто волшебные. Тэхёну кажется, что всё это сон и совсем не реально. В голове не укладывается, как с ним это могло произойти. Вода расслабляет уставшее за день тело. Рядом с ним на бортике в золотой мыльнице юноша замечает знакомую ему сапонарию. Цветки аккуратно сложены и выстроены незамысловатым зигзагом. Тэхён кидает их все в воду, кучкой растирая в ладошке и вспенивая воду. Пена летит во все стороны, смешно падая на пшеничные волосы мальчишки. Он заигрывается, забывая про отведённое ему время, играясь с пеной, смешно выстраивая пенные замки у себя в волосах. Поэтому пугается, когда дверь громко открывается, являя на пороге грозно смотрящего Принца. — Ты утонул? — звучит холодно и строго — Кажется, я сказал «не веди время», или это пронеслось мимо твоих ушей? Тэхён в панике прикрывается стыдливо пеной, краснея ушами и щёчками. Пряди отросших волос закрывают подрагивающие ресницы шоколадных глаз. — Простите… — выдавливает из себя мальчишка, быстренько смывая с себя пенистую воду, пока парень встаёт к нему спиной. Но тут же тушуется, вылезая и замечая на себе пристальный взгляд необычных глаз. Его смущает такое внимание к себе, отчего он прикрывает своё достоинство (а прикрыл бы и всё тело) ладошками, краснея щеками снова. — В-вы…можете так не смотреть? — робко спрашивает Тэхён. — Я считаю секунды, сколько ещё ты будешь испытывать моё терпение. — ворчит Принц — Сколько ещё ты будешь медлить?! — рычит он и кидает в юношу белое махровое полотенце, что попадает тому прямо в лицо. Тэ наскоро вытирается, пристыженный своим поведением, и быстро надевает предоставленную ему ночную одежду, состоящую из ночной рубашки и светло голубых шорт до колен. По тем же лабиринтам они добираются до спальной зоны, которую Ким видит в первый раз. И всё ещё удивляется, насколько богато выглядит это место, а самое главное, что сам мальчишка находится в нём. Сон слишком сладок и реален, чтобы к нему привыкать. Поэтому Тэхён уже знает, что на утро он проснётся в своей потрёпанной годами кровати, увидит счастливую улыбку его бабушки и снова почувствуют любимый запах шафрана. Ему боязно идти рядом с этим парнем, но он успокаивает себя тем, что это нереально, что это просто ночной кошмар. В спальной зоне уже более оживленно. Несколько подростков и взрослых проходят мимо, преклоняясь перед принцем и заинтересованно глазея на чужака. Тэхён с интересом смотрит на них в ответ, ведь здесь они выглядят совсем иначе. Нет этих плащей странных названий. Люди здесь выглядят по-обычному. В таких же ночных рубахах и шортах разных цветов. Он замечает милого мальчика с лисьими глазами ярко зелёного оттенка, что мило и умиротворённо улыбается ему. Он стоял в углу коридора, разговаривая с девушкой, у которой вместо такой же рубахи, была обычная белая сорочка с рюшами. Когда они входят в комнату Ким удивляется ещё больше с того, как самостоятельно загораются свечи в спальне. Но всё хорошо, во сне же это нормально. Комната выглядит необычно красиво. Тёмно-фиолетовые портьеры полностью закрывают окна. Под цвет им же посередине стоит двуспальная кровать с сиреневым балдахином. У Тэхёна глаза горят удивлением, ведь такого даже во снах он не видел. — Это твоя комната на время. — отвлекает его грубый голос — Постарайся уснуть. Завтра будет тяжелый день. — Я же смогу отправиться завтра домой? — мальчишка кивает и задаёт всё же интересующий его вопрос. — Боюсь, домой ты попадёшь не скоро… — единственное, что отвечают ему и уходят прочь. Ким тут же пугается, ведь свечи за парнем тухнут, погружая комнату во мрак. Тэхёна щекочет мразный холодок подувшего ветра, непонятно откуда взявшегося. Решив побыстрее закончить со всем этим, юноша запрыгивает под мягкое одеяло, не снимая шали, и думает о том, что магии не существует, это всё мифы. А родители… Родители в лучшем месте, он уверен. Но почему тогда эта мысль не даёт покоя? почему история короля кажется такой правдоподобной? Почему ей хочется верить? С этими мыслями мальчишка засыпает крепким сном, не замечая, как дверь в его спальню медленно открывается, поскрипывая от аккуратности её владельца.

***

— Господин, вы звали меня? — Да, сын мой. Ты хотел обсудить что-то. Хосок смотрит нечитаемым взглядом на своего отца, собирая слова в предложения. — Никсы, Господин, они смогли проникнуть на территорию Эдмира. — он отводит взгляд в пол. — Стражники леса заметили следы адских псов. Академия сегодня во всю кишит слухами о скорейшем нападении. Народ напуган. — Это не территория города, Хосок, в Мертоне всегда творилось, не пойми что. А тут ещё и сын Кимов зашёл чуть дальше нужного. — Думаете, они всё ещё в Мертоне? — он поднимает взгляд. — Не думаю, сынок, знаю. Ты же знаешь, что в Мертоне они не могли достать его по одной важной причине, а вот тёмный лес хранит в себе сильную ауру… — Что будет, если Ахмадион доберётся до нас, пап? — Хосок не всегда позволял себе такое своеволие. — Может, стоит убить мальчишку? — он прикусывает губу на такое заявление, ведь оно непозволительно. — Что ты такое говоришь?! — Король удивлён не меньше, вскидывая седые брови вверх. Такого от своего старшего сына он не ожидал — Мы хоть раз убивали нам подобных? — Нет, сэр… — парень стыдливо опускает голову. — Ты напуган, мальчик мой. Но бояться нечего. Мы вырастили юных воинов, не забывай об этом… — Да, но по сравнению с магией Ахмадиона, мы — ничто. — Не говори так, Хосок. У нас есть то, чего нет у Ахмадиона. — Чего же? — Свет в душе, мальчик мой. — дарит тёплую улыбку отец.

***

Солнечный яркий луч слепит сонные поврежденные глаза. На фоне разносится пение летних птиц и стрекот цикад в то время, как зелёная травка ослепляет не хуже, чем тот самый луч. Слишком много зелёного, что расстилается пушистым ковром под ногами. Звонкий смех, который будто в тумане, отдалённый, в замедленной съёмке эхом раздаётся в голове, что кажется нереальным, каким-то заоблачным. Он кружит возле юноши, появляясь в одном ухе, отдаляясь в другом и наоборот. — ТэТэ! — смехом врывается в сознание. Совсем юный ребяческий голосок зовёт его где-то позади, заставляя мальчишку резко обернуться и столкнуться с роем светло голубых бабочек, что кружили возле него, не давая рассмотреть, кто его позвал. Но как только они разлетаются, Тэхён мутно видит маленького мальчика, лет шести, что бегает по зелёной полянке, ловя мыльные пузырьки и смеясь, когда они приземляются прямо ему на носик. — ТэТэ! Смотри! — снова кричит незнакомец. Тэхёну кажется, что он сошёл с ума от этих звуков, смешавшихся воедино. Это не по-настоящему. Это нереально. Когда он сталкивается с чёрными омутами Чонгука, сидящего поодаль от лужайки на белой лавочке и наблюдающего за бегающим мальчиком. Это нереально — повторяет себе Тэхён, когда тёплая улыбка трогает малиновые губы, которую он запоминает и откладывает в отдельный ящик своего сознания. Это нереально, ведь на бледном лице всегда лишь сжатые в полоску губы и холодный отстранённый взгляд. Тэхён резко садится на кровати, когда прямо в нос ему прилетает мыльный пузырь. Холодные капельки пота стекают от виска к шее. Ему отчего то тяжело дышать, какая то горечь встала комом во рту и давила на лёгкие, будто дым, которым он надышался, пытается вырваться наружу. Хотя сон не был кошмаром. Только сейчас он пугается ещё больше, замечая первым делом пару глаз, вылупившихся на него, и вторым — милую родинку возле перегородки носа.