We on

Лиен-онни смотрит на практикантку задумчиво, а потом ободряюще кивает. Мейчи хмурит брови, размышляя, мог ли отец за ней приехать или ей просто так хочется думать. Все-таки, чтобы отец приехал, событие должно быть значимым и даже масштабным. Мейчи давит внутри надежду: может быть ее ищет кто-то еще. Водитель, например. Или Господина Мэнхо не пускают в здание Агентства, а он хотел бы встретиться? В любом случае… ее ждут. Мей автоматически поправляет волосы, стягивая волосы в тугой пучок. В большом зеркале отражается хмурая девушка в широких джинсах и топике. Наверное, будет неправильно, если она появится в таком виде перед отцом. Но! Во-первых, в Агентстве жарко. Во-вторых, правильно-неправильно… она столько семейных правил уже нарушила. А в-третьих, и главных… там, скорей всего, вообще не папа. Мей идет к лестнице, и слышит позади себя мягкие шаги онни Лиен. Да, сейчас Мейчи не одна. Хотя, если там будет разговор с кем-то знакомым… лучше бы одна была. Спину прямо, плечи развернуть, пузо поджать, голову поднять, лицу придать выражение приятно-вежливо-нейтральное, — с каждым шагом, приближающим ее к холлу практикантка Мей трансформировалась в Госпожу Чой Мейчи. И ни истоптанные за месяц тура тряпочные тапочки на резиновом ходу, ни порезанные ручками великой дизайнерши Данби просторные джинсы не убавляли достигнутого эффекта. «Жаль, Намджун не видит», — подумала Тан Лиен, притормаживая перед поворотом. Присмотреть, чтобы девочку не обидели, можно и из-за угла. Мейчи тоже перед последним поворотом притормозила — точно, либо руководитель практики, либо водитель—и застопорилась при виде стоящего за турникетами …папы. И что он тут делает? Правда, что ли, приехал за ней? Последний раз он приезжал за ней, когда она в младшую школу ходила. Брови младшей Чой приподнялись на секунду, и немедленно приняли исходное положение. Но папа снова удивил: — Добрый день, я отец Чой Мейчи, не могли бы вы ее позвать? Вот тут брови девушки снова взлетели выше положенного, да там и остались, пока Мей не сообразила: папа же без очков! Наверное, в машине оставил… — Здравствуйте, папа, что-то случилось? — отозвалась практикантка, очень вежливо кланяясь. Теперь и отцу пришла пора прищуриваться и изумляться, когда он рассмотрел, наконец, в девушке свою дочь. Простим его. Как все всерьез близорукие люди, в отсутствие очков Господин Чой ориентировался не на четкие картинки, а на размытые цветовые пятна и динамику их движения. И вот конкретно это женская фигура, двигалась совершенно не так, как его дочь, неловкая, нескоординированная и беспомощная. И это еще мы не говорим о волосах цвета клубничная блондинка и левой руке, покрытой темным узором татуировки. Мей замерла в ожидании вердикта, Тан Лиен решила подойти поближе, и приготовилась не то защищать, не то утешать, но… — Мы беспокоились, — сказал отец, подходя ближе, — я не нашел тебя в аэропорту и на звонки ты не отвечала. Еще бы ты увидел, со своим зрением… Но звонки? Хотя, сигнал телефона давным-давно был выставлен на минимум, в туре, стафф предпочитал обмениваться информацией в чате, все равно на концерте нифига не слышно… — Мы из аэропорта поехали прямо в Агентство… — начала Мейчи, — нужно было. Тем временем Лиен-онни, приветствовав поклоном Очень Важную Персону, не допущенную, тем не менее, охраной за линию турникетов, вступилась за свою подопечную: — Она все еще заменяет нашего руководителя, потому ей пришлось немного задержаться на работе. Мейчи поджала губы, но больше никак не прореагировала. Отец продолжал ее задумчиво разглядывать. Ну, чего молчит-то? Прикид не в стиле Чой? Мейчи смотрит на папу и не отворачивается. — Ты еще занята? — спрашивает папа, вставая чуть ближе к ограде, — тебя подождать? И Лиен-онни прекрасно понимает, что рабочий день пора завершать: — У нас осталось совсем немного, так что Мей может идти домой, — улыбнулась старшая. В любом случае, они уже планировали уходить, — давай завтра все доделаем, хорошенько отдохнув, — Госпожа Тан повернулась к практикантке, чтобы увидеть реакцию подопечной. Та едва заметно кивнула и продолжила стоять с поджатыми губами. Назвала «Мей»… это очень личное обращение и при отце… не будет ли это слишком фамильярно? Не хотелось бы потом слышать какие-то оскорбления в сторону Лиен-онни. Ну уж нет, Мейчи этого просто не допустит. — Хорошо, тогда иди за своими вещами, а я пока на улицу, — мгновенно согласился отец и вышел, автоматически чуть пригнувшись в дверях. Господин Чой имел высокий рост и манеру носить строгий официальном костюм даже дома. Единственное различие домашнего папы, от прогулочного или рабочего — наличие больших громоздких очков. Мейчи еле заметно выдохнула, благодарно посмотрела на Лиен-онни и пошла наверх за своим чемоданом. — Онни, правда, больше ничего не нужно? — на всякий случай переспросила девушка, уже поднимаясь по лестнице. — Да-да, я сейчас тоже пойду уже. Отоспись хорошенько и приходи, когда будет удобно, сделаешь свою часть работы и будешь свободна на все оставшееся время, — старшая посмотрела практикантке в глаза, ухватила ее за плечи и крепко сжала. Мейчи улыбнулась, кивнула, и вслед за ней кивнул ее пучок. — …Так чай и не попили. — Видно не судьба. Все равно за окончание тура уже выпили, — хмыкнула старшая. Мейчи мельком глянула в сторону кучек вещей, вздохнула, взяла чемодан и пошла к выходу… Может, переодеться? А, все равно не во что, все или нестираное, или не глаженое. Практикантка с сомнением посмотрела на яркую тунику: что хуже? Черный, но открывающий живот топик? Или туника, длинная, но кислотно-желтая? Обе хуже, — решила Мей и накинула тунику, чтобы не заниматься ее запихиванием в рюкзак.

***

У машины, на углу Агентства, стоял папа и что-то листал в телефоне. Услышав хлопок закрытой двери он оглянулся, но уже к этому моменту, Мейчи с рюкзаком через плечо и чемоданом в руке уже спустилась с невысокого крыльца и ровно шла к машине. Отец поднял крышку багажника, протягивая руку за чемоданом, но Мей закинула чемоданчик одной левой, потому что правой придерживала висящий на плече рюкзачок. Напомним: розовый. С лупоглазой пони. Но при этом действительно объемный, и набитый под завязку. Причем наполовину — едой! Поскольку оставлять на столе еду во время концертного перекуса не принято. И никакое это не жлобство! И, вообще, считается трофеями. Объявись отец на часик позже, и Мей выложила бы продуктовую заначку на стол в комнате отдыха. А так… она просто забыла. Осознав, что только что проигнорила вежливое отцово предложение, Мейчи на секунду застопорилась, что и к лучшему, так-то она и багажник собиралась захлопнуть. Отец тихонько хмыкнул, багажник закрыл сам, и пошел к водительскому месту. А Мейчи прошла к переднему сиденью. И только пихнув похрустывающий печеньем и быстрорастворимой лапшой рюкзак под ноги, блудная дочь семьи Чой осознала, что едет на этом месте впервые. Раньше только сзади, за спиной мамы или водителя. Как только практикантка села, машина тут же тронулась с места. — Как прошла твоя поездка? — спустя некоторое время наконец завел разговор отец. — Это было очень увлекательно, я много всего узнала, — как можно спокойнее ответила Мейчи, смотря прямо на дорогу. Тут что-то изменилось? Или она просто смотрит на одни и те же виды с другого места? — Понравилось? — Да, там есть хорошие люди. — Где вы побывали? Вот оно, искусство вежливой беседы… — спросить о том, что и без того известно. Или он в самом деле не в курсе? И если нет, то почему? — Сначала Малайзия, потом Австралия, Сидней, Мельбурн, Нью-Йорк, Чикаго, Тайланд, Гонконг…там много всего интересного. — Купила себе что-нибудь? Было бы на что… — К сожалению, не было времени, — улыбка сама появилась на лице. — Правильно, прогуляться там можно и в отпуске, а во время работы надо работать, — одобрительно кивнул отец и слега прибавил скорости. — Да, — мотнула головой практикантка и откинулась на спинку.

***

Вот так, спустя некоторое время, машина, шурша колесами по асфальту, подъехала к дому. Отец первым вышел из машины и вытащил чемодан, почти беззвучно охнул и оценивающе покосился в сторону Мейчи. Мейчи вышла следом и взяла чемодан из рук отца. Рюкзак в виде пони весело висел у нее на плече смотрел на их район изумленно и осуждающе. В доме, на первом этаже горел свет. Белый каменный забор и железная дверь встречали прибывающих. Где-то виднелась черная крыша и большое дерево. Вокруг все тоже было белоснежным, а дома почти одинаковыми. Не жила бы тут Мейчи много лет, никогда бы не поняла, где заканчивается один дом, а где начинается следующий. Пахло тут…как будто пустотой. Но при этом приятной пустотой. Правильной. Позади Мейчи, отец передал ключи вышедшему из гаража мужчине и последовал за дочерью, все продолжая на нее задумчиво смотреть. Вот и тяжелая железная дверь с несколькими замками и сигнализацией. От нее веяло холодом. Внутри Мейчи что-то заскреблось, а руки стали будто чуть-чуть слабее. Однако практикантка не дала себе и мгновения на остановку, так как позади был отец, а за дверью мама, бабушка и брат. С привычным усилием рванув дверь на себя, девушка поняла, что дверь не такая уж и тяжелая и еле успела затормозить ее движение возле стены. Из гостиной, на звук вышла матушка, и сразу скрестила руки на груди. Она стояла в прямом узорчатом платье и в лодочках, будто находилась на работе и со слегка приоткрытым ртом смотрела на дочь, которая заносила чемодан. Прикрыв рот рукой, женщина громко вдохнула воздух и начала качать головой. Весь ее вид показывал насколько она шокирована и разочарована. Мейчи слегка сконфужено стояла в центре холла и молчала, глядя на матушку. Такую…странно слабую. Со стороны лестницы послышались неторопливые шаги. Мейчи повернула голову и увидела бабушку, которая смотрела на нее сверху вниз. — Ты что с собой сделала…? — наконец нашла слова супруга господина Чой, в ужасе глядя на свою дочь. Дверь на улицу закрыл отец и сел переобуваться, игнорируя происходящее. Мейчи, скривив губы в злой усмешке, со странной смесью любопытства и недоумения смотрела на матушку и все окружение. Тут пахнет иначе. И свет другой. Новый повар? Мейчи тут есть явно не будет. — Ты посмотри на себя! Ты в кого превратилась, Мейчи! — продолжила мама, поняв, что ей отвечать никто не будет. Глаза матери все продолжали бегать по дочери и не могли найти ничего из того, что было в ней до отъезда. Мейчи смотрит на матушку. Что-то тут не так. Ну не может же быть такое ощущение просто от того что мама постриглась, а Мейчи уехала на месяц из дома? — Господи! Ты что с волосами сделала?! Сама что ли?! Какой кошмар! Уничтожила своими же руками единственное, что у тебя было хотя бы приличного! — матушка подошла ближе и стала осматривать неряшливый, почти развалившийся пучок. Мейчи молча стояла и смотрела. На что она надеялась?.. — А одежда! Ты в какой мусорке ее достала? Ты же из семьи Чой! Ты должна выглядеть элегантно, а не как, не как…не так, как будто ты бомж какой-то! А то и хуже! — Так я из семьи Чой? — само собой вырвалось у девушки злобное замечание. Мама замолчала на пару секунд и, не поняв к чему это было вообще сказано, продолжила: — О боже! Это что, татуировка?! Ты совсем с ума сошла? Что соседи скажут! Лучше бы тебя вообще никуда не пускали! О боже! И ведь отец сам ездил за тобой… В каком свете ты его выставила! С каждым словом мать делает крохотный шажок вперед, наступая на Мейчи замершую в центре холла с чемоданом в руках. И если бы все было так как раньше… Она бы отступила. Она бы извинилась. Она бы приняла материнскую пощечину как должное. Она же материнская!!! И СНОВА БЫ БЛЯТЬ ИЗВИНИЛАСЬ!!! «Со мной так нельзя» — шепчет что-то внутри. Мей опускает чемодан на пол. Движением плеча роняет на пол рюкзак, чтобы освободить руки: — Вот только попробуй, — низким глухим голосом, а после громким и высоким, — Я тоже счастлива вернуться! И смотрит в глаза матери. — А мне нравится, она совсем как ты в молодости, — тем временем говорит папа, вставая со своего места, и надевая очки, — Я ее даже не узнал в начале, думал, ты идешь. — Ты…! — мама от этих слов сильно кривится и разворачивается к отцу, — Неужто так все плохо! Отец просто молча прошел мимо в сторону своего кабинета и больше ничего не сказал, мать бросилась следом. Мейчи тихо фыркнула: кажется, она единственная, кто понял, что это был комплимент матушке, и оглянулась: Бабушка, между тем, уже покинула свой наблюдательный пост. А брат, наверное, еще и не вернулся… И Мейчи осталась одна. В центре помещения, на первый взгляд всего лишь стильного и элегантного, но холодного и угнетающего. — Ну что, добро пожаловать домой, дорогая Мейчи! — сказала Мей своему одинокому отражению в зеркале холла. Отражение, и в самом деле, выглядело неуместным и дисгармонировало как с изящной отполированной рамой, так и с прочим пафосным интерьером помещения. Раньше Мейчи не замечала, насколько давящее впечатление оставляет это место. Или что-то здесь изменилось? Привычным движением закинув рюкзак за плечо и подхватив чемодан дочь семьи Чой поднялась к себе. Дом казался меньше. Коридор — короче. Что-то неуловимо изменилось. И Мейчи уже знает, что. Она сама. Потому что нет желания плакать, извиняться и искать в глазах матери хоть немного радости или нежности. Хочется пихнуть, сказать что-то едкое, послать куда-нибудь ее же способом. Но никак не извиняться за свои поступки. Хотя…честно говоря, Мейчи надеялась, что мама заметит, как она похудела.

***

Дверь в комнату не запирается, разумеется. Так что, толкнув ее бедром, Мейчи входит в просторное и чуточку затхлое помещение, подсвеченное светом уличных фонарей. Ставит чемодан у входа, миллион-первый раз стряхивает с плеча рюкзак. Привычным движением щелкает клавишей выключателя… и с громким стоном бьет по выключателю снова, зажмурившись для верности. Она и забыла какая у нее отвратительная комната. — Фу, — шмыгнула носом девушка. В этом месте противно находиться. Не то что спать или отдыхать. Пройдя в темноте прямо к кровати девушка с силой сдернула розовое колючее покрывало, с которого девушка постоянно скатывалась и кинула его на пол, куда-то в угол. Следующим на очереди оказался балдахин, прикрепленный над кроватью. Пыхтя, как злой ежик, девушка сняла его с крючков и тоже с отвращением кинула в сторону покрывала. После пошла открывать окно, так как тут пахло слишком сладко, будто кто-то специально духами набрызгал. Чтобы запах пыли замаскировать? Глаза горели, но девушка продолжала уперто сгребать в дальний угол все, что ей не нравится. Такого оказалось… да вся комната! Еще бы обои со стены содрать… рррозовенькие! В розочку! Вообще-то ее саму удивил уровень агрессии, которую вызвала у нее эта комната. Вроде жила в ней столько лет… Ну, не нравилось… Ну, раздражало… Но не до такой же степени, чтобы шторы срывать. В идеале — вместе с карнизами. Что-то такое эта комната в ее подсознании символизировала, разумеется. Только, что именно? Мей на ощупь достала из чемодана зеленый клетчатый плед, и как смогла, постелила его на кровать. Так лучше. Еще раз шмыгнув носом, практикантка достала телефон и яркий свет ударил ей в глаза. Да, один пропущенный от отца. А он прямо ее искал! Новые сообщения. Пирожок: «уже темно, ты где?» «Ты еще в Агентстве?» «Мне прийти?» «Мей?» «Ладно, может быть ты сейчас занята» спустя час: Пирожок: «С тобой все нормально?» Это было новое сообщение. DADDY: «Я тут» Однако, вместо ответа ее телефон завибрировал от звонка. Первого звонка с этого аккаунта в принципе. Пирожок звонит. Ох. Хорошо. Мейчи рада. — А? У тебя что-то с камерой? Тут так темно, — послышалось растерянное из динамика. И практикантка тут же улыбнулась, кое-как встала с кровати и пошла к выключателю. — Я просто в комнате выключила свет, — отозвалась она. — Ты уже спать планировала? Я помешал? — Нет, я зашла буквально минут десять назад. Просто не очень хочу смотреть на эту комнату. — Она тебе не нравится? — на фоне, так как Намджун включил и у себя камеру, был виден лестничный пролет. Значит он был не в общежитии. — Это мягко сказано, — фыркнула девушка. — Почему? Девушка переключила камеру и включила свет. Медленно обвела помещение и вновь заглянула в экран, чтобы увидеть реакцию парня. И реакция последовала, разумеется: и брови поднял и челюсть уронил. И она его понимала. — Она такая…детская, — послышалось из динамиков, когда вежливый Намджун смог сформулировать свое мнение максимально деликатно, — Ты пробовала что-то поменять? — Раньше пару раз пробовала, но, когда возвращалась, все было снова на своих местах. — Мей, а как думаешь…ты сможешь сделать из того розового тюля юбку? — почесав подбородок предложил парень и хитро посмотрел в камеру. — Смогу, но она будет не очень красивая. — Хм, согласен. Тебе бы другое пошло. — И что же? — Мейчи переключила камеру на себя и снова села на кровать. — Ну не знаю…что-то более естественное, может. Или наоборот какой-то хип-хоп стиль. Что-то более резкое или удобное. — Зато тебе бы юбка пошла, — сощурилась девушка. — ЭЙ! — раздалось возмущенное из динамика и Мейчи весело тихо рассмеялась, довольная реакцией. Намджун пару секунд смотрел куда-то за телефон, — Слушай, а может быть ты и мне что-нибудь сошьешь как-нибудь? — Что, к примеру? Не забывай, я отучилась только один год, — спина затекла, потому Мейчи поудобнее перехватила телефон и легла на кровать. Если быть точнее, на плед и не сантиметром с него. — Ну…футболка, шорты, штаны… — …трусы… — продолжила практикантка с серьезным лицом. — Да…может быть какое-то украшение или…эй! А ты все равно моего размера не знаешь. — А что, информацией жалко поделиться? — Мей, пожалуйста, только не из того тюля! — Именно из него! Рооозовенького! — О нееет, — Намджун запрокидывает голову назад и прикладывает руку ко лбу, будто он готов плакать от печали и боли. Мейчи продолжает хихикать. Подумать только, Мейчи, девушка из хорошо обеспеченной семьи с хорошим бизнесом и сетью магазинов одежды, будет шить трусы из тюля мемберу айдол-группы! Мейчи давится смехом. — Они же будут натирать! — Тогда из другой ткани сделаю. — Ну ты разошлась. Главное не для БигХита, — смеется Джун и тут же испуганно прикрывает рот рукой. Мол, зачем идею подал. — О да, я всем трусы сошью! Для некоторых костюмов нужны специальные трусы. — Чего?! — Ты не знал? Если брюки очень облегающие, то нужны специальные трусы в обтяжку, либо вообще без трусов. — О боже, нет! Я даже думать об этом не хочу! — А придется, когда-нибудь, да придется. — Ну вот что мы за грустную тему взяли? Айяй… Сверху послышался звук открывшейся железной двери. — Джун! Жрать готово, иди! Парень смущенно посмотрел в камеру и улыбнулся. — Все, иди. — А ты отдыхай. — Я узнаю размер твоих трусов, не беспокойся! Намджун, вставая со ступенек, слегка пошатнулся и продолжил свою путь наверх, к общежитию со словами: — Я и не беспокоюсь, спасибо. И на этом их звонок завершился. Стоп. Она же сама начала тему трусов?

***

А еще что-то есть захотелось. На кухне стояла приятная прохлада и свежесть. Был включен кондиционер, а холодный пол привычно морозил ноги. Включив небольшой светильник на кухне, девушка полезла в холодильник. Ужин она уже давно пропустила, так что кормить ее никто и не планировал. Быть может, она найдет что-то, чем можно перекусить. Однако…на полках лежали одни овощи. Варить рис не хотелось, да и, если честно, Мейчи не умела. Печально пошарившись по кухне, девушка приняла решение… доесть рамен, который остался с поездки. Заранее поставив чайник кипятить воду, девушка пошла обратно к себе в комнату. Вот она, рутина дома. Раньше бы она никогда ночью не пошла есть. А сейчас… ну хочет она заесть стресс, ну что поделать! Входная дверь тихо закрылась, когда Мейчи уже спускалась с упаковкой рамена на кухню. На пороге, в коридоре, стоял младший брат и удивленно смотрел на девушку. — Тетенька, а кто вы? — явно шутя, спрашивает он, рассматривая ее. — Че, меня не было всего месяц, а уже сестру родную узнать не можешь? — фыркнула девушка и посмотрела на упаковку рамена у себя в руке. Чонсок явно пришел из школы, судя по форме и портфелю. Значит, ужин тоже пропустил. — Нуна…! — от чего-то слишком уж радостно засветился младший, сбрасывая обувь. — Ты чего это? — нахмурилась старшая, отступая вверх по лестнице. — Наконец то я не один, кого они будут доканывать! — Ах ты! — девушка возмущенно замахнулась кулаком, как бы пригрозив, но тут же его опустила. Она так никогда не говорила с братом, — Так, ученичок, есть будешь? — А можно…? — Чайник разогрет, держи рамен, я за вторым схожу, — кинула прямо в руки парню упаковку и пошла обратно наверх. — Нуна, а ты точно Мейчи? — А ты точно наследник семейства Чой? — послышалось уже сверху. Брат тихо рассмеялся и прямо так, в школьной форме, не переодевшись и не приведя себя в надлежащий порядок, пошел на кухню. *** Мейчи с трудом разлепила глаза, когда на часах было уже десять часов утра. Прошлой ночью она удивительно долго сидела с Чонсоком на кухне и слушала его рассказы про школу. С чего вдруг — не понятно? Но и практикантка даже поделилась парочкой историй из тура. А также профессионально игнорировала вопросы о мемберах. А сейчас, когда ей пора было идти на работу, доделывать все необходимое перед конкурсом в Японии и отчетом перед Чусоком, девушка никак не могла встать. Хоть матрас и был перетащен на пол, прямо на середину комнаты и застелен только покрывалом зеленого цвета, он был настолько удобен! Никогда не было так приятно на нем спать. Так, медленно и задумчиво сев и осмотревшись, девушка поползла к шкафу с вещами, надеясь найти там что-то подходящее и чистое. Однако на глаза попадалось только однообразные блузы да офисного стиля юбки. Пришлось проснуться окончательно, чтобы встать по-человечески и начать поиски. В итоге, темно серая юбка примерно до колена, вместе с розовой, но относительно удобной блузой, без всяких рюшей, отделок и прочих отвлекающих от фигуры маневров — были наилучшим вариантом из всех. Остальное…да ни в жизнь! Сегодня день обещал быть не особо тяжелым, таскать вещи можно и в этом. Главное, обувь правильную надеть. Те кроссовки вполне подойдут. Задумчиво посмотрев на туалетный столик с косметическими приблудами, Мейчи поняла, что даже немного соскучилась по процессу рисования у себя на лице. Потому, после того как провела правильный уход, который не делала уже…весь тур, девушка пошла заниматься частичным бодиартом. Задумчиво смотря на свой образ, девушка к черным, достаточно длинным стрелкам, добавила тинт, самый яркий, какой у нее только был. А были они у нее в основном натуральных оттенков. Теперь ей стало больше нравится отражение в зеркале. Косметика как-то спасла ее образ от… старой Мейчи. Хм, интересная мысль. Завершив свою утреннюю рутину, девушка отправилась на поиски водителя. Если он будет на месте и еще не уехал куда-то с матушкой, или братом, то почему бы и не воспользоваться возможностью? Так что, когда девушка увидела водителя на месте, тихо обрадовалась, что платить за проезд не нужно и она может поехать так. Откуда у нее вообще такие мысли?

***

Основными задачами на сегодня были: поймать наконец господина Мэнхо, чтобы он посмотрел работу практикантки; а также разобрать все вещи после тура. А вот и господин Мэнхо! Мейчи, поудобней ухватив рюкзак, быстро направилась к медленно идущему руководителю практики, и негромко позвала того. — Господин Кан Мэнхо, добрый день, — девушка вежливо поклонилась руководителю, а тот как-то уж слишком заторможенно обернулся. — Привет, как твои дела? — слегка скривился мужчина. Девушка нахмурилась. — Все хорошо, пришла показать вам практику, а также помочь в разборке вещей. — Ох, Мей, — наконец дал себе волю мужчина, тяжело вздохнув и на секунду спрятал лицо в ладонях, — Мне очень жаль, но, боюсь, я больше не могу вести у тебя практику. Меня увольняют… — Мейчи аж вытянула шею вперед от подобной новости, — Я постараюсь закрыть твою практику, найду кого-нибудь, кто сможет меня заменить… так как ты тут жертва обстоятельств. Но мне, правда, очень жаль, что так вышло. Мэнхо смотрел на подопечную с таким обреченным выражением лица, что хотелось дать пару раз по щекам, чтобы мужчина пришел в себя. Но почему так произошло? Какая причина? Глаза Мейчи быстро забегали туда-сюда, в попытках догадаться. Почему господина Мэнхо отправили в Корею раньше времени? Таблетки. Эта проклятая история с таблетками, про которую рассказывал Намджун. — Это из-за таблеток? Но ведь вы не виноваты, — Мейчи тут же полезла в свой телефон. — Я действительно предлагал таблетки Чимину для поддержания формы, но они не были… Это просто комплекс витаминов. Однако…все-таки я их дал, хотя не имел права. — Нет, постойте… — Мейчи яростно терла лоб. — Тут уже ничего нельзя поделать. Мне жаль, Мейчи, но уволить меня приказал Бан Шихек. И что? Неужели есть за что? Если практика Мейчи сейчас под огромным вопросом, почему бы не попытаться отстоять работу Мэнхо? Все равно уже нечего терять. Ей же главное доказать, что таблетки эти безвредные, верно? Она их и сама пила раньше. Это были самые безобидные, из всех! — Господин Кан Мэнхо, где сейчас господин Бан Шихек? — Мейчи?! — руководитель удивленно вытаращил красиво накрашенные глаза на практикантку и чуть не прослезился. Она что, сейчас за него пойдет вступаться? Конечно, ее практика под вопросом, но договор-то с БигХит заключен, Стилист Кан, только представитель… Тогда принять его обязанности должен его заместитель, который—в этом туре, сама практикантка? Ну не может же она сама себе документы подписывать? — Он на третьем этаже. Сегодня день совещаний, так что туда уже зашли мемберы. Совещаний? Ничего себе. Хотя Мейчи и не должны были приглашать. Хорошо. Мейчи честно попробует. Сердце учащенно билось, а после поднятия по лестнице, так вообще в ушах стучало. Немного отдышавшись, девушка наконец, постучала в дверь. — Чонгук-а, ты уже так быстро прие…добрый день? — во главе стола сидел слегка полноватый мужчина в рубашке с короткими рукавами и в очках. Он удивленно и одновременно строго посмотрел на вошедшую девушку, — Вы пришли по какому-то делу? Я сейчас занят, подождите в коридоре. Однако Мейчи на автомате вежливо улыбнулась и, поклонилась, качая головой. — Приношу свои извинения за столь резкое вторжение, однако причина, по которой я осмелилась обратиться к Вам, касается сегодняшнего совещания и не терпит отлагательств. Парни, сидящие на другом конце стола, стали переглядываться и еле заметно кивать. Однако, из-за волнения и сильного напряжения, девушка этого совершенно не заметила. Зато увидела рядом с Бан Шихеком руководителя безопасности Чхве Йонга и, уже собирающегося уходить визажиста Цхая. Мужчина еле заметно прищурился и пристально посмотрел на девушку. — Что же за дело привело Вас сюда? — тяжело вздохнул директор компании, и принялся крутить ручку в руке. Он явно не горел желанием общаться с девушкой, которая так бесцеремонно ворвалась в кабинет. — Это по поводу таблеток, а также участившихся негативных комментариев в сторону мемберов группы, а в особенности Пак Чимина. У меня есть более точная информация по этому делу, которая доказывает, что виновник всего произошедшего является не господин Мэнхо. — Могу ли я тогда спросить кто по вашему мнению является виновным? — Цхай, до этого стоящий возле стола, сел обратно и пододвинулся ближе, скрестив руки перед собой. — Прошу прощения, у меня нет ни возможности, ни полномочий для того, чтобы ответить на вопрос о том, кто действительно является проблемой в компании. Однако, я могу выступать как свидетель. — Свидетель чего? — тут же среагировал визажист. — Почему тогда вы раньше не поделились Вашей ценной информацией? — безопасник Чхве Йонг так же заинтересованно придвинулся вперед и положил руки, сложенные в замок, на стол. — Вы разрешите? — Мейчи, все еще стоящая у входа, медленно прошла вперед и села на свободное место рядом с бантанами. Те, кажется, не возражали. Стоять и оправдываться это наихудшее решение, если есть желание решить все в свою пользу. Надо говорить на равных. Но не наглеть. Еще бы знать, как это совместить… — Прошу прощения, однако у меня не было уверенности, что в туре кто-то действительно заинтересован в поимке преступника. Напротив, были основания… — Мейчи сбилась, больно укусила себя за нижнюю губу, судорожно выдохнула, но продолжила: — Сейчас, когда здесь присутствуют люди, кровно заинтересованные в процветании компании… Безопасник Чхве Йонг удивленно вскинул брови и возмущенно посмотрел на директора. — Еще раз прошу прощения, Господин Чхве, возможно, я не понимаю специфики работы Службы Безопасности, однако ее представитель, сопровождавший нас в начале тура был озабочен чем угодно, только не безопасностью. Я не знала, могу ли я обратиться хоть к кому-то, — практикантка как бы смущенно улыбнулась и на секунду опустила взгляд. Сбоку от нее послышались тихие, еле слышные смешки. Не она одна так думает. — Разве в деле с таблетками остались какие-то вопросы? — задумчиво спросил визажист Цхай, а Мейчи перевела свой взгляд на него. Ага, вот ее реальный оппонент. — У меня есть неопровержимые доказательства в пользу господина Мэнхо. Не он передавал сильно действующие таблетки. Ведь именно в этом его обвиняют? — Практикантка Чой, переходите к сути вопроса, — наконец попросил глава безопасности, поглядывая в сторону визажиста Цхая. — Ранее в туре, Пак Чимин по собственной инициативе обратился ко мне с просьбой, — Мейчи покосилась на Чимина, и тот кивнул, всем видом демонстрируя сожаление и раскаяние. — Почему к Вам? — немедленно вцепился в тему Цхай. — Я — толстая, — честно объяснила практикантка, — но в туре быстро начала худеть, стресс, смена круга общения, физические нагрузки… Айдол Пак предположил, что я использую какую-то химию… И просил препараты, которые помогли бы держать его в форме. Я отказала. Господин Кан пошел ему навстречу. — Тогда я не вижу ничего, что могло бы оправдать Господина Кана, — в голосе главы компании отчетливо присутствовало разочарование. — Те препараты, которые получил Чимин, были всего лишь безобидным витаминным комплексом. Возможно, Господин Кан таким образом пытался остановить Чимина от дальнейшего поиска… — Мейчи с трудом проглотила «приключений на свою задницу» и заменила нейтральным, — …несанкционированных препаратов. возможно, рассчитывал на эффект плацебо… «Уж эффект, так эффект» — было написано на бантанских лицах, жаль, и этого Мей не видела… — Или просто поддержать его организм, поскольку айдол Пак находился тогда под огромным психологическим давлением. Айдол Пак трагически вздохнул, и начал интенсивно кивать. — Пока я слышу только предположения, — остановил полет практиканткиной фантазии сам Великий Бан Шихек. И практикантка смиренно полезла за телефоном: — У меня есть видео, где господин Кан Мэнхо передает таблетки Пак Чимину. И оно подтверждает, что господин Кан давал айдолу Паку достаточно четкие инструкции, а самое главное — там видно, какие именно таблетки. Можно, наверное, проконсультироваться у специалистов, но это и в самом деле просто витаминный комплекс. Правда, дорогущий… — со знанием дела завершила свою речь практикантка. И, дрожащими руками открыв в галерее соответствующее видео, с глубоким поклоном вручила телефон Уважаемому Руководителю Бан Шихеку. — Мне пришлось вернуться в автобус за кошельком, — пояснила девушка, неловко косясь в сторону Чимина, — Пак Чимин и Господин Мэнхо стояли с другой стороны автобуса и меня не видели. Я подумала, что это что-то неправильное и потому на всякий случай сняла видео. Видео, если честно, получилось так себе. Но сквозь шум, при полной мощности динамика, голос главного подозреваемого был слышен довольно отчетливо. — Прекрасно, — мрачно объявил Директор Бан, — похоже, мы вернулись туда, откуда начали. И вернул телефон практикантке. Телефон, между прочим, был из верхнего ценового сегмента, но главную ценность на данный момент представляло сорокасекундное видео. — Практикантка Чой! Почему же Вы так поздно нам об этом рассказали? — наконец не выдержал безопасник, получивший новый, достаточно весомый кусок информации. Впрочем, вопрос был риторическим. Тотальное взаимное недоверие пустило глубокие корни в Компании, и не только между мемберами и руководством. Стафф тоже не спешил делиться информацией. И только практикантка, человек посторонний и временный, а также наивный и юный, бестрепетно влезла в административные разборки. Обеими ногами и в присутствии толпы свидетелей. Вот мудрая Тан Лиен молчит, инстинктивно прикрыв рот ладошкой, Мин Юнги от имени айдольской тусовки твердит как заведенный «мы будем трудиться еще прилежней», и лишь два юных мажора, Цхай и Чой, имеют наглость устраивать разборки прямо пред ясными очами топ-менеджерского состава. — Это вовсе не доказывает, что… — начал было визажист. — Хотелось бы дополнить, что я никогда не слышала, чтобы Кан Мэнхо предлагал кому-то таблетки. Мало того, про то, что Господин Кан предлагает таблетки, мы слышали исключительно от Вас, визажист Цхай. Похудеть — да, однако, не такими способами. Шестеро из БТС синхронно склонили головы, подтверждая сказанное. А заодно и подобрали челюсти, неприлично отвисшие еще в момент появления Цветочка Мей на Совещании. — Быть может Вы раскроете нам еще какие-то тайны? — саркастически вопросил Цхай, пытаясь отвлечь внимание от видео. Ой, зря он это сказал! — Вы имеете ввиду проблемы во время радио-трансляции, организации площадки и прочего? К сожалению, я слышала только слухи среди стаффа, но им не следует доверять. Ведь любой может начать распространять ложную информацию… — вежливо улыбнулась девушка, — не так ли, визажист Цхай? — Совершенно верно, практикантка Чой! — столь же вежливо и церемонно отозвался молодой мужчина. — Тогда позвольте мне немного посплетничать, потому что у меня, к сожалению, нет никаких доказательств того, что я сейчас скажу. Кроме того, я так и не поняла, чей разговор я слышала в аэропорту Мельнбурна, сразу после атаки фанатов. Но речь шла о том, что Ким Намджун не случайно остался без сопровождения и переводчика во время того злосчастного интервью. — Чтооо? — ахнул практически беззвучно, но очень эмоционально вышеупомянутый Ким Намджун. — Да вы находка! — печально похвалил господин Чхве. — Жаль, что не ты ее нашел, — ответил ему мрачным взглядом Господин Директор. — Практикантка Чой, могу я попросить Вас написать максимально подробно все, что Вы знаете по данному …эээ …делу? И, если не возражаете, позвольте мне Ваш телефон. Я скопирую видео. — Разумеется, Господин Чхве! — ответила девушка, набирая пароль и открывая доступ. — Я удалю видео с Вашего телефона. Надеюсь, Вы никому его не показывали? — Разумеется! — кивнула Мей, прижимая к груди свой утративший четыре мегабайта информации телефон. — Вы можете быть свободны, Практикантка Чой, Ваше присутствие на совещании было оправдано. Отступая к дверям, Мейчи поклонилась так, как никогда в жизни не кланялась! Все же она практикантка, последнее звено в местной пищевой цепочке. — И будьте добры, пригласите Стилиста Кана. Стилиста? Снова стилиста? Это хороший знак, подумала Мейчи, закрывая за собой дверь и падая на ближайший стул. — Нуна, что случилось? — громким шепотом спросил Чонгук, конвоируемый в сторону той самой двери, из которой Мейчи только что вышла. Девушка только рукой махнула, мол, все в порядке, не переживай. И побрела на поиски Мистера Совершенство, совершенно забыв о стиснутом в руках телефоне. К счастью, сам, стараниями практикантки почти прощенный Главный Стилист обнаружился в ближайшем коридоре, нервно прогуливающимся, а если уж точней, то мечущимся из конца в конец коридора. — Господин Кан, Вас приглашают. Удачи.

***

Мей пыталась работать. Но вещи валились из рук в самом прямом смысле этого слова. И чай проливался из стаканчика. В конце концов Мейчи села на диван, сцепив ладони в замок, и замерла, уставившись в стену. Такой и нашли ее вернувшиеся с судьбоносного совещания Кан Мэнхо и Лиен-онни. Мэнхо на радостях стиснул практикантку в объятиях и начал ее качать туда-обратно. — Господи, Мейчи! Ты нечто! Сразу видно Чой! Спасибо тебе огромное! Я тебе за практику поставлю максимальный балл из всех возможных и напишу отличную рецензию. — Мне не поверят, скажут, что купила, — прокряхтела девушка в объятьях. — Тогда поставлю тебе 98 баллов! Мей, если захочешь работать тут после практики, то я буду только счастлив. Практикантка, ошарашенная таким наплывом эмоций, удивленно посмотрела на руководителя и задумалась. Это была отличная возможность. — Я подумаю над этим. — Все-все, на сегодня ты свободна. Ты сегодня отлично потрудилась, иди купи себе что-нибудь вкусное и похвали себя, госпожа Чой, — мужчина на эмоциях потрепал девушку по волосам и начал подпихивать к лестнице вниз. — А вещи? — Сами разберемся. Иди-иди! Мейчи так и вышла из Агентства. А куда дальше?

***

На улице было жарко, хотелось спрятаться где-то в тени или прохладном помещении. Однако из одну ее вытолкнули, приказав отдохнуть. А домой ехать — не отдых. Быть может…пойти на рынок и купить что-то для комнаты? Нормальное постельное белье, например. Да, точно. Ай, черт. Она так и не показала работу по практике Мэнхо! Завтра, ладно уж. А сейчас…рынок! Именно тот, на который она ходила вместе с Данби в прошлый раз. Проходив немного вдоль прилавков в поисках приятного постельного белья, девушка таки нашла нравящийся ей комплект. Черный с рисунками листьев и каких-то маленьких цветочков. Он подойдет под стены комнаты, но будет не так слащаво и по-детски. Да, самое оно. Довольная покупкой, притом вполне стоящей своих денег, девушка направилась к своему излюбленному месту. До поездки в тур она там бегала, а после просто отдыхала и пила горький кофе. Сейчас хотелось чего-то другого. Так как этот парк находился не так уж далеко, девушка решила пойти туда пешком. Все еще в шоке от собственной смелости и крутости, девушка продолжала прокручивать диалог в кабинете директора компании и все больше удивлялась самой себе. Пребывая в гордом настроении, девушка решила, что может себе позволить сладкий и вкусный холодный кофе. В кафе работал кондиционер и практикантка, наконец, вдохнула с облегчением. Девушка стоящая у кассы на секунду засмотрелась на Мейчи, чему-то улыбнулась и спросила: — Госпожа Чой, вам как обычно? А? Откуда она знает ее фамилию? Или Мейчи когда-то говорила, а девушка запомнила? Мейчи, конечно, слегка удивилась, но не придала этому особого значения. — Нет, давайте фрапучино. — Что-нибудь еще? — Нет, спасибо. — Ожидайте.

***

Ветерок приятно дул с реки. Мейчи сидела на знакомой и облюбленной лавочке у пирса и смотрела на воду. Как в старые добрые. Солнце уже уходило за горизонт, но все еще продолжало ярко светить. Где-то на другом конце были слышны детские крики. А тут было тихо и свежо. Поболтав почти пустой стакан с кофе, Мейчи прикрыла глаза и решила пройтись до урны. Выбросив стакан, Мейчи подошла ближе к воде. Вдруг на ее плечи кто-то аккуратно положил руки и слегка, еле касаясь приобнял. — Научи меня так же отвечать на интервью, — послышался знакомый басистый голос Намджуна.