Чувства

Все, кранты нам, дамы и господа! Думалось нам, малообученным тютям, что здесь нас оденут, обуют, накормят да пригреют! Да не делается задаром в этом мире ничего. Ни-че-го. Вообще... После краткого и очень сухого рассказа об управлении всей "общиной", главнюк выдвинул нам три варианта возможных "профессии" - работа в патрулях, в охране или же в "добыче". После он мельком намекнул, что новичкам он доверить поставку продовольствия и безопасность не может, поэтому нам было разрешено заступить в ночной патруль. Работа была не слишком тяжелая - обходить территорию у входа в метро, высматривать возможную опасность и пищу, искать других зараженных. Только у этого было два довольно больших минуса - двенадцатичасовая угроза получить передозировку металла и постоянная беготня по довольно обширной территории на поверхности. И вот так, мягко послав нас отсыпаться, ведьмак быстрым шагом отдалился от нас, напоследок бросив, что ему еще нужно куда-то зайти, а из-за нас ему еще и списки переделывать. Еще немного подождав, мы последовали его совету. Удивляюсь до сих пор, как мы вообще смогли добраться до мед части, ни разу не заблудившись...

***

28 день заражения. 18.10. Вечер. Первый порядок. Боль. Голова... Если ты не перестанешь так болеть, я боюсь, что мы с тобой разойдемся. Что молчишь, зараза этакая? Ах, да, мы ж с тобой пока одно и то же, но тот пожарный топор, что так пугал, находясь в руках у выжившего, похоже, так не считает. Второй порядок. После боли проявляется слух. Что-то шумит. Шаги, голоса. Сдавленное шипение боли. Хруст костей. Где-то совсем рядом, но и далеко. За стеной, что ли? Где я вообще нахожусь? Третий порядок. Потихоньку ко мне вернулась и память. Точно... Я же сейчас лежу на старой деревянной койке без матраца в мед части старой подземки на глубине более шестидесяти метров под зараженным и почти вымершим городом-второй-столицей-России, или же Северной Венецией. Веселый расклад. Четвертый порядок. Возвращается возможность двигаться. Могу с гордостью сказать, что с вероятностью в пятьдесят процентов я могла бы поднять сейчас стакан и с вероятностью в сто процентов - разлить его содержимое на себя. Тут же подает знак желудок, затевая концерт имени одного одинокого кита. Сколько я уже не ела? Кажется, последняя трапеза проводилась именно в тот день, когда жив был еще Дмитрий, царствие ему небесное. Приказываю окончить сей концерт по заявкам и перекинуть все силы на то, чтобы встать! Но силы, кажется, решили устроить революцию и свергнуть нынешнего царя этого тела Веронику. Ой, только не говорите, что теперь будут выборы? Пятый порядок не наступает. Глаз-то нет. Но тут что-то нарушает эту философскую утреннюю тишину, когда тебе так не хочется даже дышать. Больный толчок пальцем прямо под лопатку... О, а я и не заметила, что сплю, уткнувшись всей мордой лица в какую-то сложенную несколько раз тряпку, суррогат подушки. Как упала, так и уснула. Интересно, сколько сейчас времени...? - Вера, вставай, - раздался над ухом раздраженный шепот. Отстаньте от меня, мирские созданья... Я хочу обратно, в объятия к Морфею. - Отстань, кто бы ты ни был, вор спокойствия... - слова давались тяжело - язык еле-еле шевелился. Сон, забери меня отсюда... - Ты, наверное, издеваешься? - Рассерженно прошептала, кажется, Катерина. За этим последовал глубокий вдох. - Вечер уже, Сахарная Царевна. Вставай, а то там не только нас помянут плохо, но и "паек" не выдадут. - Еда...?

***

Видели ли вы когда-нибудь, как в водоем с голодными крокодилами забрасывают тушу, дабы их накормить? Я - нет, но то, что творилось сейчас "на раздаче" нельзя было описать другими словами. Добыча была довольно скромная - два каких-то трупа и разносортная мелкая падаль. Остатки продуктов, несколько пойманных каким-то магическим образом птиц... И куча зараженных сражалась за хоть какой-нибудь кусочек пищи. Раздался шум - кажется, кого-то просто задавили в этой толпе. Тут же собрата тоже начали растаскивать на кусочки. Они не люди... Даже зараженные не пошли бы на такое. Просто звери, безмозглые хищники, которые думают лишь животом. Но... Я же сейчас тоже среди этой кучи. Что я делаю? В испуге отхожу назад, тут же мое место занимают другие. А все лицо в крови. Я кого-то убила? Как? Я не могла... Или могла. Отхожу к стене. Тошнит... И голова лишь сильнее раскалывается. Все, как и в тот раз, когда я убила мальчика... Где же остальные? За этим ором не разберешь и собственного крика. Кажется, сегодня станет на десяток зараженных меньше. Вот что имел в виду тот "Фуфел". Новые зараженные идут либо на то, чтобы удержать натиск выживших, либо на то, чтобы ими можно было прокормить остальных. Расчетливо. Но это... страшно. Что-то с отчаянным воплем врезается мне в бок. Знакомый запах... Костя? Но тут уж не до размышлений - то существо, что секунд десять назад было Ученым, остервенело впивается зубами мне в голень. Действую по инстинкту - резкий пинок и зараженный уже становится более-менее вменяемым. Хватаю его за загривок. Вроде, даже не сопротивляется. А вон и Катерина. Ей более-менее повезло - выхватив кусок какого-то мяса, она, отделившись от толпы, жадно поглощала его. Она тоже давно не ела. А Ученый пришел в себя. Нужно уходить... Не знаю, как именно мы все втроем оттуда выбрались. Словно договорившись заранее, мы почти одновременно оказались на безопасном расстоянии от побоища.

***

Курильщик наставляюще положил руку на плечо Катерины. - Вы справитесь. Главное - не нарывайтесь. Встретили выживших - уходите, встретили враждебных зомби - уходите. Хорошо? Кивнули. Олег, кажется, улыбнулся и пошел к туннелю. Он отработал смену - можно и вздремнуть... Как мы с ним встретились? Не знаю, как это описать... Мы испугались. До чертиков испугались всех этих ополоумевших зараженных, которые до смерти грызлись между собой за пищу. Разум будто отключился. "Там опасно, вас сожрут" - кричал инстинкт. И мы его послушались. Очнулись от всего этого только тогда, когда чуть не сбили Олега. Он как раз возвращался со смены, только что разминувшись с жокеем. Хорошо, что это был он, а не очередной голодный зараженный. Олег кое-как нас успокоил, расспросил все и настоятельно попросил идти на патруль. - Не пуха, - на прощанье проговорил он, спускаясь к путям. - К черту.... - прошептала я. Теперь мы остались наедине с Удельной. Надо было подниматься наверх... Мы взобрались по сломанному эскалатору наверх. Здесь было как-то прохладно... Держу пари, при дыхании мы выпускали клубки пара. А толстовки-то на такое не рассчитаны. Проходим турникеты, выходим... Вроде, никого рядом нет. Точно ведь? Катерина кивает, Ученый еще насторожен, но, вроде как, тоже не заметил ничего плохого. Только вот асфальт тут смешной какой-то - весь в дырах, трещинах. Больше похоже на землю. Я аккуратно спустилась вниз по лестнице, вступила рукой на поверхность... И тут же провалилась во что-то до омерзения холодное и колючее. Снег?! Давно его не было. Я попыталась встать, но тут же поняла, что этим все не облегчится. Снега было чуть ли не по колено. Так быстро передвигаться не получится... О, интересно, как это со стороны выглядело. Шла, шла, провалилась в асфальт или землю. Упал, очнулся - гипс. - Люди... У нас проблема, - я кое-как сделала шаг вперед. - Тут везде, везде снег! - Откуда? - Катерина стояла на самом краю последней незаметенной снегом ступеньки, словно кошка над водой, нависнув над, возможно, блестящей белоснежной поверхностью снежного покрывала. - Откуда мне знать? - я выбралась обратно на ступеньки. - Ну... Это даже хорошо, - возразил Ученый. - Можно будет по следам заметить всех... - И все заметят нас. Снова тишина. Снег... Всевышний, ты что, издеваешься? У нас тут и так не очень хорошее положение. Так теперь и скрыться не получится. Да и холодно... нужно двигаться. Двигаться там, где нас не заметят... Черт, мы же еще и в одежде темной! Теперь нас только слепой не заметит. Отличное начало дня... Постойте-ка. - А если по крышам?

***

- Тихо ты... После двух часов беготни по крышам низких зданий, мы решили занять место для получасового отдыха и "оседлого патруля", как выразилась Катерина. Мы через окно влезли в одну из квартир, и уже там расположились. Квартирка, кстати говоря, была неплохая - все вещи на месте, холодильник еще не пустовал... Электричество еще было! Так что мы смогли полакомиться "докторской" колбасой, вкус которой по странному стечению обстоятельств был очень даже хорошо уловим, запивая ее каким-то непонятным напитком из графина. Что-то вроде морса или компота... Здесь явно жили престарелые люди. Все указывало на это. Ковер на стене, букетик каких-то засохших цветов на столе, общая прибранность... И неожиданная находка в кладовке. После нескольких минут "осмотра", Константин заключил, что это был самодельный самогонный аппарат. Он видел похожий у своего дела в деревне. Еще спустя несколько минут в той же кладовке обнаружилась пятилитровая банка с этой странно пахнущей жидкостью. Я в деревне бывала не так часто, да и люди в моей семье таким не увлекались... Так что это было довольно странное знакомство. Еще немного порывшись по вещам, мы обнаружили залежи виниловых пластинок, старинный граммофон, соленья, целый мешок с засушенными яблоками и, что было полной неожиданностью, ежа в клетке. Видно, хозяева рассчитывали вернуться в квартиру спустя небольшой срок, раз оставили его тут. существо было голодно, поэтому, с разрешения Катерины, я дала ему кусок той самой колбасы. Грозно фыркнув, еж тут же накинулся на розовый ломтик, будто он мог сбежать. Но все дело было вовсе не в этом. По прошествии половины часа, словно по закону подлости, где-то под окном раздался голос - "тихо ты...". Голос был мужским. И знакомым... Макс? Ну, точно, тот же самый, вечно недовольный низкий голос. - Сам заткнись! - рявкнула на мужчину Анастасия. Ее голос дрожал... Что-то тут не так. Шорох... Костя, ты совсем ополоумел? Они же тоже могут тебя заметить, когда ты так безпалевно выглядываешь в окно! А, все, залез обратно. - Они идут к торговому центру, - тихим шепотом доложил зараженный. - Тот, который по-младше, судя по всему, ранен, но не серьезно. - Эт хорошо... - в ответ пошептала я. Господи, вот за что? Зачем ты это постоянно делаешь, а? И... Как они последовали за нами-то? Неужели выследили? Они же, вроде как, собирались убраться из города при первой же возможности, а теперь взяли и пошли вглубь. Как-то это не логично, товарищи. - Все, молчу... - голос доносился прямо из-под окна. Забор, наверное, обходят близ здания. - Не привлекай зараженных... Мы ведь всего лишь на ночь, ты же не хочешь, чтоб именно эта ночь стала последней, а, женщина? В ответ - тишина. Раненый Колян пока молчал. Может, без сознания, может, просто устал. Это не слишком важно. Более серьезно то, что к "нашему" укрытию подобрался враг. Нужно было бы доложить, но... Не хочется. Один из них ранен, а они всего лишь на день. Вернее, ночь. Самое начало смены же, да? Значит, еще ночь. Утром они, скорее всего, уберутся восвояси и мы их, скорее всего, больше не встретим. А что, хороший план, так? Только нежелательно, чтобы их заметили другие зараженные. Они уже несколько раз пробегали тут рядышком. За эти три часа мы заметили одну кучку обычных зомби и одного из отряда "добытчиков". Но... Согласятся ли с такой нейтральной точкой зрения мои напарники? Вроде, согласны - нападать не хотят... Да и как-то более приятно душе было общество людей, чем тех тварей под землей.

***

Кажется, наши новые гости решили развести костер - даже в нашем убежище можно было различить легкий запах дымка... И мяса. Крови. Даже если рана того Коляна и не была серьезной, кровь точно была. Сладкая, терпкая, приправленная дымком... То, что доктор прописал при голоде. что не есть хорошо. Если на дым прибегут наши товарищи по крови, нам придется им помогать... Или же на костре зажарят нас. Что тоже радовало не сильно. С того момента, как до нас донеслось "Тихо ты...", сами мы почти что не общались. Слишком опасно - могут и услышать. Тихие перешептывания типа "они еще там?" - не в счет. Кстати говоря... Только что до меня дошла одна довольно важная мысль. Каким образом мы вообще узнаем, что смена закончилась? Неба-то не разглядеть! Ой, лишь бы пронесло... Часы тянулись в немом ожиданьи жестоком. Слышны отсюда были тихие переговоры у очага внутри центра. Не разберешь, о чем именно болтают выжившие, но болтают яро. Быстро, торопливо, довольно громко... И от того непонятно, но палевно. Люди, вы понимаете, что даже глухой и паршивый на нюх зараженный таким макаром легко вас найдет, а? В какой-то момент мне даже стало чуть-чуть стыдно за своих сограждан. вроде и люди-то толковые (один из них даже, вроде как, человек военный!), а такие ошибки совершают... Нехорошо это, товарищи, очень не хорошо. Особенно, если каждая ошибка в нашем положении довольно легко может обернуться смертью... Постойте-ка. Я что... Жалею их? Хочу им помочь? Будь я человеком, это было бы вполне нормально. Даже типично... Но я не человек в полном смысле этого слова. Я, Катерина и Константин - твари. Те животные, которые внизу растаскивали по кусочкам трупы, дабы набить ноющий желудок и прожить еще недельку. Так почему здесь возникает такое... Такое отношение?... в любом случае, этот поток мыслей был прерван. Довольно наглым образом, надо сказать. - Выдвигаемся!