Призрак

      Ливень не прекращался, словно чувствуя напряжение в пекарне, что была окутана унылой тенью и дымкой многолетней лжи. Холодная, серая вода стекала разводами со стекла, не давая разглядеть происходящее на улице. Да и не надо было. Периодически в темноте проскакивали блики от света фар мимо проезжающих машин, что случайно попали в объятие непогоды. В комнате стояла тишина, нарушаемая только шумом дождя и редкими раскатами грома. Два подростка сидели на диване, укутавшись в плед и вслушиваясь в окружающую обстановку, погрузившись каждый в свои мысли.              Маринетт вздохнула и откинулась на чужое плечо, пытаясь расслабиться и немного морщась от болезненных ощущений. Она попыталась усесться поудобнее, вытягивая ноги вдоль мебели и задевая чужие. Адриан молча подвинулся, случайно касаясь раны и вздрагивая от шипения со стороны, тут же стараясь извиниться и встречая небольшой смешок. Он грустно улыбнулся, замечая, как в свете молнии блестят мокрые дорожки от слёз на веснушчатом лице напротив. Тишину нарушил низкий, слегка хриплый шёпот:              — Что ты будешь делать с тетрадью?              Девушка нахмурилась и перевела взгляд на названный предмет, что небрежно лежал на парте. Она вздохнула и наклонила голову:              — Для начала прочитаю, а дальше посмотрим.              — Ты уверена, что хочешь этого?              Наступило молчание.              — Я должна знать.              Адриан слегка кивнул и встал, включая настольную лампу, слегка щурясь от внезапного света, пока Маринетт подтягивала тростью предмет раздора и ловя в воздухе, не давая тому упасть. Комната залилась мягким желтоватым светом, оставаясь тёмной и хмурой по углам. Послышался шелест страниц. Ребята уселись поудобнее и уставились на первую запись, слегка затаив дыхание.              13.10.20ХХ       Была проведена первая консультация. Ребёнок отвечал на вопросы не охотно, либо вообще не отвечал. Была приведена против своей воли родителями.       Девочка двенадцати лет, жалобы на образы в голове, провоцирующие бессонницу. Сильный недосып, дёргается от каждого резкого движения и звука. Настроение подавленное. Выписан приём снотворного. На следующую консультацию через неделю.              Дальше шли вопросы и ответы на них, некоторые были обведены цветным карандашом и помечены знаком вопроса. Почерк на этой половине страницы был более резким и мелким. Скорее всего, врач делал какие-то пометки для себя. Маринетт перевернула пару страниц и сама себе кивнула, убеждаясь в своей догадке. Каждый день приёма был на отдельном листе, что обьяснило заполненность на половину тетради. Она открыла следующую запись, украдкой смотря на реакцию соседа.               20.10.ХХ       Вторая консультация. После недельного курса снотворного девочка выглядит бодрее, на вопросы также старается не отвечать. Периодически кидает взгляды в сторону, чаще в левую. Препараты не прекращать.              — О, ты пыталась себе косоглазие заработать. — Адриан хихикнул и тут же начал закрывать голову от яростных ударов тетрадкой под возмущения подруги.              Она фыркнула и села обратно, разглаживая помявшиеся страницы, пытаясь прочитать заметки врача. Кое-как разобрав «задать вопросы без присутствия родителей» и «подёргивания рук», девушка вздохнула и перешла на другую запись.              31.10.20ХХ       Третья консультация. Ребёнок более нервный, старается не смотреть по левую сторону от себя. На вопросы согласилась отвечать только после выхода матери из кабинета.       Призналась, что последние две недели боится ложиться спать сильнее обычного. Считает, что «они» что-то подсыпают ей в еду. Говорить что-то ещё отказалась.       Заметный тремор рук. Добавлен приём успокоительных.              Снизу отчётливо было написано «они» со знаками вопроса вокруг, «страх уснуть?» и «галлюцинации могут быть не от отсутствия сна». Ничего из этого не проясняло ситуацию. Блондин провёл рукой по волосам и слегка похлопал по чужому плечу, оказывая поддержку и вызывая улыбку.              18.11.20ХХ       Четвёртая консультация. Был пропущен приём из-за отъезда к родственникам. Пару дней как исполнилось тринадцать. Пришла одна. На вопросы отвечает охотно, но боязливо, постоянно смотря мне за спину.       Рассказала, что у неё есть «друзья», которые странно начали себя вести. Полностью уверена, что «они» специально пытаются усыпить. В итоге бессонница на почве галлюцинаций, паранойя. Отказывается рассказывать, как «они» выглядят. Наблюдение в течение нескольких месяцев.              Маринетт раздражённо откинулась на спинку дивана, краем глаза замечая взволнованное выражение лица друга и возвращаясь к тетради. Она пролистнула несколько страниц, мельком выцепляя взглядом «состояние без изменений» и пару строчек о том, как выглядят образы.              02.03.20ХХ       Двадцать первая консультация. За 4 месяца не выявлено никаких изменений. Начала ходить неохотно. Выглядит физически истощённой. После многих анализов назначен препарат Х. Наблюдение в ближайшие недели на возможные побочные эффекты. Прекращение успокоительных.              Девушка перевернула страницу, даже не попытавшись прочитать названия лекарства, что растянулось на половину строчки.              01.04.20ХХ       Двадцать вторая консультация. Побочных эффектов нет. Сказала, что один из друзей снова стал «нормальным». Ожидание результатов. Заметно снижение массы. Вялое поведение.              Адриан быстро пробежался глазами по пропускаемым страницам.              26.11.20ХХ       Сорок третья консультация. Девочке четырнадцать лет. Никаких изменений за последние 7 месяцев. Заметно лёгкое ухудшение памяти, рассеянное внимание. Анализы позволяют перейти на более сильный препарат.              Тишину нарушал шорох бумаги.              12.12.20ХХ       Сорок седьмая консультация. Никаких изменений. Нарушение координации. Недостаточная масса тела.              Тревожный выдох.              26.12.20ХХ.       Сорок девятая консультация. Ухудшение состояния. Тело физически истощено, приём ещё сильных препаратов может привести к летальному исходу. Назначена диспансеризация.              — Мари, дыши глубже.       11.01.20ХХ       Пятьдесят первая консультация. Круглосуточное наблюдение в течение последних двух недель. Замечены разговоры со стеной, во время которых показывает странные жесты руками. Ухудшение памяти. Перестала узнавать меня. Ведёт себя рассеянно, даже слегка радостно. Регулярное посещение родителями.               — Я нормально дышу…              19.01.20ХХ       Пятьдесят третья консультация. Буйное поведение, периодически отказывается принимать лекарства. Перестала узнавать отца.               Тетрадь слегка задрожала.              02.02.20ХХ       Пятьдесят шестая консультация. Поведение переменчивое. Большую часть времени активная, любит поболтать с сотрудниками больницы. Неделю назад перестала узнавать мать. Каждый раз знакомится с родителями заново.               — Мари…              16.02.20ХХ       Пятьдесят восьмая консультация. Находится в апатии. Перестала бояться спать. Не помнит своё имя. Вес начинает нормализовываться.              — Я в порядке.              10.03.20ХХ       Шестьдесят первая консультация. Лекарство действует. Три недели не видит галлюцинаций. Наблюдение в течение нескольких месяцев.              — Не похоже.              31.03.20ХХ       Шестьдесят четвёртая консультация. После прекращения приёма препарата начала узнавать родителей. Не помнит последние несколько месяцев жизни, либо же помнит искажённую версию. Вес пришёл в норму. Идёт на поправку.              Маринетт судорожно вздохнула, пытаясь справиться с эмоциями и немного смеясь с самой последней записи в конце апреля.              «Надо же, последние два года я пила вовсе не витамины. Ещё и в этом наврали», — она зажмурилась и положила тетрадь куда-то в угол дивана под встревоженный взгляд зелёных глаз.              Адриан слегка подвинулся, спрашивая, как она себя чувствует. Девушка что-то пробубнела и нащупала трость. Опираясь, она доковыляла до шкафа, беря чистую одежду и разворачиваясь, удручённо вздыхая. Опять ступеньки. Блондин подскочил и подставил свою руку, помогая аккуратно спуститься и дойти до ванной. Маринетт всем сердцем была рада, что её родители сейчас находятся в пекарне. Или на кухне. Не важно. Главное, что не в её поле зрения. Она ещё не готова к этой встрече.              Дождь всё ещё шёл, создавая в доме неуютную атмосферу. Подростки вздрогнули от резкого грома и посмотрели друг на друга, слегка посмеиваясь. Маринетт включила свет и, обрадовавшись, что электричество не отрубили, зашла в ванную комнату, закрывая дверь и бросая вещи на шкафчик. Послышалось шебуршание и она подняла бровь, протягивая руку и аккуратно поднимая одежду. На неё смотрели странный пакетики с ещё более странным содержимым. Открыв один из них, она удивилась. Это был водонепроницаемый чехол на ногу.              — Ну спасибо.              Девушка снисходительно вытащила предмет и растянула на всю длину и убеждаясь, что в этот пакет можно труп завернуть. Ну, почти. По-крайней мере конечность полностью точно. Она немного подумала и стала набирать в ванну воды, попутно регулируя температуру и раздеваясь. Кожа покрылась мурашками от внезапного холодка. Когда ванна была готова, а защита надета, она медленно погрузилась, расслабляясь и выдыхая.              Прошло около десяти минут, когда она вздрогнула от резко закатившегося через дверь Адриана.              — Я ничего не видел, предупреждаю сразу! — Он покраснел и крепко зажмурил глаза, тут же принимая сидячее положение и прислоняясь спиной к холодной ванне. — Прости, я просто слегка задремал и перестал контролировать свою форму.              Маринетт усмехнулась:              — Ты караулил меня у выхода? Ай-яй-яй, как не стыдно.              Она хихикнула, капая немного воды на чужую, полностью покрасневшую шею, заставляя незваного гостя сжаться в калачик и просить прощения ещё много раз.              — Забей. У меня нет ни сил, ни желания сейчас злиться. Итак тяжёлый день. Если так надо, то сиди здесь.              Они оба замолкли. Тишину нарушали периодически капающие с крана капли воды.              — Хочешь поговорить об этом?              Адриан прикусил язык, сто раз жалея, что вообще сказал это. Теперь она точно его выгонит.              — Да.              Она слегка сползла, оставляя над поверхностью только лицо и повернула голову в сторону собеседника, протягивая руку. Парень почувствовал сначала тёплое прикосновение, а потом мокрые капли, затекающие за шиворот. Он расслабился, откидываясь назад, волосами слегка задевая воду и краем глаза видя чужую улыбку. В таком положении он может смотреть ей в лицо, не видя всего того, что находится ниже. Он закрыл глаза и попытался сформулировать вопрос.              — Я не знаю, как теперь относиться к маме с папой. — Она выдохнула, слегка булькая. — Головой я понимаю, что они врали во благо. Но сердцу больно от этой лжи.              Адриан кивнул, не открывая глаза и призывая продолжать.              — Ещё вдвойне неприятно от того, что последние два года меня пичкали какими-то слабыми препаратами, говоря, что это витамины.              — Серьёзно? — Послышалось слабое угуканье. — Охренеть. Вот это уже немного стрёмно.       — И не говори. И я не знаю, как себя теперь вести! — Мари схватилась за волосы и опустилась в воду по глаза, недовольно выпуская пузыри.              — Эй, это не повод топиться. — Лёгкий шлепок по светлой макушке. — Почему бы просто не вести себя как обычно?       Послышался плеск, вода медленно перетекла через край, что свидетельствовало о резком движении.       — Ты не понимаешь. Я теперь ведь даже не знаю, что реальность, а что плод моей фантазии. Чёрт, я уже не уверена, что ты реален! Вдруг мама притворяется, что видит тебя? Вдруг она просто не хочет ухудшать ситуацию с приступами? Вдруг…       — Возьми себя в руки. Можешь даже поплакать немного. Я же видел, как ты сдерживалась в комнате.       Она всхлипнула и почувствовала, как по щекам потекли горячие слёзы, быстро падающие на обнажённую грудь и поверхность воды. Адриан молча ждал, наклонившись чуть вперёд и массируя лицо. Он тут же откинулся обратно и попытался пошутить:       — Ну, я бы обнял тебя, но боюсь, что…       Он застыл, чувствуя, как медленно мокрые, слегка горячие руки обвили его шею, а девичье лицо уткнулось в макушку. Краска полностью залила голову.       — Спасибо.       Она отстранилась и полностью встала, держась за стенку и перекидывая здоровую ногу через бортик, ставя на пол и опираясь всем весом. Со второй было сложнее. Парень вздрогнул и сильно зажмурился, закрываясь ладонями и отворачиваясь всем телом в сторону.       — Хоть бы предупредила, извращенка.       Маринетт кинула безразличный взгляд на чужую спину, медленно сняла защитный чехол и повесила на крючок, вытаскивая пробку из ванны и стягивая полотенце со стены. Вытеревшись и надев просторные шорты с футболкой, которые были чуть ли не на несколько размеров больше, она схватила трость и легонько ткнула ею в комок нервов на полу.       Адриан подскочил от неожиданности и развернулся, всё ещё со смущением смотря в уставшие голубые глаза. Он прокашлялся и подал руку, толкая дверь и выходя вперёд. Маринетт выключила свет, слегка замирая от проскользнувшей мимо тени и мотая головой, списывая всё на воображение. Подростки медленно доковыляли до комнаты и также медленно забрались по лестнице, стараясь не споткнуться. Девушка приоткрыла люк и заглянула внутрь, боясь увидеть что-то постороннее. Убедившись в безопасности, она открыла вход полностью и поднялась на четвереньках, подтягивая трость к себе, заранее говоря, что справится сама. Парень слегка подпрыгнул и появился из пола чуть поодаль, наблюдая, как его подруга, словно оленёнок на льду, пытается подняться на трясущихся руках и ногах, сильно опираясь на чёрную трость, что, казалось, могла вот-вот лопнуть от нарастающего давления.       Она победно вскрикнула и поковыляла к кровати, замирая перед тонкой лестницей.       — Будь проклят тот, кто придумал такое расположение в комнате.       — Разве это была не ты? — Он хихикнул, смотря на скривившееся от злости лицо.       Маринетт удручённо застонала и поставила здоровую ногу на третью снизу ступень, подтягиваясь на руках и ставя другую рядом.       «Первый шаг сделан, уже хорошо, — она повторила те же действия, слегка шипя от боли и заползая на мягкую поверхность, облегчённо выдыхая и вспоминая, что забыла трость внизу, — уже не настолько хорошо».       Адриан слегка подлетел и улёгся рядом, тихо спрашивая, собирается она ложиться спать сейчас или попозже. Получив заглушённое «сейчас», он спустился и сел на диван, желая спокойной ночи. В ответ послышалось угуканье и шорох одеяла, а через десять минут лёгкое сопение. Парень очень тихо подлетел и взглянул в расслабленное лицо, слегка касаясь свежих швов и стискивая зубы от болезненного ворчания. Слегка помедлив, он оставил лёгкий поцелуй на девичьем лбу и выпрыгнул на балкон, встречаясь с проливным дождём и радуясь, что вода не может его намочить. Светлая голова посмотрела в разные стороны. Сейчас было почти девять вечера и многие окна ещё горели жёлтыми огоньками. Он почесал затылок, пытаясь вспомнить, в какую сторону надо лететь. При такой погоде город кажется совсем другим, незнакомым.       Прищурившись, он полетел к центру, ориентируясь на знакомые достопримечательности, что было сложно разглядеть из-за ливня.       «Мокнуть не мокну, но ощущать-то могу. Особенно в глазах». — Адриан вздрогнул и резко остановился в паре сантиметров от каминной трубы, каким-то чудесным образом возникшей перед ним.       — Стоит быть внимательнее.       Бормотание потерялось в окружающем шуме, что, кажется, усиливался по мере продвижения к цели из-за снующих туда-сюда редких машин такси.       — И почему людям дома не сидится?       Он остановился перед большим белым зданием, которое успел уже возненавидеть.       «Дорога в призрачной форме заняла не больше получаса. Пешком же и за час можно не успеть. Никогда бы не подумал, что приду сюда добровольно», — он криво усмехнулся и зашёл в здание с другой стороны.       Парень отряхнулся и огляделся, стоя в чистом, даже в какой-то степени стерильном, коридоре. В нос ударил запах спирта и лекарств, вынуждая поморщиться. Оставалось вспомнить, в какой стороне находятся палаты для ВИП-персон. Не став медлить, он пошёл вперёд, разглядывая двери с разными номерами и табличками. На нужной ему должна быть прилеплена звезда.       Он поднялся выше, не найдя нужного и случайно столкнулся с медицинской сестрой, слегка задирая чистые простыни. Она тихо вскрикнула и огляделась. Адриан продолжил свой путь, резко остановившись возле двери со звездой и зелёным стикером на ручке. Палата свободна.       «Почему-то каждый раз путаю этажи». — Слегка нахмурившись, он продолжил идти вдоль палат, периодически заглядывая в занятую и идя дальше, не обнаружив нужное.       Он замер напротив двери, поднося руку к выгравированному чёрному номеру «114» и заглядывая внутрь. Полностью тёмное помещение с кроватью у окна и множеством аппаратов вокруг, что своими огоньками хоть как-то разбавляли атмосферу. На небольшом столике рядом стоял стакан с одиноким подснежником, что практически полностью склонил свой бутон к низу. По комнате разносилось тихое, равномерное пищание. Дождь за окном придавал мрачности этой картине.       Парень помотал головой и вышел, заглядывая в следующую дверь. Сразу чувствовался контраст с палатой через стенку. Тёплый свет равномерное освещал комнату с просторной кроватью и множественными букетами вокруг. По одеялу были разбросаны различные лаки, помады и сладости. В центре всего этого сидела недовольная блондинка, что-то яростно обсуждая по телефону. Ну, в пределах своих возможностей. Бинты на лице не позволяли открывать рот широко и говорить громко, но даже это особо не мешало ей.       Адриан выдохнул и подошёл к выключателю. У него не было ни желания, ни времени ждать конца разговора. Помещение окунулось во мрак.