Лотерея

— А как же крабы, А-Чэн?! Крабы! Вэй Ин, изобразив руками нечто, что должно было напоминать клешни, но не напоминало, жалобно посмотрел на брата, что, впрочем, не сработало. Цзян Чэн, казалось, лишь сосредоточеннее принялся вглядываться в страницу учебника, почему-то щурясь, словно из-за болтовни Усяня у него не только уши вяли, но и садилось зрение. Из всех ныне живущих, у Цзян Чэна, конечно, имелось неоспоримое первенство по игнорированию брата, но и в арсенале Вэй Усяня имелись кое-какие метафорические награды. И титул чемпиона мира по напористости и упрямству уже который год безоговорочно отходил ему. Это можно, пожалуй, даже считать авто-победой за неимением достойных соперников. — Крабы в винном соусе, — мечтательно протянул Вэй Усянь и потряс брата за плечо. — Дядюшка Цай сначала варит их в вине, а потом посыпает специями и заливает ароматным винным соусом. Ни у кого нет таких крабов, как у дядюшки Цая, —вздохнул он, щекоча своим дыханием волосы на загривке Цзян Чэна. — Я тебе уже сказал, что мне нужно готовиться к зачёту! — прорычал Цзян Чэн, чьё терпение, и так не слишком больших размеров, стремительно заканчивалось. — Я не пойду на ярмарку из-за каких-то там крабов! — Каких-то?! — Вэй Ин скорчил оскорбленное лицо. — Это самые лучшие крабы! Дядюшка Цай приезжает всего один раз в год! Ну, пожалуйста, А-Чэн, пойдём! — Иди без меня! — Эй, в чём смысл идти на ярмарку одному? А как же тыкать пальцами во всякие прикольные штуки, обсуждать дурацкие костюмы торговцев и яркие убранства лавочек! И вообще, ты же тоже хочешь! Пойдём, а то станешь слишком умным, и твоя голова лопнет. Угроза лопающейся головы, действительно, была велика, и, к сожалению, совсем не из-за количества новых знаний. — Чёрт с тобой, пошли, — пробубнил Цзян Чэн, захлопнув учебник. — Только недолго! — Конечно-конечно, туда-обратно, — пообещал Вэй Ин, просияв. *** Они шатались от палатки к палатке уже четвёртый час, и всё действо напоминало Цзян Чэну какую-то огромную, несуразную, традиционную свадьбу. От обилия красного с золотым уже побаливали глаза, от огромного количества вредной еды тянул живот, а радостные довольные жизнью люди навевали тоску. Вот прямо как Вэй Усянь. — Смотри, предсказания! — завопил брат, тыча пальцем в сторону. Хм, коряво написанная вывеска от руки действительно указывала на то, что в видавшем виды шатре можно получить предсказание. Только оставалось загадкой, как в этом неприметном углу Вэй Ин сумел разглядеть надпись. — Вот ещё, — на автомате проворчал Цзян Чэн, но его уже с силой тащили к цели. У входа в палатку сидел взъерошенный парень со скучающим видом и чистил яблоки. Когда они с Вэй Ином остановились прямо перед ним, тот не удостоил их и взглядом, продолжая методично орудовать маленьким ножичком. — Нам бы предсказание, — помявшись, проговорил Вэй Усянь. Парень кивнул на банку, стоящую у его ног, обутых в тяжёлые берцы. — Пятьдесят юаней?! — возмутился Цзян Чэн, прочитав ещё одну корявую надпись на банке. — Да это грабёж! — Не заметил, чтобы я вас сюда звал, — ответил парень, сверкнув клыками. И ведь правда, не звал. В смысле, именно это и было странно, потому что обычно на ярмарках в этом и суть — перекричать конкурентов, и если не голосом, так вычурными плакатами или какими-то другими оригинальными способами. У дядюшки Цая, например, у входа плясал поддатый краб. Точнее, поддатый промоутер в костюме краба, но, тем не менее. — Должно быть, ваши предсказания и вправду хороши, — сказал Вэй Ин примирительно. — Сяо Синчэнь лучший, — просто ответил парень. — И никогда не ошибается. Пятьдесят юаней или проваливайте. — Сяо Синчэнь?! — восторженно присвистнул Вэй Усянь. — А-Чэн! Я про него слышал! Говорят, он лишился зрения и после этого начал предсказывать будущее! Обалдеть, не ожидал, что он появится здесь. Заплати скорее, мы должны увидеть Сяо Синчэня! Цзян Чэн помялся несколько секунд и за это время проиграл в голове диалог с братом, который неминуемо состоится, если он откажет. Контраргументы на аргументы Усяня у него кончились практически в самом начале, поэтому он предпочёл молча засунуть в банку деньги, избежав поражения. Если боя не было, значит, и проигравших тоже нет, верно? Громко хрустя яблоком, парень на входе отодвинул тряпицу, пропуская их в палатку, и когда они оказались внутри, Цзян Чэн почувствовал какое-то разочарование. Тут не было никаких магических шаров или других подобных атрибутов, которые так любят шарлатаны, то есть, предсказатели. В палатке пахло свежераскуренными благовониями и царил полумрак. Впрочем, зачем тратиться на освещение, если разглядывать нечего? Главный объект обнаружился прямо посередине шатра, сидящим на потёртом коврике и плетущим корзину или нечто, смутно напоминающее корзину. Он был одет просто и совсем не по-предсказательски, и из таинственного и загадочного — лишь белая повязка на глазах, из-за которой определить его возраст стало довольно сложной задачей. — Здравствуйте, — произнёс предсказатель, поднимая голову, и хотя глаза его были скрыты плотной тканью, создавалось впечатление, что он их разглядывает. Цзян Чэн хмыкнул. Ну, точно шарлатан. — Привет! Меня зовут Вэй Усянь, а это — А-Чэн! Мы очень рады познакомиться, господин Сяо! И хотели бы получить ваше предсказание! — Приятно познакомиться, — ответил Сяо Синчэнь, приветливо улыбнувшись. — Мне нужно взять человека за руку, чтобы увидеть его судьбу. Цзян Чэн закатил глаза, но брат, тихо шикнув, подпихнул его вперёд. Скривив губы, Цзян Чэн взял Сяо Синчэня за руку — холодная. На несколько секунд тот завис, и, кажется, даже не дышал, а затем, улыбнувшись, сказал: — Завтра у вас крайне удачный день, господин Цзян. — И это всё? — спросил Цзян Чэн, когда после затяжной паузы предсказатель так больше ничего и не сказал. — А что вы ещё хотите услышать? — Что-то более похожее на предсказание! — возмутился он. — Что значит «удачный день»? Если я куплю лотерейный билет, то выиграю или что? — Если вы купите лотерейный билет, то непременно выиграете, — продолжая безмятежно улыбаться, проговорил Сяо Синчэнь. Цзян Чэн собрался крепко выругаться и потребовать свои деньги обратно, но Вэй Усянь, воскликнув «теперь я, теперь я!», порывисто отодвинул его в сторону, вцепившись в руку Сяо Синчэня. Предсказатель вновь впал в режим перезагрузки, а затем повторил про крайне удачный день практически слово в слово. — Только в отличие от брата я бы вам посоветовал ещё беречь голову, — добавил он со всей серьёзностью в голосе. — У-ух ты! — протянул Усянь восторженно, будто сейчас их не развели как лохов, а показали ключевые нарезки будущего в формате 3D. И попкорна отсыпали. — Ну и бред, — пробурчал Цзян Чэн. — Так любой дурак напредсказать может! — Прекрати, А-Чэн! Сяо Синчэнь неподражаем! Ты хоть заметил, что он назвал нас братьями, хотя мы ему об этом не говорили, а фамилии у нас разные?! Простите, господин Сяо. А-Чэн у нас просто жуткий скептик. — Ничего страшного, — отозвался предсказатель и вновь блаженно улыбнулся. — Я понимаю, у господина Цзяна тяжелые дни. Но ему не нужно переживать, ему достанется пятый вопрос, который он уже выучил. Цзян Чэн застыл. Если про братьев можно было угадать и пальцем в небо, то тут уже интереснее. Хотя, если так подумать… у всех студентов на носу сессия, не нужно быть мастером Ло*, чтобы предположить нечто подобное. — О! — произнёс Сяо Синчэнь, оживившись. — Я знаю, чем вас порадовать, господин Цзян. Недавно Милашка родила трех здоровых малышей. И вот тут у Цзян Чэна дёрнулся глаз. Милашка? Он сказал Милашка? Его собака, которую пришлось отдать, потому что у Вэй Ина развилась кошмарная аллергия? Быть не может! Его маленькая прелестная девочка уже так выросла, и у неё появились щеночки! Но откуда это известно Сяо Синчэню, неужели он и вправду… — Так, всё, выметайтесь, — раздалось позади, и братья обернулись, увидев того самого парня, что встречал их на входе. — Ваши три минуты истекли, — добавил он, одарив их тяжёлым взглядом. — Какие ещё три минуты? — возмутился Цзян Чэн. — Нас никто не предупреждал, что время ограничено! — Это было написано на банке, — подперев руками бока, возразил тот. — А-Ян, — подал голос Сяо Синчэнь. — Если господа хотят ещё что-то узнать… — Ну уж нет, Конфетка. Не я виноват, что господа не умеют читать мелкий шрифт. Если мы сделаем исключение для них, то и для других придётся. Тебе не кажется, что это нечестно по отношению к другим? Сяо Синчэнь вздохнул, кивнул и сделал странный жест рукой, который, кажется означал нечто вроде «простите, но правила есть правила». — Капец, блин, — пробурчал Цзян Чэн и зашагал на выход. — Пошли, А-Сянь, у меня больше нет столько денег! — Спасибо! — пробормотал Вэй Ин, прежде чем последовать за братом, и даже поклонился, хотя непонятно зачем, предсказатель этого всё равно ведь не увидел. Когда они вышли из шатра контрастирующее буйство красок и яркий свет неприятно ударили в глаза. У Цзян Чэна разболелась голова. — Лотерейные билеты, покупаем лотерейные билеты! — проорал писклявый девчачий голос совсем рядом. — Да не ори ты так, дура, — сказал мрачный хранитель банки, усаживаясь назад на своё место и выуживая из кармана очередное яблоко. — А-Чэн, лотерейные билеты! — подёргав его за рукав, сообщил Вэй Усянь, будто бы Цзян Чэн мог не услышать этот вопль. Как у них тут всё продумано, а? Один рассказывает об удаче, другая продаёт лотерейные билеты! И всё же, этот Сяо Синчэнь откуда-то знал о Милашке. И о том, что они с Вэй Ином братья. Может… — Покупаете два, третий в подарок! — объявила девушка, впихивая билеты Усяню в руки. Протяжно вздохнув, Цзян Чэн распрощался с последними деньгами. Поели, блин, крабов.