Куда душа тянется

      Сэм с самого утра до того сонный, что едва ни клюет носом. Не заметить это было невозможно, так что спрашивали о самочувствии студента все, кому не лень. Сэм только отмахивался, потому что не знал, что ответить. Всю ночь левую руку ломило так сильно, будто кто-то вывернул ее под неестественным углом, но утренний осмотр в университетском медпункте не принес никаких результатов: Винчестер был здоров, причину ломоты не нашли. Выдали немного обезболивающих и посоветовали остаться сегодня в общежитии, но Сэм не послушал, все равно пошел на пары, а сейчас мучился от недосыпа и все еще ноющей руки, что успокаивалась иногда лишь на несколько минут.       — Сэм, — голос друга прозвучал совсем рядом, заставив Винчестера оторвать голову от поверхности стола и взглянуть на Кастиэля, что умудрился за раз принести сразу два подноса с едой. — Ну как ты?       Кас выглядел и правда довольно взволнованно и участливо, не всегда можно было найти в глазах даже самых близких друзей столько сострадания. Новак в принципе был, как то говорится, «не от мира сего» с его витиеватой поэтичной речью, немного странными вопросами по поводу, казалось бы, обыкновенных вещей и какими-то своими принципами и убеждениями. Выходец из религиозной и строгой семьи — что тут сделаешь. Сэм почти единственный, кто и правда проявлял терпение ко всем чудаковатостям друга, не испытывая при этом к нему раздражения, с коим Кас время от времени сталкивался со стороны других людей.       — Так, словно меня в блендер сунули, — Кас понимающе кивнул и пододвинул к Сэмюэлю его поднос. — Кас, я же просил не брать много. Я столько в себя не помещу, особенно сейчас.       — Медсестра утром сказала, что тебе стоит плотно питаться и отдыхать. От отдыха ты отказался, не отказывайся же и от еды, — Новак говорил спокойно, будто разъяснял маленькому ребенку, почему он не может есть вафли вместо супа на обед, да Сэм рядом с Касом так себя иногда и чувствовал — ребенком, который определенно не понимает того, что понимает его друг.       Винчестер вздохнул. Спорить было бесполезно, а аппетита толком не было. Довольно большие порции сытной еды сейчас скорее вызывали желание поморщиться и выпить воды, но из уважения к другу Сэм все же попытался впихнуть в себя хотя бы половину. После обеда оставалось еще две пары, но с последней его выгнали. Как бы Сэм не упирался, уверяя, что все хорошо, спорить с безапелляционным «мне тут мученики не нужны, вали отоспись» от мистера Кроули было невозможно.       Родная небольшая и чуть захламленная комната встретила приятным запустением и прохладой. Уходя, Кас всегда приоткрывал окно, дабы проветривалось, и если зимой Сэм был склонен ругать друга за эту привычку, то сейчас, жарким августом, возводил его чуть ли не до святых. Забывшись буквально на секунду, Сэм неаккуратно валится на кровать и тут же болезненно стонет — рука напомнила о себе резкой болью. Перевернувшись с горем пополам на спину, Сэм уставился в белый потолок, пытаясь вспомнить, где бы он мог повредить руку. Ничего дельного на ум не приходило: на вечеринках он не бывал, из окна не вылезал, ни с кем не дрался и не падал даже, что могло только произойти — не ясно, но сейчас боль постепенно отступала и притуплялась, что позволило сначала расслабленно выдохнуть, а после прикрыть глаза, постепенно начиная дремать.       Но сон закончился так же быстро, как и начался. По крайней мере Сэм был уверен, что проспал не более получаса, на деле же прошло часа три. Из полузабытья вывел тихий несмелый стук в дверь. Винчестер сел на кровати, уже рефлекторно придерживая руку, и позволил войти. В комнату заглянула Джессика, пока что лишь лучшая подруга Сэма, но в последнее время он все чаще задумывался о том, чтобы предложить ей встречаться. Он улыбнулся ей, двигаясь на кровати и хлопая здоровой рукой по месту напротив себя.       — Кас сказал, что тебя отпустили с последней пары, — заметила она, — что-то случилось?       — Нет, нет, все хорошо, — Сэм выдохнул, понимая по лицу девушки, что та явно ему не поверила. — Ладно, не смотри на меня так. Рука ноет со вчерашнего вечера, будто я ее сломал, но врачи сегодня сказали, что все в норме. Я не знаю, что и думать.       — И правда, странно, — Джесс обеспокоенно оглядела помятого и уставшего Сэма. Вдруг она, словно о чем-то вспомнив, полезла в сумку. Сэм заинтересованно приподнял брови, стараясь подглядеть, что та ищет, но не смог до тех пор, пока искомый пакетик зефира не был извлечен на свет и передан ему в руки. — Вот, — девушка улыбнулась, — Кас говорил, что ты не был голоден и почти ничего не съел на обеде, — подавив смех, она добавила чуть тише, — это разбивает ему сердце.       — Я предупреждал, что на еду смотреть сил нет, — а вот Сэм все же посмеялся, одновременно с этим почувствовав укол вины — даже если девушка шутит, представлять расстроенного и сидящего принципиально лицом к стене Каса было невмоготу. — Спасибо, — поблагодарил он, отложив пока угощение: голода он не чувствовал до сих пор.       — Ой, — послышалось со стороны открывшейся двери. — Я помешал?       На пороге появился третий сосед Сэма и Каса — Гарт Фицджеральд. Четвертый, между прочим. Это дополнение всегда смешило Сэма, как и еще один странноватый, но в целом довольно милый и «плюшевый» сосед. Он не особо любил сидеть в комнате, потому чаще всего после пар заходил разве что переодеться, дабы пойти куда-нибудь гулять. Однако, возвращался поздно он довольно редко, что, безусловно, радовало, учитывая то, что и Кас, и Сэм старались придерживаться определенного режима. А вот Гарт оказался «совой», и ложился не раньше трех часов ночи, что на удивление не мешало ему быть с утра бодрым и готовым на новые свершения. Хорошо было, что Фицджеральд по ночам вел себя максимально тихо, предпочитая проводить часы за чтением, учебой или мобильными играми. Так что соседство всех устраивало, и ребята крайне редко ссорились.       — Нет, — Сэмюель потер шею, — ты сегодня рано. Уже все парки обошел?       — На улице жара жуткая, в такую погоду только самоубийцы и гуляют, — Гарт чуть фыркнул, сбрасывая рюкзак на свою не заправленную постель.       — Ясно. Кас тебе на глаза не попадался? — Сэм вдруг вспомнил, что не видел немного проблемного иногда друга с самой предпоследней пары.       — Какой там! — парень выдохнул и завалился прямо в уличной одежде на простыни.       — Я тоже не замечала… — выдохнула Джесс, что до этого слушала чужую беседу, копаясь в телефоне. — Думаешь, что-то случилось?       — Возможно, — Сэм нахмурился, поднимаясь, — пойду его поищу.       — Я бы пошла с тобой, но мне надо возвращаться. Я пообещала соседке, что помогу ей с последней темой. Извини, — Джессика неловко улыбнулась.       — Ничего, иди, — Сэм улыбнулся в ответ, задержав руку на плече девушки, а после вышел за ней.       На первом этаже общежития их пути разошлись — Джесс отправилась в библиотеку за дополнительной литературой, а Сэм решил прогуляться вокруг территории Стэнфорда, зная, что Кас иногда наворачивает круги вокруг зданий, задумавшись. Однако, далеко идти не пришлось, Кастиэль сам вышел ему навстречу, выглядя немного обеспокоенным. Сэм нахмурился, сдувая со лба непослушную прядь волос, и шагнул навстречу, надеясь, что Кас сам расскажет, что его так взволновало, но друг пока что молчал, просто шагая рядом и глядя в пол. Сэм даже подумал, что это из-за него, но очень скоро Новак позволил ему выдохнуть и перестать мучиться чувством вины.       — Прости, наверное, надо было позвонить, — виновато проговорил Кас.       — Забудь, — несмотря на то, что Сэмюэль и правда волновался, загружать друга еще больше он не стал. — Где ты был?       — Читал на скамейке в парке. Увлекся, — кратко пояснил Новак, но это было явно не то, что он хотел сказать. Наконец, он остановился сам и остановил Сэма. — Сэм, помнишь, я говорил, что восстановил общение с одним из братьев своих?       — Да. Вы снова поссорились? — Винчестер вглядывался в напряженное лицо Каса.       — Нет, совсем нет, — тот мотнул головой. — Дело в том, что хочет он на день рождения мой приехать.       — Через два дня… — как-то задумчиво констатировал Сэм, медленно продолжая путь до комнаты. — Так что, это плохо?       — Нет… Наверное, — Кас звучал не особо уверенно.       — Наверное? — переспросил Сэмюэль.       — Наверное. Просто характер его довольно сложный, — Кастиэлю явно было не просто подбирать слова. — Я волнуюсь, что что-то не так пойти может. Там ведь будут Дин, Бальтазар, Чарли… Особенно за Дина я волнуюсь, уверен, что без стычек не обойдется, — он вздохнул.       — И ты хочешь, чтобы я пришел и в случае чего урегулировал конфликты? — Сэм начал понимать, почему Кас так волновался.       — Прости, — тот снова извинился, поднимая, наконец, взгляд синих глаз на друга. — Это звучит так, словно приглашаю я тебя лишь из страха, что праздник дракой закончиться может, но я правда буду очень рад, если придешь ты просто так, но и если откажешься, я…       — Кас, остынь, — Сэм едва не засмеялся, но вновь занывшая рука заставила поморщиться чуть. — Все хорошо, я буду рад прийти. И познакомиться с этим твоим братцем тоже, не беспокойся. Все пройдет хорошо, уверен.       — Хорошо, — уверенный тон и улыбка Сэма успокоили Новака, и тот тоже улыбнулся. — Его зовут Габриэль. Гейб, если хочешь.       — Габриэль, значит… — к своему удивлению, Винчестер почувствовал, как где-то между лопаток кольнуло. — Умеют же в вашей семье имена выбирать.       Кастиэль смущенно улыбнулся и зашел в комнату, закрывая после за ними дверь и чуть слышно выдыхая: с Сэмом он будет чувствовать себя куда увереннее.