Not all those who wander are lost (Не все те, кто бродят потеряны)

— Хей! Эй, ты! Братец в белом! Се Лянь вздрагивает от знакомого прозвища — поступок достаточно неожиданный, чтобы удивить и Сань Ланя.  — У тебя все нормально? — спрашивает Сань Лан, затем поворачивается и прищурившись смотрит на бегущего к ним человека. -… Чиновник Небес?  — Нет нет, — Се Лянь успокаивающе потирает руку Сан Ланя. — Он друг, поверь мне. Тот, которого я не видел очень давно. В рукаве Се Ляня лежит старая кость, гладкая и маленькая, появившаяся за годы, проведенные с ним в дороге. Целых тринадцать лет он оставался здесь. Целых тринадцать лет Се Ляня не называли «Братцем в белом». (Иногда Се Лянь задается вопросом, не кость ли его привела к Сань Лану: это старое благословение от друга к другому, как знак против одиночества. Ему нравится верить, что это так.)  — Братец в белом! — мужчина снова зовет. Он меньше, чем его помнит Се Лянь. Его щеки тоже округлились. Но он держит солнце в своей улыбке, и одного этого достаточно, чтобы убедить его, что это та же самая душа.  — Простите меня за то, что я был таким настойчивым, — говорит мужчина в черном, который вернулся обратно, который здесь. Он вернулся, — Но не встречались ли мы раньше? Вы кажетесь знакомым, но, видите ли, у меня ужасная память.