Воображение

Большой город – плохой город. По крайней мере, для меня. Куда не взгляни везде машины, ходят люди, страшный шум. Загрязненный воздух. Трудно дышать. Летом вообще жопа. Мне бы на дачу, да на прудик сходить, взять тетрадь, карандаши, ластики. Рисовать и рисовать, пока не стемнеет. Даже если стемнеет, включил бы фонарик и сиди на здоровье. Но… -Мистер Зарянцев, может, вы поделитесь своими, по-видимому, глубокими мыслями с классом? – Писклявый голосок, страшно возмущенной училки по литературе. Апрель… шестнадцатое апреля, если быть точным. ШКОЛА. 7 Класс. КОНТРОЛЬНЫЕ. Повторение, закрепление. Поворачиваю голову в сторону раздражающего голоса. Она прямо таки режет мне уши своим голосом. Раздражает. Естественно конец года, и я уже порядком подустал от её постоянного возмущения. Целый класс спит, и надо приставать именно ко мне. Вот если бы я только мог уехать. Например, на море. Закрыл глаза. Представил. Например, Крым. Евпатория. Чистое голубое небо, яркое солнце. Ветер слабо ощутимый. Он гонит волны к берегу. Я стою по колена в воде. Вода теплая. Слышу шум волн. Ощущаю запах моря. Слышу чаек и… -Александр Зарянцев остается после уроков и расскажет мне, о чем мы сегодня говорили! Этот голос режет не только уши, но и все тело. Прервала мои раздумья старая карга. Как током шибануло. Не только голос, но и содержание ужасало. Я вот никак не планировал оставаться после уроков в этой старой развалине, то бишь в школе. Тут же слышу звонок. Ура литература закончена. Встаю, и сгребаю все учебники в рюкзак, не боясь за их сохранность. Слышу топот. Целые классы бегут по коридору на обед. Шумно, раздражает. Задвигаю стул, выхожу из кабинета. Не обращаю внимания на режущий уши, голос учительницы. Можно подумать меня интересует то, что у неё маленькая зарплата, и она тратит на меня все свои силы. Зачем блин работать в школе, если не устраивает зарплата и тратится много сил? Пошла бы в другое место работать! А так я больше трачу на неё свои силы. Не хочу идти в столовую. Собственно говоря, я в неё ни разу не ходил. Большое скопление безнадежно тупых старшеклассников. Иногда люди выходят из столовой испачканные супом или другой едой. Мне совсем не хочется пачкаться. Ем я всегда дома, и нет, необходимости есть в школе к тому же еда тут платная. Я бы лучше купил себе что-нибудь в Макдоналдсе. Два последних урока и можно идти домой. От этих мыслей стало теплей, что ли. Кто-то похлопал меня по плечу. Этот человек явно единственный у кого мозги работают хуже, чем у меня. Потому что… -Ты мне уже синяк набил падла. – Потирая больное место без нотки интонации, сказал я. Закрываю глаза, одеваю рюкзак. На самом деле не так-то уж и больно. Просто, не люблю, когда меня хлопают по плечу. По крайней мере, по правому. Это плечо я, когда то ломал. И иногда оно болит. А если на нем синяк набить то это будет больно, так точно. -Извини, если тебя не ударить – ты меня не услышишь. – Сказал Артём. Артём мой одноклассник единственный кому я мог простить синяки на больном месте и вечный гул. У этого человека настоящий словесный понос. -А что ты хотел от меня? – Спросил я без тени интереса. Мы медленно шли к следующему кабинету. -Как что? – Он искренне удивился. – Рассказать, что мы сегодня обсуждали на литературе. И конечно дать тебе возможность записать все это и потом рассказать Андреевне. – Артём хлопнул меня почти со всей силы по плечу. Я не потерял равновесие из-за этого и как каменный продолжал движение одними лишь ногами. Издав всего одно хриплое слово: -Падла. Так мы дошли до кабинета алгебры. Училка по алгебре добрая, проблем с этим уроком возникнуть не должно. Я сел рядом с окном на пол и достал тетрадку. Артём сел рядом со мной и стал тараторить, а том, что мы обсуждали «Тараса Бульбу» и нам задали по нему сочинение на пятницу. И стал диктовать план сочинения. Я писал не спеша, и даже позволил себе начеркать смайлики. К звонку я уже закончил черкать план и не только! Я уже вовсю писал вторую часть сочинения, что бы отдать Андреевне материал раньше. А то забуду еще.… Будет приставать. В спешке, когда собирал ручки и тетрадки в рюкзак я что то выронил. Училка не любит опоздавших целый урок, т.е. спрашивает, ставит двойки. Поэтому я плюнул на выпавший листок и пошел в класс. Учительница копалась в своих листках, выискивая журнал, который лежал каким-то образом на полу. Наверно предыдущий класс постарался. Я медленно подошел к столу и, наклонившись, взял журнал. Это был журнал восьмого класса, он был открыт на страничке списка учеников. В самом низу аккуратно была приписана фамилия Синицев. Мои глаза немного округлели. Учительница потянулась к журналу. -Новый ученик? Да в конце учебного года? Разве так можно? – Спросил я учительницу, не отрываясь от фамилии. Кажется, я по непонятной причине вцепился в журнал. -Ну…. Этот ученик уже давно поступил в нашу школу. – Сказала Валентина Федоровна, потирая салфеточкой очки. – Просто он сильно болел. И только недавно выписался из больницы. Его родители решили, что ему стоит немного походить в школу. Это все она говорила, «охая» и «ахая». И с какой то тяжелой грустью. Будто в нашу школу пришел еще один хулиган. Хулиган? Еще один? Меня это совсем не интересует. Больше я не стал интересоваться этим парнем. Раз Хулиган, то это сулит одно – будут проблемы. Все сели на свои места. Я начал раздавать тетрадки, так как я сегодня дежурный. Учительница сказала, что у неё есть дела и, написав задание на доске ретировалась. Пользуясь моментом, я достал тетрадь и стал дописывать сочинение, пока никто не видит. Я писал сочинение и думал. Думал о Тарасе Бульбе. О чем он думал, о чем мечтал. Я бы не смог тихо гореть на костре. Особенно если учесть, что я вообще не люблю, когда меня трогают, что уж тут о боли говорить. Так незаметно я погрузился опять в свои мысли. Вот передо мной поле. Огромное поле. Только на нем не жестокий бой. А красивые цветы. Самые разные. Запахи некоторых цветов резко бьют в нос, а некоторые дурманят. Глаза режет от ярких цветов. И тут уже совсем наплевать на солнце. И так глазам дурно. Вокруг тихий лес. Я слышу лишь пение птиц, я слышу, как дятел стучит по дереву, я слышу насекомых, прячущихся, где то в траве. Я ощущаю теплые лучи солнца. Нежный ветер. Тепло и хорошо. А главное тихо и спокойно. И ТУТ БАБАХ!!! От резкой боли в области затылка я сначала сильно зажмурился, а потом резко распахнул свои несчастные глазенки. Рядом со мной валяется учебник по алгебре. Я оглядел класс. Через парту от меня, по левую сторону, сидел и уссывался Щепкин. Самый дурной человек в нашей школе. Могу поспорить, что это он кинул в меня учебник. -О чем призадумался Зорька? Нельзя сказать, что мы с ним дружим. Но и враждуем точно! Он любит надо мной поиздеваться, а я люблю его доставать. В прочем почти одно и то же. -А тебя что, касается? – Я убрал тетрадку в рюкзак. -Ну, нет, что ты! – Засмеялся он. Иногда я просто не понимаю причины его смеха. Немного бесит. -Тогда молчи. У меня нет настроения. -Что сказал – Щепкин встал и кинул в меня еще один учебник. Он попал мне в лоб от чего я «Опрокинулся» назад и упал со стула. В глазах потемнело. В ушах зазвенело. Кажется, я теряю сознание.