Variations de la personnalité

«Любовь - удивительная вещь. Она способна заставить бояться за того, кого в ужасе сторонятся все»

Они рано покинули дом. Правильнее даже сказать - сбежали. Двое сирот в богом забытом приюте на окраине маленького городка, что просто хотели свободы. По исполнению восемнадцати старший из них забрал все документы, маленькие пожитки, накопившиеся за годы в этом бедном месте, а, главное, самое ценное, что у него здесь было - шестнадцатилетнего на тот момент мальчишку с пепельными волосами и характером ласковой кошки с острыми коготками. Сейчас прошло уже два года с тех пор, как Ацуши и Рюноске отправились куда глаза глядят. Судьба благоволила настрадавшимся детям: Акутагава легко нашёл работу переплетчика книг, коим занимался из дома, накопил денег и помог своему тигрёнку поступить в хороший институт. Ацуши тоже подрабатывает, делая курсовые ленивым сокурсникам. Они сняли однокомнатную квартирку и живут пусть и не шикарно, но достойно. - Я побежал! - громко кричат из прихожей. Рюноске поднимает руки вверх, щёлкая локтями и затёкшей шеей. Он неторопливо встаёт из-за рабочего стола, направляясь в сторону голоса. - Ничего не забыл? - зевая, интересуется темноволосый. Он может работать ночами напролёт, переодически отключаясь на час-другой, а потом ходить в состоянии сонного зомби до одиннадцати - времени, когда ему нужно относить готовые книги заказчику. Только после этого он может со спокойной душой завалиться на кровать до вечера. - Ой, Аку, подай телефон! Он на кухне, кажется. - Рюноске цыкает, но быстро приносит мобильник. - Что-то не так? - Накаджима склонил голову чуть в бок. - Я вообще-то имел в виду это. - он за секунду сокращает дистанцию между ними до минимума и целует успевшего испугаться парня. - Теперь иди. Хотя, подожди. - Акутагава хватает опаздывающего студента за руку и разворачивает к себе лицом. - Откуда у тебя эта царапина на щеке? - Н..Ничего страшного! Это... Ну, у друга... Кошка! Он нашёл котёнка, а когда я попросил погладить, так и поцарапал. - протараторил Ацуши. - Все, я уже не успеваю! Пока, Аку! - И тебе хорошего дня. Рюноске закрыл за сожителем дверь. Прошёл на кухню, включил чайник, насыпал в любимую кружку кофе и подошёл к окну. Светло-зелёные занавески и прозрачно-белая тюль уже давно были раздвинуты. На подоконнике стояли орхидеи, принесённые как-то давно Ацуши. Черноволосый ещё какое-то время задумчиво смотрел на убегающего в сторону остановки сожителя, у которого от быстрого бега за спиной развевался ремень, словно настоящий тигриный хвост. Акутагава никак не мог понять, что же не так. Что-то явно изменилось в Накаджиме, вот только что? Рюноске прогонял в памяти последние несколько дней. Все та же очаровательная улыбка, все те же по-детски наивные мечты и желания, все та же нежность во взгляде, разговоре, постели...

***

Парень до сих пор помнит, когда влюбился в это чудо природы. Тогда ему было девять, а Ацуши семь. Младший всего месяц как попал в «дом потерянных» - так его называли сами маленькие жители. Это было место, куда свозили потерявших семью: беспризорников, что бродили по холодным улицам окрестных городов, бедных чад родителей-игроманов, проигравших все возможное и невозможное, мелких воришек, пытавшихся хоть как-то сбежать от взрослых, что уничтожили свою жизнь алкоголем или наркотиками... В общем, всех, кто был беден и гол. Тех, кто бы с удовольствием закончил жизнь, если б это им дали сделать. Первая их встреча произошла в библиотеке. В маленьком помещении с двумя покалеченными временем и хулиганами стеллажами, где стояло около сорока книг. Вроде и много, а вроде и такое малое количество, если живешь здесь уже около семи лет. Новую литературу не привозили - просто не было денег на ее покупку. Это государственный приют, но спонсирование было настолько мизерным, что даже приходилось выращивать все овощи на территории самостоятельно, чтобы экономить. - П..привет. - краем глаза старший замечает, что к нему подошли. Акутагава, не отрываясь от книги, холодно приказывает уйти. Пепельноволосый мальчик отступает на шаг, но не уходит. Слишком велико детское любопытство. - Меня зовут Ацуши, а тебя? - малыш продолжает попытки заговорить. - Почему ты всегда один? - Тц. А ты с первого раза не понимаешь? - Рюноске вздыхает, кладя книгу на стол. Теперь он полностью видит подошедшего: странно обрезанная на одну сторону челка, тонкие ручки и переливающиеся из фиалки в золото глаза. «Необычный какой...», - Тебе лучше держаться от меня подальше, как делают все. Теперь кыш отсюда! - Почему мне нельзя с тобой общаться? Почему... все тебя боятся? Акутагава продолжал разглядывать. Черты лица Ацуши хоть и были очень худыми, все-таки красивые. Кожа бледная, но ещё недостаточно для сравнения с кожей «каге» или же «тени» (такое прозвище дали Рюноске другие «потерянные»). На мальчишке одета серая кофточка с длинными рукавами, что свисали до колен, если он опускал руки, и темно-синие, истертые в коленках шорты. То же на пару размеров больше. Чтобы они не спадали, Накаджима подвязал их найденной где-то бечёвкой. - Вот и спроси у них. Я сам не знаю. - холодно отвечает Рюноске. Он и так удивительно долго уже общается с кем-то, поэтому как то даже неосознанно пытается прекратить. - Не могу... - Ацуши потупил взгляд в пол. Он покачивал руками вперёд-назад, отчего рукава извивались, подобно щупальцам осьминога. - Со мной никто не хочет говорить. Я много раз пытался найти друзей, но все так злобно смотрели на меня! - невооруженным взглядом было видно, как говорящий сдерживает слезы. - Я их боюсь! - Старшие били тебя? - поинтересовался Рюноске. За время их разговора в библиотеку никто не зашёл. Не потому что дети не любили читать, наоборот, многие знали эти книги практически наизусть, а из-за здешнего обитателя. Акутагаву боялись. Пусть он не славился физической силой, но словно был окружен зловещей аурой. По крайней мере, ему самому так казалось. Мальчик не мог найти другого логичного объяснения всеобщему поведению, так что решил остановиться на этом. А на счёт драк он тоже интересовался не просто так. Рюноске вспомнил свои первые года здесь: ссадины, синяки и постоянная ноющая боль во всем теле. Подростки, всего пара человек, но и их хватало, чтобы держать в страхе всех. Акутагава не помнит, когда все перевернулось вверх дном и не он продолжал бояться их, а они в ужасе озирались на него. Черноволосый вновь оглядел собеседника. И правда, на нем тоже практически не было живого места. - Не только. И одногодки. Почти все... - Ацуши не сдержался и заплакал. - Они обвиняют меня, что я не похож на них, что я знал, что такое тепло и забота. Я... Я так сильно скучаю по маме с папой! Почему им нужно было умирать?! - сколько бы он не утирал слёзы, они продолжали течь нескончаемым ручьём. - Как ты сюда попал? - Акутагава поманил мальчика к себе, усаживая на коленки. Его холодная неприязнь чудесным образом ушла, хотя раньше он никогда не вёлся на чужие слёзы. Ацуши рассказал. Он действительно не был похож на «потерянных». Малыш попал в автокатастрофу. Взрослые скончались на месте, но из-за того, что они только переехали в эту страну, произошла путаница с документами, в следствии чего Накаджима остался без гроша и был отправлен сюда. Рюноске гладил пепельные волосы, слушая тихое сопения уснувшего. Ацуши сильно вымотался и заснул прямо на коленках старшего. Акутагава не стал его будить. Он впервые почувствовал, что нужен кому-то, что у него есть тот, кого он хочет защищать. С того дня у девятилетнего мальчишки появился человек, ради благополучия которого, он готов был направить хоть всю свою жуткую энергию против этого жестоко мира.

***

Из раздумий его вывел звук вскипевшего чайника. Акутагава заварил кофе и сел за стол, разглядывая лежащее на нем овсяное печенье. На одном было семь кусочков шоколада, на другом всего шесть. У третьего форма напоминала скорее не круг, а вытянутый овал с надломленным краем. Ещё несколько были половинчатыми. Кто-то съел их части, ведь те, что были, не подходили по сломам и не могли составить единое целое. Парень часто мог зацикливаться на чем-то одном: узор на стене, ворсинки ковра, подсчёт чаинок и рисинок... Эти монотонные действия успокаивали. Он мог не замечать, как проходил час, другой, а то и целых три. Акутагава, можно сказать, выпадал из реальности. Ещё в детстве он заметил за собой, что может уйти в себя в одном месте, а очнуться в совершенно другом. Не часто, но такое случалось. Вернувшись от заказчика, Рюноске завалился спать. Он так устал за эти несколько особенно загруженных дней, что даже не помнил, как добрался до кровати. Ну и ладно. Парень просто плюхнулся на матрац, закутываясь посильнее в одеяло. Перед выходом спальню оставили проветриваться и она успела значительно остыть, даже не смотря на весеннее тепло. За окном пели птицы, а до прихода любимого тигрёнка оставалось ещё часа четыре, если не пять. Сегодня у Ацуши дополнительные со старшими друзьями-сокурсниками, что обещались помочь тому с подготовкой к сессии и приближающимся зачетам. А потому можно пока поспать...