Любимица Лорда или сказка о Белой Королеве

4 года спустя Драко Последние года прошли относительно спокойно. Война, конечно, не закончилась, но точно стала менее яростной. Некоторым магглорожденным удалось сбежать из Магического Мира, но большинство из них покоились в сырой земле. Их тела сбрасывали с обрывов, оставляя на обед стервятникам, или сжигали на кострах. Те, что были моложе, оканчивали Хогвартс и становились рабами в мире чистокровной аристократии. Никто уже не сопротивлялся. Орден залег на дно, и свободолюбивым волшебникам было не к кому примкнуть. Во главе со своим Лордом Пожиратели были непобедимы. Малфой выполнил данное себе обещание: ни одна страна не посягнет на Англию, никто не посмеет тягаться с самым могущественным государством в мире. — Ты жалок. Драко поднял свинцовые веки. Голова кружилась, и он не мог уловить конкретные очертания предметов. Все, что видел Драко — длинные белые волосы и презрительный взгляд серых глаз. Таких же, как и у него самого. Малфой замахнулся пустой бутылкой, которая попалась под руку, и запустил ее в фигуру, но в ответ услышал лишь надменный смешок. Люциус увернулся от бутылки и скривил тонкие губы. — Посмотри на себя, — Малфой-старший лениво прислонился к стене. — Еще не прошло и дня, чтобы ты не упивался в хлам. Так ты управляешь государством? — Исчезни! — рявкнул Драко в ответ, зажмурив глаза. Он стал видеть Люциуса не так давно, но даже призрак погибшего отца во снах лучше, чем девушка с карими глазами. — Маленький слабак. Люциус вдруг оказался совсем рядом. И хоть он был всего лишь призраком прошлого, острые клинки недовольства Драко ощущал на себе, как настоящие. Будто не было всех тех годов, начиная с первого курса. Малфой чувствовал себя мальчишкой со странно зализанными волосами, стоящим на вокзале Кинг-Кросс перед отправкой в Хогвартс. Мать нежно кладет свою ладонь на плечо сына, а Люциус строго говорит ему, что Драко должен быть лучшим во всем. — Я сказал — убирайся! — Драко подорвался на ноги, толкая Люциуса. — И никогда! Слышишь? Никогда не смей мне говорить про слабость! — Малфой-старший изогнул бровь. — Это благодаря мне наша страна считается одной из самых сильных во всем мире! — с каждым словом Драко подходил ближе, а его глаза раскрывались все шире. — Я покорил Исландию! Я сделал то, что даже твой любимый Темный Лорд не смог! Я управляю Англией, отец! Я контролирую Пожирателей смерти! Я и есть государство! Малфой зажмурился, успокаивая головокружение. Он отдышался от крика и плюхнулся обратно в кресло, подперев голову кулаком. Дышать стало невыносимо сложно. Драко расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — За твоими громкими речами скрывается обездоленный мальчишка, — Люциус продолжал говорить ровно и холодно, его абсолютно не впечатлила речь сына. — Сколько раз я тебе говорил, Драко, что невозможно править, пока у тебя есть сердце? — У меня давно его нет, отец, — бесцветно ответил Драко. — Оно возвращается к тебе каждое Рождество, — Люциус подошел ближе и раскрыл ладонь, протягивая ее к сыну. В ней была омела. Сегодня ровно три года, как умерла Гермиона Грейнджер.

***

Драко зажмурился от яркого солнечного света, который пробивался сквозь открытые занавеси его комнаты в Малфой-мэноре. Он выпил стакан воды, предусмотрительно находящийся на тумбочке. Холодная жидкость слегка прояснила сознание и добавила бодрости. — Как называется должность того, кто регулярно спасает своего босса от публичного позора? — в углу стоял Забини, скрестив руки на груди, а в кресле спала Пэнси. Блейз кивнул на подругу. — Она караулила тебя всю ночь. Драко свел брови на переносице и грубо ответил: — Я не просил. Блейз вздохнул и подошел к другу. — Знаешь, Драко, с каждым годом мне становится все сложнее держать обещание, данное тебе в ту ночь. Малфой бросил на него раздражённый взгляд. — Тогда, может, тебе не стоит приходить ко мне. Драко поднялся с кровати и пошел в ванную. Хорошо, что он так напивается и не помнит ничего, иначе сгорел бы со стыда перед Забини. Они с Пэнси каждый год в Рождество незаметно следят за его выходками в барах и борделях. Подчищают память проституткам, которым Драко шепчет о своей любви и ненависти, называя именем на букву «Г». В общем, делают все, чтобы Драко даже не вспоминал об этой ночи. Двери за Малфоем с грохотом захлопнулись, прерывая сон Пэнси. Она распахнула зеленые глаза и повернула голову на звук. — Как всегда, — коротко объяснил Блейз. Он захватил пиджак со спинки кресла и направился к выходу. — Пойдем, Пэнс. С утра его лучше не трогать. Пэнси потянула затекшие ото сна в неудобной позе конечности и встала с кресла. Она еще раз кинула быстрый взгляд на двери, ведущие в ванную, и последовала за Блейзом. — Мое предложение остается в силе, — сказала Паркинсон, на ходу оправляя помятую одежду. — Мы не сможем сделать все без дальнейших последствий, Пэнс. Мы только навредим Драко. — С последней задачей он справляется и без нашей помощи, — отказала девушка. Пэнси и Блейз подошли к камину и скрылись в зеленых языках пламени.

***

Драко встал под холодные струи воды. Кожа покрылась мурашками, пальцы приобрели нездорово синеватый оттенок. Он вспомнил ее губы такого же цвета. Обескровленные и неподвижные. Три года назад. Рождество. Луна давно осветила ночное небо, когда пришел Дерек. Драко сидел в гостиной перед камином. Его мысли занимала Грейнджер, как и всегда, когда дела не отвлекали его. Он смирился с тем, что девчонка в который раз его предала и сбежала. Драко больше не пытался преднамеренно ее искать. Он уже ранее уничтожил Станхоп, — Грейнджер там не было, разослал на нее ориентировки по всей Англии, но и это не дало результатов. Она словно под землю провалилась. Драко признал, что такая маниакальная потребность отомстить Грейнджер сведет его однажды с ума, а Лорд не может поддаваться эмоциям. И он пообещал себе, что обязательно найдет и уничтожит ту, которая посмела играть с его чувствами, но больше не будет гоняться по миру в поисках кудрявой макушки. На первом месте — управление страной. — Мой Лорд, — поклонился Дерек. — Мы наконец-то прорвали защиту города Ковентри. Там оставалась последняя известная нам база Ордена Феникса. Драко перевел тяжелый взгляд на парня. Орден охранял Ковентри лучше других своих баз. Не сложно понять, что там находился центр Сопротивления. Хоть одна хорошая новость за последний месяц. — Вы уничтожили их? — голос Лорда разлился раскаленным железом по комнате. — Да, мой Лорд. Всех до единого. — Поттер? — Его там не было. Вероятнее всего сбежал. Но мы расправились с его рыжей подружкой. Драко поднялся на ноги, подхватывая с дивана черную мантию. — Уизлетта мертва? — почти удивленно спросил Малфой. Дерек утвердительно кивнул. Джинни приносила его армии множество потерь после того, как сбежала из Хогвартса. Эта девчонка была опасна, и Драко рад, что она, наконец, мертва, но он не мог понять, как Поттер допустил такое. — Пойдем, — сказал Драко, на ходу застегивая серебряные пуговицы на мантии. Они с Дереком аппарировали на главную площадь Ковентри. Под ногами хрустели обломки штукатурки с домов и осколки выбитого стекла. Напуганные люди забивались в свои полуразрушенные убежища и оплакивали погибших. Дерек повел Драко по узкой улочке, наполненной металлическим запахом крови и тлеющих тел. Не то, чтобы Драко все еще обращал на это внимание, но он давно не посещал поля битв, полностью доверив это дело Нотту и Забини. Они прекрасно командовали армией, пока Малфой занимался более существенными и требующих повышенного контроля проблемами. Площадь, на которую Дерек вывел Малфоя, была значительно меньше основной, но именно на ней состоялась битва между Пожирателями смерти и Орденом Феникса, судя по количеству обломков и мертвых тел. Драко безразлично переступал через них, не смотря на то, что среди них были как тела членов Сопротивления, так и его Пожирателей. Плевать. Армия Драко достаточно большая, чтобы восполнить эти утраты. Малфой не вглядывался в лица, но иногда подмечал знакомые черты, если они не были изуродованы заклинанием. Среди них была его однокурсница с Пуффендуя Ханна Эббот, а рядом с ней лежала небезызвестная Джинни Уизли. Малфою не составило труда узнать ее, даже не смотря на короткую стрижку и новый цвет волос. Одной проблемой меньше. Оставалось лишь найти драгоценного шрамированого женишка младшей Уизли, и тогда оставшиеся группировки Ордена падут перед Драко, не смирившись с потерей своего Героя. — Драко. Малфой обернулся. Блейз стоял недалеко от него, но не смотрел в глаза. Это было странно. Забини никогда не боялся высказать Малфою свое недовольство или рассказать что-то даже после того, как Драко стал новым Темным Лордом. — Драко, ты должен это увидеть. Не сказав больше ни слова, Забини пошел прямиком в разрушенный дом, где Сопротивление основало свою базу. Драко последовал за ним на второй этаж к жилым комнатам. Блейз остановился возле одной из дверей. Она уцелела, но была вся покрыта сажей и гарью. Забини дернул за ручку, пропуская Драко вперед, а сам остался стоять снаружи. Малфой вопросительно поднял бровь, но Блейз лишь настороженно покачал головой и опустил глаза в пол. Драко мог поклясться, что на это мучительно долгое мгновение он попал в ад, где его кишки наматывали на раскаленные прутья, а ушные перепонки насиловали криком банши. Среди обожженных балок лежало тело, которое он помнил также хорошо, как свое собственное. Ведь Малфой практически сливался с ним в единое целое в неделимое существо из переплетенных душ и пальцев рук. Оно идеально подстраивалось под все его желания и плавилось от малейшего прикосновения. Эти губы когда-то нежно улыбались ему и чувственно целовали, а эти глаза метали в Драко молнии и обжигали одним взглядом. — Грейнджер… Ее фамилия вылетела из уст Малфоя тихим шепотом и разнеслась оглушающим криком по комнате. Сколько раз Драко обещал себе, что накажет Грейнджер за ее поступки, сколько раз представлял все гнусные способы, которыми он унизит девчонку, но Малфой никогда не подразумевал под этим ее смерть. Она должна была жить ради него и его удовольствия. Драко должен был наблюдать за тем, как ломается Грейнджер, как слезы текут из ее карамельно-шоколадных глаз, как она стоит на коленях перед ним, умоляя пощадить ее. Он должен был смотреть на ее страдания, а не на ее мертвое тело! Малфой упал на колени, хватая уже остывшую руку Гермионы. Она предавала Драко слишком много раз, но он не мог не любить ее. Малфой убрал кудрявый локон с ее лица. Ты не можешь быть мертва, Грейнджер. Только не ты. Кто угодно, но не ты! Малфой подскочил на ноги. В один шаг он оказался рядом с Блейзом, хватая его за края мантии. — Какого хрена, Забини?! — закричал Драко, встряхивая лучшего друга. — Разве ты не знаешь, что она неприкасаемая для всех, кроме меня? Как ты мог это допустить?! В серых глазах залегла боль. Блейз это видел. Ею можно было наполнить все океаны мира, и вода все равно затопила бы землю. — Ну, ничего, — Драко перешел на безумный шепот. — Я найду способ воскресить ее. Я не отдам Грейнджер, слышишь?! Не отдам! Она моя! До Блейза не сразу дошел смысл слов лучшего друга, а в следующий миг Драко уже сгребал в охапку мертвое тело девушки. Забини преградил ему путь. — Драко, отпусти ее, — взмолился он. — Грейнджер мертва, ее не вернешь. Блейз постарался разомкнуть пальцы Малфоя, которые вцепились в холодную плоть, но Драко лишь отмахнулся и настойчиво продолжил свой путь. — Пропусти, Забини, иначе я тебя убью, — прорычал Малфой, толкнув плечом Блейза. Мулат сцепил кулаки. Безумный взгляд Драко дал понять, что его сознание затуманилось. Нужно было защитить лучшего друга от фатальной ошибки, которую он мог совершить в таком состоянии. Блейз достал палочку и направил в спину Малфоя. Драко отбросило к противоположной стене. Он попытался встать, но крепкие руки пригвоздили его обратно. — Отпусти, Забини! — взревел Драко. Он подался всем телом вперед, но Блейз сумел удержать его. — Нет! Пойми же, Драко, ее больше нет! Нет… не может быть, Блейз. Ты не понимаешь. Никому не дано понять нашу с ней связь! — Образумься уже! — продолжал кричать Забини, с каждым словом все больше сжимая плечи Малфоя. — Хватит, Драко! Пора заканчивать эту главу в твоей жизни под названием «Грейнджер»! Я налажал, согласен! Не уследил за Пожирателями, и кто-то из них убил ее. Я виноват! Но что я могу сделать?! Крик Блейза немного утихомирил Драко. Где-то на задворках сознания он понимал, что так будет лучше для всех. Он больше не будет изводиться от недостатка рядом Грейнджер, а она теперь не попадет в его жаждущие мести руки. Параллелей, которые никогда не должны были встретиться, больше не существовало. Отныне Драко очистился от болезни, которую Грейнджер занесла в его вены вместе с запахом своих волос. Или же он очень хотел думать, что очистился. — Я знаю, что ты можешь сделать, Блейз. Забини ослабил хватку, когда в глаза Драко вернулась былая ясность. — Что? — Дай мне обещание. — Все, что скажешь, - решительно кивнул Блейз. Под безумным взглядом Малфоя он был готов и глотку себе перерезать, если бы Драко пожелал. Малфой метнул мимолетный взгляд на стеклянные глаза Гермионы. — Не дай сжечь ее тело вместе с другими. Похорони Грейнджер, как полагается, но ни при каких обстоятельствах не говори мне, где ее могила, — Малфой свел брови на переносице и строго посмотрел на Блейза. — Никогда, Забини. Я не должен узнать это. Иначе я навсегда останусь лежать с ней, перебирая кудри ее волос. Ее гроб станет моей кроватью. Блейз молча кивнул и через пару часов похоронил душу Драко.

***

Как только Драко зашел в зал для собраний, он сразу заметил нервное переглядывание Пожирателей. Они знали, что их Лорд не в настроении каждое Рождество и обычно старались вести себя тихо в этот день, но еле слышный кашель прорезал напряженный воздух. Дерек встал со стула, посылая тревожный взгляд Анике Андерсон, сидящей по его правую руку. Пожиратель склонил голову. — Мой Лорд, сегодня утром было засечено еще одно нападение на ваши владения. Все та же незнакомка в красном плаще разнесла в дребезги бордель на сорок девятой улице, убила охранников, а все грязнокровки исчезли. Драко сжал кулаки с такой силой, что наверняка можно было увидеть выступившие вены на руках, если бы те не были скрыты под черными перчатками. Еще одна проблема, над решением которой Пожиратели ломали головы уже почти год. Они называли ее красным ангелом. Первое нападение незнакомки произошло во время отъезда самого Драко и его приближенных Пожирателей в Болгарию, где они посещали Дурмстранг. Она убила целую дюжину его людей в казарме Лондона и освободила всех пленных. Далее последовала череда мелких, хаотичных нападений на бордели. Красный ангел освобождала грязнокоровок, которых после никто никогда не видел, убивала работающих там Пожирателей и клиентов. Второе значимое нападение красный ангел совершила на резиденцию Лестрейнджей. Она ослабила защитные чары вокруг замка, давая доступ Ордену вовнутрь. И хоть осуществить задуманного у них не получилось, ведь Лестрейндж-мэнор охранялся почти так же сильно, как и Малфой-мэнор, но это выступление показало, насколько выросли шансы Ордена противостоять Пожирателям. Драко сосредоточил все свои силы на поиски таинственной соперницы, но она, как назло, пропала со всех радаров и больше не появлялась. До сегодняшнего дня. — Как я понимаю, вы не сумели поймать ее? — подбородок Драко еле заметно дернулся от раздражения. Дерек отрицательно покачал головой. — Мы осмотрели местность и нашли отпечатки нескольких мощных проклятий, которые она использовала при нападении. Одним из них было древнее заклинание Обруто, впоследствии которого животы наших солдат были вспороты. В прямом значении слова. Малфой задумчиво потер подбородок. — Красный ангел уже использовала подобное проклятие при нападении на Лестрейндж-мэнор. Тогда она буквально вырвала Крэббу-старшему сердце из грудной клетки, — сказал Драко. — Она владеет очень древней и опасной магией. И с каждым ходом только наращивает свой потенциал. — Что будем делать, мой Лорд? — обеспокоенно спросил молодой Пожиратель Герн, чья любовь к выпивке могла сравниться разве что с покойным Долоховым. Малфой постучал по столу указательным пальцем. Он не знал, с чего даже начать. Поиски незнакомки не давали никакого результата. Она явно действовала по какому-то конкретному плану, но он был довольно неупорядоченный, так что Пожирателям сложно предугадать ее следующий шаг. — Каждый из вас с завтрашнего дня отправится в важные точки Лондона, которые красный ангел еще не успела посетить, — Малфой обвел Пожирателей глазами. — Вы будете следить за каждым шорохом деревьев, за каждым наклоном веток и шумом ветра. Если увидите или услышите что-то подозрительное — вызывайте метку. Я составлю список охранных точек и тех, кто к ним будет приставлен. Позже заберете его у Дерека. Малфой встал резко, не обращая внимания на поклоны Пожирателей, и стремительно покинул помещение. Ему нужно было на воздух. Нужно было выскрести изнутри пустоту, которая там залегла. Избавиться от безразличия ко всему. Драко обещал себе не вспоминать о Грейнджер, но каждый раз, находясь на улице, возводил глаза к небу и одними губами произносил ее имя. Вся та боль, которую оставила девчонка после себя, смешалась с болью от ее предательства, образовывая одно безразмерное ничто. Крупные снежинки падали на лицо молодого мужчины. Они таяли, оставляя после себя мелкие капельки. Драко вспомнил, как такие же хлопья падали и в ту комнату, сквозь пробитую крышу, кружились и оседали на Грейнджер. Но снег уже не таял в ее ладонях.

***

— Осторожней! Кричит Забини, толкая Драко в спину. Они оба падают на пол, а через доли секунды на том месте, где они стояли, раздается взрыв. Мелкие камни стучат по кафелю, облако из пыли норовит попасть в глаза и уши. Малфой почти было решил, что полностью разбил Сопротивление. Пожиратели вели учетные записи, где отмечали погибших членов Ордена Феникса. Почти всех самых значимых людей они убили, но, видимо, после освобождения из тюрем, многие заключенные примыкали к Ордену, тем самым увеличивая численность их армии. Как Драко и предполагал, красный ангел появился спустя неделю, подорвав достаточно значимую для Пожирателей тюрьму, замаскированную под склад. Малфой не знал, откуда ей известна данная информация, но, как и всегда, попадание красного ангела по цели было точным. Блейз поднялся на ноги, подавая руку Драко. Они прислонились спиной к стене. Забини поднял палочку и на мгновение выглянул из своего укрытия, чтобы пустить в нападавшего ответное проклятие. С того конца коридора послышался приглушенный крик, и член Ордена замертво упал на пол, хватаясь за перерезанное горло. — Они поступили умно, — сказал Блейз, когда они с Драко направились к заднему двору, где проходила основная битва. — Ангел повела часть Ордена по главному входу, отвлекая внимание. Ей хватило нескольких минут, чтобы обойти защитные чары и открыть доступ Ордену к любому уголку тюрьмы. А затем основная часть Сопротивления зашли с боковых ходов, где охрана слабее. — Если она управляет армией, то где Поттер? — Драко снял с себя мешающую длинную мантию, отбрасывая ее в сторону. — Вероятно, ищет союзников, — пожал плечами Блейз. Они вышли на улицу. Члены Ордена Феникса и Пожиратели сражались между собой, оставляя смертельные раны и увечья на телах друг друга. Несмотря на кромешную ночь, вспышки заклятий и периодичные удары молнии освещали пространство, где велась битва, так, что можно было с легкостью распознать лица бойцов. Звуки грома смешался с какофонией криков и руганью, кровь образовала месиво с грязью от талого снега. Даже зимняя свежесть не спасала от сморода изувеченных тел и оторванных конечностей, которые валялись просто под ногами. И среди всей этой адской грязи она выглядела, как ангел правосудия: шныряла по полю битвы красным дымом, то появляясь, то снова исчезая. Ее движения были отточенные, как у хищника, и смертоносные, словно она была олицетворением Авады Кедавры. Убивала красный ангел так же легко, как делал это сам Драко. Она шла по головам, забирая жизни десятки его Пожирателей. Ее абсолютно черное одеяние сделало бы ангела незаметной среди ночи, если бы ни единственная деталь ярко-красного цвета — ее мантия, капюшон которой был магией закреплен на голове девушки. Драко обернулся на черный дым и полетел в самый эпицентр битвы. К ней. Красный ангел тут же его заметила и отлетела назад. И по ходу приближения Малфоя она оказывалась все дальше от него. Драко как раз это было и нужно. Он хотел заманить ее в ловушку, но своими действиями ангел и сама в нее попала. Драко запечатал все выходы из тюрьмы. Звуки битвы остались за стенами. Ангел стояла неподвижно посредине комнаты круглой формы. Ее подбородок был поднят высоко, но руки, то и дело сжимались в кулаки. Малфой впервые мог разглядеть ее так близко. Черный облегающий комбинезон с множеством кожаных ремешков не оставлял ни одного открытого участка тела, на массивных сапогах выше колена остались излишки грязи, а лицо полностью скрывала маска, напоминающая обличие всадника апокалипсиса. Красная мантия, словно крылья, обрамляли стан девушки. Она была миниатюрной. Даже слишком для той силы, которая таилась в ней. Красный ангел смотрела прямо, не шевелясь. Драко сделал шаг к ней, но она тут же отступила. Почти что выставила руки вперед, но вовремя остановила себя. Малфой насмешливо изогнул бровь. — Ты могла бы составить мне неплохую конкуренцию в бою, но вместо этого убегаешь, как маленькая сука. Ангел кинула легкое заклятие, но лишь для того, чтобы отвлечь внимание. Пока Малфой выставил щит, она бросилась к двери. — Не заставляй меня разочаровываться, — спокойно сказал Малфой, отбрасывая девушку к противоположной стене взмахом руки. — Где все то, чем ты так щедро награждала моих Пожирателей? Давай! — крикнул Драко, посылая в нее еще одно заклинание. Ангел подорвалась на ноги и поставила перед собой щит. — Вспори мне брюхо! Малфой взорвал рядом с ней колону, кидал в нее проклятиями одно за другим. В серых глазах горела злость и одновременно наслаждение от всплеска силы и эмоций. Он не позволял себе испытывать их уже давно. Красный ангел лишь уворачивалась, ставила щиты и посылала слабые заклятия, способные, разве что, отвлечь Драко на короткий миг. Она практически не использовала свою силу. Малфой раздраженно зарычал и струя света от его заклинания встретилась с ее. Черное встретилось с красным. — Я сказал вспороть мне брюхо, а не пощекотать! — крикнул ей Драко, усиливая давление. — Именно это ты сделала с моими Пожирателями, ведь так? Давай, ты же умеешь! Вырви мне сердце! — Малфой качнул головой и хмыкнул. — Хотя, это уже сделали до тебя. Девичья рука дрогнула. В это мгновение к ней вернулись человеческие повадки. Слабость. Ангел срикошетила заклятие в стену, подорвав ее. Буквально секунду девушка стояла, не двигаясь. И Драко почти смог визуализировать ее глаза, смотрящие на него. Почему-то он представлял в них сожаление и боль. А затем ангел обернулась на дым и вылетела наружу через дыру в стене. К Драко подбежал Забини. Он тяжело дышал и время от времени вытирал кровь, которая стекала с его лба, попадая в глаза. — Она сбежала, — процедил Драко через зубы. — Знаю, — Блейз похлопал друга по плечу. — Ты сильнее, Малфой, и обязательно найдешь ее. А затем мы ее допросим и убьем. Малфой скептично фыркнул. — Она не нападала на меня. — Что? — Блейз недоуменно покосился на лучшего друга. — Она словно не хотела меня ранить, — Драко устало пожал плечами. — Не знаю… Блейз понимающе кивнул. — Ладно, дружище, ты измотан. Битва закончилась. Орден ушел сразу за ангелом. Пойдем домой. Не забывай, что завтра еще рождественский бал в Министерстве. После смерти Грейнджер Драко не ходил на это мероприятие. Заметив, что Темный Лорд каждое Рождество пребывает в ужасном настроении, Яксли решил перенести бал на неделю, но и это не смогло переубедить Драко посетить его. — Я не хожу на этот бал, Забини, — грубо отрезал Малфой. — Народ давно тебя не видел, Драко, — объяснил Блейз. — Ты не появлялся на публике с тех пор, как… Забини не договорил, но Драко понял его и без слов. Малфой не появлялся на публике с тех пор, как погибла Грейнджер. Ее существование на одной планете с ним давало огоньку жизни не зачахнуть в груди Лорда. Но ее больше нет, и Драко стало абсолютно все равно на все, что его окружает, а на балы и праздники так и подавно. Но Блейз был прав. Для вида Драко должен был появиться хоть на один из тех приемов, которые регулярно устраивает Министерство для чистокровных магов. — Ты умеешь убеждать, Блейз, — ответил Драко, слегка приподняв уголок губы.

***

С самого детства Драко посещал подобные мероприятия, где десятки чистокровных снобов ходили под руку со своими такими же чистокровными идеальными женами и хвалились новыми вложениями либо успехами детишек. Сначала Малфой умирал со скуки на таких приемах, но в двенадцать лет они с Блейзом и Пэнси нашли винный погреб миссис Забини и после этого ни один такой вечер не заканчивался на трезвую голову. С каждым годом ситуация все усугублялась, пока однажды, когда им было по шестнадцать, родители Пэнси не застукали ребят в комнате своей дочери, открывающих уже третью бутылку вина. Тогда наказание получили все, а Люциус еще и заставил Драко пойти на сто восемнадцатый день рождение дальней родственницы Малфоев. После этого Блейз еще месяц давал себе волю в остроумных шутках в адрес Драко. Малфой прошествовал к столу на возвышении. По правую руку сидел Министр Магии Корбан Яксли со своей женой, а по левую — Блейз, как главный советник Темного Лорда. — Мой Лорд, приветствую вас! — поклонился Корбан. — Сидеть с вами за одним столом великая честь для нас. — Здравствуй, Яксли, — Драко скользнул по нему быстрым взглядом и вернул внимание блюдам на столе. Несмотря на разнообразие еды, даже крошка не лезла в желудок. Драко нехотя отпил вино из своего бокала и обвел глазами зал. Все было украшено в бело-серебряных оттенках. По стенам струились фонтаны, дополняя игру оркестра природными звуками воды. Золотые витиеватые канделябры были расставлены вдоль стен, а на окнах покоились легкие, практически невесомые занавески. Волшебники танцевали, пили и ели закуски, находящиеся на круглых столах. Молодые грязнокровки прислуживали на балу официантками и уборщицами. Они ходили по залу с разносами шампанского в хрустальных бокалах и предлагали их гостям. Выглядели грязнокровки нормально, но Драко сомневался, что перед началом бала на них не нанесли тонны маскирующих чар, чтобы скрыть побои и синяки. Малфой представил на их месте Грейнджер. Отказаться от нее в порывах гнева было легче, чем тогда, когда видишь, что случается с такими, как она. Возможно, смерть для нее была лучшим исходом, чем то, что ждало бы девчонку за стенами Малфой-мэнора. Как только Грейнджер лишилась бы защиты Драко, на нее тут же открыли бы охоту и сотворили бы то, за что Малфою пришлось бы обречь обидчиков на муки до конца жизни. Через час Драко наблюдал, как Блейз уже вовсю развлекается в компании каких-то девушек, отпуская шутки, от которых каждая из них заливалась смехом. Часы пробили полночь. — Мой Лорд, — обратилась к Драко рядом сидящая миссис Яксли. Шампанское явно подняло ей настроение и открасило ее щеки в пунцовый цвет, — вы скажете праздничную речь? Малфой неохотно кивнул. Это была его невыполненная обязанность как нового Темного Лорда — каждый год показывать, что политический курс в Магическом Мире остался неизменным, а устои — нерушимыми. Драко встал со своего места, прихватив бокал и десертную ложечку. Звонкий звук удара серебра об хрусталь разлился по залу, и сотни глаз смотрели на Темного Лорда с восхищением и ожиданием. — Я рад видеть каждого из вас в этом зале и осознавать, что столько талантливых и благородных волшебников готовы бороться за наши общие цели. Годы войны, несомненно, истощили нас, но не сломали. Мы по-прежнему держим планку высоко, заставляя покориться тех, кто встает на нашем пути, и сделаем все, чтобы так продолжалось и дальше. Мы своими руками сотворили мир, в котором есть место только настоящим волшебникам. С Рождеством! Драко поднял наверх бокал, произнеся тост. Люди повторили за ним, улыбаясь и обнимая друг друга. Они согласно кивали на каждое слово Темного Лорда, а после окончания аплодировали. И они совершенно не догадывались, что их Темный Лорд чуть не выблевал все кишки, пока стоял там и втирал эту чушь про чистоту крови и идеальность режима Пожирателей. Как ни крути, но внутри Лорда Малфоя всегда будет жить тот мальчик Драко, который боится снова стать чьей-то марионеткой. У входа Малфой заметил копну черных волос. Пэнси стояла в проходе, прислонившись к косяку двери, и скептично смотрела на это театральное шоу. Драко направился к ней. Они так и не говорили нормально с тех пор, как Малфой сам предложил ей стать генералом его армии. Паркинсон тогда лишь пренебрежительно фыркнула, сказала, что теперь работает в Министерстве, а затем ушла, и с того дня они перебрасывались разве что двумя словами при встрече. — Пэнс, — кивнул ей Драко, предлагая бокал шампанского, который он захватил с подноса по пути к девушке. — Долго сочинял тост? — вместо приветствия спросила Паркинсон, принимая предложенный бокал. — Могу поспорить, я видела, как ты скривился примерно, — девушка манерно потянула гласные буквы, — на словах об общей цели. Она отпила шампанское, не оставляя ни единого следа от помады на тонком стекле. Ты слишком хорошо меня знаешь, Пэнс — Могла бы соврать, что тебе понравилось. — А тебе бы стало от этого легче? — хмыкнула Пэнси. Ее настроение моментально изменилось, и даже тень от улыбки пропала с девичьего лица. — Ты истощен, Малфой. Даже невооруженным глазом это видно. А если заметила я, то заметят и другие, — говорила она жестко, не дав себя перебить. Пэнси умела быть достаточно грубой даже с друзьями, когда хотела достучаться до них. — Мой тебе совет: либо навсегда забудь о ней, — процедила девушка, выделяя каждое слово, — либо сразу приставь палочку к виску и пульни Аваду. Иначе это сделает кто-то за тебя. Пэнси выровнялась и, поставив бокал с недопитым шампанским на стол, быстрым шагом покинула бальный зал, оставляя за собой шлейф серебряного платья и горькой правды. Иногда Драко казалось, что мир был бы идеальным, а люди намного успешнее, если бы все прислушивались к Пэнси. В Хогвартсе все думали, что она исполняла лишь роль его стервозной подруги, но у Паркинсон есть такая полезная, но вместе с тем раздражающая способность — она видит людей насквозь. Она редко когда давала советы, но лишь потому, что они были радикальными для многих людей. — Лорд Малфой? Драко обернулся. К нему подошла девушка с длинными белокурыми волосами и пронизывающими голубыми глазами, словно у дикой кошки. Он не видел ее раньше. — Простите, мой отец много рассказывал о вас, — продолжила девушка, неловко крутя в руках бокал шампанского. — Я Алисия Холлдон. Дочь Министра Магии Исландии. Драко смутно помнил ту встречу в Исландии, после которой такие дела в основном решал Блейз. Да и Исландия не была проблемной страной. Они выполняли свои обязанности, закрепленные в договоре, а Драко отправлял им щедрые подарки и обеспечивал безопасность их кордонов. — Приятно познакомиться, мисс Холлдон, — Малфой еле заметно кивнул. Алисия вовлекла Драко в непринужденный разговор об оформлении зала. Не то, чтобы Драко было действительно интересно, но девушка показалась ему милой. Это не было вызвано чувствами. Нет. Скорее, обычным пониманием того, что она не глупа, не навязчивая, но наивная и слегка неловкая. Его пустота в груди не откликалась, демоны мирно спали, но мозг все еще не утратил способность анализировать. Нарциссе Алисия понравилась бы. Возможно, она даже подтолкнула бы Драко к ней, сказав, что хочет внуков, а он бы ответил, что этому не бывать. Драко — Темный Лорд. Вряд ли в перерывах между убийствами Драко смог бы воспитывать ребенка. Хотя, с другой стороны пример Лорда мог бы вдохновить многих чистокровных семей родить на свет наследника. Они стали бы монаршей семьей, Драко передал бы трон сыну или дочери, и спокойно умер бы, зная, что там его ждет та, кого он действительно хочет видеть. Для Малфоя в аду давно готовят место, но и Грейнджер не была святой при жизни. Он очень надеется, что их котлы будут стоять рядом. В голове пронеслись слова Пэнси: «Мой тебе совет: либо навсегда забудь о ней, либо сразу приставь палочку к виску и пульни Аваду. Иначе это сделает кто-то за тебя». Вряд ли у Драко получится забыть Грейнджер, но он может попробовать, наконец, стать тем, кем давно должен был стать. Своим отцом. — Мисс Холлдон, — Драко прервал Алисию на полуслове, но она явно не обиделась, а только сильнее улыбнулась, широко распахнув глаза, — желаете, я проведу вам экскурсию по Малфой-мэнору? Наверное, впервые Драко не стал спать с девушкой на первом же свидании. Он действительно провел ей небольшую экскурсию по Малфой-мэнору, обходя, конечно, подвал и Северную Башню. А затем угостил французским вином, которое обожала Нарцисса. Драко хотелось быть с Алисией обходительным, чтобы доказать самому себе, что Грейнджер была просто грязнокровкой, которой он желал обладать. Но не более. Впервые за долгие годы Малфой больше не видел ее глаза во сне.