Куда душа тянется

      Бальтазар по натуре своей был человеком крайне эксцентричным и запоминающимся. Как человек, что одним из первых сбежал из-под крыла отца, Бальт довольно быстро освоился в простом человеческом мире без молитв по любому поводу, церковных служб каждое воскресенье и строгой дисциплины. Сейчас по нему сложно было сказать, что когда-то колени он стирал лишь стоя перед иконами: хороший вкус в одежде, отлично подвешенный язык, умение преподнести себя в любом обществе и знание себе цены. Сэм часто отмечал, что последнего качества особенно не хватало Касу.       Праздновать день рождения друга в общежитии было заведомо плохой идеей, так что Бальт в честь праздника с радостью предоставил свои апартаменты, еще и вызвавшись все подготовить, пока ребята будут на парах. Стягиваться к квартире мужчины все, кроме Каса, начали ближе к четырем вечера, сам именинник должен был прибыть к шести.       — Бальт, я все хочу спросить… — Сэмми выдохнул, все же повязав шарики под потолок и спрыгнув с небольшой стремянки на пол, разминая затекшие плечи. Рука протестующе ныла против таких нагрузок, — что все-таки это за Габриэль? Кас волнуется за его прибытие больше, чем за любую сессию.       — Гейб ушел из отчего дома в шестнадцать, через год после меня, — Бальтазар начал издалека, попутно разливая шампанское по бокалам. — Причем ушел так, что ни отец, ни Кас, никто бы то ни было из братьев, не знал. Просто однажды ушел «гулять» и не вернулся. Даже записки не оставил, каков засранец, да? — он хохотнул, поправив вилку на столе. — Кас тогда с ума едва не сошел, меня вызвонил. Я хоть и не горел желанием возвращаться домой и контактировать вновь с папенькой, но-о… — мужчина выдохнул, поднимая взгляд на Сэма, — сам понимаешь, когда Кас просит, отказать невозможно.       В комнату вернулся Дин, что вместе с Чарли на кухне колдовал над тортом, и уже хотел что-то сказать, но Сэм вовремя на него шикнул, и тот кивнул, садясь на подлокотник дивана и с интересом глядя на задумавшегося Бальтазара, что смотрел, казалось, на Сэма, но на деле — мимо него, восстанавливая в памяти по кусочкам события дня, когда Габриэль растворился в тумане.       — Семь лет уж минуло, — оправдался он, — всего и не упомнишь, память, — он сделал театральную паузу, опускаясь на стул и закидывая ногу на ногу, — стирает самые неприятные моменты, чтобы защититься. А такой уход Гейба нанес удар всем нам. Кроме папеньки, его, кажется, даже смертью одного из нас не проймешь, — Дин фыркнул со своего места. Он был знаком с Касом и Бальтазаром уже достаточно, чтобы наслушаться о их отце «приятностей» и сложить о нем определенное мнение. — Короче говоря, я разыскал беглеца быстро. Он стащил пару кредиток у отца, снял деньги в ближайшем банкомате и уже с наличкой отправился дальше, — Сэм чуть вздернул брови — судя по всему, Габриэль не был глупым и явно планировал побег довольно долго. Но, судя по тому, что нашли его быстро, это помогло ему мало. — Возвращать его домой не стал. Лишь позволил Касу прийти и попрощаться. Мы ведь все понимали, каково жить с нашим отцом, никого из сбежавших старались не осуждать. Хотя Кастиэль верил в папу до последнего.       Сэм с Дином переглянулись. Да, они и сами время от времени конфликтовали со своим отцом, особенно Сэм, что против его воли уехал в Стэнфорд, но чтобы так… Для них это было удивительно, чуждо даже, но отчасти они понимали. Хотя, в душе Сэма кольнула обида за друга: да, он и сам сбежал, но перед этим предупредил брата, чтобы тот не волновался, а Гейб просто однажды не вернулся домой, явно заставив Каса пить успокоительные после. Это не укладывалось в голове. Да, отец Новаков был, судя по рассказам, тем еще мудаком, но в чем был виноват Кас?       — Гейб пытался подбить Кастиэля бежать с ним, — продолжал тем временем Бальтазар, — но Касу тогда было… Сколько?.. — он вновь задумался. — Двенадцать, — Сэм закашлялся, подавившись водой, которую отхлебнул из бутылки, что вызывало у Бальтазара смех. — Что и следовало ожидать: Кас отказался. Гейб попрощался с ним и, дождавшись, пока мы отъедем, разгромил номер мотеля, в котором остановился.       — Он любил Каса… — констатировала Чарли, что появилась в дверном проеме крайне незаметно все это время слушала рассказ. — По-своему, но любил ведь.       — Настолько любил, что не оставил даже стикера с запиской о том, что его нигде не украли, — Дин закатил глаза, Бальт лишь пожал плечами.       У него был свой взгляд на эту ситуацию, но распространяться о нем он не стал, придерживаясь нейтралитета. Ссориться ни с кем не хотелось сегодня, особенно учитывая упрямство и непреклонность Винчестеров. Сэм же прибывал в шоке, но теперь понимал, почему Кас так волнуется. Кто знает, перерос ли Гейб свое подростковое буйство, или же и сейчас способен будет устроить грандиозную истерику, если ему что-то не понравится. Ребята первое время думали, что задумчивое настроение сохранится еще надолго, но очень скоро предпраздничная суета заполнила собой все мысли, и невеселые размышления о «внештатном» госте остались лишь у Сэма, и то где-то на краю сознания.       Уже к половине шестого вся квартира была украшена, стол благополучно накрыли, а Дину не дали объесть посыпку с торта, хотя тот и очень настаивал на этом. Оставалось только дождаться Каса, а главное — Габриэля, но, судя по всему, тот планировал безбожно опоздать. Зато вот Кас объявился минутой в минуту. Бурные поздравления вызвали у того смущенную улыбку, кучу «спасибо» и «не стоило так заморачиваться», и на какое-то время он даже забыл о не пришедшем до сих пор брате, но уже за столом вдруг вспомнил, что кого-то не хватает. Пускай Кастиэль и попытался скрыть легкое разочарование во взгляде, Сэм с Дином быстро его заметили. Чарли с Бальтазаром, возможно, тоже, но они предпочли себя не выдавать, дабы лишний раз не вгонять друга в «краску». Но Кас держался молодцом, очень быстро взял себя в руки и нашел тему для разговора.       — Сэм, как твоя рука? — младший Винчестер даже голову чуть в плечи втянул под вопросительным взглядом Дина. Такой подставы от друга он не ожидал.       — Кас, ты и правда хочешь говорить о моем самочувствии на своем дне рождении? — попытался отвертеться Сэм.       — А что с рукой? — вмешался уже Дин, откладывая вилку, которой до этого уплетал пирог.       — Ничего серьезного, правда, — Сэм вздохнул. Кратко рассказать о том, что с ним происходит в последнее время все же пришлось. — А еще пару дней назад я нашел пару синяков и ссадину на плече, хотя совершенно не помню, где мог бы их получить.       — Может, стоит ко врачу? — Дин обеспокоенно оглядывал брата, пока Кас наслаждался отсутствием к себе внимания. — Вдруг что-то серьезное?       — Или у тебя появился соулмейт, — задумчиво протянула Чарли, улыбнувшись уголком губ.       — Кто? — подал голос на сей раз Кас, отвлекаясь от своего салата и глядя на откинувшуюся на спинку стула Чарли.       — Соулмейт. Родственная душа, связанная чем-либо со своей второй половинкой, — пояснил Бальтазар вместо девушки, делая глоток шампанского и пропуская смешок. — Редкое явление, но все же реальное.       — Стойте, стойте, разве соулмейты не связаны обычно парными тату на одном и том же месте, умением читать мысли друг друга или чем-то подобным? — не понял Дин.       — Да и души соулмейтов связаны между собой с рождения, разве нет? — Сэм к самой идее сделанного за него выбора относился заведомо ужасно, взять тот же пример их с отцом ссоры из-за того, что тот планировал передать свою автомастерскую ребятам, даже не спросив их мнения на этот счет.       — Как Дин заметил, соулмейты бывают самые разные, кому-то везет чуть больше, кому-то — меньше, — начал рассуждать Бальтазар, — чем бог не шутит.       — Или черт, — фыркнул Дин.       — Да и у моей знакомой соулмейт объявился в двадцать, думаю, тут тоже все довольно индивидуально, — Чарли повела плечами.       Сэм уже хотел что-то возразить, на фоне этой теории даже мысль о том, что он серьезно болен, казалась более приятной, учитывая хотя бы то, что от болезни можно избавиться, а вот от родственной души — вряд ли, но тут почувствовал, как кожу словно обожгло где-то чуть ниже ключицы. Сказав, что он ненадолго отойдет, Сэм скрылся в ванной, щелкнув замком. Расстегнув пару пуговиц рубашки, тот обнаружил самый настоящий, мать его, засос, причем свежий, будто поставлен он был несколько секунд назад. Невеселая мысль о том, что он все же нарвался на родственную душу начала подтверждаться, ибо в довольно начитанной голове пока что не возникало ни одной идеи о том, что это могла бы быть за болезнь. Сэм рассматривает новый синяк несколько секунд, хмурясь своему отражению, а после застегивает рубашку на все пуговицы, умываясь. Мало того, что выбор сделали за него, так еще и подселили крайне проблемное существо. Злость постепенно закипала, и прохладная вода мало помогала.       Сэм понял, что сидит в ванной слишком долго, когда в дверь постучал Дин. Закрыв кран с шумящей водой, Сэм выдохнул и вытер лицо полотенцем, открывая дверь и хлопая брата по плечу, мол, он в норме, хотя, куда там. Благо, завтра воскресенье, а то сон ему этой ночью явно не светит. Не сказать, что Дин поверил в нормальное состояние своего брата, но допрашивать не стал, позволив вернуться за стол и сходу вкинуть новую тему для разговора. Так они просидели еще минут двадцать, прежде чем в дверь позвонили. Открывать пошел Бальтазар, а все ребята, сидевшие за столом, притихли и прислушивались, подозревая, кто все же пришел. Больше всех оживился Кас, что даже на стуле приподнялся, стараясь выглянуть в коридор.       Довольная, но мало разборчивая речь Бальтазара и приятный голос второго собеседника подтвердили догадки: объявился припозднившийся Гавриил. В зал он вошел с широкой лучезарной улыбкой, раскрыв объятия для брата, что почти тут же в них упал, крепко обнимая опоздавшего и хлопая его по спине. Сэму даже показалось, что на лице Дина мелькнула странная ревность, какой он до этого никогда не замечал, но он тут же выкинул это из головы. Во-первых, потому что ему сто процентов показалось, во-вторых, потому что сейчас его интерес захватил целиком и полностью Гавриил.       Парень максимум ему по плечо, в черной рубашке и брюках, с коньячного цвета внимательными глазами и наглой самоуверенной улыбкой. Заметь он такого в коридорах Стэнфорда, сто процентов бы подумал, что это сынок какого-нибудь богатого бизнесмена, что поступил сюда исключительно ради престижа. Сэму казалось с самого начала, что они вряд ли поладят, но сейчас, когда цепкий взгляд остановился на нем, глядя изучающе, он почувствовал, как между лопатками вновь приятно покалывает, а в животе вяжется тугой узел. Но самое интересное, что больше остального привлекло внимание младшего Винчестера — левая рука Гейба, что была в гипсе и перевязке, словно тот ее недавно сломал. В это же время его собственная рука как-то странно заныла, но вида Сэм не подал. Непонятные ощущения не позволяли отвести взгляда от глаз Гавриила, а тот и сам не особо-то спешил разглядеть других друзей Каса.       — Гавриил, это Сэм Винчестер, — из ступора вывел тихий голос Каса, что наконец решил познакомить ребят со своим блудным братом. — Это Дин, старший брат Сэма, — Гейб проследил за рукой Каса, указавшей на Дина, но надолго на нем взгляда не задержал, чуть шире лишь усмехнувшись. — А это Чарли, наша подруга, — Кастиэль указал на Чарли, и Гавриил учтиво ей кивнул в знак приветствия. — Ребята, а это Гавриил. Старший брат мой.       — Привет, — Гейб махнул рукой, а после, вспомнив, отошел на пару секунд в прихожую, вернувшись с пакетом и протянув его Касу, — ты же именинник, как никак. Вали примерь.       Он не дал Касу подумать, подталкивая его в сторону комнат, а сам упал на стул рядом с местом Каса и напротив Сэма, еще раз скользнув по нему взглядом и стащив с тарелки пару печенек. Бальтазар, усмехнувшись, занял свое место, наблюдая за братом и ребятами, что разглядывали его украдкой, пока тот без стыда и совести таскал со стола сладкое. Немую сцену вновь прервал Кас, вернувшийся к ребятам в неплохом костюме и бежевом плаще, что на удивление прекрасно дополнял его образ. Гавриил хлопнул себя по колену, не имея возможности аплодировать, и младший Винчестер чуть не подскочил на месте, ощутив, как уже его колено обожгло, словно от шлепка.       — Так и знал, что отлично сядет, — самодовольно улыбнулся Гавриил, рассматривая крутящегося то так, то эдак Каса. — Нравится?       — Да, очень, — искренне заулыбался Кас, поправляя на себе мягкую ткань и поглядывая на засмотревшегося Дина, что возымел совесть и соизволил моргнуть только тогда, когда Чарли любезно пнула его ногой под столом, едва не засмеявшись.       — Я рад, — Гавриил явно был доволен собой. — Ты так вырос, удивительно. А ведь совсем мальчишкой был, что только и делал, что за штаны мне и Бальтазару цеплялся, — он засмеялся на пару с Бальтом, а вот Кас смутился, садясь рядом с братом и поправляя уже рукава плаща, который не захотел снимать. — Ладно, рассказывай давай последние сплетни.       Несмотря на все опасения Каса, вечер прошел достаточно спокойно и мирно. Да, без мелких переругиваний Дина и Габриэля не обошлось, но они были больше шуточные и ни во что серьезное не вылились, разве что Дин, обиженный на очередной меткий подкол, время от времени уходил в себя, ковыряя пирог и поглядывая на триумфальную улыбку Гавриила. А вот у Сэма из головы не выходила сломанная рука Гейба и тот хлопок по колену. Да, он до сих пор тешил себя надеждами, что просто перенервничал и надумал лишнего, но с каждой минутой они становились все призрачнее. Как на зло, рубашка Габриэля еще и застегнута была на все пуговицы, что не позволяло проверить еще одну догадку. Если Сэму все же не повезло, и его соулмейтом оказался проблемный и безответственный Гейб, значит, у того должен был быть засос там же, где он есть у Винчестера. Собравшись с мыслями и сделав свой тон максимально непринужденным, Сэм все же решился спросить:       — Гавриил, извини за вопрос, но почему ты опоздал?       — На дорогах сегодня жуткие пробки, так еще и таксист решил прокатить меня самым длинным маршрутом, — спокойно ответил тот, закинув за щеку леденец. — А что?       — Да нет, ничего, просто интересно стало, — отмахнулся Сэм с полной уверенностью, что Гавриил ему соврал.       — А руку как сломал, если не секрет? — кажется, Дин понял догадки брата и подхватил волну.       — О-о, это веселая история, — протянул Гейб, склоняясь ближе к столу. — Не я ее сломал, мне ее сломали.       — То есть? — не понял Кас.       — Выиграл в покер у одних не очень приветливых ребят, и они решили вернуть свои деньги, — Габриэль усмехнулся.       — Шулерил, — не спросил, а констатировал Бальтазар.       — Да как ты можешь?.. — Гейб изобразил на лице удивление вперемешку со вселенским оскорблением. — Я честнейший игрок, никакого жульничества.       — Ну да, по тебе прям видно, что ты святой, — попустил смешок Дин.       — Меня ранит твое недоверие, — Гавриил вздохнул и откинулся на спинку стула.       — А как давно ты ее сломал? — снова вмешался Сэм.       — А я на допросе, милый? — последнее слово Гавриил выделил тоном, так что Сэму стало не по себе.       — Нет… Совсем нет, просто интересно, — он повел плечами.       — Дай-ка подумать, — почему-то всем присутствующим показалось, что время на размышления не так уж и требовалось Габриэлю, но особо его подгонять никто не стал, позволив высвободить весь актерский талант. — Дня три назад. Может, четыре.       Сэму захотелось болезненно застонать от осознания, что все слишком точно сходится, но он себя сдержал, лишь коротко кивнув и переведя тему. Ребята начали расходиться уже после полуночи, перед этим сказав еще тостов десять-пятнадцать как минимум, сыграв пару раз в карты и послушав истории из детства Каса от Бальтазара и Гавриила. Видимо, традиция смущать именинника цвела и пахла, однако, праздника это не испортило. Дин с Чарли сняли номер в мотеле, что был недалеко от Стэнфорда, так что ехали с Касом и Сэмом, а вот Гавриил собираться не спешил. Сэм даже заприметил небольшую сумку в углу прихожей, что натолкнуло его на мысль, что тот особо никуда и не хочет уезжать. Этот факт с одной стороны вселил надежду, а с другой — напугал. А вдруг Гейб все знает уже сейчас и просто играет с ним? Это уже просто какой-то цирк невозможный. Но тот как ни в чем улыбался и гонял, наверное, четвертый Чупа-чупс за вечер во рту, от созерцания чего хотелось убраться как можно дальше и спрятаться в одеяла как можно глубже.       — Спасибо, что приехал, — обнимая Гавриила, улыбнулся Кас.       — Заткнись, я не мог не приехать, — хлопнув его по спине, Гейб отстранился, растрепав и без того никогда не лежащие правильно волосы. — Ты мой младший брат.       Попрощавшись с остальными ребятами, Бальтазар закрыл за ними дверь, потягиваясь и уходя в сторону кухни, дабы допить оставшееся шампанское. Габриэль, посмотрев пару секунд в закрытую дверь, двинулся следом.       — Ты же не будешь против, если я у тебя поживу? — улыбнулся нагло он, падая на стул.       — Валяй, — пожал плечами Бальт, — только со стола прибираешь ты.       Гейб только рассмеялся.